read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Мелдона. Я говорил: за границей или здесь...
- А я сказал, за границей, - внушительно произнес мистер Уикфнлд. - За
границу отослал его я. Ответственность беру на себя.
- О! Ответственность! - воскликнул Старый Вояка. - Мы знаем, что все
это делалось из самых лучших побуждений, дорогой мистер Уикфилд, из самых
лучших и благих побуждений! Но если бедный юноша не может там жить, значит
ничего не попишешь. А если он не может там жить, то скорей умрет, чем
расстроит планы доктора. Я знаю его и знаю, что он скорей умрет, чем
расстроит планы доктора, - повторил Старый Вояка, обмахиваясь веером с видом
пророческим, но спокойным.
- Я не фанатик, сударыня, не держусь за свои планы во что бы то ни
стало и сам могу их расстроить, - весело сказал доктор. - Я могу придумать
другой план. Если мистер Джек Мелдон вернется домой из-за плохого здоровья,
мы не заставим его ехать обратно и попытаемся найти здесь что-нибудь
подходящее для него.
Миссис Марклхем была потрясена таким великодушным заявлением, которого,
впрочем, - нужно ли об этом упоминать? - не добивалась и не ожидала, и могла
только сказать, что доктор остался верен себе; при этом она несколько раз
поцеловала кончик своего веера, коим и похлопала по руке доктора. Затем она
немного пожурила свою дочь Анни за то, что та не выражает своих чувств,
когда доктор, ради нее, изливает такие милости на товарища ее детских игр, и
сообщила нам некоторые сведения о других достойных своих родственниках,
которых так хотелось бы поставить на их достойные ноги...
Все это время дочь ее Анни не произнесла ни слова и не поднимала глаз.
И все это время мистер Уикфилд, рядом с дочерью которого она сидела, не
спускал с нее пристального взгляда. Мне кажется, он не замечал, что кто-то
за ним наблюдает, он был целиком поглощен ею и своими о ней размышлениями.
Вдруг он спросил, что именно писал мистер Мелдон о себе и кому он это писал.
- Да вот письмо! - Миссис Марклхем взяла письмо с каминной полки над
головой доктора. - Бедный юноша пишет доктору... где это- - ах, вот! "Мне
очень жаль, но я должен сообщить вам, что мое здоровье сильно пошатнулось,
и, боюсь, мне придется на время вернуться домой; это единственная моя
надежда на выздоровление". Бедняжка, все так ясно! Единственная его надежда
на выздоровление! Но письмо к Анни еще яснее. Анни, покажи-ка еще раз то
письмо.
- Не сейчас, мама, - тихо произнесла миссис Стронг.
- Моя дорогая, право же, в некоторых отношениях ты ужасно странное
существо! А когда речь заходит о нуждах твоих родственников, то такой, как
ты, нет на целом свете. Мы так бы и не узнали о письме, не спроси о нем я!
Ты называешь это, моя милочка, доверием к доктору Стронгу? Право, ты меня
удивляешь. Нужно быть более разумной.
Миссис Стронг неохотно достала письмо, и я увидел, как дрожит ее рука,
когда взял у нее письмо, чтобы передать его старой леди.
- Посмотрим, где это место, - сказала миссис Маркл-хем, вооружившись
лорнеткой. - "Воспоминание о прошедших временах, дорогая моя Анни..." И так
далее... Нет, это не то. "Милейший старый директор". Кто это? Боже мой,
Анни, как неразборчиво пишет твой кузен Мелдон. Ах, какая я глупая! Конечно,
это "доктор". Ну, разумеется, милейший! - Тут она сделала паузу, чтобы снова
поцеловать свой веер и похлопать им доктора по руке, а тот смотрел на нас
кротко и безмятежно. - Вот, нашла! "Вы-то, Анни, не будете удивлены, когда
узнаете..." Конечно, нет! Ведь ей известно, что он никогда не был крепким;
как раз об этом я вам только что и говорила... Ну, вот: "...когда узнаете,
что, претерпев здесь, в этой далекой стране, слишком много, я решил уехать
отсюда любым способом: если возможно, то в отпуск по болезни, а если нет, то
подавши в отставку. То, что я здесь вытерпел и терплю сейчас, мне не по
силам". Ах, и мне не по силам было бы об этом думать, если бы не пришел так
поспешно на помощь лучший из людей! - закончила миссис Марклхем,
телеграфируя доктору обычным своим способом и складывая письмо.
Мистер Уикфилд не проронил ни слова, хотя старая леди поглядывала на
него, словно ожидая пояснений к этому известию; но он молчал с суровым
видам, устремив взгляд в землю. И долго еще после того, как эта тема была
исчерпана и мы уже говорили совсем о другом, он пребывал в таком положении;
он изредка поднимал глаза только для того, чтобы взглянуть на доктора, или
на его жену, или на них обоих, и при этом продолжал размышлять и хмуриться.
Доктор любил музыку. Очень мило и выразительно спела Агнес, а также
миссис Стронг. Они спели дуэт, сыграли в четыре руки, и у нас, можно
сказать, получился маленький концерт. Но я обратил внимание на два
обстоятельства. Во-первых: хотя Анни скоро оправилась и держалась, как
всегда, между ней и мистером Уикфилдом словно пролегла пропасть, отделившая
их друг от друга; и во-вторых: мистеру Уикфилду, по-видимому, не нравилась
близость между нею и Агнес, и он наблюдал за ними с тревогой. И тут я
вспомнил об отъезде мистера Мелдона, и тот вечер впервые предстал передо
мной совсем в новом свете и, должен признаться, смутил меня. Невинная
красота Анни не казалась мне теперь такой невинной, как тогда; я не доверял
непринужденности ее манер и ее обаянию, а видя рядом с ней Агнес и думая о
том, как добра и правдива Агнес, я начинал убеждаться, что эта дружба
нежелательна.
Однако Агнес радовалась этой дружбе, радовалась ей и та - другая, и
потому вечер промелькнул очень быстро. Но эпизод, которым он закончился, я
хорошо запомнил. Наступил момент прощания, Агнес уже собралась обнять и
поцеловать миссис Стронг, как вдруг мистер Уикфилд как бы случайно очутился
между ними и быстро увлек за собой Агнес. И вот тут-то я увидел (словно день
отъезда мистера Мелдона не ушел в прошлое и я все еще стоял, как тогда, в
дверях), я увидел взгляд миссис Стронг, брошенный на мистера Уикфилда, - тот
же самый взгляд, что и в тот вечер.
Мне трудно сказать, какое впечатление произвел на меня этот взгляд и
почему я, думая о миссис Стронг, вспоминал о нем и не мог представить себе
ее лица прелестным и невинным, как прежде. Этот взгляд преследовал меня,
когда я пришел домой. Казалось, над домом доктора, который я покинул,
нависло темное облако. Я по-прежнему уважал его седины, но в то же время
испытывал жалость к нему, верившему людям, его предающим, и негодование
против тех, кто его оскорбляет. Тень великого несчастья и великого позора,
пока еще бесформенная, надвигалась на мирный приют, где я учился и играл
ребенком, и ложилась на него отвратительным пятном. Мне неприятно было
отныне думать о величественных старых алоэ, цветущих раз в сто лет, о
тщательно подстриженных лужайках, о каменных урнах, об "Аллее доктора" и о
звоне соборного колокола, осеняющим эту тихую обитель. Словно на моих глазах
разграбили святая святых моего детства, пустили по ветру честь его и покой.
Но утром надо было разлучаться со старым домом, в котором витал дух Агнес;
это поглотило меня целиком. Да, я мог бы сюда приехать снова, я мог бы вновь
- пожалуй, даже частенько, - спать в своей прежней комнате, но дни моего
пребывания здесь миновали и былое время отошло в прошлое. Когда я укладывал
свою одежду и книги, которые оставлял для отсылки в Дувр, на душе у меня
было тяжело, и мне хотелось скрыть это от Урии Хипа, а он так угодливо
старался мне помочь, что я обвинил себя в неблагодарности, подозревая, будто
он очень радуется моему отъезду.
Я распростился с Агнес и ее отцом, не очень-то успешно стараясь
держаться, как подобает мужчине, и занял место на козлах лондонской кареты.
Я так был растроган и склонен ко всепрощению, когда проезжал по улицам
города, что почти решил кивнуть на прощание старому моему врагу, мяснику, и
бросить ему пять шиллингов на выпивку. Но он казался таким грубым, этот
мясник, скребущий в своей лавке огромный чурбан для разделки туш, да к тому
же его внешность так мало выиграла от потери переднего зуба, который я ему
вышиб, что я почел за лучшее не делать попыток к примирению.
Помню, когда мы благополучно выехали на дорогу, больше всего я думал о
том, чтобы казаться кучеру как можно старше и говорить с ним весьма
внушительно. Последнее мне удалось, и хотя мне самому такой тон в
собственных устах был очень неприятен, но я сохранял его, ибо решил, что он
придает мне солидность.
- Вам ехать до конца, сэр? - осведомился кучер.
- Да, Уильям, - сказал я снисходительно (я знал этого человека). - Еду
в Лондон. А потом в Суффолк.
- На охоту, сэр? - спросил кучер.
С такой же вероятностью, - если принять во внимание время года, - я мог
бы отправиться на китобойный промысел, о чем он знал так же хорошо, как и я.
Но я почувствовал себя польщенным.
- Не знаю, буду ли охотиться, - ответил я, притворяясь, будто этот
вопрос еще мною не решен.
- Говорят, дичь нынче стала пугливой, - сказал Уильям.
- И я это слышал.
- Вы из Суффолка, сэр? - спросил Уильям.
- Да, моя родина Суффолк, - ответил я с важностью.
- Говорят, пирожки с яблоками там отменные, сэр!
Я понятия об этом не имел, но ведь не мог же я не похвалиться
достопримечательностями моего родного графства и не выказать своего близкого
знакомства с ними, а потому кивнул головой с таким видом, будто хотел
сказать: "Можете не сомневаться!"
- А какие битюги! Вот это лошади! - продолжал Уильям. - Суффолкский
битюг, ежели он хорош, - прямо на вес золота. Вы когда-нибудь, сэр,
разводили суффолкских битюгов?
- Н-нет, не... совсем, - ответил я.
- Вот за мной сидит джентльмен, так он разводит их целыми табунами, -
сказал Уильям.
Джентльмен, о котором шла речь, был косоглаз, что не сулило ничего
хорошего, обладал сильно выступающим подбородком, носил белый цилиндр с
узкими плоскими полями и темные узкие драповые панталоны, которые
застегивались сбоку пуговицами от башмаков до самых бедер. Подбородок его
нависал над плечом кучера так близко от меня, что я ощущал на затылке
дыхание джентльмена; когда я повернулся, чтобы на него взглянуть, он с видом
знатока бросил на лошадей взгляд тем глазом, который у него не косил.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 [ 65 ] 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.