read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



бой. А перед городам Секешфехерваром установилась тишина. Местами пехота
отошла, и высота, которую оборонял Богачев, уступом выдавалась теперь в
сторону немцев. Отсюда был виден силуэт города, черным на красном зареве, с
острыми, как наконечники копий, крышами домов.
Богачев не мог хорошо знать обстановку: связи с батареей давно уже не
было. В темноте немцы продвигались ощупью, то там, то здесь внезапно
вспыхивал яростный ночной бой, искрами летали трассирующие нули. Так на
залитом пожарище вдруг вырвется пламя из груды обугленных головней, спадет и
снова вырвется в другом месте. Цельной обороны не существовало, держались
отдельные высоты, отдельные укрепления. Богачеву известно было лукавое
чувство, которое всякий раз смущает в бою, если тебе самому приходится
решать: отойти или остаться? Но он провоевал войну, не раз отступал,
наступал, был в окружении, он не мог не понимать: пока держится его высота,
другая такая же, третья - у немцев руки связаны. И он держал высоту.
К ночи из бойцов осталось в живых четверо, пятый - Ратнер, Богачев -
шестой. Все было разрушено артиллерийским обстрелом, все переломано, траншеи
местами засыпаны. Последний телефонист сидел, охватив колени, опершись на
них лбом. Рукав шинели натянулся, обнажив толстые круглые часы с мутноватым
стеклом, сделанным из координатной мерки. Он потряс связиста за плечо:
- Эй, солдат, войну проспишь!
Тот, мягко качнувшись, повалился на бок. И тогда только Богачев увидел
на бруствере неглубокую воронку от мины.
"Так... Этот отвоевался".
И по часам убитого сверил свои часы. Днем, когда выбивали немцев с
высоты, его собственные часы стали от удара, и теперь он не доверял им.
В половине первого за немецкими окoпами возник пожар. Пожар все
светлел, ширился: всходила луна. Стало видно теперь косо торчащее из земли
черное крыло самопета.
Это был немецкий истребитель, сбитый неделю назад. Он упал на "ничьей"
земле. Рядом с ним лежал на снегу обгоревший летчик, почти голый, сжавшийся
от огня. Только головки меховых сапог уцелели у него на ногах. Он сначала
обгорел, а потом замерз. Разведчики, лазавшие к самолету за прозрачным
стеклом для мундштуков, видели его и рассказывали после.
И самолет, и обгоревший летчик, и "ничья" земля - все это было сейчас у
немцев.
Луна уже оторвалась от земли и, перерезанная пополам, повисла на конце
крыла, осеребрив его своим светом. К Богачеву бесшумно подошел Ратнер, стал
рядом.
- Связного нет? - спросил Богачев.
- Не вернулся.
- А ты где был?
За немецкими окопами взлетела ракета. Белки глаз Ратнера заблестели
сначала зеленым, потом красным светом и погасли. Ракета, шипя, догорала на
снегу. Несколько трассирующих очередей беззвучно оторвались от земли и ушли
в низкое облако. Позже донесло стрельбу.
- В овраге, где вчера наши "тридцатьчетверки" стояли, немцы ползают,-
сказал Ратнер негромко.- Я лазал - напоролся на одного.
Он достал из шинельного кармана маленький никелевый пистолет с
перламутровой ручкой, подкинул на ладони. Жесткие мясистые ладони его были в
глине.
- И запасная обойма к нему есть.
Оба они понимали, что означало: немцы в овраге. Это означало, что
высота окружена и уже вряд ли уйти отсюда. Потому-то связи не было, потому
из двух связных, посланных к Беличенко, ни один не вернулся.
- Настоящий дамский пистолет,- сказал Ратнер.- За всю войну ни разу
такой не попадался. Можно было б Тоне отдать.
Он выщелкнул на ладонь патроны из обоймы, вынул затвор и все это далеко
раскидал в разные стороны. В бою этот пистолетик все равно не годился.
- Ребятам говорил? - спросил Богачев.
- Нет еще.
- Будем держать высоту.
Все это время он ждал связного от Беличенко, он все-таки ждал приказа
отойти и надеялся. Теперь он понял: приказа не будет.
И оттого, что неопределенность кончилась, решение принято, Богачев, как
всегда в моменты риска, повеселел. Надвинув сильней ушанку, он пошел по
траншее проверять посты.
Из разведчиков, которых он взял с собой, ни одного не осталось в живых.
Высоту обороняли пехотинцы, те самые, которые прежде бежали с нее. Богачев
не очень надеялся на них.
За первым поворотом он увидел двух бойцов: они трудились над чем-то.
Богачев подошел ближе. Кряхтя и переругиваясь шепотом, они выкидывали наверх
труп немца, оставшийся здесь после атаки. Завидев лейтенанта, бросили свое
занятие и, потеснясь, давая пройти, стояли у стeнки в шинелях с
пристегнутыми к поясу полами, чем-то похожие друг на друга.
- Для новых место очищаете? - спросил Богачев нарочно громким голосом,
весело глядя на них.
Солдаты заулыбались, как и полагается солдатам, когда начальство
спрашивает: "Не робеете ли?" За несколько ночных часов от постоянного
ощущения, что немцы рядом и могут услышать, они отвыкли говорить громко.
- А ну, дай помогу.- Богачев взял немца за сапоги у щиколоток.- Берись!
Приладившись в тесноте, они выкинули его за бруствер. Тело глухо
стукнуло, перекатилось вниз.
- Тяжел был немец,- сказал Богачев.
- Он как гусь по осени,- отозвался солдат охрипшим от натуги голосом,-
откормился на чужих полях, чужим зерном.
Другой стеснительно стоял рядом. Но все же общая работа разогрела и
развеселила их.
- Так вы раньше времени огня не открывайте,- предупредил Богачев уходя.
Метрах в двадцати от них стоял пожилой пехотинец. Автомат лежал
наверху, а сам он внимательно и осторожно грыз сухарь, каждый раз оглядывая
его со всех сторон, выбирая край помягче.
Богачев не знал ни фамилии пехотинца, ни имени. Они столкнулись с ним,
когда в густом снегопаде выбивали с высоты немцев. Лицо его ничем не
выделялось из множества солдатских лиц: круглое, с широкими скулами, с
морщинами у глаз. Лицо терпеливого человека.
- Вот какое дело, отец,- сказал Богачев.- Немцы в овраге позади нас,
так что скоро они полезут.
Пехотинец в это время, зажмурив один глаз, пытался боковыми зубами
откусить сухарь, но сухарь был крепок и только скрипел. Тогда он пососал
его, отчего сильней обозначились морщины у рта, и, перевернув, откусил с
другого края, где сухарь уже размяк.
- Да я уж замечаю,- сказал он, быстро прожевывая.- Все они там друг
дружке сигналы подают, уткой крякают. А какая может быть утка в эту пору?
Он опять оглядел сухарь, примериваясь.
- Ты бы размочил сначала,- посоветовал Богачев, невольно следя глазами
и участвуя мысленно. - Размочить - кипяток нужен, а где он, кипяток? А от
холодной воды только в животе остынет,- со знанием дела и даже с некоторым
превосходством сказал тот, как человек, который все это уже хорошо обдумал.
И вдруг спросил: - Дети есть, лейтенант? - И снизу вверх глянул на Богачева.
- Не успел обзавестись.
- Да, дети...- Пехотинец вздохнул.- Они по-другому к жизни привязывают.
Пока детей нет, ты налегке по жизни идешь. А тут уж не о себе думать надо...
Он говорил это и жевал сухарь, потому что он был солдат и ему нужно
было воевать. А пахло от него на морозе ржаным кислым хлебом - по-домашнему,
по-мирному пахло. И Богачев почувствовал, что все то, что он хотел сказать
этому пехотинцу, все это говорить не надо, потому что воюет он не по его,
Богачева, приказу, а по другим, гораздо более глубоким и личным причинам.
Где-то недалеко железо скребло мерзлую землю. Богачев пошел туда.
Молодой солдат, в растоптанных валенках на толстых ногах, с бурым от ветра
лицом, на котором выделялись белые брови, углублял стрелковую ячейку,
обрушенную снарядом. Он каской отгребал землю, сыпал ее на бруствер и
прислушивался.
- Огонька нет, лейтенант? - быстро спросил он, боясь, что тот пройдет
мимо, и взял с полочки, вырытой в стене, педокуренную цигарку.
Богачев щелкнул зажигалкой, боец потянулся прикуривать, но вдруг
схватил его за руку своей горячей, вспотевшей от работы рукой:
- Слышишь?
Внизу, в лощине, негромко и неуверенно крякнула утка. Немного погодя
другая ответила ей.
- Эта уже с час времени крячет. Погодит, погодит, и опять.
С обветренного, грубого лица тоскливо глянули на Богачева детские
глаза.
- Немцы,- жестко сказал Богаче", испытывая неприязнь к этому здоровому
и робкому парню.
Тот почувствовал, вздохнул и опять нагнулся прикуривать. Близко от себя
Богачев увидел его заросшую белым волосом красную, крепкую шею, полную сил и
жизни, и внезапно подумал, что, может быть, это последние люди, которых он
видит. Что произойдет здесь - об этом будут знать только он и они, и уже
никто в целом мире.
Под луной синевато мерцавшее поле вокруг казалось пустынным, ни живой
души в нем. Ночь. Тишина... Только ветер метет с бруствера пылью и снежком и
качаются стебли сухих трав, торчащих из-под снега. И всюду отрезан путь, и в
тишине, в лощине, одна сторона которой все
больше освещалась, накапливались немцы.
В прежней жизни Богачев всегда чувствовал, что впереди у него - тысяча
лет. Он не очень задумывался, так ли, не так день прожил - впереди их
бессчетно. И люди встречались и исчезали из памяти: их множество было
вокруг.
Но сейчас впереди у него были не годы, а часы, оставшиеся до немецкой
атаки. И вся его жизнь должна вместиться в них.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 [ 8 ] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.