read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Почему "было", Сид? - спросила Кора, но Стентон ее уже не слушал.
- Кора, через пять минут я буду в седьмом трюме. Прошу вас быть там же.
И прихватите сопровождающего фирмы, как его - Кулиджа? - Он отключил
селектор. - Подвесимся над буем, Бутч. Джо, свяжись с базой Факарао и с
управляющим перевозками. Я пойду посмотрю, как все это выглядит на месте.
Кора ждала его сразу за дверями трюма.
- А Кулидж где? - спросил Стентон. Он прошелся по трюму - люк уже был
закрыт, и, казалось, здесь ровным счетом ничего не произошло. Все было как
положено. Вот только... Это что такое?
В самолете количество проводов измеряется десятками километров. В
дирижабле - сотнями. Но чтобы провода, да еще так небрежно, явно на скорую
руку сплетенные, выходили из распределительной коробки и волочились по
полу...
- Что это такое?!
- Капитан... - Кора стояла перед ним, и в лице ее было что-то неживое.
- Кулидж... там.
У Стентона заныли скулы:
- Где?
Кора молча показала рукой вниз.
Так! Стентон понял, что это конец.
- Зачем?
- Ему нужно было что-то проверить... Он попросил разрешения поработать
в аппарате, и я... Я разрешила.
Стентон положил руки ей на плечи.
- Вот что, Кора. Запоминайте. Это приказ. Вы ничего не знали. Это я дал
разрешение Кулиджу работать в аппарате во время транспортировки. Поняли?
Я. А вы ничего не знали.
Стентон резко повернулся и вышел из трюма. Картина была до отвращени
ясной. Этот идиот залез в свой "Дип-Вью", разряжать аккумуляторы ему жалко
стало, и он присоединился к бортовой сети. Нашел распределительную
коробку, руки бы ему, подлецу, оторвать, подсоединился, запитал внешние
вводы аппарата... А когда замкнул цепь, автоматически сработал замок люка.
Смотреть надо, куда присоединяешься, болван!


3
Дуракам счастье, подумал Аракелов. Плюхнуться с дирижабля в Тихий океан
- и угодить на плоскую вершину гайота... [гайоты - плосковершинные
подводные горы, открыты Хессом во время второй мировой войны] То же самое,
что выпрыгнуть из самолета над Ленинградом и угодить в собственную
постель... Свались он в километре к северу, югу, востоку или западу, все
равно - и не пришлось бы сейчас даже помышлять о спасательных работах.
Ведь "Дип-Вью" рассчитан на десять тысяч футов, грубо говоря, - на три
километра. А глубина в этом районе вдвое больше... Впрочем, не такое уж
счастье: сидеть, потирая синяки, и смотреть, как медленно истощается твой
жалкий кислородный ресурс.
- Мы к ним ближе всех, - сказал штурман. - Два с половиной, максимум
три часа фул-спита [fool speed - полный ход]. Отозвался еще какой-то
японец, у него донный робот-двухтысячник на борту, но ему идти минимум
часов семь. Так что рассчитывать на него не приходится.
- Сейчас туда идут две патрульные субмарины из отряда Гайотиды-Вест.
Буй с маячком с дирижабля сбросили, но точного места это не дает, только
ориентировочный квадрат поиска... Если патрули обнаружат этот самый
"Дип-Вью", они сэкономят нам, по крайней мере, час работы, а то и больше,
- добавил капитан.
Зададаев, руководитель группы подводных работ экспедиции, или, по его
собственному определению, "оберсубмаринмастер", хлопнул Аракелова по
плечу:
- Итак, вводные, Александр Никитич. "Дип-Вью" лежит на грунте
ориентировочно на глубине девятисот метров. Кислородный ресурс аппарата -
девять часов, энергетический запас - семьдесят два часа, последнее,
впрочем, принципиального значения не имеет. Самостоятельно отделить
аварийный балласт и всплыть Кулидж не может - аппарат к погружению
подготовлен не был, не вынуты контрольные чеки. По данным, сообщенным
фирмой-изготовителем, всего контрольных чек девять. Таким образом, ваша
задача сводится к следующему: обнаружить глубоководный аппарат, вынуть
контрольные чеки и подать сигнал Кулиджу; если он почему-либо не сможет
включить систему отделения балласта, осуществить это снаружи. Все.
Аракелов кивнул. Ясно. В принципе - простейшая спасательная операция в
горизонте ноль девять - один ноль.
- Тогда пошли, - сказал Зададаев. - Лучше подготовиться заранее, чтобы
к подходу была готовность ноль.
- Международники, - ворчал Аракелов, выходя вслед за Зададаевым из
рубки. - М-международники, чтоб им... Голубой флажочек с глобусиком...
Эмблемочка! Другую бы им эмблемочку!
- Какую? - полюбопытствовал Зададаев.
- Лебедь, рак и щука на лазоревом поле.
Зададаев коротко хохотнул.
- За что вы их так, Александр Никитич?
- Вечно у них ЧП на ЧП... Кто в лес, кто по дрова. А потом люди тонут.
Нет, ну какой болван пустит инженера обслуги в аппарат во врем
транспортировки? Под суд за это надо! Я ж говорю - лебедь, рак и щука на
лазоревом поле...
- А равнодействующая куда?
- Туда, куда я полезу. На дно. К дедушке Нептуну.
- Ладно, - сказал Зададаев. - Не ворчите. Вот выручим парня, тогда
лайтесь, сколько влезет.
- И облаюсь, - пообещал Аракелов. - Всенепременнейше. Чтобы всей этой
банде Факарао жарко стало. - Это ему понравилось, и он повторил: - База
Факарао... Не база, а банда.
Они вышли на крыло мостика. Зададаев остановился закуривая. Аракелов
посмотрел вниз, на палубу. Отсюда она просматривалась вся - широкая,
прямоугольная, что было немаловажным преимуществом перед другими
исследовательскими судами. "Руслан" приходился не то внуком, не то
правнуком "Эксперименту", первому двухкорпусному судну, и оправдывал себя,
пожалуй, с еще большим блеском, чем предок. На корме, возле уткнувшейс
носом в лебедку "Марты", в этом ракурсе казавшейся какой-то кургузой, все
еще сидела Марийка. Только теперь она перетащила шезлонги - оба, почему-то
отметил Аракелов, на другой борт. Яркая ткань шезлонгов отчетливо
выделялась на фоне металлической трапеции слипа. Вся палуба "Руслана" была
обычной, пластик под дерево, но слип на корме состоял из склепанных
металлических листов. Он был чертовски многоголосым, этот слип. Аракелов
вспомнил, как скрежетала сталь, когда слип спускался к воде, превращаясь в
пологий пандус, как повизгивали колесики тележки, на которой "Марта"
медленно съезжала в море, притормаживая поющим от напряжения тросом... И
как стонал он потом, когда "Марта" возвращалась, подтягиваемая лебедкой,
под аккомпанемент натужного хрипения храповика... Недаром за этим местом
утвердилось на "Руслане" название "музыкальный салон".
Зададаев тронул его за плечо.
- Ну, пошли, Александр Никитич?
Они спустились на главную палубу.
- Вот что, - сказал Аракелов. - Вы идите, Константин Витальевич,
скомандуйте там, а я еще задержусь немного. Время есть.
Зададаев кивнул, ушел, и Аракелов отправился на корму. Марийка
поднялась ему навстречу, и они встали рядом, облокотясь на планширь. Море
было все таким же синим и спокойным, дельфины все так же неутомимо
резвились в полукабельтове от "Руслана", и вообще ничего не изменилось
из-за того, что где-то там, в ста с небольшим милях к востоку и почти на
километровой глубине лежал на боку (Аракелов и сам не мог взять в толк,
почему именно на боку, но виделось ему только так) стеклокерамический
кокон "Дип-Вью", а в нем этот лопух Кулидж считал оставшиеся ему часы.
Часы, оставалось которых только чуть больше восьми. Если, конечно, его не
вытащат. Аракелов смотрел на море, но видел уже не томную, блаженную
гладь, а ту черную, тугую, холодную бездну, в которой он окажется через
несколько часов. В этой бездне можно работать, может быть, даже жить, но
привыкнуть к ней нельзя, пусть тебя уже семь лет называют "духом пучин".
Это не воды шельфа, это бездна, и в ней нельзя полагаться ни на что, ни на
зрение, ни на слух, только легкий зуд эхолокатора указывает путь - как в
детской игре "холодно, холодно, холодно, теплее, еще теплее, горячо,
совсем горячо...".
Сейчас Аракелов был уже не здесь, но еще и не там, и здесь его
удерживало только Марийкино присутствие. Она поняла это.
- Ну ты иди. Я тоже пойду займусь делом. Мне надо в "Марте" посидеть,
на следующей станции она по моей теме работать будет. Ты сюда с собой
приемника не брал?
- Нет.
- Жаль. Ну да ладно, схожу к себе. Все под музыку веселее будет.
Знаешь, совсем не могу в тишине. Нужно, чтобы фон был. Ну иди, иди, все
равно тебя уже нет.
- Я буду вечером, - сказал Аракелов.
- Ты же устанешь, как бес.
- Все равно. Вечером я буду. А сейчас в самом деле пойду.
В холле перед кают-компанией сидели вертолетчик Жорка Ставраки, Генрих
и двое ребят из палубной команды. Когда Аракелов поравнялся с ними, Жорка
приветственно помахал рукой:
- Везет же тебе, дух! Нырнешь сейчас - и еще три дня к отпуску
набежит... Нам бы так, простым смертным...
Аракелов остановился:



Страницы: 1 2 3 4 5 6 [ 7 ] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.