read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



правильно, потому что присутствие духа никогда не оставляет меня: я
рассудил, что, отдав ей деньги, сделаю ее, может быть, даже несчастною. Я
бы отнял у ней наслаждение быть несчастной вполне из-за меня и проклинать
меня за это всю свою жизнь. Поверьте, мой друг, в несчастии такого рода
есть даже какое-то высшее упоение сознавать себя вполне правым и
великодушным и иметь полное право назвать своего обидчика подлецом. Это
упоение злобы встречается у шиллеровских натур, разумеется; может быть,
потом ей было нечего есть, но я уверен, что она была счастлива. Я и не
хотел лишить ее этого счастья и не отослал ей денег. Таким образом и
оправдано вполне мое правило, что чем громче и крупней человеческое
великодушие, тем больше в нем самого отвратительного эгоизма... Неужели вам
это неясно? Но... вы хотели поддеть меня, ха, ха, ха!.. ну, признайтесь,
хотели поддеть?.. О Талейран!
- Прощайте! - сказал я, вставая.
- Минутку! Два заключительных слова, - вскричал он, изменяя вдруг свой
гадкий тон на серьезный. - Выслушайте мое последнее: из всего, что я сказал
вам, следует ясно и ярко (думаю, что и вы сами это заметили), что я никогда
и ни для кого не хочу упускать мою выгоду. Я люблю деньги, и мне они
надобны. У Катерины Федоровны их много; ее отец десять лет содержал винный
откуп. У ней три миллиона, и эти три миллиона мне очень пригодятся. Алеша и
Катя - совершенная пара: оба дураки в последней степени; мне того и надо. И
потому я непременно желаю и хочу, чтоб их брак устроился, и как можно
скорее. Недели через две, через три графиня и Катя едут в деревню. Алеша
должен сопровождать их. Предуведомьте Наталью Николаевну, чтоб не было
пасторалей, чтоб не было шиллеровщины, чтоб против меня не восставали. Я
мстителен и зол, я за свое постою. Ее я не боюсь: все, без сомнения, будет
по-моему, и потому если предупреждаю теперь, то почти для нее же самой.
Смотрите же, чтоб не было глупостей и чтоб вела она себя благоразумно. Не
то ей будет плохо, очень плохо. Уж она за то только должна быть мне
благодарна, что я не поступил с нею как следует, по законам. Знайте, мой
поэт, что законы ограждают семейное спокойствие, они гарантируют отца в
повиновении сына и что те, которые отвлекают детей от священных
обязанностей к их родителям, законами не поощряются. Сообразите, наконец,
что у меня есть связи, что у ней никаких и... неужели вы не понимаете, что
я бы мог с ней сделать?.. Но я не сделал, потому что до сих пор она вела
себя благоразумно. Не беспокойтесь: каждую минуту, за каждым движением их
присматривали зоркие глаза все эти полгода, и я знал все до последней
мелочи. И потому я спокойно ждал, пока Алеша сам ее бросит, что уж и
начинается; а покамест ему милое развлечение. Я же остался в его понятиях
гуманным отцом, а мне надо, чтоб он так обо мне думал. Ха, ха, ха! Как
вспомню я, что чуть не комплименты ей делал, тогда вечером, что она была
так великодушна и бескорыстна, что не вышла за него замуж; желал бы я
знать, как бы она вышла! Что же касается до моего тогдашнего к ней приезда,
то все это было единственно для того, что уж пора было кончить их связь. Но
мне надобно было увериться во всем своими глазами, своим собственным
опытом... Ну, довольно ли с вас? Или вы, может быть, хотите узнать еще: для
чего я завез вас сюда, для чего я перед вами так ломался и так спроста
откровенничал, тогда как все это можно было высказать без всяких
откровенностей, - да?
- Да. - Я скрепился и жадно слушал. Мне нечего было отвечать ему
более.
- Единственно потому, мой друг, что в вас я заметил несколько более
благоразумия и ясного взгляда на вещи, чем в обоих наших дурачках. Вы могли
и раньше знать, кто я, предугадывать, составлять предположения обо мне, но
я хотел вас избавить от всего этого труда и решился вам наглядно показать,
с кем вы имеете дело. Действительное впечатление великая вещь. Поймите же
меня, mon ami. Вы знаете, с кем имеете дело, ее вы любите, и потому я
надеюсь теперь, что вы употребите все свое влияние (а вы-таки имеете на нее
влияние), чтоб избавить ее от некоторых хлопот. Иначе будут хлопоты, и
уверяю, уверяю вас, что не шуточные. Ну-с, наконец, третья причина моих с
вами откровенностей это... (да ведь вы угадали же, мой милый), да, мне
действительно хотелось поплевать немножко на все это дело, и поплевать
именно в ваших глазах.
- И вы достигли вашей цели, - сказал я, дрожа от волнения. - Я
согласен, что ничем вы не могли так выразить передо мной всей вашей злобы и
всего презрения вашего ко мне и ко всем нам, как этими откровенностями. Вы
не только не опасались, что ваши откровенности могут вас передо мной
компрометировать, но даже и не стыдились меня... Вы действительно походили
на того сумасшедшего в плаще. Вы меня за человека не считали.
- Вы угадали, мой юный друг, - сказал он, вставая, - вы все угадали:
недаром же вы литератор. Надеюсь, что мы расстаемся дружелюбно. Брудершафт
ведь не будем пить?
- Вы пьяны, и единственно потому я не отвечаю вам, как бы следовало...
- Опять фигура умолчания, - не договорили, как следовало бы отвечать,
ха-ха-ха! Заплатить за вас вы мне не позволяете.
- Не беспокойтесь, я сам заплачу.
- Ну, уж без сомнения. Ведь нам не по дороге?
- Я с вами не поеду.
- Прощайте, мой поэт. Надеюсь, вы меня поняли...
Он вышел, шагая несколько нетвердо и не оборачиваясь ко мне. Лакей
усадил его в коляску. Я пошел своею дорогою. Был третий час утра. Шел
дождь, ночь была темная...
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
Глава I
Не стану описывать моего озлобления. Несмотря на то, что можно было
всего ожидать, я был поражен; точно он предстал передо мной во всем своем
безобразии совсем неожиданно. Впрочем, помню, ощущения мои были смутны: как
будто я был чем-то придавлен, ушиблен, и черная тоска все больше и больше
сосала мне сердце; я боялся за Наташу. Я предчувствовал ей много мук
впереди и смутно заботился, как бы их обойти, как бы облегчить эти
последние минуты перед окончательной развязкой всего дела. В развязке же
сомнения не было никакого. Она приближалась, и как было не угадать, какова
она будет!
Я и не заметил, как дошел домой, хотя дождь мочил меня всю дорогу.
Было уже часа три утра. Не успел я стукнуть в дверь моей квартиры, как
послышался стон, и дверь торопливо начала отпираться, как будто Нелли и не
ложилась спать, а все время сторожила меня у самого порога. Свечка горела.
Я взглянул в лицо Нелли и испугался: оно все изменилось; глаза горели, как
в горячке, и смотрели как-то дико, точно она не узнавала меня. С ней был
сильный жар.
- Нелли, что с тобой, ты больна? - спросил я, наклоняясь к ней и обняв
ее рукой.
Она трепетно прижалась ко мне, как будто боялась чего-то, что-то
заговорила, скоро, порывисто, как будто только и ждала меня, чтоб поскорей
мне это рассказать. Но слова ее были бессвязны и странны; я ничего не
понял, она была в бреду.
Я повел ее поскорей на постель. Но она все бросалась ко мне и
прижималась крепко, как будто в испуге, как будто прося защитить себя от
кого-то, и когда уже легла в постель, все еще хваталась за мою руку и
крепко держала ее, боясь, чтоб я опять не ушел. Я был до того потрясен и
расстроен нервами, что, глядя на нее, даже заплакал. Я сам был болен. Увидя
мои слезы, она долго и неподвижно вглядывалась в меня с усиленным,
напряженным вниманием, как будто стараясь что-то осмыслить и сообразить.
Видно было, что ей стоило это больших усилий. Наконец что-то похожее на
мысль прояснилось в лице ее; после сильного припадка падучей болезни она
обыкновенно некоторое время не могла соображать свои мысли и внятно
произносить слова. Так было и теперь: сделав над собой чрезвычайное усилие,
чтоб выговорить мне что-то, и догадавшись, что я не понимаю, она протянула
свою ручонку и начала отирать мои слезы, потом обхватила мою шею, нагнула
меня к себе и поцеловала.
Было ясно: с ней без меня был припадок, и случился он именно в то
мгновение, когда она стояла у самой двери. Очнувшись от припадка, она,
вероятно, долго не могла прийти в себя. В это время действительность
смешивается с бредом, и ей, верно, вообразилось что-нибудь ужасное,
его все расхваливал. Легко сказать: ничего не оставил! Гм... славу
- Нет. Если вы желаете Наташе добра, то каким образом вы решаетесь
воротиться и буду стучаться у дверей, а потому, лежа у самого порога на
полу, чутко ждала моего возвращения и приподнялась на мой первый стук.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 [ 68 ] 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.