read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Но вместо этого открыл глаза.
Над ним склонялось лицо Алкмены - постаревшее, осунувшееся, какое-то
неестественно большое, и в любимых глазах, в черной влажной глубине
мерцали забота и нежность, но нежность чуждая, забота непривычная,
пугающая; полуседая прядь падала на высокий лоб, покрытый бисеринками
пота, кончиком касаясь глубокой морщины между все еще густыми бровями,
которые Алкмена даже в молодости никогда не выщипывала согласно прихотям
критской или микенской моды - и Амфитрион невольно протянул руку, чтобы
убрать эту прядь.
Рука, возникшая перед его глазами, была худой и тонкокостной, как у
тяжелобольного.
Амфитрион, захлебываясь ужасом, смотрел, как его жена берет эту чужую
руку и прижимает к губам, тепло которых так хорошо знал старый лавагет.
Бывший лавагет.
- Хвала Пеану-целителю, ты очнулся, Иолай! - слова, рождаемые этими
губами, входили в Амфитриона острием Эргинова меча. - Ну ничего, сейчас
бабушка принесет тебе попить...
И Амфитрион понял, вспомнив агонию всхлипывающего кошмара, что только
что убил собственного внука - чтобы жить самому.
- Мама! - позвали из коридора. - Тебя можно?
- Да, Ификл, я сейчас, - Алкмена поправила покрывало на лежащем перед
ней шестилетнем мальчишке и в тысячный раз поразилась его сходству с
покойным дедом.
Она вышла, осторожно притворив за собой дверь и так и не заметив, как
маленький Иолай, сын Ификла и Автомедузы, вцепился зубами в собственное
предплечье, чтобы не завыть.
Страшно и дико, как попавший в западню волк.


2
К вечеру он заставил себя встать и выйти во двор.
Пора было приучаться жить заново.
Тело слушалось плохо, но все-таки слушалось. Болезненность Иолая
давала себя знать, и Амфитрион, без особой благодарности поминая излишнюю
заботу Алкмены о любимом внуке, заставлял себя не думать о цене,
уплаченной за возможность снова дышать и хвататься за стены коридора при
головокружении. Умея разменивать прошлые победы на пригоршни чужих жизней,
он умел не щадить друзей и родичей, не щадя себя самого... сейчас это
помогало, но не до конца.
Пора платить за сделку с Аидом настанет, если уже не настала - но
воину в бою некогда терзаться. Вот его сегодняшний бой: необходимость идти
во двор, привыкать к несуразно выросшим вещам и пространствам, опасаться
грома с ясного неба и ловить сочувственные взгляды челяди.
- Бедненький! - бросила пробегавшая через двор рабыня. - Квелый-то
какой!..
И удивилась, когда бледный болезненный мальчик криво ухмыльнулся и,
по-отцовски закусив нижнюю губу, плетью непривычно острого взгляда ожег
крутые бедра болтливой рабыни.
Словно породистую кобылу оценивал.
"Видел бы меня Зевс! - Амфитрион мимо воли глянул вверх. - То-то
посмеялся бы... да, новыми детьми я обзаведусь не скоро! Что,
Амфитрион-Изгнанник, отовсюду тебя изгнали? - из Микен, из постели жены,
из жизни, из Эреба... Одно слово: герой! А что? Съезжу в Иолк, приду в
гавань: где тут Арг-корабел или Тифий-кормщик? С собой в Колхиду возьмете?
Небось, раньше за честь бы почли..."
Он чуть не подпрыгнул, когда почувствовал, как чья-то тяжелая рука
гладит его по макушке.
Позади стоял Ликимний, сводный брат Алкмены.
За последние пять лет Ликимний сильно изменился. Роскошные некогда
волосы поредели, лицо покрылось пятнами неопределенного цвета, и лишь
глаза оставались почти прежними - черные, миндалевидные, в обрамлении
густых ресниц - только белок глазного яблока треснул сетью кровяных
прожилок, помутнел, отчего казалось, что Ликимний только что проснулся.
- Ожил? - бодро поинтересовался Ликимний, нависая над мальчишкой. -
Ну, хвала богам! Тебе, Иолай, больше бегать надо, одежду в клочья рвать, а
не с няньками в доме сидеть!
"А тебе пить меньше надо", - чуть не вырвалось у Амфитриона.
Смотреть на бывшего шурина снизу вверх оказалось делом непростым и
раздражающим.
Особенно если этот почти сорокалетний мужчина непрерывно поглаживает
твою макушку.
- Я в твои годы... - Ликимний не договорил, как бы предполагая, что
собеседник и без того знает, чем занимался Ликимний в его годы; знает и
всячески восхищается.
- И-эх, Иолайчик... земля под ногами горела! Синяки, шишки - навалом!
А ты прямо как девчонка - болеешь, болеешь... И друзей у тебя настоящих
нет. Ты знаешь, дорогой, я как твой двоюродный дед и потомок Персея...
- Шел бы ты лучше, Ликимний, - непроизвольно отозвался Амфитрион, с
удивлением слыша собственный голос, тонкий и высокий. - Как дед... и
двоюродный потомок Персея.
И стряхнул с себя пухлую ладонь.
Как выяснилось, зря - ладонь немедленно впечаталась в затылок, бросив
Амфитриона наземь.
Он еле успел увернуться, чтобы скулой не налететь на черенок
валявшейся на земле деревянной лопаты.
Тело слушалось плохо, но слушалось.
- Щенок! - разъяренный Ликимний нагнулся и ухватил наглого мальчишку
за шиворот. - Распустил язык, бабкин любимчик! Аггхх... оуууююй!..
Последнее относилось к лопате, воткнувшейся ему между ног.
Следующее, в чем несчастному Ликимнию пришлось убедиться -
оказывается, оплеуха лопатой гораздо менее приятна, чем это кажется
вначале.
То есть даже вначале оплеуха эта не кажется подарком судьбы, а в
конце - ну так совсем...
- Больно, - задумчиво сказал Ликимний, лежа на спине. - Очень больно.
Я как твой дед... и вообще.
Над ним склонилось хмурое мальчишечье лицо.
Без малейших проблесков участия.
- Пожалуешься сестре - убью, - скучно пообещал маленький Иолай. - И
вот что, дедушка: не гладь меня больше по голове. Никогда. Договорились?
- Договорились, - кивнул Ликимний, чувствуя, что сходит с ума.
И потрогал пальцем шатающийся зуб.


3
...Алкмена знала, что в этой жизни у нее не осталось ничего, кроме
внуков.
Вот уже почти пять лет она знала это - с того самого дня, когда Фивы
впустили победителей, вернувшихся домой. Наверно, многие тогда осуждали
ее, жену погибшего лавагета, так ни разу и не заплакавшую над телом мужа.
Над Амфитрионом убивались все: живые и родичи живых - благодаря за этот
дар; те, чьи семьи опустели - видя в лавагете своих родных, оставшихся в
проклятой долине; уронил скупую государственную слезу басилей Креонт,
разрыдалась его жена Навсикая, выла у погребального костра сумасшедшая
карлица Галинтиада, в исступлении целуя золотой диск, некогда подаренный
ей умершим; отвернулся от людей скорбный Автолик, хитрейший из эллинов,
скрывая предательский блеск глаз...
Алкмена не плакала.
Ни слезинки, ни вздоха, ни всхлипа.
"Еще бы, после Зевса-то!" - шептались фиванцы.
И когда подошли к Алкмене ее сыновья вместе с Креонтом Фиванским, то
озноб пробрал всех троих - так взглянула им в лица жена покойного.
Вдова.
Но всем городом в одни глаза не заглянешь.
- Я отдам героям в жены своих дочерей: Алкиду - Мегару, Ификлу -
Астеропею, - пробормотал Креонт, в единый миг растеряв все слова
заготовленной речи.
Алкмена молчала.
- Я... я воздвигну великому Амфитриону такой толос, в каком никогда
не погребали ни одного из басилеев, - сказал Креонт, не зная, что говорить
дальше.
Алкмена молчала.
- Мы воздвигнем в Фивах храм, мама, - сказали близнецы. - Храм Отца.
- Да, правильно, - одобрил Креонт. - Храм Зевса-Победителя, отца
богов и смертных.
- Храм Отца, - словно и не слыша басилея, одним голосом ответили
братья, и Креонт счел за благо промолчать.
Алкмена подошла к пепелищу и взяла горсть углей и золы.
И чудилось: драгоценные камни мечут искры с ладони последней женщины
Громовержца.
- Это заложите в основание, - тихо бросила Алкмена.
И высыпала раскаленный прах в подставленные руки сыновей: по
полгорсти - каждому.
Даже Креонт, муж государственный, понял тогда: плоть бесчувственна,
когда горит сердце.
- Хаа-ай, гроза над морем, - вполголоса запела Алкмена и пошла прочь,



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 [ 63 ] 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.