read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



ласково прижимая к своей необъятной груди. Стоптанные пятки несчастного
бултыхались в воздухе...
- Что происходит? - искренне удивился правитель.
- Багдадский вор - Лев Оболенский не умер! - громогласно оповестила
"невеста из Самарканда", поставив старика на место. - Он жив! Отпустите
дедушку, и я покажу вам Багдадского вора.
Селим ибн Гарун аль-Рашид сделал нервный жест левой рукой, что было
оценено как согласие на сделку. В ту же минуту к его ногам полетела чадра,
фальшивые косы, красное платье и пышные шаровары. По эффекту разорвавшейся
бомбы этот стриптиз превзошел все "укусы пчелы", вместе взятые.
- Будем знакомы, я - Лев Оболенский!

x x x
Смех - это не оружие.
Это - обезоруживание.
Практика пацифистов.
После утреннего обхода главврач чуть не уволил двух молоденьких
медсестер. Причина увольнения - надругательство над пребывающим в состоянии
комы больным! Согласитесь, это что-то... Нет, в наше противоречивое время
младший медицинский персонал мог быть уволен за взятки (хотя вряд ли...), за
невнимание, за преступную халатность, за... да за что угодно, но не за это!
Главврач больницы, а с ним еще четверо специалистов застукали девушек за
абсолютно непотребным занятием - они наносили макияж на лицо беззащитного
пациента. Вообще, подобное деяние даже трудно с ходу классифицировать...
Издевательство, глупая шутка, подготовка к будущей практике в морге?
Доподлинно никому не известно... Обе девицы, рыдая на весь этаж, клялись
Гиппократом, что они ничего такого не делали. Совсем наоборот, пытались
ватками и носовыми платочками стереть с больного непонятно откуда
появившуюся косметику. Это не они, а кто-то другой подвел пациенту глазки,
накрасил реснички, нарумянил щеки и жутко извозил помадой губы. Естественно,
им никто не поверил... Макияж был нанесен абсолютно профессионально и явно
женской рукой. Кое-как главврач сдержал праведный гнев и дал медсестричкам
испытательный срок...
Ай, какое яркое солнце горело в тот день над притихшим городом... Какое
синее небо раскинулось сияющим шатром так высоко, что даже верхушки
минаретов не доставали его, как ни тянулись... И какой человек блистал на
самой известной сцене Багдада - грубом помосте, куда мог ступить каждый, но
оттуда еще никто не уходил своими ногами...
- Ну, все... все, дедуль... не надо. - На Льве оставались лишь белые
нижние шароварчики, чуть ниже колен, да пара ниток недорогих бус.
Старый Хайям припал к его груди, и наш герой продолжил неуклюжие
утешения:
- Живой я, живой! Что со мной сделается... Ты-то как здесь оказался? За
каким шайтаном тебя понесло в Багдад... сидел бы себе в санатории, в шашки с
Бабудай-Агой резался. А, саксаул?
- Аксакал! Глупый мальчишка! Никуда я не ездил... - тихо признался
Хайям. - Так и сидел в пустыне. Джинн приносил вести о тебе, одну чудеснее
другой... Потом ты пропал... я пошел в город...
- Вот это зря! Я ж не младенец на прогулке, извилинами шевелить умею,
не потерялся бы... Кстати, а где наш черный друг? Я ему пиво обещал.
- Они... отобрали кувшин.
- Кто, стражники? - Лев обернулся и грозно поманил пальцем господина
Шехмета. - Да, да, вас, почтеннейший! Это что же получается? Подчиненные вам
блюстители порядка задержали и обобрали прямо посреди улицы пожилого,
уважаемого человека. Где дедушкин кувшин, а?!
Шехмет сначала немного опешил, потом подошел поближе к Оболенскому,
присмотрелся повнимательнее и, выхватив кинжал, тонко завопил:
- Стража-а! Взять его! Он тот самый Багдадский вор!
Придворные засуетились, двое рослых телохранителей мгновенно прикрыли
правителя, а народ на площади прямо-таки взвыл от восторга! Вот стража
никуда не набежала... Зачем бегать? Преступник и так стоит почти голый, без
всякого оружия перед судом великого эмира, в окружении десятков нукеров и
всадников с ятаганами. А самое главное, что при таком скоплении народа это
было совсем небезопасно. Оболенский меж тем, не говоря дурного слова, усадил
старого поэта на свое место и беззастенчиво обратился к эмиру:
- Дорогой наш Селим ибн Гарун аль-Рашид, давай сначала ты меня
выслушаешь, а потом начнешь домогаться с претензиями. Раз уж я здесь, перед
всем народом, нигде не прячусь и ни от чего не отпираюсь, гак начнем
показательный судебный процесс над Багдадским вором прямо тут!
Граждане-багдадцы, возражений нет?
- Только не уходи! Останься, ради аллаха!
Под давлением выкриков из толпы великий эмир сдержанно кивнул. Он ведь
был поборником истины и верным слугой Закона, а значит, никак не мог
отказать даже самому закоренелому преступнику в справедливом суде.
- Итак, во-первых, торжественно и официально заявляю: все, что было
здесь высказано в качестве обвинений моему уважаемому дедушке, - ложь и
брехня! Если судить о личности поэта по его стихам, то Пушкин с няней гасил
кружками, по-черному! Блок ломал коням тяжелые крестцы, Есенин сосал глазами
синь, Маяковский сверлил флейты из позвоночников, а Хлебников вообще
пинь-пинь-пинькал зинзивером! Есть еше Вознесенский, но он такое писал, мне
повторить неудобно... Любому филологу ясно, что дедуля писал образно, на
философско-отвлеченные темы, без обязательной проекции на себя лично. Кто
готов выступить декадентствуюшим оппонентом, прошу сюда вместе с
контраргументами!
На до-о-о-лгую минуту повисла гробовая тишина. По-моему, Ходжа
Насреддин был одним-единственным человеком, который хоть что-то понял, Ну,
по крайней мере, уловил общую суть...
- Возражений все еще нет? Отлично. Селим Гарунович ибн Рашидович, если
ты тоже не против, то мой дед полностью оправдан! Молчишь? Хорошо, в
большинстве культурных стран - это общепринятый знак согласия. Теперь
переходим к главному. Какие у тебя претензии лично ко мне?
На этот раз эмиру было некуда отступать. Становилось совершенно ясно,
что именно здесь и сейчас решается судьба всего правопорядка, на всем
Востоке. Если какому-то наглому вору удастся склонить на свою сторону
общественное мнение - нравственность погибнет навеки! Порок будет
неискореним даже самыми жестокими репрессиями. Если же в споре победит буква
Закона, уже никто и никогда не посмеет упрекать великого эмира в
злоупотреблении властью, и его имя восславят в веках!
- Что ж, будь по-твоему, Багдадский вор... Я сам зачитаю длинный список
твоих прегрешений, от одного упоминания которых сердца истинных мусульман
содрогаются от ужаса! Вот твой первый проступок: ты украл четыре перстня
благородного господина Шехмета, а его самого опоил...
- Ни в одном глазу! - клятвенно заверил Лев. - Но если есть сомнения,
спросим у него самого. Так чем это я вас опоил?
- А... эм... великий эмир, он говорит... правду, - краснея, как свекла,
выдавил начальник городской стражи, - Все перстни мне вернули, и я ничего не
пил! Клянусь бородой пророка! Я только понюхал и сразу все... понял. Я не
выпил!
Над площадью пронесся чей-то сдержанный гогот.
Эмир бросил на Льва самый строгий взгляд и продолжил:
- А разве не ты убежал из зиндана, украл всю казну городской стражи,
распустил лошадей и вытащил во двор самого господина Шехмета в одних...
- Смилуйся, о великий и справедливый!., - в полный голос взвыл Шехмет,
падая на колени. - Все, о чем ты говоришь, сотворили бесстыжие
демоны-иблисы! Человек не сумел бы такого сделать... А уж тем более этот
неуклюжий медведь!
- Есть еще какие-нибудь обвинения? - ровно спросил Лев, победно
подмигивая начинающим хихикать людям.
- Ты обманул и опозорил Далилу-хитрипу и ее дочь, мошенницу Зейнаб!
Теперь они прячутся в изгнании, а молодой Али Каирская ртуть от стыда бежал
в родной Каир. Признаешь ли ты это?
- Вы о Ночи Бесстыжих Шайтанов? Так там, как я понимаю, тоже
похозяйничали барабашки... Весь город в свидетелях, правда?
- Истинно так! - дружным хохотом откликнулся народ.
- Но это был ты! - взвился оскорбленный эмир. - Ты и твой проклятый
дружок, осквернитель морали - Ходжа Насреддин!
Оболенский открыл было рот, но ответить не успел. С переднего ряда
гордо поднялся невысокий благообразный старик и величаво прошагал к
Багдадскому вору:
- Здесь прозвучало мое имя? И, клянусь одеждами Мусы, Исы и архангела
Джабраила, прозвучало осуждающим тоном.
- Ходжа, ты рехнулся, сядь на место!
- Не мешай, Лева-джан, я тоже хочу высказаться. - Седая борода, длинные
усы и подушка, выуженная из-под халата, упали с помоста вниз.
- Ва-й мэ-э... - дружно выдохнули все. Домулло повертелся то тем, то
этим боком, давая возможность людям посмотреть на себя во всей красе.
- Раз уж нас с моим великорослым другом обвиняют в грехах, которых мы
не совершали, позвольте мне покаяться в грехе, по сей день тяготящем мое
больное сердце. Я хочу рассказать вам, о правоверные мусульмане, о маленькой
рыжеволосой танцовщице.
О той, что плясала для вас на базаре, где ее и заметил наш великий и
милосердный...
- Нет! Ничего этого не было! - вовремя вмешался побледневший Селим ибн
Гарун аль-Рашид.
- Неужели не было? - хором удивились Лев и Ходжа. - Так, значит, в
случае с Иридой Епифенди мы невинны?
- Я ни в чем вас не обвиняю! - дрожащим от ярости голосом торжественно



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 [ 69 ] 70 71 72
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.