read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



опять капризничает старикан, опять чудит. Ему стало смешно, и он
захихикал, глядя на них.
- Надулись, - сказал он. - Как мышь на крупу... Ну, не надо мне
никого! Сто пятьдесят километров туда, столько же обратно. По хорошей
автостраде. Зачем мне охрана? На автостраде - безопасно, а по бетонке
поедем с генераловым эскортом. Да и зачем мне ВООБЩЕ охрана, чудики вы
мои? Будьте же хотя бы последовательны в своих суевериях!
- Конечно, - сказал деловитый Кронид. - Я и Ванечка - вполне
достаточно. На любой случай.
- Нет, Кронид Сергеевич. Хватит мне одного Ивана. А вы, Кронид
Сергеевич, останетесь в городе и будете держать крепость. Потому что так
получается, что сейчас все, с похоронами связанное, падает на вас. И
хватит об этом. Эдик, идите к себе и займитесь статьей и прочим... Кузьма
Иваныч, вы заметили: когда я уезжаю, всегда что-нибудь здесь у нас
происходит... Понятно, да? Только на вас вся надежда... Динаре Алексеевне
объясните, пожалуйста, что к чему. И расскажите про Николаса. Она его
любила, так что - помягче как-нибудь... Ну, обнимаю и жму! Связь по радио.

В вестибюле, как водится, дрыхло в креслах и на диванах штук
пятнадцать журналистов - под бдительными взорами мальчиков Боба (и самого
Боба, разумеется), а также - муниципальной охраны (в черных кожаных
костюмах, распухших от бронезащиты, в касках с рацией, с коротенькими
смертоносными ОСАми наизготовку). Журналисты немедленно все повскакали,
как по тревоге, и с топотом кинулись со всех сторон наперерез. Засверкали
блицы, грянули вопросы в дюжину дюжих глоток.
- Правда ли, что ваша встреча с президентом отменяется?
- Нет, неправда.
- Вы направляетесь к мэру?
- Нет.
- А куда?
- По личным делам.
- Какие могут быть личные дела в четыре утра?
- Самые разные.
- Почему падает ваш рейтинг?
- Это знают только аналитики.
- А ваше мнение?
- Что-то делаем неправильно. Станем делать правильно - рейтинг
повысится.
- Может быть, вам все-таки следует быть лучшим патриотом?
- Лучшее - враг хорошего.
- Правда ли, что ваша супруга ждет ребенка?
- Нет, неправда.
- Какая ваша база находится под Красными Станками?
Так. Красные Станки какие-то. Сволочи, явно уже что-то пронюхали!
Как? Кто? Когда успели?
- Представления не имею. У нас там нет никакой базы.
- Говорят, вы всегда говорите только правду. Это правда?
- Да.
- Зачем?
- Мне так нравится.
- Правда, что вы отказались войти в блок с Демсоюзом?
- Нет, неправда.
- Вы допускаете приход к власти фашистов?
- Я не допущу этого, если сумею.
- Что означают намеки Никиты Акимова на вашу якобы зависимость от
академика Киконина?
(Блин. Опять. Да что за наваждение?)
- Представления не имею. Вам лучше спросить об этом самого Акимова.
(Ах, черт. Это я - ляпнул. Нельзя горячиться, нельзя).
- Вы продолжаете поддерживать отношения с Никитой Акимовым или уже
нет?...
Уф-ф! Дверь. Наконец-то. Боб распахивает стеклянные створки. Мальчики
его встают стенкой на пороге. Галдящая толпа остается за этой твердой,
неприязненной и небезопасной стенкой. Прорвался! Правда, здесь, вокруг
подъезда, опять толпа, но это уже не страшно. Во-первых, сейчас их немного
- человек сто, не больше. Во-вторых, это, главным образом, любопытствующие
интуристы да безвредные фанаты. Эти сразу же узнали его и подняли обычный
гвалт - взлетели фосфоресцирующие лозунги и вспыхнули изумрудно-зеленые
огоньки "фонариков удачи", дорогу перегородили протянутые блокноты,
алчущие автографов... Нет. Нет, друзья. Простите, ради бога - не могу
сегодня, очень спешу. Люблю вас, спасибо вам, но - спешу!... Клянусь,
честное слово, ни минуты сейчас не могу задержаться...

(Динара вот так же с пятнадцати лет своих ходила на такие встречи,
вечно в первом ряду, сияющая, радостная, по-марсиански прекрасная - с
огромными радостными глазами на пол-лица. А потом напросилась на прием,
очередь выстояла двухмесячную, прорвалась и сказала: "Я вас люблю и не
могу без вас, и не хочу..." Ему не слишком нравилось вспоминать эти дни, и
все равно, а может быть, именно поэтому, он вспоминал их каждый раз, когда
оказывался в галдящей, улыбающейся, излучающей преданную любовь и
беззаветную преданность толпе... Там, в прошлом, остались некие
подробности, которые вспоминать теперь было не то чтобы стыдно, но как бы
неловко, а они ни в какую не забывались, не желали угомониться, не желали
раствориться навсегда).

Иван ждал его у распахнутых дверец "броневичка", и он жестко взял его
за плечо и приказал брезгливо: "Назад. На заднее сидение пошел!" Лицо
Ванечки плаксиво перекосилось, но спорить не посмел - исчез в недрах
салона и затаился там, пришипившись. А он сказал Бобу: "Спасибо, дружок.
Все ОК. Пожелай мне удачи". "Удачи вам, господин Президент", - немедленно
откликнулся Боб, неулыбчивый, всегда озабоченный и послушный как рука.
"Спасибо еще раз. Удача мне сегодня очень понадобится..." - он ласково
ткнул Боба пальцем в железные ребра и покряхтывая полез за руль. Дверца
едва слышно чмокнула, захлопываясь.
В салоне было тепло, тихо и стоял свежий здоровый запах - в проспекте
утверждалось: запах кедра. Очень может быть. Машина была - экстра-класс,
уника - фантастическое творение фантастической фирмы "Адиабата", возникшей
из небытия пяток лет назад и сразу же ставшей знаменитой, - он был без ума
от этой машины, никак не мог к ней привыкнуть и с некоторым даже стыдом
по-детски радовался каждому случаю посидеть за рулем.
Двигатель был уже хорошо прогрет и работал, но узнать об этом можно
было только по приборам - никаких звуков, ни малейшей вибрации, только
россыпь доброжелательных разрешающих огоньков на пульте. У этой машины
двигатель можно было услышать только во-время форсажа, когда автомобиль
превращался в ракету. Но тогда уж и звук у нее делался как у ракеты.
Он включил фары и осторожненько, нежно, с затаенным наслаждением,
взял с места - прямо на беззвучно галдящую толпу, озаренную белым и желтым
светом. Толпа подавалась неохотно и туго, как вода, как жадная трясина -
не пуская, не желая отпускать, и все-таки подаваясь, открывая дорогу,
давая волю - и вот уже нет никого впереди, пустая площадь, мокрый асфальт
в бело-желтом свете, и только тут стало видно, какой плотный, какой слепой
и безнадежный стоит в городе туман.
Города как бы и не было вовсе. Смутно светили оранжевые огни
неразличимых фонарей, вдруг витрина выплывала справа из молочного мрака,
расплывающаяся, словно нелепо яркая акварель, тускло отсвечивали мокрыми
крышами ряды темных унылых автомашин, забивших обочину... Пару раз с
воющим клекотом выскочили, ослепляюще мигая желтым и синим, патрульные
машины, опасно подрезали справа-слева и снова пропали в шевелящемся
молоке, словно хищные животные, промахнувшиеся по намеченной жертве.
На углу Большого и Первой их остановил патруль: мрачные необъятно
толстые (из-за бронежилетов) фигуры... Фосфоресцирующие пятна на
плащ-накидках... светящиеся жезлы... мокрые стволы с отблесками,
наведенные откровенно и неприязненно прямо тебе в лоб... Проверили
документы, подсветили лицо, откозыряли... напряженно-угрюмые глаза на
мгновение утратили свирепость: "Счастливого пути, Хозяин..." И - снова
пустые улицы, набережные, черный провал справа, где Нева.
Он вспомнил анекдот, который ходил по Питеру уже несколько лет.
Патруль останавливает машину, старший проверяет документы и отпускает,
откозыряв. Второй номер спрашивает: "Это кто был, на МЕРСЕ?" "Не знаю, -
отвечает старшой в ошеломлении. - Не знаю, кто там на МЕРСЕ был, но
водилой у него - сам Хозяин?" На самом деле анекдот был старинный, еще
застойных времен, а может быть даже и - сталинских: начальство всегда
любило, особенно в поддатом виде, посидеть за рулем служебной машины. Но,
все равно, ему нравилось, что про него если не сочиняли еще новые
анекдоты, то, хотя бы, приспосабливали к нему старые... Что-то я последнее
время частенько оказываюсь в ситуации анекдота, подумал он вдруг. Как
нарочно. Вот и Ванечка спросил, сразу после свадьбы: "Не понимаю, ей-богу,
Босс. Ведь ей сейчас шестнадцать... Вам будет восемьдесят, а ей - двадцать
шесть. И что вы будете делать?" Он тотчас же вспомнил соответствующий
анекдот и ответил почти с наслаждением: "А проще простого: разведусь и
снова женюсь на шестнадцатилетней..." Тогда он еще колебался: а не
сотворил ли он глупости с этой женитьбой, и все они колебания эти его
очень хорошо чувствовали и позволяли себе шутить, а он все отшучивался.
Потом, впрочем, - и довольно скоро, - надоело, и шутки замерли. Шутить на
эту тему стало неприлично, приличным сделалось - демонстрировать
подчеркнутое уважение и окружать деликатным вниманием... И он больше уже
не колебался - он знал, что поступил странно, но правильно. У него



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 [ 63 ] 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.