read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Револьвер мне вернули. И даже посоветовали быть настороже, если окажусь
ночью на улицах города. Я поспешил к знакомым Шапошникова и только с
рассветом пошел в центр, где на Екатерининской улице, рядом с кинотеатром со
старым названием "Мон-Плезир", квартировала Катя. Весь этот дом занимали
работники Совета, у входивших проверяли документы.
Катя жила в небольшой комнате. Она уже встала, приготовила чай, усадила
меня за стол. И начала рассказывать. Тогда от речки Кочеты, где мы
расстались, она проехала спокойно до самого Екатеринодара, но первый же
патруль белых на улице остановил ее и арестовал. Три дня провела она в
тюрьме. Выпустили. Ее спасли документы военфельдшера.
- И очень вовремя, - без улыбки сказала она. - Наши как раз подступили
к городу, белые при отходе расстреляли всех узников без разбора, тридцать
заложников увели с собой. Ну, а вскоре я отыскала Сашу. Он был в первой
колонне наших войск, которые наступали со стороны Крымской. Худой - ужас!
Одни глаза да нос. Мы всего два дня пробыли вместе. Умчался в Новороссийск.
- В Новороссийск?..
- Да. - И, понизив голос, добавила: - Там сложнейшая обстановка! И
чтобы не забыть: твой недруг Керим Улагай объявился.
- Где он?
- Отсиживался в ауле Суворово-Черкесском, а когда наши пошли на город
от Новороссийска, поднял восстание. Его молодчики вырезали в окружающих
селениях всех, кто сочувствовал Советской власти, и ушли в горы у Горячего
Ключа. Имей это в виду. Горные тропы Улагай знает!
- А его брат?
- Старший? Командует дивизией у Деникина. Вернее, командовал. В
последних боях ранен в живот, отлеживается в госпитале. О, этот еще более
опасен. Вообще, Андрей, большие испытания впереди! Мы, в сущности, окружены.
Деникинцы заметно набирают силу. А в наших рядах не очень многолюдно. Потери
огромны. И тебе, Андрей, пора выбрать, с кем ты и против кого.
- Я выбрал, Катя.
- Зубров?
- И новую власть.
- Вот это ответ! - Она обрадованно встала. - Очень хорошо! Да, чтобы не
забыть... На днях будет объявлена всеобщая мобилизация. И твои планы могут
рухнуть без тебя и твоих друзей. Хотя бы пятерым егерям надо остаться для
охраны Кавказа. Иначе никакой надежды на заповедник. Я постараюсь
договориться в военном отделе. А теперь поведай, как у тебя. Что Данута?
Отец, мать?
Она радостно удивилась, когда узнала, чем занимается Данута.
- И ты молчал? Такая удача! Мы будем забирать все ее травы. Так и
скажи. Даже платить сможем, хотя... Ты знаешь, мы работаем без всякого
жалованья, поэтому вряд ли сможем. Ты видел, что творится в больнице? Ничего
нет. Врачи сбежали. Все, Андрей. Идем. Сделаем доброе дело для твоих зубров.
Вместе с ней я вновь оказался у комиссара Волика.
- Фамилии ваших егерей? - Комиссар даже не глянул на меня.
- Телеусов, Кожевников, Шапошников...
- И Зарецкий, - подсказала Катя. Через стол взяла из-под рук комиссара
подписанные бумаги. - Ты сделал добро для Кавказа, товарищ Волик, спасибо.
Кавказские егеря - с нами.
Подталкивая меня к двери, она вышла.
- Бери. Это освобождение от мобилизации. Работайте спокойно. Ты слышал,
что я сказала комиссару?
- Слышал. Так и будет.
- Успеха тебе и Дануте. Будем надеяться, что не в последний раз
видимся.
Через пять дней я приехал в Псебай.
Весна здесь позеленила и украсила улицы. Горы звенели птичьими
голосами. Запах свежести плыл от леса.

"3"
Данута с женщинами из аптечного отряда ушла в горы. От Шапошникова меня
ждала весточка. В записке сказывал: "Вдвоем с Коротченкой выехали по
Лабенку. Осмотрим дорогу и мосты. Задержимся на Умпыре, если сумеем
проехать. Телеусов с племянником отправились на Гузерипль и Молчепу,
Кожевников и Седов обещали провести работу в Сохрае и Даховской, видимо,
заглянут на Кишу. Ждем на Умпыре с новостями".
За два вечера я встретился с десятком знакомых псебайцев. Разговор шел
о Народной охоте, о кооперативе. Я уже знал, что в Псебае все спокойно,
передела земли никто не требовал, все осталось, как было. Спокойствие в
Псебае помогало моему предприятию. Почему бы не заняться кооперативом? Но
что-то мешало, это я почувствовал сразу. Земляки мои слушали и помалкивали,
вздыхали.
- Власть-то разрешила? - спросил один.
Я показал мандат.
- А если она упадет, эта власть? - задали вопрос.
Вот в чем дело! Если Советы не удержатся, то за кооператив - порождение
Советов - придется нести ответ. Боялись. Не верили, что пришла настоящая
власть. Вдруг Кубанская рада, тот же Деникин... И - к стенке.
Словом, на первых собраниях охотники согласия не дали. Без результатов.
Тогда я строго объявил:
- Предупреждаю: в лес с винтовкой не ходить! Нас хоть и мало, но зверя
в обиду не дадим.
Лишь на третьем собрании в кооператив согласились вступить четверо.
Среди них - молодые братья Никотины, два лесных следопыта. Они тут же
получили карту с участком для охраны по левому берегу Уруштена и лицензию на
право охоты и отстрела за сезон трех косуль и медведя, конечно, за границей
бывшей Кубанской охоты.
Слух об этом прошел по Псебаю, и вскоре ко мне домой пришли сразу семь
человек. "Правление" вроде бы обрастало людьми. Хоть и небольшая, а все же
помощь.
Прошла первая неделя мая. Данута вернулась. Она ласкала Мишаньку,
вздыхала и гасила улыбку.
Дома спросила:
- Ты собираешься в горы?
- Через день-два.
- Я поеду с тобой. Проводишь до моих аптекарей, они работают за
эстонским поселком. Эстонки давно знают толк в травах, но у них все это с
мистикой, с тайнами, как волшебство. Есть, например, наговор в путь-дорогу с
одолень-травой... - И, сдвинув брови, она произнесла нараспев и вполголоса:
- "Одолень-трава! Одолей ты злых людей, лихо бы на нас не думали, скверного
не мыслили. Одолей мне горы высокия, долы низкия, озера синия, берега
крутыя, леса темныя..." Ты знаешь, что это за одолень? Кувшинки озерные,
по-нашему - лилии.
Вот тут-то я и вспомнил, что Улагай близко. Но Дануте не сказал, не
растревожил. Провожу и все тропы осмотрю. Осторожность, и еще раз
осторожность!
- Найду кувшинку, положу тебе лепестки в кармашек, и никакие злые люди
моего мужа не тронут, - задумчиво произнесла Данута.
Читает она мои мысли!..
Выехали, как ездят на фронте: Василий Никотин сажен на двести впереди,
с винтовкой на руке, потом мы с Данутой, ловко сидевшей на Кунице (мы
все-таки поменялись лошадьми, Кунак для нее немного высоковат), а сзади, как
охрана, ехал Саша Никотин и еще один егерь.
Ночевали недалеко, на лесопильне, собрание провели, мужиков тут
осталось всего одиннадцать. Они согласились вступить в охотничий кооператив,
только патронов и пороху запросили.
И в эстонском поселке, где Дануту хорошо знали и привечали, состоялся
разговор о кооперативе и о возможности проникновения в заповедник белых. В
аптекарской караулке, куда прибыли на другой день, я потолковал с двумя
старыми казаками, которые охраняли женщин, попросил быть настороже и только
после этого отправился с братьями Никотиными обследовать тропы выше
Уруштена, чтобы убедиться, нет ли поблизости чужих.
В горах лес едва зазеленел, хорошо просматривался. Вскоре мы убедились,
что ни одного человеческого следа поблизости нет. Никотины остались наверху
искать себе место под лагерь, а я вернулся к женщинам и Дануте, чтобы оттуда
поехать на Умпырь, где меня ждал Шапошников.
"Команда" Дануты работала. Под навесом уже сушились травы, разные
стебли-корневища. Данута шутила, охала, что нигде нет одолень-травы,
выглядела спокойной, сильной. На поясе носила браунинг - мой подарок.
Я отправился по знакомой тропе к Балканам.
Чаще всего егеря бывали здесь, у висячего моста через Лабенок, яростно
бившийся о каменные берега ущелья. Наша обжитая тропа.
Мостик висел ржавый, почерневший. Под ним грохотала река. Рядом чистая
тропа. А на ней след двух подкованных лошадей. След Шапошникова и
Коротченко.
Я спешился, пустил Кунака на зеленый бережок, хотел было пройти по
мостику на ту сторону, но остерегся: прогнили доски, опасно. Обернулся,
глянул на коня и тотчас сбросил со спины винтовку: Кунак стоял, выставив
уши, и глядел на трону, назад. Река приглушала все звуки, но конь-то почуял!
Я стал за камень. И не напрасно. Показался один всадник, за ним второй.
Ехали беспечно, бросив поводья. Вот они уже близко. Остроконечная бородка,
веселое лицо. Телеусов!..
Он упал с седла в мои объятия. Друг любезный!..
- Откуда вы?
- С самого Гузерипля, почитай. Прошлись немного по Кише, там есть
тропа, ну и наскочили на ребят Никотиных, они сказали о тебе. Как не
повидаться! Вышли напрямки, через перевальчик, благо снега там немного. Ты
живой-здоровый?



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 [ 71 ] 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.