read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Нет, Маша.
- Нет? А мне все кажется, что давно догадались. Я хотела вам
рассказать... об Андрее Дмитриче. Но прежде вы объясните мне одну вещь...
Ведь когда вы уезжали из Анзерского посада, вы обещались, что выйдете за
него?
- Да.
- А потом отказались? Вы извините, что я так прямо спрашиваю. Мне все
думалось по дороге, что надо как-то со стороны подойти. Но ведь со стороны,
как вам кажется, у меня ничего бы не вышло? - у Маши дрогнули губы. - Вы не
подумайте, что мне Андрей Дмитрич сказал. Но я знаю, что отказались. Правда?
- И правда и неправда, Маша.
- Как же это может быть - и неправда и правда? Объясните, Татьяна
Петровна. Мне непременно нужно узнать. И вы, когда поймете зачем, не станете
на меня сердиться. -
Я задумалась. Потом сказала:
- Хорошо.
Маша перевела дыхание.
Это было невозможно - рассказать ей все, что произошло между Андреем и
мной, начиная с нашего первого свидания в Лопахине, на берегу Тесьмы. Но,
кажется, себе самой не могла бы я с большей откровенностью рассказать то,
что случилось в Анзерском посаде, когда, приготовившись после долгих
сомнений ответить на его письмо решительным "нет", я невольно ответила "да".
Маша выслушала меня не шелохнувшись. Лицо ее немного порозовело, брови
сдвинулись, губы приняли упрямое выражение. Можно было подумать, что она
решает трудную задачу и сердится на себя за то, что никак не может решить.
Этой задачей была я, я с моими сомнениями и колебаниями в том, что ей
казалось таким поразительно ясным.
- А теперь? - спросила она торопливо.
- А теперь, - снова начала я, - теперь, Машенька, он...
Я хотела сказать: "он разлюбил меня", и замолчала. Все соединилось в
это мгновение: и острое чувство той особенной пустоты, которая может быть
заполнена одним - присутствием любимого человека, и невозможность остановить
подступившие слезы.
- А теперь он разлюбил меня, - спокойным, но каким-то чужим голосом
выговорила я наконец. - Должно быть, понял, что я его не стою.
Маша поднялась, не сводя с меня огромных, взволнованных глаз.
- Разлюбил? - переспросила она с удивлением. - Он написал вам? Почему
вы знаете? - Я отрицательно покачала головой. - Нет? Так, стало быть, вы
сами решили? Что же вы молчите? - Она крепко взяла меня за руки. - Андрей
Дмитрич любит вас, - громко, как будто боясь, что я не услышу, сказала она.
- И не только любит, он жить не может без вас! Ни о ком на свете он даже
подумать не в силах, как только о вас. Он вас обожает, Татьяна Петровна! Как
он к вашим письмам кидается, когда бы вы знали! Да он бы давно с ума сошел,
если бы не работа. Помните тропинку от Анзерки к оврагам? Как выдастся
свободная минута, он сейчас же на эту тропинку - и ходит, ходит! Потому что
вы с ним по этой тропинке гуляли. Я вам писать хотела и принималась тысячу
раз. Да разве об этом напишешь?
Я уговорила ее лечь вместе со мной. В комнате стемнело, потом стало
светло от луны, мы говорили шепотом, и вдруг я увидела близко перед собой ее
серые, грустные глаза.
- Маша, дорогая, да как же я вам-то рассказала об этом?
Насилу я умолила ее говорить мне "ты" и сама же все время сбивалась.
- Нет, нет, это ничего. Ведь я же... Если бы так случилось со мной, я
бы вам...
- Тебе.
- Я бы тебе тоже все рассказала... Я вот только думаю - может быть,
лучше мне уехать из Анзерского посада? У меня здоровье стало плохое. Но,
во-первых, райздрав не отпустит. А во-вторых, мне кажется, что Андрей
Дмитрич сам вскоре переедет в Москву.
- Как в Москву?
- Да, да. Вы не знаете, как много переменилось с тех пор, как вы были у
нас! Один раз его уже хотели перебросить в Москву, правда, не настаивали, а
просто так, предложили. Он отказался. И мне потом объяснил, что ему не
хочется идти в наркомат. Но все равно его надолго не оставят у нас.
- Кто не оставит?
- Ну как же кто? - твердо сказала Маша. - Государство понимает, что
Анзерский посад слишком маленькая работа для такого человека, как он.
Маша замолчала так надолго, что я боялась пошевельнуться, чтобы не
разбудить ее; мне показалось, что она уснула. Чьи-то незнакомые шаги
послышались в коридоре, не похожие на бесшумные, осторожные шаги моего
соседа, и мне подумалось, что нужно бы посмотреть: может, воры? Но я
разбудила бы Машу, если бы встала.
Она дышала глубоко, но неровно, веки вздрагивали во сне, одна
заплетенная косичка смешно торчала над ухом, и нежное лицо, с которого
быстро сбегало напряженное выражение, при свете луны казалось еще нежнее.
"Ничего, все еще впереди, - неясно подумалось мне. - И Маша еще будет
счастлива. А на кухне воры".
Кто-то шумно шагал за стеной, пыхтел и дважды открывал водопроводный
кран, должно быть пробовал, не идет ли вода. Потом все стихло, и я так и не
встала.
Это было чудо вокруг меня - эти стены, которые лунный свет покрыл
голубым полотном, так что невозможно было вообразить, что это прежние, грубо
оштукатуренные стены, эта песня "Не плачь, подруженька", то приближавшаяся,
то удалявшаяся, - трактористы с деревенскими девушками гуляли в степи. И то,
что внизу, у подъезда, кто-то ласково сказал: "Ну, серденько, до завтра", -
и женщина засмеялась и ответила певуче: "До завтра!" И то, что у меня
онемела закинутая под голову рука, но я не опускала ее, а только шевелила
пальцами, чтобы прогнать онемение. Не знаю, сколько времени я пролежала,
стараясь не спугнуть все возраставшее ощущение счастья...
- И ведь даже нельзя сказать, что он только врач, а именно общественный
деятель, - вдруг, как будто и не спала, сказала Маша. - А образование? Вы
знаете, как он немецкий язык изучил? Он по-немецки говорит, вот как мы с
вами... с тобой по-русски.
Это было так смешно - то, что Маша как ни в чем не бывало начала с
полуслова, что я так и покатилась со смеху.
- Что вы? Что вы? - тревожно спрашивала она. - Я что-нибудь сказала не
так?
Я объяснила.
- Неужели? - с огорчением сказала Маша. - Я спала? А мне показалось,
что мы только что разговаривали.
- Ну, спи. А мне не хочется. Я буду думать. А ты спи. Ты с дороги
устала.
Мне смутно почудился какой-то бассейн, в котором шумно плескались
моржи, и, открыв глаза, я не сразу поняла, что кто-то действительно плещется
за стеной - в коридоре или на кухне. Я лежала прислушиваясь. Невозможно было
вообразить, что это Маслов фыркает, бьет себя ладонью по голому телу и
фальшивым басом поет: "Дивний терем стоит... " Но кто же еще? Вдруг романс
оборвался, и без всякого перехода раздалось такое сердитое фырканье, что я
невольно вскочила с постели. Маша открыла глаза.
- Что случилось?
- А вот слышишь?
Это было уже не фырканье, а рычанье, от которого, казалось, вот-вот
рухнет хрупкий дом Совхозстроя.
- Нужно посмотреть, - храбро сказала Маша. - Может быть, это
какой-нибудь зверь забрался и не может уйти.
- Какой же зверь? Лев?
- Почему лев? Возможно, большая собака.
Я осторожно приоткрыла дверь в коридор. Рычанье прекратилось, но из
кухни слышался гулкий звук, точно кто-то хлопал в ладоши.
Мы храбро двинулись вперед и добрались уже до кухонных дверей, когда
раздался новый могучий рев, от которого у меня буквально подкосились ноги.
- Ш-ш... У вас есть что-нибудь? Кочерга?
- Не нужно, я знаю, кто это, - вдруг сказала я и первая быстро вошла в
кухню.
Репнин в трусиках, с густо намыленной головой стоял у водопровода и
засовывал, а потом вытаскивал из крана мизинец, очевидно надеясь этим
странным способом выманить воду. Кран хрипел, но вода не шла.
- Кто тут, черт побери? - заорал он. - Это вы, Татьяна?
- Я, Данила Степаныч. Как вы сюда попали?
Маша, стоявшая за моей спиной, тихонько прыснула, и Репнин, не заметив
ее, накинулся на меня.
- Ах, вы еще смеетесь? - закричал он. - Я попал сюда потому, что эта
мумия Маслов уговорил меня переночевать. "У меня прохладно, у меня то да се,
нам нужно поговорить, важное дело". Обещал водкой угостить, а сам куда-то
уехал! Я пришел, как дурак, и не спал всю ночь! Окна хлопают, кто-то
скребется. Хотел умыться - и вот, пожалуйста! Вода не идет!
- Ничего особенного, это скребутся мои суслики. Принести вам воды?
Маша снова прыснула, и Репнин увидел ее.
- Ах, вы еще и не одна? - размазывая по лицу хлопья грязного мыла,
грозно спросил он. - Вот это лучше всего. Может быть, вам угодно пригласить
сюда и всех остальных обитателей этого дома? Необыкновенное зрелище! Спешите
видеть! Человек намылился, а вода не идет!
Ему удалось протереть глаза, и он разглядел Машу - розовую после сна,
смеющуюся, испуганную, в моем ярком полосатом халатике, который был ей очень
к лицу. Он попятился и застыл с открытым ртом, в который сразу же натекло
мыло.
Я завязала ему голову полотенцем, и он долго сидел в кухне на табурете,
очень смирный, и ждал, пока согреется чайник. Вода пошла, и заметно было,



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 [ 70 ] 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.