read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



другая - тяжкие ее последствия: голод, эпидемии, разрушенные деревни,
сожженные жилища, осквернение цветущего пейзажа, изображенного на первом
плане, и на все это, рыдая, смотрит обнаженная женщина. А от последнего
полотна - "Пробуждение мертвых" - у Тринга и вовсе глаза вылезли на лоб. О
чем, черт побери, думал этот парень, изображая таких людей! Да это даже и
не люди, а трупы, обезображенные, голые, иные без ног, тут и женщины и
мужчины, и все они выходят из могил на трубный зов архангела! Никогда,
даже в самых диких кошмарах, не снилось ему такой страшной катастрофы. И в
появлении этих творений повинен он, контр-адмирал Реджинальд Тринг, ибо
ведь он фактически навязал этого треклятого Десмонда членам комиссии.
А они молча наблюдали за ним, ожидая, что он скажет. Контр-адмирал
пожал плечами: в недостатке мужества его никогда нельзя было упрекнуть.
- Что ж, джентльмены... это очень разочаровывающее зрелище.
- Разочаровывающее?! - Кордли чуть не хватил удар от возмущения. - Да
это же надругательство над нами, самое настоящее надругательство!
- Вы только посмотрите на вон этих... - Моулд кивнул на последнее
панно. - Ведь они все голые... как есть голые. Мало того: тут и мужчины и
женщины, и у всех все наружу.
Тринг отвел в сторону взгляд и посмотрел на Саттона. Но кроткий банкир
совсем побелел и не был склонен помочь ему.
- Да, джентльмены, все это весьма огорчительно. Я должен немедленно
повидать настоятеля.
Тут заговорил Шарп, дотоле молча, внимательно разглядывавший картины.
- Позвольте обратить ваше внимание на такую подробность. - И он указал
на одну из деталей в сложной композиции третьего панно. - Что, по-вашему,
делают тут эти солдаты? Может, кто-нибудь из присутствующих наделен
большим художественным воображением, чем я, и объяснит, как это
называется?
- Боже правый! - невольно вырвалось у Тринга.
И среди поднявшегося ропота Моулд вкрадчиво добавил:
- Это-то и заставило нас пригласить вас сюда.
Контр-адмирал, поджав губы, решил положить конец осмотру. И неожиданно
объявил:
- Назначаю на завтра экстренное заседание комиссии. Ровно в девять
утра. И приглашу на него Десмонда. А пока прошу воздержаться от публичного
обсуждения этого вопроса. Доброй ночи.
На следующее утро, в указанное время, Стефен, нимало не догадываясь о
грозящей ему беде, предстал перед комиссией. Не зная о причинах вызова -
по телефону Тринг ничего ему не сказал, - он был в превосходном
настроении. Правда, он устал и нервы у него были несколько натянуты после
многих недель неослабного труда, но сознание удачи окрыляло его. Работа
подходила к концу, и он знал, что картины получились хорошие. Через
несколько дней он покажет панно комиссии. Об этом, должно быть, они и
хотят с ним поговорить.
- Мистер Десмонд, я должен сообщить вам, что мы видели ваши картины.
Это совершенно скандальное зрелище.
Удар был настолько неожиданным, что Стефен растерялся. Не сумев
справиться с собой, он вздрогнул и страшно побледнел, глаза его потемнели,
и взгляд стал почти жестким. Но, прежде чем он успел раскрыть рот, Тринг
продолжал:
- Я лично просто не понимаю, как вы могли в такой оскорбительной форме
воплотить наши пожелания.
Стефен с трудом перевел дух - так сдавило вдруг грудь.
- Что же оскорбительного в моей работе?
- Сама цель, во имя которой мы все это затеяли, требует чего-то
благородного и героического. Группа военных разных родов войск, шагающая с
флагом... Или раненый, который бредет, опираясь на плечо товарища, или,
скажем, сестры милосердия... - Стефена передернуло. - А вы вместо этого
создаете... картины, совершенно чуждые нам по духу... изображаете
человеческое страдание в какой-то, мягко выражаясь, патологической и
унизительной форме.
- Я же рассказывал вам о своих замыслах, прежде чем начать работу. Мне
казалось, что вы их одобрили.
- Ни один здравомыслящий человек не может одобрить эти панно.
- А вы достаточно компетентны, чтобы судить о них?
- Вы считали нас достаточно компетентными, когда мы вам их заказывали.
Пламя ярости вспыхнуло в груди Стефена.
- В таком случае, может быть, вы будете так любезны и уточните, чем
именно вам не нравятся мои полотна?
- Уточним, уточним! - воскликнул Кордли, распаляясь и переходя на
вульгарный жаргон. - Ты что, думал, нам могут прийтись по вкусу твои
калеки и слепые... голые бабы... шлюхи?.. Чего уж там, чистое
непотребство, распутство!
- Хватит! - резко оборвал его Тринг. За время, истекшее со вчерашнего
вечера, он тщательно взвесил, в какое положение попал и как из него лучше
выйти. Хотя контр-адмирал и считал себя лично глубоко уязвленным, он
пришел к выводу, что самое правильное - приглушить этот злополучный
скандал: так будет наименее опасно. А потому он прежде всего решил не
допускать на заседании детального разбора картин, ибо это даст пищу для
разговоров за обеденным столом по всей округе. Придя к такому решению, он
вперил в Стефена холодный взгляд своих голубых глаз, привыкших обозревать
горизонт с юта, и сказал: - Позиция комиссии абсолютно ясна и изменению не
подлежит. Мы не можем принять ваши картины. Я считаю, что одна из них
требует серьезных исправлений, а три - полной переделки. Вы согласны с
этим?
- Нет, не согласен, - не задумываясь, ответил Стефен. - Нелепо даже
предлагать мне это.
- В таком случае я буду просить вас прекратить всякую работу над панно.
В свое время вам будет официально вручено решение комиссии об
аннулировании заказа.
Небольшая пауза. И тут раздался голос закона: надо было уточнить один
вопрос, ускользнувший от внимания председателя.
- Я бы просил записать в протоколе, - сказал Шарп, - что эти картины
отклонены нами единогласно и по условиям договора мы не обязаны платить за
них - ни единого пенни.
Стефен продолжал неподвижно стоять, стараясь справиться с бушевавшей в
груди бурей. Никогда прежде, в самые трудные минуты жизни, не испытывал он
такой горечи, как сейчас! У него дух перехватило от сознания чинимой над
ним несправедливости. Ему хотелось крикнуть: "Ну и оставьте себе свои
проклятые деньги... свои тридцать сребреников! Неужели вы думаете, что я
вкладывал в это дело всю душу ради каких-то грязных бумажек?" Но он знал,
что такой взрыв мог только еще больше ожесточить их. Единственным
спасением было молчание. Он внимательно посмотрел на каждого по очереди -
лица расплывались перед его глазами, и он с трудом различал их, - затем,
ни слова не сказав, повернулся и вышел.
Голова у него кружилась, но ноги машинально привели его к Мемориальному
залу. Он твердо решил, несмотря на запрет, закончить работу над панно.
Доделать оставалось совсем немного - еще каких-нибудь два дня, и уже можно
будет покрыть картины лаком. К счастью, комиссия забыла потребовать у него
ключ.
Но, подойдя к зданию, Стефен увидел, что дверь заперта железным
засовом, на котором висел новый крепкий замок, и сбить его, сколько Стефен
ни старался, ему не удалось. Снова минута напряженного раздумья. И снова
он зашагал прочь. Он шел через город, ничего не видя, устремив мрачный,
застывший взор к далеким холмам, - одинокая темная фигура на фоне
безбрежного неба, - но даже и здесь, среди этой величественной природы,
под этим необъятным серым куполом, который так низко нависал над ним, что,
казалось, вот-вот придавит к земле, он всем видом своим по-прежнему бросал
вызов враждебному миру.



8
В тот же день весть о том, что комиссия отклонила панно, стала всеобщим
достоянием. Однако Тринг крепко держал в руках комиссию и в самых мрачных
красках обрисовал те неприятные последствия, которые ожидают всех ее
членов, если станет известен "непристойный" характер полотен, так как в
конечном счете они отвечают за то, что заказ был поручен Десмонду, и
потому официально было лишь объявлено, что представленная работа не
удовлетворяет требованиям и, следовательно, неприемлема. Однако уже сам
факт отклонения работ Стефена дал повод для пересудов и вызвал злорадный
вой тех, кто не одобрял его кандидатуры. Аделаида, узнавшая о решении
комиссии в "Симла Лодж", была очень довольна тем, что ее предсказания
сбылись. Джофри, молча страдавший от раны, нанесенной его самолюбию,
следивший и выжидавший, ощутил мрачное удовлетворение, которое возросло
еще больше, когда до него дошли слухи, что Стефен исчез и его нигде не
могут найти. Мерзавец, должно быть, валяется мертвецки пьяный в
каком-нибудь брайтонском кабаке!
Прошло три дня с начала этой злополучной недели. В четверг вечером в
доме стилуотерского настоятеля царила гробовая тишина. Каролина, решив,
что дольше ждать нельзя, вошла в библиотеку. Настоятель сидел в своем
излюбленном кресле, глядя в огонь; на коленях у него лежали "Комментарии"
епископа Дентона, откуда он теперь черпал материал для своих проповедей,
но он так и не удосужился раскрыть книгу. Каролина с минуту помедлила,
словно не решаясь заговорить.
- Я хотела спросить, отец... можно запирать?
Бертрам не шелохнулся.
- Он так и не появлялся?
- Нет, отец.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 [ 66 ] 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.