read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



догнал и сразу заметил происшедшую в нем перемену: во все время ужина
Семенов шутил и смеялся едва ли не больше всех, а теперь он шел грустно,
понуро и в его глухом покашливании слышалось что-то грозное, печальное и
безнадежное, как та болезнь, которою он был болен.
- А, это вы! - рассеянно и, как показалось Юрию, недоброжелательно
сказал он.
- Что-то спать не хочется. Вот, провожу вас, - пояснил Юрий.
- Проводите, - равнодушно согласился Семенов. Они долго шли молча.
Семенов все покашливал и горбился.
- Вам не холодно? - спросил Юрий, так только, потому что его начинало
тяготить это унылое покашливание.
- Мне всегда холодно, - как будто с досадой возразил Семенов.
Юрию стало неловко, точно он нечаянно коснулся больного места.
- Вы давно из университета? - опять спросил он. Семенов ответил не
сразу.
- Давно, - сказал он.
Юрий начал рассказывать о студенческих настроениях, о том, что среди
студентов считалось самым важным и современным. Сначала он говорил просто,
но потом увлекся, оживился и стал говорить с выражением и горячностью.
Семенов слушал и молчал.
Потом Юрий незаметно перешел к упадку революционного настроения среди
масс. И видно было, что он искренно страдает о том, что говорит.
- Вы читали последнюю речь Бебеля? - спросил он.
- Читал, - ответил Семенов.
- Ну и что?
Семенов вдруг с раздражением махнул своей палкой с большим крючком. Его
тень так же махнула своей черной рукой, и это движение ее напомнило Юрию
зловещий взмах крыла какой-то черной хищной птицы
- Что я вам скажу, - торопливо и сбивчиво заговорил Семенов, - я скажу,
что я вот умираю...
И опять он махнул палкой, и опять черная тень хищно повторила его
движение. На этот раз и Семенов заметил ее.
- Вот, - сказал он горько, - у меня за спиной смерть стоит и каждое мое
движение стережет... Что мне Бебель!.. Болтун болтает, другой будет болтать
другое, а мне все равно, не сегодня завтра умирать.
Юрий смущенно молчал, и ему было грустно, тяжело и обидно на кого-то за
то, что он слышал.
- Вот вы думаете, что все это очень важно... то, что случилось в
университете и что сказал Бебель... А я думаю, что когда вам, как мне,
придется умирать и знать наверное, что умираешь, так вам и в голову не
придет думать, что слова Бебеля, Ницше, Толстого или кого еще там . имеют
какой-либо смысл!
Семенов замолчал.
Месяц по-прежнему светил ярко и ровно, и черная тень неотступно шла за
ними.
- Организм разрушается, - вдруг произнес Семенов совсем другим, слабым
и жалким голосом.
- Если бы вы знали, как не хочется умирать... Особенно в такую ясную
теплую ночь!.. - с жалобной тоской заговорил он, поворачивая к Юрию свое
некрасивое, обтянутое кожей лицо, с ненормально блестящими глазами. - Все
живет, а я умираю... Вот вам кажется - и должна казаться - избитой эта
фраза... А я умираю. Не в романе, не на страницах, написанных "с
художественной правдой", а на самом деле умираю, и она не кажется мне
избитой. Когда-нибудь и вам не будет казаться... Умираю, умираю и все тут!
Семенов закашлялся.
- Я вот иногда начну думать о том, что скоро я буду в полной темноте, в
холодной земле, с провалившимся носом и отгнившими руками, а на земле все
будет совершенно так же, как и сейчас, когда я иду живой. Вы вот еще будете
живы... Будете ходить, смотреть на эту луну, дышать, пройдете мимо моей
могилы и остановитесь над нею по своей надобности, а я буду лежать и
отвратительно гнить. Что мне Бебель, Толстой и миллионы других кривляющихся
ослов! - вдруг со злобой резко выкрикнул Семенов.
Юрий молчал, растерянный и расстроенный.
- Ну, прощайте, - сказал Семенов тихо, - мне сюда.
Юрий пожал ему руку и с глубокой жалостью посмотрел на его впалую
грудь, согнутые плечи и на его палку с толстым крючком, которую Семенов
зацепил за пуговицу своего студенческого пальто. Юрию хотелось что-то
сказать, чем-нибудь утешить и обнадежить его, но он чувствовал, что ничем
нельзя этого сделать, вздохнул и ответил:
- До свиданья.
Семенов приподнял фуражку и отворил калитку. За забором еще слышались
его шаги и глухое покашливание. Потом все смолкло.
Юрий пошел назад. И все, что еще полчаса тому назад казалось ему
легким, светлым, тихим и спокойным - лунный свет, звездное небо, тополя,
освещенные луной, и таинственные тени - теперь показалось мертвым, зловещим
и страшным, как холод огромной мировой могилы.
Когда он пришел домой, тихо пробрался в свою комнату и отворил окно в
сад, ему в первый раз пришло в голову, что все то, чем он так глубоко,
доверчиво и самоотверженно занимался, - не то, что было нужно. Ему
представилось, что когда-нибудь, умирая, как Семенов, он будет мучительно,
невыносимо жалеть не о том, что люди не сделались благодаря ему счастливыми,
не о том, что идеалы, перед которыми он благоговел всю жизнь, останутся не
проведенными в мир, а о том, что он умирает, перестает видеть, слышать и
чувствовать, не успев в полной мере насладиться всем, что может дать жизнь.
Но ему стало стыдно этой мысли, он сделал над собой усилие и придумал
объяснение.
- Жизнь и есть в борьбе!
- Да, но за кого... не за себя ли, не за свою ли долю под солнцем? - -
грустно заметила тайная мысль. Но Юрий притворился, что не слышит, и стал
думать о другом. Но это было трудно и неинтересно, мысль ежеминутно
возвращалась на те же круги, и ему было скучно, тяжело и тошно до злых и
мучительных слез.

V
Получив записку от Ляли Сварожич, Лида Санина передала ее брату. Она
думала, что он откажется, и ей хотелось, чтобы он отказался. Она
чувствовала, что ночью, при лунном свете, на реке ее будет так же властно и
сладко тянуть к Зарудину, что это будет жуткое и интересное наслаждение, и
вместе с тем ей было стыдно перед братом, что это будет именно с Зарудиным,
которого брат, очевидно, презирал от души.
Но Санин сразу и охотно согласился.
Был совершенно безоблачный, теплый и нежаркий день. На небо было больно
смотреть, и оно все трепетало от чистоты воздуха и сверкания бело-золотых
солнечных лучей.
- Кстати, там барышни будут, вот и познакомишься... - машинально
сказала Лида.
- А это хорошо! - сказал Санин. - И притом погода самая благодатная.
Едем.
В назначенное время подъехали Зарудин и Танаров на широкой эскадронной
линейке, запряженной парою рослых лошадей из полкового обоза.
- Лидия Петровна, мы ждем! - весело закричал Зарудин, весь чистый,
белый и надушенный.
Лида, одетая в легкое светлое платье, с розовым бархатным воротником и
таким же широким поясом, сбежала с крыльца и подала Зарудину обе руки.
Зарудин на мгновение выразительно задержал ее перед собой, оглядывая ее
фигуру быстрым и откровенным взглядом.
- Едем, едем, - понимая его взгляд и стыдясь и возбуждаясь им,
закричала Лида.
И через несколько времени линейка быстро катилась по мало проторенной
степной дороге, пригибая к земле жесткие стебли полевой травы, которая,
выпрямляясь, хлестала по ногам. Свежий степной ветер легко шевелил волосы и
бежал по обе стороны дороги в мягких волнах травы.
На выезде из города они догнали другую линейку, в которой сидели Ляля и
Юрий Сварожичи, Рязанцев, Новиков, Иванов и Семенов. Им было тесно и
неудобно и оттого весело и настроены все были дружелюбно. Одному Юрию
Сварожичу, после вчерашнего разговора с Семеновым, было немного неловко с
ним. Ему казалось странным и даже немного неприятным, что Семенов острит и
смеется так же беззаботно, как и все. Юрий не мог понять, как может Семенов
смеяться после всего того, что было им говорено вчера.
"Рисовался он тогда, что ли? - думал Юрий, искоса поглядывая на
больного студента. - Или он вовсе не так уж болен?"
Но он сам смутился своей мысли и постарался забыть ее.
Из обеих линеек посыпались перекрестные остроты и приветствия, Новиков,
дурачась, соскочил со своей линейки, побежал по траве возле Лиды. Между ними
как-то установилось молчаливое соглашение преувеличенно выказывать дружбу. И
оба были чересчур шутливы и дружески дерзки.
Все больше выясняясь и вырастая, показалась гора, на которой блестели
главы и белели стены монастыря. Вся гора была покрыта рощей и казалась
курчавой от зеленых верхушек дубов. Те же дубы росли на островах, и внизу
под горою и между ними текла широкая и спокойная река.
Лошади, свернув с накатанной дороги, покатили по мягкой и сочной
луговой траве, низко пригибая ее колесами и мягко чавкая копытами по сырой
земле. Запахло водою и дубовым лесом.
В условленном месте, на особенно всем нравящейся лужайке, на траве и на
разостланных ковриках, уже ожидали раньше приехавшие студент и две барышни в
малороссийских костюмах, которые со смехом готовили чай и закуску.
Лошади, фыркая и помахивая хвостиками от мух, остановились, и все
приехавшие, оживленные дорогой, воздухом и запахом воды и леса, разом
высыпали из обеих линеек.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 [ 8 ] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.