read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


И мы пошли - в раскрытую дверь, к фыркающему автомобилю "рено".
Когда-то в нем ездили порядочные люди, а теперь...
Я увидел, кто в нем ездит теперь, и ахнул от изумления.
- В сущности, вы уже три дня как мертвы. По всему городу вывешены
расстрельные списки. Вы идете номером тридцатым. Гумилев Николай
Степанович, тридцати трех лет, бывший дворянин, филолог, поэт, член
коллегии издательства "Всемирной литературы", беспартийный, бывший
офицер. Участник
Петроградской Боевой организации, активно содействовал составлению
прокламаций контрреволюционного содержания, обещал связать с
организацией в момент восстания группу интеллигентов, которая активно
примет участие в восстании, получал от организации деньги на
технические надобности... Извините за стиль.
- А что это вы за них извиняетесь? - пожал я плечами.
- Потому что в какой-то степени несу за них ответственность.
Впрочем, как и вы.
- Помилуйте! Я-то с красными флагами не ходил и сатрапов не
обличал...
- А кто подарил портрет августейшего семейства какому-то
африканскому колдуну?
Я вдруг почувствовал, что у меня поднимаются волосы.
- Не может быть...
- Ну, не только из-за этого. Но представьте себе, что в один
прекрасный для
Африки день этот ваш колдун, платонически влюбленный в крошку
Анастасию, вздумал произвести над фото несколько пассов... Образования
у него, конечно, никакого, но стихийная сила совершенно дикая. И
этот...- Яков Вильгельмович сделал отводящий знак,- ну, как его? Его
еще свои же пролетарии на митинге кулаками забили...
- Уринсон, что ли?
- Не знаю никакого Уринсона. Свердлов, вот. Idem Гаухман. Он и
распорядился, а
Ульянов распоряжение подтвердил - и попробовал бы он не
подтвердить...
- Яков Вильгельмович,- сказал я, - это же какой-то бред. Это для
салона, для молодых болванов, каковым был ваш покорный слуга в те
добрые времена...
- И для выживших из ума стариков,- ехидно подхватил Яков
Вильгельмович.- Вы подумайте лучше, почему из-за вас ОГПУ две сотни
христианских душ загубило?
Целый заговор сочинили, ночей не спали... Ну, теперь-то у них дело
широко пойдет.
- Вы не поверите, - сказал я,- но я все равно ничего не понимаю.
Яков Вильгельмович, сколько я его помню, был тихим ласковым
старичком в таком возрасте, когда о летах уже и не спрашивают. Его
можно было встретить решительно на всех поэтических вечерах и
сборищах, строжайше засекреченных масонских собраниях, на кораблях
хлыстов и скопческих радениях, на советах розенкрейцеров, в
буддистском дацане, на собраниях оккультистов самого дрянного пошиба,
в келье Распутина и даже на афинских ночах рано созревших гимназистов.
Всегда он был тих, вежлив - и, несмотря на высокий рост и прямую
спину, как бы незаметен. И вдруг...
- Не понимаете? - взвизгнул Яков Вильгельмович на манер давешнего
чекиста. -
А кто ману написал про золотого дракона? Кто Слово произнес?!
- Помилуйте! - снова сказал я.- Это же совершенно хрестоматийный
образ...
- Значит, вы действительно ничего не понимаете,- Яков
Вильгельмович встал и, подойдя к камину, снял с полки фарфоровую
собачку: беленькую, с черными пятнами вокруг глаз. - Ты представляешь?
- обратился он к ней. - Все твердо знают, что Николай Степанович
достиг по крайней мере предпоследней степени посвящения, вьются вокруг
него, убивают, выкупают, прячут - а он ни сном ни духом. Своего рода
талант... Видимо, придется вас, милейший, по-настоящему убить. Ибо
таковая игноранция, как говаривал покойный Петр Алексеевич, едино
смертию бысть наказуема...
Я тоже зачем-то встал.
- Да вы сидите, - махнул он рукой.- Это так, болтовня. Я-то
понимаю, что никакой вы не посвященный - просто, извините старика,
дуракам счастье. Выпало вам попадать в унисон Высшему Разуму... Поэт.
Любят у нас теперь поэтов. "Из-за свежих волн океана красный бык
приподнял рога, и бежали лани тумана под скалистые берега:" Вы хоть
знаете, что здесь описано?
- Нет,- ошалело сказал я.- То есть, наверное, знаю:
- Ни черта вы не знаете. Это формула восстановления красной меди
из купороса. Алхимический ряд. И далее до конца. Сколько вы книг
хотели написать? Двенадцать? Я думаю, никто из живущих не пережил бы
такого.
Значит, так: буду я вас учить по-своему. Поскольку иного нам с
вами не дано, а объяснять, почему не дано, долго - да и не поймете
пока что. Запомните только одно: ни под каким предлогом вы не должны
объявлять себя, навещать родных и друзей. Ваша смерть для мира должна
состояться. И никаких стишков в альманахи, к сожалению. Даже под чужим
именем. Только в нарочитой тетради и в нарочитом месте. Иначе господа
чекисты всех ваших родных и чад, законных и незаконных, смертию
казнят. Таково условие - дополнительно к некоторой... кгхм... сумме.
- Большой сумме?- спросил я.
- Не стоите вы того,- крякнул Яков Вильгельмович. - За те же
деньги Петра
Алексеевича из турецкого плена выкупили...
Я попытался вспомнить эту сумму из гимназического курса истории,
но не смог.
Что-то с большим количеством нулей - и не ассигнациями,
разумеется. Да, впору было крякать.
Будет на что погулять Советам...
- А для чего это все, Яков Вильгельмович? - спросил я, чувствуя
себя не то самозванцем, не то просто не в своей тарелке.
- Для чего? - переспросил он. - Хм, для чего... Он спрашивает, для
чего,- сказал он собаке.- Вас, Николай Степанович, может быть,
устраивает то, что все эти годы вытворяли с Россией? Ну-ка, ответьте:
устраивает?
- Нет,- сказал я.- Только, боюсь, ничего с этим не сделать.
- А вот это, как говорится, dis aliter visum. И не людям изменять
их волю.
- Воля богов - темная материя...
- Темная,- согласился он.- Но и оттенки темного способен различать
наученный взгляд. Знаете ли вы, например, что на самом деле
октябрьское восстание семнадцатого года было потоплено в крови неким
пехотным штабс-капитаном?



Страницы: 1 2 3 4 5 6 [ 7 ] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.