read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Но пока они разговаривали, Герхардт со своей пилой и козлами как раз
появился у калитки. Брэндер увидел его и тотчас узнал по некоторому
сходству с дочерью.
- А вот и ваш отец, если не ошибаюсь, - сказал он.
- Неужто? - отозвалась Дженни, выглядывая в окно.
Герхардт, поглощенный своими мыслями, прошел мимо окна, не подымая
глаз. Он поставил козлы у стены, повесил пилу на гвоздь и вошел в дом.
- Мать! - позвал он по-немецки, потом, не видя жены, подошел к двери и
заглянул в столовую.
Брэндер встал и протянул ему руку. Сутулый, жилистый немец подошел и
пожал ее, вопросительно глядя на незнакомца.
- Это мой отец, мистер Брэндер, - сказала Дженни; чувство приязни к
сенатору помогло ей победить застенчивость. - Папа, это мистер Брэндер,
тот самый, что живет в отеле.
- Какая, простите, фамилия? - переспросил Герхардт, поворачиваясь от
одного к другому.
- Брэндер, - сказал сенатор.
- А, да! - Герхардт говорил с заметным немецким акцентом. - После
болезни я неважно слышу. Жена про вас поминала.
- Я решил зайти познакомиться с вами, - сказал сенатор. - У вас, я
вижу, большая семья.
- Да, - сказал отец семейства; он вспомнил, что на нем потрепанный
рабочий костюм, и ему хотелось поскорее уйти. - Шестеро ребят, и все еще
не пристроенные. Вот она - старшая дочка.
В комнату вошла жена, и Герхардт поспешил воспользоваться случаем: - Уж
вы извините, я пойду. Сломал пилу, пришлось бросить работу.
- Сделайте одолжение, - любезно сказал Брэндер, сразу поняв, о чем
всегда умалчивала Дженни. Он, пожалуй, предпочел бы, чтобы у нее хватило
мужества ничего не скрывать.
- Так вот, миссис Герхардт, - сказал он, когда та села, напряженно
выпрямившись на стуле. - Я хотел бы, чтобы вы впредь не считали меня чужим
человеком. И хотел бы, чтобы вы подробно рассказали мне о своих делах.
Дженни не всегда со мной откровенна.
Дженни молча улыбалась. Миссис Герхардт беспокойно сжимала руки.
- Хорошо, - робко, с благодарностью ответила она.
Они поговорили еще немного, и сенатор поднялся.
- Передайте вашему мужу, - сказал он, - пусть зайдет в понедельник ко
мне в отель. Я постараюсь ему помочь.
- Спасибо вам, - смущенно промолвила миссис Герхардт.
- А сейчас мне пора, - прибавил Брэндер. - Так не забудьте сказать
мужу, чтобы он пришел.
- Ну конечно, он придет!
Брэндер надел перчатку на левую руку и протянул правую Дженни.
- Вот лучшее ваше сокровище, миссис Герхардт, - сказал он. - И я
намерен отнять его у вас.
- Ну уж, не знаю, как я без нее обойдусь, - ответила мать.
- Итак, всего хорошего, - сказал сенатор, пожимая руку миссис Герхардт
и направляясь к двери.
Он кивнул на прощание и вышел, а с полдюжины соседей, видевших, как он
входил в дом, провожали его из-за стен и занавесок любопытными взглядами.
"Кто бы это мог быть?" - вот вопрос, который занимал всех.
- Посмотри, что он мне дал, - сказала дочери простодушная мать, как
только за гостем закрылась дверь.
Это была бумажка в десять долларов. Прощаясь, Брэндер незаметно вложил
ее в руку миссис Герхардт.



5
Обстоятельства сложились так, что Дженни чувствовала себя многим
обязанной сенатору и, вполне естественно, высоко ценила все, что он делал
для нее и ее семьи. Сенатор дал ее отцу письмо к местному фабриканту, и
тот принял Герхардта на службу. Это было, разумеется, не бог весть что -
просто место ночного сторожа, но все же Герхардт снова работал, и его
благодарность не знала границ. Какой добрый человек этот сенатор, какой
отзывчивый - таких больше нет на свете!
Не была забыта и миссис Герхардт. Однажды Брэндер послал ей платье, в
другой раз - шаль. Все эти благодеяния делались отчасти из желания помочь,
отчасти - для собственного удовольствия, но миссис Герхардт восторженно
приписывала их одной лишь доброте сенатора.
А Дженни... Брэндер всеми способами старался завоевать ее доверие, и
наконец ее отношение к нему стало настолько сложным, что в нем очень и
очень непросто было бы разобраться. А эта юная, неопытная девушка была
слишком наивна и беспечна, что бы хоть на миг задуматься о том, что могут
сказать люди. С того памятного и счастливого дня, когда Брэндер сумел
победить ее врожденную робость и с такой нежностью поцеловал ее в щеку,
для них настала новая пора. Дженни почувствовала в нем друга - и чем проще
и непринужденнее он становился, с удовольствием освобождаясь от привычной
сдержанности, тем лучше она его понимала. Они от души смеялись, болтали, и
он искренне наслаждался этим возвращением в светлый мир молодости и
счастья.
Все же временами его беспокоила мысль, от которой он не мог отделаться;
он поступает не так, как следует. Не сегодня-завтра люди заметят, что в
отношениях с этой дочерью прачки он переходит границы благопристойности.
От внимания старшей горничной, вероятно, не укрылось, что Дженни, приходя
за бельем или принося его, почти всегда задерживается у него в номере на
пятнадцать - двадцать минут, а то и на час. Брэндер понимал, что это может
дойти до ушей других служащих отеля, слухи распространятся по городу, и из
этого не выйдет ничего хорошего, но такие соображения не заставили его
вести себя по-другому. Он то успокаивал себя мыслью, что не делает ничего
плохого для Дженни, то говорил себе, что не может лишиться единственной
своей нежной привязанности. По совести говоря, разве он не желает Дженни
добра?
Задумываясь над этим, Брэндер всякий раз решал, что не может отказаться
от Дженни. Нравственное удовлетворение, которое он испытал бы, едва ли
стоит боли, которую неминуемо принесет ему такая самоотверженность. Ему
осталось не так уж долго жить. Обидно было бы умереть, не получив того,
чего так хочешь.
Как-то вечером он крепко обнял Дженни. В другой раз усадил ее к себе на
колени и стал рассказывать о своей жизни в Вашингтоне. Теперь он никогда
не отпускал ее без ласки или поцелуя, но все это были лишь слабые,
неопределенные попытки. Он не хотел слишком сильно ее тревожить.
А Дженни в простоте душевной наслаждалась всем этим. В ее жизни
появилось столько нового, необычайного. Наивная, неискушенная, она была
способна глубоко чувствовать; она еще ничего не знала о любви, но была уже
достаточно взрослой, чтобы радоваться вниманию выдающегося человека,
который удостоил ее своей дружбой.
Как-то вечером, стоя рядом с его креслом, она провела рукой по его
волосам, откинула их со лба, потом, от нечего делать, вынула у него из
кармана часы. Ее милое простодушие привело сенатора в восторг.
- А вам хотелось бы иметь часы? - спросил он.
- Еще бы, - со вздохом сказала Дженни.
На другой день он зашел в ювелирный магазин и купил золотые часики с
изящными фигурными стрелками.
- Дженни, - сказал он, когда она пришла в следующий раз, - я хочу вам
кое-что показать. Посмотрите-ка, сколько времени на моих часах.
Дженни достала часы из его жилетного кармана и широко раскрыла глаза.
- Это не ваши часы! - удивленно воскликнула она.
- Конечно, - ответил он, наслаждаясь ее недоумением, - они ваши.
- Мои! - воскликнула Дженни. - Мои! Какая прелесть!
- Они вам нравятся? - спросил Брэндер.
Он был очень польщен и тронут ее восторгом. Лицо ее так и сияло, глаза
блестели.
- Это ваши часы, - сказал он. - Носите, да смотрите не потеряйте.
- Какой вы добрый! - сказала Дженни.
- Нет, - возразил Брэндер и, обняв ее за талию, задумался над тем,
какую же он может получить награду. Потом он медленно притянул Дженни к
себе, и тут она обвила руками его шею и благодарно прижалась щекою к его
щеке. Ничто не могло бы доставить ему большей радости. Многие годы мечтал
он о том, чтобы испытать нечто подобное.
Дальнейшее развитие этой идиллии на некоторое время прервали жаркие бои
за место в конгрессе. Под натиском противников сенатору Брэндеру пришлось
сражаться не на жизнь, а на смерть. С величайшим изумлением он узнал, что
могущественная железнодорожная компания, всегда относившаяся к нему
благожелательно, втайне энергично поддерживает и без того опасного для
него соперника. Брэндер был потрясен этой изменой, им овладевало то
мрачное отчаяние, то приступы ярости. Хоть он и притворялся, что с
легкостью принимает удары судьбы, они больно его ранили. Он так давно уже
не испытывал поражения... слишком давно.
В эти дни Дженни впервые узнала, что такое непостоянство мужского
характера. Две недели она совсем не видела Брэндера, а потом, как-то
вечером, после весьма неутешительного разговора с местным лидером своей
партии, он ее встретил более чем холодно. Когда она постучала, он
приоткрыл дверь и сказал почти грубо:
- Я не могу сегодня заниматься бельем. Приходите завтра.
Дженни ушла, удивленная и огорченная таким приемом. Она не знала, что и
думать. В одно мгновение он вновь оказался на недосягаемой высоте, чуждый
и далекий, и его уже нельзя было потревожить. Конечно, он может лишить ее
своего дружеского внимания, раз ему так вздумалось. Но почему...



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 [ 8 ] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.