read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- А жертвы, которые погибают случайно, как например, вчера за ужином,
они тоже входят в число реформированных?
- Совсем нет, - ответила Омфала, - это непредвиденные случаи, которые
не считаются и не влияют на регулярные жертвоприношения.
- Часто бывают такие случаи? - продолжала допытываться Жюстина.
- Нет, обычно монахи придерживаются правил, которые сами установили, за
исключением каких-то чрезвычайных обстоятельств. И не думай, будто самое
примерное поведение и самая абсолютная покорность помогут нам избежать
неизбежной участи: я видела таких, которые предупреждали все желания монахов
и исполняли их с рвением и которые, тем не менее, не продержались и шести
месяцев, между тем как другие, ленивые и апатичные, живут здесь годами.
Стало быть, нет никакого смысла давать какие-то особенные советы новеньким
касательно их поведения, ибо фантазия, то есть слепая воля этих чудовищ,
ломает все заведенные правила и служит толчком для их мерзопакостных
поступков.
Когда собираются реформировать очередную несчастную - и я знаю, что так
же обстоит дело и с мужским полом, - ее предупреждают утром рокового дня и
никак не раньше, В обычный час появляется дежурный регент и говорит,
например, такие слова: "Омфала, ваши господа решили вас реформировать,
сегодня вечером я за вами приду". Потом он, как ни в чем не бывало,
продолжает свои дела, но во время осмотра несчастная уже не показывается.
Когда он уходит, она со слезами обнимает подруг и в зависимости от ее
характера либо проводит время с ними, чтобы забыться, либо оплакивает себя в
одиночестве, в своей келье; но ты не услышишь от нее ни рыданий, ни
горестных жалоб: ее изрубили бы в куски немедленно, если бы она позволила
себе подобную вольность. Пробьет назначенный час, появляется монах, и жертву
уводят в темницу, которая будет ей приютом до следующего дня. За двадцать
четыре часа, которые она там проводит, ее часто посещают. В силу
непостижимой извращенности злодеям нравится навещать ее и. еще больше
усугублять ее отчаянное положение, раскрашивая его самыми мрачными красками.
В это время все монахи могут приходить и причинять жертве предварительные
страдания, какие только может придумать их злодейское воображение, так что
очень часто она появляется на место своей казни жестоко истерзанная, а
иногда ее приносят полуживую. Ни под каким предлогом нельзя ни отсрочить, ни
ускорить ее последние минуты, и не может быть речи о пощаде: их законы,
такие гибкие и действенные, когда дело касается порока, остаются косными в
отношении добрых дел. Наконец наступает роковая минута, и начинается казнь.
Я не буду расписывать тебе ее подробности, которые ты скоро увидишь
собственными глазами. Впрочем, ужин ничем не отличается от других, только
пьют там больше, чем обычно, и главным образом заморские вина и наливки.
Монахи в таких случаях никогда не встанут из-за стола трезвыми, и попойка
продолжается допоздна.
На таких трапезах соблюдаются особенные правила, которые ты тоже
узнаешь, поэтому я не буду на них останавливаться. Что до вступительной
церемонии, она происходит приблизительно так же, как это было с тобой.
- А сами монахи тоже меняются? - спросила Жюстина.
- Нет, - ответила Омфала. - Самый последний появился здесь десять лет
назад, это - Амбруаз. Остальные живут в этом монастыре уже пятнадцать,
двадцать и двадцать пять лет, а Северино - двадцать шесть. Наш настоятель
родом из Италии, он близкий родственник папы, с которым состоит в очень
хороших отношениях {Позже мы узнаем, почему Пий VI благоволил к такому
распутнику, как Северино. (Прим. автора.)}. Только с его приходом стали
происходить так называемые чудеса с образом здешней Богоматери, которые
утвердили репутацию монастыря и не дают возможность понаблюдать все, что
здесь творится. Но когда он появился, обитель уже существовала в том же
качестве, и все прежние настоятели старались сохранить все привилегии и
порядки, столь необходимые для их наслаждений. И Северино, пожалуй, самый
развратный человек своего времени, устроился здесь только затем, чтобы жить
сообразно своим наклонностям, и в его интересах - поддерживать заведенный
порядок как можно дольше. Мы относимся к епархии Оксерра, я не знаю, в курсе
ли происходящего здешний епископ, но мы ни разу его не видели. И вообще
никто не приходит в обитель, не считая праздничных дней в честь Богородицы,
которые случаются в августе. Если же появляется редкий гость - а их бывает
не более шести за год, - настоятель принимает его с великим радушием и
поражает посетителя своей религиозностью и аскетизмом. Тот возвращается
довольный и повсюду воздает монастырю славу, таким образом безнаказанность
этих злодеев покоится на глупости и на доверчивости людей - извечных основах
суеверия.
- Независимо от ужасных смертоубийств, о которых я услышала, - спросила
Жюстина, - наверное, случается, что эти негодяи приводят в свои комнаты
кого-нибудь и убивают?
- Нет, - покачала головой Омфала, - правом на жизнь и смерть узников
они могут распоряжаться лишь совместно. Если же они пожелают сделать это в
одиночестве, к их услугам всегда есть дежурные девушки, и вот их-то можно
принести в жертву в любой момент дня и ночи; их несчастная судьба зависит
только от прихоти этих чудовищ, и часто за самую невинную оплошность эти
варвары предают их мучительной смерти. Кроме того, чудовищный вкус к
убийству иногда заставляет их предаваться тайным оргиям в апартаментах
директрисы: они выкладывают за приговоренный предмет двадцать пять луидоров
и убивают его. Дело в том, что определенная часть персонала подлежит
регулярной замене, и когда наступает срок, они приобретают право творить
все, что им вздумается.
- Итак, мы постоянно находимся под домокловым мечом, - проговорила
Жюстина, - и не бывает ни одной минуты, когда наша жизнь была бы в
безопасности?
- Ни единой! И никто из нас, просыпаясь по утрам, не уверен в том, что
вечером вновь ляжет в постель.
- Какая ужасная судьба!
- Она, разумеется, ужасна, но с этим смиряешься, когда вечно приходится
быть к этому готовым, и несмотря на косу смерти, занесенную над нашими
головами, ты увидишь и веселость и даже беззаботную невоздержанность в нашей
среде.
- Это и есть смиренное отчаяние, - сказала Жюстина. - Что до меня, то я
никогда не перестану плакать и трястись от страха. Однако заканчивай свои
наставления, прошу тебя, и ответь, отпускают ли когда-нибудь монахи своих
узников из монастыря.
- Этого никогда не бывает, ответила Омфала, - оказавшись в этом доме,
человек теряет всякую надежду снова глотнуть воздух свободы. Поэтому нам
запрещено даже мечтать об этом, приходится просто ждать конца, который может
случиться чуть позже или чуть раньше, но судьба наша предопределена
окончательно.
- С тех пор, как ты здесь, - продолжала Жюстина, - ты, должно быть,
видела немало кровавых реформации?
-До меня такое случалось двенадцать раз, кроме того, я несколько раз
была свидетельницей замены почти всех узников.
- Ты потеряла много подруг?
- И самых близких!
_ О, какой кошмар! Я так хотела бы полюбить тебя, но смею ли я думать
об этом, если нам суждено вскоре расстаться.
И нежные подруги, бросившись в объятия друг друга, окропили свои груди
слезами горя, беспокойства и отчаяния.
Едва закончилась эта трогательная сцена, как вместе с директрисой
появился дежурный регент: это был Антонин. Все женщины согласно обычаю
выстроились в две шеренги. Монах бросил на них безразличный взгляд,
пересчитал присутствующих, затем сел. После чего все по очереди должны были
поднять перед ним юбки - с одной стороны до пупка, с другой до поясницы.
Антонин принял этот почтенный ритуал с апатией пресыщенности, потом,
осмотрев Жюстину, вдруг грубо спросил ее, как она себя чувствует, и, увидев
слезы вместо ответа, рассмеялся и добавил:
- Ничего, она привыкнет: во Франции нет заведения, где девушек
воспитывают лучше, чем у нас.
Он взял в руку список провинившихся, который подала ему директриса, и
снова взглянул на Жюстину; она задрожала: все, что исходило от этих
распутников, было для нее равносильно смертному приговору. Он заставил ее
присесть на краешек дивана и тотчас велел Викторине обнажить грудь нашей
несчастной героини, а другую девушку заставил высоко поднять ей юбки. Затем
приблизился, раздвинул нежные девичьи бедра и присел перед раскрытым
влагалищем. Другая наложница, лет двадцати, в той же позе присела прямо на
голову Жюстине, таким образом вместо лица Жюстины перед его взором предстала
еще одна вагина, и развратник, наслаждаясь одним предметом, мог целовать
второй. Третья девушка, выбранная из класса дуэний, начала рукой возбуждать
регента, а четвертая, совершенно обнаженная, принадлежавшая к весталкам,
раскрывала пальцами нижние губки Жюстины, готовые принять монашеский член.
Одновременно эта девушка возбуждала Жюстину другой рукой, массируя ей
клитор, а Антонин то же самое делал с двумя очаровательными
пятнадцатилетними девочками, которых в свою очередь целовали в губы, чтобы
привести в надлежащее состояние, еще две девочки по тринадцати лет. Трудно
представить себе все грязные выражения и ругательства, которыми вдохновлял
себя этот распутник, пока не пришел в желаемое состояние: его посох
взметнулся, стоявшая наготове женщина постарше взяла его в руки и подвела к
влагалищу Жюстины, в которое он вломился грубо и поспешно.
- Ах, черт побери! - простонал он. - Вот и свершилось... вот я и в
пещерке, которую так жаждал прочистить! Я сейчас залью ее своей спермой, я
хочу, чтобы она сразу же зачала от меня.
Все присутствующие принялись обхаживать его, стараясь усилить его
экстаз и возбудить монаха еще сильнее: Омфала приникла к его обнаженному
заду и употребляла все средства, включая самые страстные поцелуи, которые,
поначалу безрезультатные, привели, в конечном счете, к успеху. Невозможно
было проследить за происходившим - с такой невероятной быстротой сменяли
друг друга влагалища и под пальцами и под губами мерзкого сластолюбца.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 [ 59 ] 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.