read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



венчать и не причащать никого в семье боярской, донеле же тот не покается
в злодействах своих.
- Христос тоже терпел заушения. Наш труд - самый тяжкий: одоление
плоти, а плоть сильна! - присовокупил он, провожая служителя до порога.
За попиком вскоре приехал и сам господин. Гора мяса, маленькие
глазки, большое толстое красное лицо, коротколап, медвежеват. К Кириллу
вломился чуть не с криком.
- Я боярин! Несудимая грамота у меня! Волен во холопах!
<Как им далеко до христианства!> - думал Кирилл, глядя на дерзкого
боярина с жалостью и отвращением.
Боярин, при всем своем непотребстве, был не глуп. Права свои по
<Русской Правде> помнил наизусть: <Аще огрешится господин, убьет раба
своего, нет ему виры>. Пришлось напомнить и о тех статьях, которые боярин
похотел забыть, и про то, что было в соборных правилах постановлено. Таким
вот и нужны правила, без правил им удержу не будет. Правила не нужны тем,
кто принял целиком завет Христа: <Возлюби ближнего своего, как самого
себя>. В жизни, увы, не на все можно установить правила! Этот испуганный
священнослужитель. Видимо, глухая деревенька. Боярин - царь и бог, все
позволено, <отец родной>. За попрек ночью, священнику кинут камень в окно,
пихнут в темноте в канаву, а то и подожгут. Закон... Как может он жить без
духовного наставления?! Эти свиные - медвежьи ли, неглупые глазки, эта
плоть, которая считает, что в ней, в плоти, весь смысл жизни... В бытии, в
том, чтобы жрать, пить, чтобы давить и тискать, животно наслаждаясь
судорогой живого под лапами, под сапогом, под <законом>, данным ему
несудимою грамотой... Как же, он природный боярин!
Кирилла слегка замутило от этой громогласной туши, от этого
отсутствия всякого стыда, от животного дыхания... Он прошел во внутренние
покои. Походя сказал эконому, дабы предупредили всех священников: кто
примет от рекомого боярина причастие ли, отпоет ли покойника у него в дому
(у боярина как раз кто-то умер) - потеряет сан.
Боярин вновь попался ему встречу на выходе на третий или четвертый
день. Его жирное лицо как-то обвисло и пошло пятнами, глаза расширились и
забегали. Он неуклюже повалился в пыль. Кирилл даже не сразу узнал в нем
давешнего грозного самовластца. Но вдруг понял: ну да, неотпетый мертвец,
лето же! Мысленно похвалил священника за строгость, вместе с тем подумал,
что попик проявил смелость от озлобления, что тоже было нехорошо. Усопшего
следовало похоронить... Мысли перекинулись к Игнатию. Дмитрию Борисовичу
он до сих пор не ответил ни да ни нет.
Боярин приходил с отпускною грамотой на рабу, из-за которой
поссорился со священнослужителем. Кирилл велел ему явиться к исповеди к
своему священнику и принять епитимью. Отпущенную рабу он приказал
отправить пока в Княгинин монастырь. Женщине нужно было просто отдохнуть,
прийти в себя, избыть вечный страх, почувствовать себя в безопасности за
толстыми стенами монастыря. А там уже решит сама, как ей лучше. Может -
выпустить в мир, ежели найдется добрый человек, а так - ни кола ни двора -
лучше уж при монастырской работе в женском княжеском монастыре: и корм, и
тепло, и сряда какая ни то... Горько подумалось: как еще в иных монастырях
приходит трудникам? Келарь да эконом не морят ли гладом работающих на
братию? Как еще и о той же рабе, днесь отпущенной неволею ее господином,
скажут, что-де для монастырских дел отобрали ее у боярина! А подумать
смогут ли, что будет делать мать с дитятею на <воле>, где ни дома, ни
угла, ни иного пристанища?
Грешны люди! Ленивы и лукавы. Ладят меньшим откупиться от большего.
Поставят свечу в чаянии лихвы, отслужат молебен за спасение, чтобы самому
не заботиться о спасителях своих... В монастырях нет холопов. Русская
церковь отказалась от труда рабского. И тут - скажут завистливые и
лукавствующие - потому-де церковницы противу рабства, что у самих нет
рабов! И не воспомянут, что по слову Христову о братьях совершено сие: как
же можно брата своего работать? Ибо кто же мешал бы и церкви иметь холопов
на землях своих, ежили сильные мира держат холопов и дарят церкви по душе
за собою деревни, подчас с теми же холопами? И сколько трудов нужно было
приложить, дабы воспретить всеконечно рабство церковное! Дабы и господ, и
вельмож, и князей нужею заставлять хотя бы и перед смертью, но отпускать
на волю холопов своих!
Да, нужны и терпение, и воля, и непрестанные усилия, без отдыха, не
сожидая покоя и скорых плодов... И что паче всего? Паче всего нужно
поставить священнослужителя истинного, да не престанет в трудах и в
борении не ослабнет! Вся жизнь, и крестный конец ее, Иисуса, сына божия,
не есть ли перст, указующий всякой жизни: будь такожде! И не скажут
лукаво, яко фарисеи: он пострадал за нас, и тем мы уже спасены и
безгрешны. Разве же не ясно, затем и страдал, затем и молил: <да минет
меня чаша сия!> Ибо так вот может и должен каждый: и страдать, и
устрашаться в нищете плоти своея, и молить: <да минет>, и - не отрекаться
креста и муки крестной, если крест придет и мука постигнет. И не в высоте,
не во власти! Ибо скажут опять лукавые: мал есмь, и не мне надлежит
исполнить подвиг, а набольшему меня! Почто Иисус отверг корону царя?
Почто, искушаемый, не захотел приять все царства мира и славу их, но
возразил: <Отойди, сатано!> Затем, что не в пример, и не в поучение, и не
во спасение даже стала бы жизнь Спасителя, ибо каждый из малых сих мог бы
сказать тогда: <Ему было легко, он царь!> В самом деле! Ему, митрополиту,
сделать мановение - и этот боярин лежит в пыли, у ног, и молит о прощении,
а князю - тем паче. А каково крест нести рабе той, под господином сущей?
Каково ей не извериться в благости божией? И ведь для них, а не для
избранных, для простецов, а не для вельмож прошел Иисус свой тернистый,
свой земной путь...
Получив известия, что Андрей выехал во Владимир, митрополит Кирилл
вызвал к себе ростовского князя Дмитрия Борисовича и опального епископа
Игнатия. Князю он сделал внушение о делах церковных, судах и исправах, а
Игнатия наконец простил, наложив, впрочем, строгую епитимью.
Игнатий пришел к митрополиту, уже вызнав от князя о прощении. Все эти
дни он изводился от вопросов-угадываний, ходил в жалком образе ходатая по
всем власть имущим, за него просили епископы и князь и не могли
допроситься. Патриарх был далеко, да и поможет ли патриарх? Ему казалось
уже, что Дмитрий Борисович, наскуча хлопотами, начинает охладевать к нему,
уже носились слухи о замене Игнатия на владычном столе новым епископом, и
тут явилось прощение. Игнатий, ступив в покой митрополита Кирилла,
повалился в ноги и зарыдал.
<Понял ли? Устыдился ли деяния своего? Или страждет только от страха
утерять блага и почести сана своего?> - опустошенно думал Кирилл. Как
будто бы он все сделал правильно - и наказал и простил. Однако тревожное,
словно легкая тень, сомнение не покидало его. <Быть может, я поспешил?> -
думал митрополит.
- Брате, сыну возлюбленный, - сказал он на прощание Игнатию, -
плачься о сем и кайся об этом грехе до самой смерти, ибо осудил мертвеца
преже суда божия, а жива стыдяся его, и дары от него принимал, и ел и пил
с ним. Моли Бога, дабы отдал тебе грех сей!
А тень сомнения осталась все равно, не исчезла в душе.
Игнатий, получив прощение, вдруг оробел. Вместо того чтобы
возвратиться в Ростов, запинаясь, попросил Кирилла:
- Дозволь, отче, еще побыть с тобою!
- Побудь, чадо! - разрешил Кирилл, поняв состояние Игнатия.
И все-таки оставалась тень. Что-то он совершил не так.

ГЛАВА 48
Андрей во Владимир ехал верхом. В возке по летней дороге - обобьешь
все бока. Уже начинали жать хлеба, и он с затаенной жаждой будущего
хозяина оглядывал богатые поля, скирды, ряды стогов на заливных лугах... В
Новгороде уже началось! Опоздал митрополит! А Семен молодец, добился! С
митрополитом теперь только докука лишняя. Ничего, минуется! Он иногда
встряхивал головой: как давно это было уже, и митрополит, и Владимирский
съезд, и проповеди! Конь тоже встряхивал головой. Слепни-потыкухи донимали
вовсю. Андрей с шага переходил на рысь, проскакивая сырые низинки, но и на
открытых местах крылатая нечисть не отставала. Он пожимал плечами. Что
может сделать Кирилл? Все уже началось! Ярлык получен! Теперь... (Нет, не
думать, не думать о дяде Андрее!) В конце концов он поступает не как дядя
Андрей, а как отец, выгнавший дядю с владимирского стола и из
Переяславля...
И все же, подъезжая к Владимиру, Андрей становился серьезнее. На
последнем ночлеге думал о встрече с митрополитом уже без глумления, а с
робостью. И очень обрадовался своему дворскому, что поспел из Владимира
встречу Андрею со свежими вестями. Вести были о спорных селах, о брате
Дмитрии, что тоже прибывал во Владимир, и главная: митрополит простил
епископа Игнатия по неотступным мольбам ростовского князя Дмитрия
Борисовича. Андрей долго глядел в глаза дворскому. Попросил повторить
подробно.
- Хорошо, иди!
Оставшись один, усмехнулся. Еще усмехнулся. Усмехнулся, когда лег
спать в высоком сарае, на самом верху, куда в открытые продухи проникал
ветер и не подымалась крылатая гнусь. На сене, на попонах, повалился,
распоясавшись, скинув сапоги и ферязь. И не спал, усмехался. Ничем
кончилось! Поворочался еще, уминая сено, уснул.
Многошумный Владимир, в венце драгоценных соборов над кручею Клязьмы,
над мощными валами, что опоясывали и перепоясывали город, деля его на три
части: средний, княжой, или Печерний город, западный - Новый город, с
Золотыми воротами, и восточный - Ветчанной город, через Серебряные ворота
которого сейчас въезжал Андрей с дружиною, встречал Городецкого князя
привычной суетой улиц и многолюдьем ремесленной и посадской толпы. Ему
кланялись встречные бояре и посадские - кто узнавал, и он опять подумал,



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 [ 55 ] 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.