read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



и чужд даже громадному лицу, что сообщал кротость всему
выражению характера.
Домой Самбикин пришел уже в светлое время, когда летнее
великое утро горело над землей так мощно, что Самбикину
казалось -- свет гремит. Он позвонил в институт, ему сказали --
оперированный ребенок хорошо спит, температура снижается, мать
его снова уснула на другой кровати. Передумав все о сегодняшней
операции и все очередные проблемы, Самбикин почувствовал свое
тоскующее, опустевшее сердце -- ему надо было опять
действовать, чтобы приобрести задачу для размышления и
угомонить неясный и алчущий, совестливый вопль в душе. Спал он
мало, и лучше всего после большой работы, тогда и сны в
благодарность оставляли его. Нынче он действовал недостаточно,
разум в голове не мог устать и хотел еще работать, отвергая
сон. Пометавшись беспомощно по комнате, Самбикин пошел в ванну,
разделся там и с удивлением оглядел свое тело юноши, затем
пробормотал что-то и залез в холодную воду. Вода умиротворила
его, но он тут же понял, насколько человек еще самодельное,
немощно устроенное существо -- не более как смутный зародыш и
проект чего-то более действительного, и сколько надо еще
работать, чтобы развернуть из этого зародыша летящий, высший
образ, погребенный в нашей мечте...
6
Вечером в районном клубе комсомола собрались молодые
ученые, инженеры, летчики, врачи, педагоги, артисты, музыканты
и рабочие новых заводов. Никому не было более двадцати семи
лет, но каждый уже стал известен по всей своей родине -- в
новом мире, и каждому было немного стыдно от ранней славы, и
это мешало жить. Пожилые работники клуба, упустившие свою жизнь
и талант в неудачное буржуазное время, с тайными вздохами
внутреннего оскудения привели в порядок мебельное убранство в
двух залах -- в одном для заседания, в другом для беседы и
угощения.
Одним из первых пришел двадцатичетырехлетний инженер Селин
с комсомолкой Кузьминой, пианисткой, постоянно задумчивой от
воображения музыки.
-- Пойдем жевнем чего-нибудь! -- сказал ей Селин.
-- Жевнем, -- согласилась Кузьмина.
Они пошли в буфет; там Селин, розовый мощный едок, съел
сразу восемь бутербродов с колбасой, а Кузьмина взяла себе
только два пирожных; она жила для игры, а не для пищеварения.
-- Селин, почему ты ешь так много? -- спросила Кузьмина.
-- Это может хорошо, но на тебя стыдно смотреть!
Селин ел с негодованием, он жевал как пахал -- с
настойчивым трудом, с усердием в своих обоих надежных челюстях.
Вскоре пришли сразу десять человек: путешественник
Головач, механик Семен Сарториус, две девушки подруги -- обе
гидравлики, композитор Левченко, астроном Сицылин, метеоролог
авиаслужбы Вечкин, конструктор сверхвысотных самолетов
Мульдбауэр, электротехник Гунькин с женой, -- но за ними опять
послышались люди и еще пришли некоторые. Все уже были знакомы
между собой -- по работе, по встречам и по разным сведениям.
Пока не началось заседание, каждый предался своему
удовольствию -- кто дружбе, кто пище, кто вопросам на
нерешенные задачи, кто музыке и танцам. Кузьмина нашла
небольшую комнату с новым роялем и с наслаждением играла там
девятую симфонию Бетховена -- все части, одна за другой, по
памяти. У нее сжималось сердце от глубокой свободы и
воодушевленной мысли этой музыки и от эгоистической грусти, что
она сама так сочинять не умеет. Электротехник Гунькин слушал
Кузьмину и думал о высокой частоте электричества,
простреливающей вселенную насквозь, о пустоте высокого грозного
мира, всасывающего в себя человеческое сознание... Мульдбауэр
видел в музыке изображение дальних легких стран воздуха, где
находится черное небо и среди него висит немерцающее солнце с
мертвым накалом своего света, где -- вдалеке от теплой и
смутно-зеленой земли -- начинается настоящий серьезный космос:
немое пространство, изредка горящее сигналами звезд -- о том,
что путь давно свободен и открыт... Скорее же покончить с
тяжкой возней на земле и пусть тот же старый Сталин направит
скорость и напор человеческой истории за черту тяготения земли
-- для великого воспитания разума в мужестве давно
предназначенного ему действия.
Немного спустя сюда же пришла Москва Честнова и молча
улыбалась от радости видеть своих товарищей и слышать музыку,
возбуждающую ее жизнь на исполнение высшей судьбы.
Позже всех в клуб явился хирург Самбикин; он только что
был в институтской клинике и сам делал перевязку оперированному
им мальчику. Он пришел подавленный скорбью устройства
человеческого тела, сжимающего в своих костях гораздо более
страдания и смерти, чем жизни и движения. И странно было
Самбикину чувствовать себя хорошо -- в напряжении своей заботы
и ответственности. Весь его ум был наполнен мыслью, сердце
билось покойно и верно, он не нуждался в лучшем счастьи, -- и в
то же время ему становилось стыдно от сознания этого своего
тайного наслаждения... Он хотел уже уйти из клуба, чтобы
поработать ночью в институте над своим исследованием о смерти,
но вдруг увидел проходящую Москву Честнову. Неясная прелесть ее
наружности удивила Самбикина; он увидел силу и светящееся
воодушевление, скрытые за скромностью и даже робостью лица.
Раздался звонок к началу заседания. Все пошли из комнаты, где
находился Самбикин, одна Честнова задержалась, укрепляя чулок
на ноге. Когда она управилась с чулком, то увидела одного
Самбикина, глядевшего на нее. От стеснения и неловкости -- жить
в одном мире, делать одно дело и не быть знакомыми -- она
поклонилась ему. Самбикин подошел к ней и они отправились
вместе слушать заседание.
Они сели рядом и среди речей, славы и приветствий Самбикин
ясно слышал пульсацию сердца в груди у Москвы.
Он спросил ее шепотом в ухо:
-- Отчего у вас сердце так стучит? Я его слышу!
-- Оно летать хочет, и бьется, -- с улыбкой прошептала
Москва Самбикину. -- Я ведь парашютистка!
"Человеческое тело летало в каких-то погибших тысячелетиях
назад, -- подумал Самбикин. -- Грудная клетка человека
представляет свернутые крылья".
Он попробовал свою нагретую голову -- там тоже что-то
билось, желая улететь из темной одинокой тесноты.
После собрания наступило время общего ужина и развлечений.
Молодые гости разошлись по многим помещениям, прежде чем сесть
к общему столу.
Механик Сарториус пригласил Москву Честнову танцевать и
она пошла кружиться с ним, с любопытством разглядывая великое
круглое лицо знаменитого изобретателя в области точной
индустрии, инженера-расчетчика мирового значения. Сарториус
держал Москву крепко, танцевал тяжко и робко улыбался, выдавая
свое сжатое влечение к Москве. Москва же смотрела на него как
влюбленная -- она быстро предавалась своему чувству и не играла
женскую политику равнодушия. Ей нравился этот неинтересный
человек, ростом меньше ее, с добрым и угрюмым лицом, который не
вытерпел своего сердца и пошел на крайнюю для себя смелость --
приблизился к женщине и пригласил ее танцевать. Но вскоре это,
наверно, ему наскучило, руки его уже привыкли к теплоте тела
Москвы, горячего под легким платьем, и он начал что-то
бормотать. Москва же, услышав такое, сразу обиделась:
-- Сам меня обнимает, сам со мной танцует, а думает совсем
другое! -- сказала она.
-- Это я так, -- ответил Сарториус.
-- Сейчас же скажите, что -- так! -- нахмурилась Москва и
перестала танцевать.
Самбикин ветром пронесся мимо них, -- он тоже танцевал,
приурочившись к какой-то комсомолке большой миловидности.
Москва улыбнулась ему:
-- Неужели и вы танцуете? Вот странный какой!
-- Надо жить всесторонне! -- с хода ответил ей Самбикин.
-- А вам охота? -- крикнула ему Москва.
-- Нет, я притворяюсь! -- ответил ей Самбикин. -- Это
теоритически!
Комсосмолка, обидевшись, сейчас же покинула Самбикина, и
он засмеялся.
-- Ну, говорите скорей! -- с надуманной серьезностью
обратилась Москва к Сарториусу.
"Неужели она дура? Жалко!" -- подумал Сарториус. Здесь к
ним подошел метеоролог Вечкин, затем Самбикин, и Сарториус не
успел ничего ответить Москве. Встретились они лишь спустя час
-- за общим ужином.
Большой стол был накрыт для пятидесяти человек. Цветы,
казавшиеся задумчивыми от своей красоты, стояли через каждые



Страницы: 1 2 3 4 5 6 [ 7 ] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.