read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



поселившийся в Сальске, откуда был родом. Он и был похож на моряка, но не на
современного, а из романов приключений - маленький, красный, седой,
говорящий низким, хриплым голосом, не выпуская из зубов коротенькой черной
трубки. И распоряжения его по своей краткости и решительности напоминали
морскую команду. Потом, когда мы познакомились ближе, я сказала ему, что мне
все мерещилось, что он сейчас скажет: "Свистать всех наверх", и все полезут
куда-то наверх и будут торопливо делать что-то морское. Он засмеялся, сделал
страшное лицо и прохрипел:
- И полезут!
Он сидел за столом в кабинете директора, а я стояла перед ним навытяжку
и докладывала довольно связно, хотя голос неприятно зазвенел два-три раза. К
тому времени у меня уже были результаты посева на твердой питательной среде,
к сожалению, те же. Обычно сообщения о ходе работы даются по схеме, и мой
первый предварительный ответ был. "Вибрион обнаружен, исследование
продолжается".
Второй ответ я могла дать лишь после так называемой реакции
агглютинации; в результате этой реакции вибрионы должны были склеиться в
беловатые хлопья. Но у меня не было сыворотки. По правилам, наш медпункт
должен был располагать полным набором сывороток, я тысячу раз говорила об
этом Ивану Ивановичу Муравьеву и писала в Сальск. Но оттуда ничего не
прислали, и, воспользовавшись случаем, я теперь сказала об этом заведующему
райздравом. Он проворчал:
- Привезли сыворотку.
Я сказала:
- В таком случае сегодня ночью вы получите второй предварительный
ответ.
В общем, с той минуты, как доктор Дроздов - заведующий райздравом -
появился в совхозе и до меня стали доноситься, как эхо, его оглушительные
морские команды, противоэпидемическая сторона дела перестала беспокоить
меня.
Правда, иногда это было немного странное эхо. Каждые два-три часа,
например, Катюша, очень хорошая и на редкость смешливая девушка, забегала ко
мне с очередным сообщением:
- Проехала Кущевку. Кланялась.
Или еще через два-три часа:
- Проехала Батайск. Будьте здоровы.
Эти и многие другие станции Северо-Кавказской железной дороги проезжала
племянница Бородулина, зубной техник и любительница литературы и театра,
которую, несмотря на энергичные телеграммы доктора Дроздова, никак не
удавалось поймать. Наконец поймали уже в Ростове и, хотя она была совершенно
здорова, на шесть дней отправили в изолятор.
Совершенно здоровы были и двадцать семь человек, смотревших
одновременно с Бородулиным картину "Кастусь Калиновский", привезенную
накануне его болезни на Цыганский участок. Совершенно здоровы до сих пор
были кухарка, ухаживавшая за механиком, астматики и мальчик со сломанной
ключицей - бок о бок с ними в одной палате механик пролежал десять с
половиной часов. Здоровы были женщины, которые ночью подсаживались в машину
и которых с большим трудом удалось разыскать. Что касается самого Бородулина
- и он тоже чувствовал себя превосходно, хотя, едва я входила, начинал
кряхтеть и делал уныло-озабоченное лицо, как и полагалось больному, который
стал объектом научного наблюдения.
Но если никто не заболел, если это была не холера, что за чудо
произошло в моей "термостатной"? Откуда взялись на жидких, а потом и на
твердых питательных средах характерные прозрачные колонии холерного
вибриона?
Я рассказала о том, что необходимо было сделать для проверки этого
факта: поставить реакцию агглютинации. По всем правилам я поставила эту
реакцию, и ничего не получилось. Как ни искала я на предметном стеклышке
беловатые хлопья, ничего не было видно, картина оставалась совершенно такой
же, как прежде.
Взволнованная, растерянная, я помчалась в изолятор, нашла доктора
Дроздова и откровенно сказала ему, что у меня ничего не выходит. Он
проворчал:
- Ничего, докторенок, все будет в порядке.
Я спросила:
- Что же мне делать?
- Продолжать в том же духе, милый друг, тем более что вы, кажется,
питаете к этому делу тайную склонность.
Маленький, красный, седой, он расхаживал по изолятору - много палаток
стояло в поле на равном расстоянии одна от другой - и с довольным видом
пыхтел своей трубкой. В палатках сидели скучные, совершенно здоровые
комбайнеры, трактористы, киномеханик, какие-то бабы и, между прочим, "мастер
простоя" Бесштанько, который, оказывается, успел удобно расположиться в
комнатке опытного отдела после того, как я увезла оттуда Бородулина. Не
скучала и не ругала бедного механика, кажется, одна только кошка.
У меня не было уверенности в том, что доктор Дроздов лучше меня
разбирается в сложном вопросе о природе холерного вибриона, недаром же в
ответ на мои расспросы он ответил только, что уже затребовал эпидемиолога из
Ростова и ждет его с минуты на минуту. Поэтому я вернулась домой и, немного
подумав, вновь принялась за работу:
В общем, ясно было только одно - что ту же реакцию теперь следовало
проделать с чистой культурой.
- А для этого, - сказала я себе вслух, - прежде всего нужно получить
эту чистую культуру.
Ну что ж! Это было нетрудно. Я подрезала фитили в керосинке (что,
разумеется, не имело прямого отношения к получению чистой культуры) и
поставила штатив с пробирками в "термостатную" кладовую.
Это было в пять часов вечера, меня вызвали к астматикам, и, уходя, я,
помнится, взглянула на будильник. Астматики долго не отпускали меня: как
только у одного начинался припадок, так сразу же и у другого. Потом я пошла
в столовую и встретила Репнина, только что вернувшегося из командировки. Он
зажег фонарь, чтобы посмотреть на меня, - мы встретились на улице, - и
остался недоволен.
- Красивая же девица была, - сказал он с огорчением. - Доктор, неужели
вас этот тюфяк Бородулин допек? Я его сразу убью, к чему холера?
Он охал, сердился, хохотал и от полноты чувств поцеловал мою руку,
очевидно считая пострадавшей стороной меня, а не "этого тюфяка Бородулина".
Мы зашли в столовую, ужинали, о чем-то говорили, но душа моя была там, в
маленькой душной кладовке, где штатив с пробирками стоял на подвесной полке,
которую я сделала из куска фанеры.
Репнин проводил меня и хотел зайти - "честное слово, в жизни не видал
вибрионов", но я не пустила. Мы простились на лестнице, и как раз в эту
минуту свет стал меркнуть, как часто бывало у нас в двенадцатом часу ночи.
В полной темноте я поднялась к себе и на ощупь открыла "лекарню",
которую последнее время, сама не зная почему, стала запирать на замок. Глаза
освоились, и я уверенно распахнула дверь своей "термостатной"...
Я увидела это сразу, может быть, потому, что керосинка погасла и в
"термостатной" было совершенно темно. Пробирки светились, каждая в
отдельности, и не рассеянным, а определенным, напоминающим лунный,
голубоватым светом.


ИССЛЕДОВАНИЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Разумеется, можно было предположить, что я сплю. С той минуты, как мы с
Репниным расстались на лестнице и лампочка стала меркнуть, все это было
немного похоже на сон. Я обернулась, подумав, что на пробирки упал отсвет
луны. Но окно было задернуто шторой, ночь безлунная, и сколько бы раз,
обманывая себя, я ни закрывала дверь "термостатной", чтобы внезапно
распахнуть ее через минуту, - пробирки светились, и, казалось, еще сильнее,
чем прежде. Голубоватая шапка сияния нежно возвышалась над ними.
Дрожащими руками я поставила штатив в кастрюльку - в этой кастрюльке я
варила питательные среды - и осторожно спустилась по лестнице... Холерный
вибрион не светится. Стало быть, этот вибрион не холерный? На мгновение я
задержалась в темном подъезде и еще раз взглянула на штатив. Светятся!
Неужели погаснут прежде, чем я добегу до Дроздова?
Инженер Маслов, мой сосед, встретился мне на проспекте Коммуны, и я
далеко обошла его, точно этот бесшумный, сдержанный человек мог сделать
что-то такое, от чего перестали бы светиться мои фантастические пробирки. До
изолятора ближе всего через поле, и хотя мне всегда было страшно идти среди
темной стучащей пшеницы, я все-таки пошла напрямик. Палатки смутно забелели
в темноте куда скорее, чем я ожидала.
Держа кастрюльку прямо перед собой, я влетела в дощатый домик, вокруг
которого раскинулись палатки изолятора, - здесь жили Дроздов и персонал,
приехавший из Сальска.
- Где Иван Афанасьевич?
- У себя, - спокойно ответила незнакомая пожилая сестра, отрываясь от
книги, которую она близоруко держала у самых глаз, и глядя на меня с
удивлением.
- Проводите меня к нему. Срочное дело.
У Дроздова была отдельная комнатка, немного больше моей "термостатной",
и он крепко спал, когда мы вошли. Сестра хотела зажечь керосиновую лампу, но
я сердито закричала: "Нет, нет!"
- Что случилось, докторенок? - не вставая, хрипло спросил Дроздов.
- Иван Афанасьевич, простите, что я вас разбудила. Но дело в том,
что...
И я осторожно вынула штатив из кастрюльки и поставила его на стул,
подле постели Дроздова.
- Что это значит?
- Не знаю.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 [ 67 ] 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.