read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- ...ну и что сказал Владыка? - две жилистые мальчишеские руки
высунулись из-под пеплоса и, отложив лепешку, с некоторым усилием
приподняли высокий кувшин, украшенный затейливым орнаментом.
- И мне плесни-ка, - голос Гермия звучал скучно и отстраненно. -
Владыка... для дяди тени язык развязать - легче легкого. А Галинтиада и
без того болтливая. В общем, все догадки подтвердились.
- Про Гигантов?
- Про них. Павшие в Тартаре и впрямь породили новое племя - смертное,
но неуязвимое для Семьи. Так что, Амфитрион, скоро жди переполоха.
Большущего...
- Как скоро? - вино, булькая, полилось в кубки.
Создавалось впечатление, что Амфитрион задает вопросы только для
поддержания беседы, и ответы Гермия его мало интересуют; но так ли это
было на самом деле, неизвестно.
- Как скоро, спрашиваю?
- Не знаю. И Аид не знает. Скоро. Лет через десять. Или через
двадцать. Или через сто.
Некоторое время мальчик и юноша молчали, не глядя друг на друга.
- Что там твоя... Алкмена? - осведомился наконец Лукавый, по-прежнему
глядя в сторону и вертя в руке наполовину опустевший кубок.
- Да так... замуж собирается. Говорит, хочу старость спокойно
прожить.
- За кого?
- Приехал тут один... Радамант-законник. Сватается. Наверное, скоро
свадьба будет...
- А-а... знаю. Это его с Крита изгнали - вот он в Беотию и
перебрался.
- Человек-то он хоть какой? Как думаешь, Гермий?
- Человек? Да вроде ничего. Во всяком случае, честный.
- И то хорошо. Его что, за честность с Крита турнули?
- Угу, - кивнул Гермий.
- Ясно. Был у Алкмены муж Амфитрион-Изгнанник, теперь будет
Радамант-Изгнанник, и дотянут они до смерти... спокойно.
- Дотянут. А как дальше - не знаю. У дяди на этого Радаманта свои
виды. В судьи, говорит, его к себе возьму. Хорошие судьи, говорит, только
из людей получаются... и то лишь после смерти.
Помолчали.
Отхлебнули.
Амфитрион доел лепешку, извлек откуда-то из складок пеплоса другую и
стал сосредоточенно натирать ее припасенной долькой чеснока, посыпая
сверху крупной зернистой солью.
- Про Алкида что-нибудь слышно? - как бы между прочим спросил он.
- Сразу про двух. Один, рассказывают, по Пелопонессу бродит, другой
уже три месяца, как на "Арго" из Иолка уплыл. И оба - Алкиды.
- Подробнее, - не то попросил, не то приказал Амфитрион.
- Куда уж подробнее... Говорю, один сперва у вашего знакомца Теспия
объявился. Теспий его очистил от скверны - как басилей и по старой дружбе
- а Алкид возьми и исчезни к вечеру. Не впрок, видать, очищение, пошло...
- А тебе - впрок? Тебе бы после такого впрок пошло, Лукавый?!
Отвечай!
- Не злись, Амфитрион. Говорю, что знаю. А знаю, что один Алкид от
Теспия ушел, а второй сейчас на "Арго". Где-то возле Мизии плывет.
- Ты его видел? - Амфитрион плотнее завернулся в шерстяной пеплос,
которого вполне хватило бы на две накидки для шестилетних мальчишек.
- Видел... только не пойму - которого?! Смурной весь,
неразговорчивый, любовника себе завел - тихий такой мальчик, Гиласом
зовут. На Лемносе остановку делали - там одни бабы, мужиков нет, местные
красавицы под Пана лечь готовы! - так нет, даже на берег не сошел, все с
этим Гиласом возился. Я, конечно, понимаю - бывает... у меня у самого от
этой дуры Афродиты сын - Гермафродит...
- Ничего ты не понимаешь, бог, - хрипло бросил Амфитрион. - Просто от
мальчиков детей не бывает. Которых можно убить. Ификл это... который на
"Арго".
- Ты уверен? Почему он тогда назвался Алкидом?
- Уверен. Каждый из них винит себя. Алкид - сам знаешь, за что... А
Ификл, спасая меня, убил двоих служителей Тартара у алтаря в момент
принесения жертвы. И теперь он считает, что это и была та жертва, из-за
которой... короче, Ификл считает себя виновным. И знает, что пока
оскверненный Алкид-безумец бродит по Элладе - найдется немало желающих
убить его, снискав славу и милость богов.
- А так?
- А так - Алкид уплыл на "Арго". Ищи-свищи! Брата он прикрывает, вот
что...
- Так Теспий же его очистил!
- А многие об этом знают?
Помолчали.
Гермий, собравшийся было вновь наполнить свой кубок, передумал и
сделал большой глоток прямо из кувшина.
Потом еще один.
- А что Зевс? - Амфитрион первым нарушил затянувшуюся паузу.
- Папа? Сияет от счастья. И изо всех сил пытается это скрыть -
видишь, какая погода?! Еще бы, такой повод отправить героя на подвиги! Во
искупление. Всыпал Гере для порядка...
- Сияет, значит, - как эхо, глухо повторил Амфитрион, и Гермия
передернуло от старческого дребезжания этого детского голоса.
- Вот только папа еще не решил, - с нарочитой бодростью продолжил
Лукавый, - куда Алкида лучше послать? То ли в Фессалию, лапифов [лапифы -
одно из выродившихся титановых племен; древолюди] с кентаврами гонять, то
ли в Микены, на службу к Эврисфею, сыну Сфенела. Все-таки Микены - это
серьезно, у всех на виду; да и папа как-то сдуру поклялся, что быть
Эврисфею владыкой над всеми Персеидами! Он, небось, Алкида в виду имел, а
Гера этому микенцу семимесячному роды ускорила... ну, сам знаешь!
- Микены? - вдруг словно очнулся Амфитрион, но тут же поспешил взять
себя в руки. - А что, это мысль... у моих парней оба деда - законные
микенские ванакты! Слушай, Гермий, это просто гениально: герой и прямой
наследник, совершающий подвиги по указке недоношенного ублюдка,
захватившего власть! То-то Эврисфей обрадуется, когда увидит нас в
Микенах!
Мрачная ирония переполняла сказанное.
- Так что, подсказать папе, чтоб направил героя в Микены?
- Обязательно! - Амфитрион зацепил недопитый кубок, опрокинув его на
Гермия, и даже не заметил этого. - Мне главное, чтобы твой громогласный
папаша не мешал нам явиться в Микены, обосноваться где-нибудь рядом,
скажем, в Тиринфе - потому что я не люблю "случайных" покушений - и
совершать те подвиги, которые мы сочтем нужными...
- Подожди-подожди! - прервал его Гермий. - Ну, "громогласного папашу"
я тебе прощаю - но ты сказал - "нам"?!
- Конечно, нам. Алкиду, Ификлу и мне - сыну Ификла Иолаю, спутнику
героев... героя. Но, если хочешь, можешь включить в это "нам" и себя. А
если серьезно, Гермий...
Амфитрион сбросил пеплос, словно ему вдруг стало жарко.
- А если серьезно - надоело быть жертвой! За всех надоело - за себя,
за жену, за сыновей... разве это жизнь?! Это же сплошной алтарь, а вокруг
все, кому не лень: Павшие, Одержимые, Олимпийцы, мы с тобой...
восемнадцать лет приучали Алкида к Тартару, а из Ификла ковали цепь для
брата; потом дали пять лет передохнуть и, как пьянице, поднесли чашу с
вином к носу - и забрали! Что будет с пьяницей, Лукавый?
- Озвереет, - машинально ответил Гермий. - И попытается отобрать
чашу.
- Правильно. Так чего удивляться, что мой Алкид сошел с ума и
закончил прерванное жертвоприношение, убив детей и подпалив дом?! Нет же -
мы тут ни при чем, а ты, безумец, иди искупай!..
- Он принес детей себе в жертву? - тихо спросил Лукавый.
- Не ведая, что творит! - отрезал Амфитрион.
- Значит, Павшие добились своего?
- Почти, Гермий. Почти.

А в сознании вечно юного бога в крылатых сандалиях горело
свежевыжженным клеймом одно слово.
Жертвы.
Вот дед Крон-Временщик жертвует прадедом-Ураном, оскопляя
собственного отца во имя грядущей власти; вот отец-Зевс, Дий
Высокогремящий, жертвует дедом Кроном и прабабкой Геей-Землей во имя
победы над Павшими; вот мать Майя-Плеяда жертвует младенцем Гермием ради
любовника-Олимпийца (и рада бы мужем назвать, да нельзя), бросая
новорожденного в гроте горы Киллены; вот он сам, Гермий-Лукавый, готов
пожертвовать близнецами во имя интересов Семьи, как Гера-мачеха совсем
недавно готова была пожертвовать беременной соперницей, матерью этих двоих
братьев; вот Амфитрион-лавагет жертвует собой, поднимая руку на
Арея-Эниалия в битве под Орхоменом...
Жертвует - собой.
Собой.
Единственное человеческое жертвоприношение, не насыщающее Тартар.
Единственная жертва, недоступная бессмертному, не способному
жертвовать собой.
Впервые Гермий подумал, что и боги могут быть ущербны.

- Что с тобой, Лукавый? Эй, очнись!



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 [ 70 ] 71 72 73
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.