read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



она успела узнать, чем это грозит: разве это не было достаточной причиной
бояться? Однако безразличный вид Антонина ее успокоил - он едва взглянул на
нее. Закончив обход, Антонин назвал Ирис: это была великолепно сложенная
сорокалетняя женщина, живущая в доме тридцать два года.
- Ложись, - приказал ей Антонин, - я должен прочистить тебе влагалище,
только меня надо возбудить, чтобы я смог проникнуть туда, - добавил гнусный
сатир.
Присутствующие поспешили ему на помощь, и негодяй вошел внутрь.
- Вот так, шлюха! - прорычал он, совокупляясь. - Прими мой прощальный
привет. - Когда же он увидел, что все вокруг вздрогнули, а несчастная
женщина близка к обмороку, на нее посыпались сильные удары. - Ты что, не
слышишь меня, тварь? Не поняла, что общество решило реформировать тебя? Я
пришел за тем, чтобы послезавтра тебя уже не было на свете... Если я сношаю
тебя сейчас, потаскуха поганая, так лишь для того, чтобы ты унесла мою
сперму с собой в ад и чтобы фурии намазали моим семенем свои влагалища, а я
бы и их прочистил с великим удовольствием, если бы до них добрался. Давай
же, кончай, шлюха, по-моему я достаточно приласкал тебя и подготовил к
экстазу...
Но Ирис больше ничего не слышала: она потеряла сознание и не
шевелилась. В таком состоянии находилась она, когда злодей дошел до порога
крайнего восторга. Извергаясь, он искусал ей груди в надежде, привести ее в
чувство, но все было напрасно, и насладившись бесчувственной жертвой, варвар
имел жестокость бросить ее в подземелье, где ей предстояло провести
последние и самые мучительные часы своей жизни.
Жюстина тоже пережила один из самых ужасных дней: страшная эта сцена
никак не хотела выходить у нее из головы. Она содрогалась при мысли, что ей
придется присутствовать на ужине, который должен был иметь место во время
кровавых оргий. К ее счастью она еще не созрела для того, чтобы быть
допущенной на празднество, где не бывает ни грана целомудрия и человечности;
в тот же самый вечер ей просто-напросто велели провести ночь в келье
Клемента.
- О Господи, - вздохнула она, - неужели я буду удовлетворять страсти
этого монстра, который придет покрытый кровью моей несчастной подруги,
который насытится ужасами и мерзостями и прикоснется ко мне со злобой в
сердце и с богохульствами на губах! Может ли быть участь, более ужасная, чем
моя?
Тем временем надо было идти: за ней пришел надзиратель и запер ее в
келью Клемента, где, пока она ждала этого злодея, ее посетили новые мысли,
еще более ужасные.
Клемент появился к трем часам утра в сопровождении двух дежурных
девушек, которые встретили его при выходе из трапезной, куда, как известно,
доступ им был закрыт, если там происходила реформационная оргия. Одна из
этих девушек звалась Армандой: белокурая молодая женщина, не достигшая
возраста двадцати шести лет, с очаровательным лицом и, между прочим,
племянница Клемента; другую звали Люсинда: яркий румянец, прекрасное тело,
ослепительно белая кожа и возраст двадцать восемь лет.
Жюстина выучила наизусть свои обязанности и упала на колени, едва
заслышав шаги монаха. Он приблизился к ней, внимательно посмотрел на нее,
стоявшую в такой униженной позе, затем приказал подняться и поцеловать его в
губы. Клемент долго смаковал этот поцелуй и ответил девушке своим,
невероятно похотливым и продолжительным. В это время прислужницы по его
повелению постепенно и аккуратно раздевали Жюстину. Когда обнажилось девичье
тело от поясницы до пяток, они услужливо повернули к Клементу эту часть,
обожаемую им. Монах осмотрел ее, потрогал, потом, усевшись в кресло, велел
Жюстине подставить для поцелуя божественный зад, который всерьез взволновал
его. Его племянница стояла на коленях и сосала ему член... обрюзгший член,
пресыщенный вечерними утехами, который без определенного искусства ни за что
не возвратился бы к жизни. Стоя чуть в сторонке, Люсинда одной рукой
поглаживала ляжки монаха, другой усиленно массировала ему задний проход.
Распутник сунул язык в подставленное святилище как можно глубже. Его корявые
пальцы терзали те же самые прелести Арманды и Люсинды, и он сладострастно и
больно щипал той и другой ягодицы. Однако основное его внимание было
обращено на Жюстину, чей зад находился у его губ; он велел ей пустить газ,
Жюстина подчинилась и в тот же миг почувствовала волшебное действие этой
гнусности. Монах возбудился еще сильнее, и его движения сделались активнее:
он несколько раз подряд укусил ягодицы девушки, которая вскрикнула от боли и
подалась вперед. Раздосадованный Клемент закричал:
- Знаешь ли ты, что бывает за такую дерзость? Бедняжка поспешила
извиниться, но разъяренное животное схватило ее за корсет, разорвало его
вместе с нижней рубашкой и с силой стиснуло ей обе груди, изрыгая проклятия.
Дежурные девушки раздели Жюстину окончательно, и все четверо остались
совершенно голые. Арманда без промедления занялась дядей: вот что значит зов
крови! А он принялся изо всех сил шлепать ее по ягодицам, целовать в губы,
укусил язык; она закричала, и острая боль исторгла из нее невольные слезы;
тогда он заставил ее взобраться на стул, поцеловал ей задницу и приказал
пукнуть. Затем настал черед Люсинды, и с ней поступили таким же образом. Все
это время Жюстина возбуждала его языком; он яростно укусил подставленный
зад, и его зубы в нескольких местах отпечатались в теле очаровательной
женщины; после этого он резко обратился к Жюстине, которая, на его взгляд,
недостаточно усердно ласкала его:
- Сейчас я покажу тебе, что значит страдать, шлюха!
Большего говорить ему не требовалось: слишком красноречив был его
взгляд.
- Сейчас тебя будут пороть, - сказал он. - Да, да, пороть самым
безжалостным способом, я не пощажу даже эту алебастровую грудь, даже эти
розовые ягодки, которые выкручиваю с таким удовольствием.
Наша несчастная пленница не осмеливалась произнести ни слова, боясь еще
больше рассердить своего палача, только на лбу у нее выступил пот, а глаза,
помимо ее воли, наполнились слезами. Он велел ей встать на колени на стул,
взяться руками за спинку и не отпускать их под угрозой самых жестоких пыток.
Удостоверившись, что ее поза соответствует его намерениям, он велел дежурным
девушкам принести розги, из которых выбрал связку самых тонких, самых гибких
и начал с двадцати ударов по плечам и нижней части спины; затем, оставив
Жюстину в покое, он расположил Арманду и Люсинду в двух шагах от нее - одну
слева, другую справа, обеих в той же позе - и объявил, что намерен пороть
всех троих и что первая, кто отпустит спинку стула, или издаст стон, или
прольет хоть одну слезинку, подвергнется таким мучениям, которые страшно
даже представить.
Арманда и Люсинда получили то же количество ударов по спине, которыми
злодей наградил Жюстину, после чего он расцеловал нашу героиню в губы и во
все истерзанные места и, подняв розги, произнес:
- Приготовься, плутовка, сейчас я отделаю тебя как самую последнюю
скотину.
После этих слов Жюстина получила сто ударов подряд, нанесенных самой
безжалостной рукой и пришедшихся на самые уязвимые места задней части тела,
включая закругления бедер; затем монах набросился на двух других и поступил
с ними точно так же. Несчастные мученицы не проронили ни слова, только на их
лицах было написано все, что испытывала их душа, да еще сквозь сжатые зубы
выходили сдавленные стоны. Возможно, страсти монаха уже полыхали, но никаких
внешних признаков еще не было: он то и дело возбуждал себя руками, но
главный орган все не поднимался.
- Дьявольщина какая-то, - проворчал он, - очевидно, я слишком много
кончал ночью, когда мы истязали эту потаскуху; я творил с ней неслыханные
вещи, и они меня истощили, поэтому член встанет не скоро.
И приблизившись к Жюстине, которая составляла центр сладострастной
картины, он осмотрел божественные ягодицы, белизна которых заставила бы
поникнуть лилию; они были еще не тронуты и ожидали свой черед. Он потрепал
их и не удержался от того, чтобы раздвинуть упругие полушария, обнюхать и
расцеловать их.
- Итак, - торжественно произнес он, - приготовься страдать.
В тот же миг страшный град обрушился на обе ягодицы и растерзал их до
самых бедер. Чрезвычайно взволнованный подергиванием и трепетом нежного
тела, скрипением зубов девушки и конвульсиями, вызванными адской болью,
Клемент восторженно наблюдал их и в конце концов запечатлел на губах
страдалицы все свои чувства.
- Мне нравится эта стервочка! - воскликнул он. - Никогда еще я никого
не порол с таким удовольствием!
Он перешел к Люсинде и обработал ее восхитительные ягодицы таким же
образом, от Люсинды перешел к Арманде и выпорол ее с прежним остервенением.
Осталась потаенная часть тела от основания бедер до ануса, поросшего мягким
пушком, и распутник за несколько минут превратил это место у всех троих в
нечто ужасное.
- А теперь, - обратился он к Жюстине, - сменим руку и навестим другое
местечко.
Он выдал ей пятьдесят ударов, начиная от пупка до колен, потом,
заставив ее раздвинуть бедра, сильно ударил прямо по нижним губкам, которые
она раскрыла по его приказанию.
- О черт меня побери, - вскричал он, впиваясь взглядом в вагину, - вот
эту птичку я ощипаю с удовольствием.
Несколько ударов, тщательно рассчитанных, пришлись слишком глубоко, и
Жюстина испустила вопль.
- Ах, ах! - обрадовался антропофаг. - Значит, я нашел чувствительное
место, сейчас мы обследуем его получше.
Вскоре Арманда и Люсинда были поставлены в такую же позу, и розги
добрались и до самых нежных частей их тела, но то ли в силу привычки, то ли
из терпения или страха принять муки, еще более жестокие, они издавали лишь
слабые стоны и невольно вздрагивали и дергались в ритме ударов. Монах отошел
от них, только когда они были залиты кровью.
Между тем в физическом состоянии этого либертена появились кое-какие
изменения, и хотя то были лишь слабые зачатки, скорее вызванные интенсивными



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 [ 61 ] 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.