read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



значительном месте и, чтобы не оплошать, контролирует каждое свое движение,
мучительно призывая на помощь с мутные образцы хороших манер, виденные в
каких-нибудь фильмах про благородную жизнь, где роли столбовых дворян
исполняют томные внуки аптекарей и огородников. Когда мы пригласили его
присесть за наш столик, он ответил нам коротким поклоном, которым в этих
самых кинокартинах обычно заканчивают переговоры о месте поединка,
секундантах и прочих дуэльных подробностях.
-- Грибки-то мы с ребятами того... -- виновато сообщил Арнольд,
показывая пустую банку.
-- Да ладно уж, -- кивнул Витек и улыбнулся.
-- Давайте за встречу! -- предложил Стас.
-- Надюха! -- Я ухватил за кружевной передничек пробегавшую мимо
официантку.
И тут я снова должен сделать отступление. (Между прочим, их будет
впредь довольно много, поэтому читатель, любящий прямоезжие сюжеты, может
сразу отложить это сочинение.)
Надюхе, самой молодой официантке в ресторане, было лет двадцать пять, и
она обладала всеми тремя основными признаками женской привлекательности:
большими глазами, большой грудью и большим задом. При этом фигура ее
оставалась достаточно стройной, а волосы радовали взор аккуратной
парикмахерской курчавостью. Судя по тому, что в течение нескольких лет она
частенько появлялась на работе с тщательно запудренным синяком под глазом,
Надюха была девушка замужняя. Правда, в последние несколько месяцев никаких
брачных отметин на лице не наблюдалось, и это наводило на мысль, что ее
супружество распалось. Более того: в карих Надюхиных глазах возникло то
загадочно-задумчивое выражение, которое всегда выдает томящуюся в
одиночестве женщину. Не путать с насмешливо-призывным взглядом женщины,
томящейся в браке! От прочих официанток она отличалась еще и тем, что
обслуживала быстро, грубила вполсилы, а обсчитывала очень умеренно, не
жалуясь при этом, что детское пальтишко в магазине стоит чуть не половину
ее официантской зарплаты. Детей, кстати, у нее не было.
-- Мальчики, -- вздохнула она, глядя не на нас, а на кусочек свежего
неба, видневшийся сквозь приоткрытое витражное окно, -- пиво кончилось.
Последний портвейн взял Закусонский. Остались шампанское и коньяк -- очень
дорогой!
Человеку, начавшему свою алкогольную биографию после гайдаровских
реформ и с малолетства привыкшему к изобилию веселящего зелья везде и в
любое время суток, эта возникшая у нас проблема может показаться надуманной.
Но напомню, что описываемые события происходят как раз накануне
спровоцированных мной, дураком, реформ, и мы, воспитанные справедливой, но
суровой социалистической действительностью в духе жесткой борьбы за каждый
децилитр алкоголя, восприняли эту весть спокойно. Коньяк, даже безумно
дорогой, в условиях разразившейся антиалкогольной кампании -- это просто
подарок судьбы. В конце концов расплатиться можно и завтра, оставив в залог
на крайний случай часы или писательский билет. И чтобы закрыть тему, выскажу
соображение, давно не дающее мне покоя. Перестройка лишила нас главного --
жизненной цели. Создавая массу препон и преград перед пьющим человеком,
социализм имитировал, пусть неумело, цель, а значит, -- и смысл жизни.
Капитализм с его ломящимися от горячительных напитков витринами оставил
нас один на один с леденящей онтологической бессмысленностью бытия. И нет
ему за это прощения!
-- Будем пить, что есть, -- бодро сказал я Надюхе.
-- Деньги, пожалуйста, вперед! -- попросила она, продолжая
рассматривать кусочек неба в окне.
-- Надежда, ты же меня знаешь! -- неуклюже возмутился я.
-- Знаю, поэтому деньги, пожалуйста, вперед...
-- Вперед так вперед! Будем скидываться. -- И я полез в боковой карман
с таким видом, будто у меня там филиал госбанка.
Это была известная ресторанная уловка: ты задерживаешь руку в кармане,
а ничего не подозревающий новичок вынимает деньги, после чего можно
сообщить, что забыл бумажник в пальто, давая ему возможность потратиться.
Опытные в секретах застольного мастерства, Стас и Арнольд сделали то же
самое. Так мы некоторое время и сидели, точно три мафиози: каждый сунулся в
карман за стволом, но начать пальбу первым никто не решается...
-- Будем платить-то? -- нетерпеливо спросила Надюха. Мы вопросительно
посмотрели на Витька.
-- А у меня шуршиков уже неделю нет! -- простодушно ответил он, совсем
не смутившись тем, что наше знакомство начинается с прямого вымогательства.
-- Меня же со стройки уволили...
-- Ну мужик пошел! -- возмутилась Надюха. -- В ресторан без денег идет,
к бабе без...
Произнося все это, она почему-то глядела именно на Витька, хотя и мы
тоже были "без".
-- Без гладиолуса! -- подсказал Витек, ухмыляясь. Надюха посмотрела на
него долгим взглядом женщины, забывшей, когда ей в последний раз дарили
цветы.
-- Может, часами возьмешь? -- поколебавшись, предложил я, глянув на
свои "командирские". -- Завтра принесу деньги...
-- Бери, очень хорошие "котлы"! -- поддержал меня Витек, уже начавший
понемногу осваиваться.
Скажу сразу: отдать эти часы в залог мне было так же непросто, как
папуасу оставить в колониальной лавке свой амулет -- мумифицированную и
ставшую священной погремушкой мошонку любимого дедушки. (Пошловато, но все
равно надо запомнить!)
-- Ну, конечно... Сейчас! Куда их девать-то, часы ваши? Скоро магазин
"Тик-так" тут откроем! -- ответила она с той чисто бабьей сварливостью,
после которой обычно следует согласие.
-- А что это вы, собственно, грубите! -- влез нечуткий Жгутович и все
испакостил.
-- Я грублю?! -- возмутилась она.
-- Ты, Надь, пока иди, -- примирительно сказал я. -- Мы
посельсоветуемся...
Окатив нас взглядом, исполненным женского презрения, она отошла от
столика, и Витек проводил ее жадным глазом. Некоторое время мы сидели молча,
стараясь не смотреть друг на друга, а потом Арнольд, крякнув, полез в рюкзак
и выставил на стол литровую бутылку из-под венгерского вермута, наполненную
жидкостью, по цвету напоминающей отработанное моторное масло.
-- Это та самая "мараловка"? -- уточнил я.
-- "Амораловка", -- поправил Арнольд, разливая по рюмкам -- себе
чуть-чуть, нам со Стасом побольше, а Витьку -- граммов сто. -- Тебе до
краев. Ты молодой, у тебя еще вся печень впереди!
-- Это не опасно? -- покосился на рюмку Стас.
-- Пока еще никто не умер.
Мы чокнулись и выпили. У настойки был вкус технического спирта, в
который уронили кусочек селедки иваси с луком. Витек, опрокинув рюмку,
замер, прислушиваясь к тому, как алкоголь теплой мышкой бежит вниз по
пищеводу. В тот момент, когда мышка достигла желудка, он согласно кивнул.
-- Лекарство? -- морщась, спросил Стас.
-- Настойка из маральих рогов -- лучшее средство от рогов
внутрисемейных, -- разъяснил Арнольд. -- Даже самый плевый мужик, как
выпьет, места себе не находит, пока кого-нибудь не прищемит. У нас ее
поэтому "амораловкой" и прозвали. Вы сегодня больше -- ни-ни, а то резьбу
сорвете.
-- Предупреждать надо! -- обиделся Стас.
-- Не серчай. Чуть-чуть полезно. У вас ведь с Вить-ком -- разговор, а
какой разговор без рюмахи?
-- Да, разговор, -- вздохнул я. -- Значит, говоришь, выгнали тебя с
работы?
-- Ага.
-- Да ладно, не чинись, расскажи, как ты на собрании бригадиром по
трибуне колотил! -- подсказал Арнольд.
-- Бригадиром? -- переспросил я.
-- Бригадиром, -- виновато кивнул Витек.
-- М-мотивы? -- не очень твердо потребовал Стас.
-- Сука он!
-- У-уважительные мотивы! -- кивнул явно поплывший Жгутович.
Да я и сам почувствовал, как внутри зарождается и начинает пульсировать
горячее беспокойство вполне определенной направленности. А бредовая идея
сделать из Витька мировую знаменитость вдруг показалась мне не такой уж
глупой, но даже волнующе заманчивой, как первое прикосновение к незнакомой
девичьей коже. Я глянул на Стаса: его бледные впалые щеки зарумянились,
залысины запотели, а в глазах появилась похотливая целеустремленность. У
Витька на лбу тоже выступила испарина, и он своими толстыми пальцами пытался
слепить из хлебного мякиша нечто женское. Арнольд же наблюдал за действием
"амораловки" с тихой улыбкой юнната.
-- Ну и что ты теперь собираешься делать? -- спросил я у Витька после
некоторой паузы.
-- А хрен его знает... -- пожал он здоровенными плечами.
-- Но работать-то надо!
-- Наумиха моя тоже говорит -- надо...
-- Ругается?
-- А то -- пила двуручная!
-- Цыц! О матери такие слова! -- нахмурился Арнольд.
-- Ну и какие у тебя, Виктор, планы? -- Я постарался вопросом замять
возникшую неловкость.
-- Не знаю, может, грузчиком в универсам устроюсь.
-- Сопьешься! -- покачал головой Арнольд.
-- Сопьюсь... А может, к дядьке, к вам в Красноярск, подамся...
-- Приезжай. Найдем тебе сибирячку! Знаешь, такую, с огоньком в одном
месте...



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 [ 8 ] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.