read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



длинный день, неизбежно натыкаются на тайную преграду - вот что было теперь
совершенно ясно для меня, и я не могла не заговорить об этом. Возможно, что
это был плохой агитационный прием, но в ту минуту я очень мало думала о
приемах, а просто говорила о том, что лежало у меня на душе. Кажется, я
довольно удачно срезала какого-то толстомордого, который сунулся из толпы и
крикнул:
- Чего уши развесили? Или еще не надоело этих балакирей слушать?
В общем, мне удалось уговорить снопоносов вернуться. Мы условились, что
на Графскую поедет только старшина артели с тем, чтобы выяснить, правда ли,
что единоличники платят за поденщину больше. Зная экономическое положение
местного крестьянства, можно было не сомневаться в том, что этот слух пущен
с единственной целью: подорвать уборку совхозного урожая.
Я вернулась на Главный Хутор и прежде всего отправилась к директору
рассказать историю со смазочным маслом, которая особенно возмутила меня. Но
директор с секретарем парткома уехали на один из отдаленных участков. Я
приняла душ, зашла к больным. Потом поужинала, едва справляясь с
сонливостью, внезапно разлившейся по телу, торопливо разделась, легла - и не
уснула. Среди множества острых впечатлений минувшего дня лицо Клавы
Борисовой, расстроенное, взволнованное, с полными слез глазами, явилось
передо мной как живое. Верно ли я поступила, отложив операцию? Что, если
начнется общее заражение крови? Машина ушла за Борисовой в восемь часов,
сейчас одиннадцать, а Катюша все не стучит - стационар помещался в первом
этаже, и когда нужно было меня вызвать, Катюша стучала в потолок палкой от
швабры.
Окно смутно виднелось в темноте. Распахнуть бы окно, чтобы ворвалась в
комнату ночная свежесть. Вдохнуть ее полной грудью, чтобы остановилось на
мгновение сердце! Замерзнуть, а потом, согревшись под одеялом, уснуть - так
я бывало и делала, когда не спалось. Да нет, куда там! Откроешь окно, и
войдет в комнату горячее дыхание песчаных пустынь. Суховей несется по
дорогам и без дорог, шагает по крышам, треплет палатки, входит вместе с
людьми в их дома, врывается в их короткие, беспокойные сны.
Я задремала, кажется, на пять минут, а открыла глаза - и оказалось, что
слабый утренний свет уже бродит где-то далеко в степи.
Катя постучала - это значило, что привезли Борисову...
Только что я осмотрела Клаву и сидела подле нее, думая, что хорошо бы
все-таки еще хоть часок подремать, очень довольная, что мое лечение помогло
и что почти наверно удастся избежать ампутации или в самом крайнем случае
придется отнять один палец, - когда за окном послышался шум подъехавшей
машины. Раздались приглушенные голоса: "Да поворачивай же! Слева поддержи!
Осторожно!"
Потом внесли Данилу Степаныча - на тенте, с перекатывающейся головой, с
открытыми, ничего не видящими глазами.


КОРОЧКА ХЛЕБА
Это было к вечеру. Я вытирала Даниле Степанычу руки одеколоном и вдруг
почувствовала, что пальцы его руки дрогнули и слабо пожали мои.
Темная майка была наброшена на абажур переносной лампы, чтобы свет не
беспокоил больного. Я откинула майку и нагнулась над ним. Глаза были
открыты.
- Данила Степаныч!
Это было так, будто, спотыкаясь, с трудом узнавая давно покинутый мир,
он ощупью возвращался откуда-то издалека.
- Данила Степаныч, это я, Таня. Вы слышите меня?
Молчание.
- Вы были больны, а теперь поправляетесь.
Я стала читать ему вслух и вдруг заметила, что он не слушает, думает о
чем-то своем.
- Хотите отдохнуть, Данила Степаныч?
Он покачал головой.
- Я вот думаю... Ведь вам еще не прислали нового фельдшера?
- Нет.
- Может быть, стоило бы поговорить о Машеньке в крайздравотделе?
- Ах, черт побери! Да как же это не пришло мне в голову? В самом деле!
Буду в Сальске, поговорю с Дроздовым, - сказала я, хотя это было сложно: без
серьезного повода перевести фельдшера из Анзерского посада в Сальский
райздрав.
- Вы напишете ей об этом?
- Непременно.
С тех пор мы часто беседовали о Маше, и хотя я, разумеется, не могла
записать наши разговоры в "графе назначений", они действовали на Данилу
Степаныча лучше любого лекарства.
Суховей утих, мой стационар опустел во время уборки, и у меня вдруг
оказалось так много свободного времени, что я снова принялась за своих
светящихся вибрионов.
Это было не впервые, что, встречаясь с неразрешимыми - так мне казалось
- затруднениями, я перелистывала записи лекций Павла Петровича и всегда
находила в них что-нибудь неожиданное, выходящее далеко за пределы учебников
и общепринятых курсов.
Был случай, когда, занимаясь у Заозерского, я наткнулась на мысль,
которая помогла мне справиться с первой научной задачей. Но сейчас...
Сколько ни перелистывала я три самодельные тетради - о свечении вибрионов не
нашлось ничего. Зато в самую раннюю тетрадь была вложена одна из сказок,
которые уже совсем давно, в детские годы, рассказывал мне Павел Петрович, и
я с интересом принялась разбирать корявые детские строки:
"И ночной сторож послал свою дочку в аптеку: "Аптекарь будет предлагать
тебе самые лучшие микстуры и мази. Но ты попроси у него лекарство, которое
называется "чудесная плесень"... "
Комната старого доктора вспомнилась мне под столом, на окнах, на шкафу
- везде лежали медицинские журналы и книги. На одном подоконнике стоял
микроскоп, а на другом в старом, треснувшем стакане всегда лежало что-нибудь
заплесневелое - кусочек сыра или хлебная корка.
Но что же Павел Петрович думал о плесени, которая во все времена и у
всех народов внушала лишь отвращение? Он думал - это я помнила ясно, - что в
обыкновенной зеленой плесени содержатся какие-то целебные силы. А что, если
поставить опыт в моей маленькой лаборатории?
...На этот раз я не воображала, что вижу сон, не мчалась ночью с
пробирками в кастрюльке к доктору Дроздову - он как раз был в зерносовхозе,
- не сидела до утра, боясь, что пробирки погаснут. Я села писать статью, и
горы исписанной и разорванной бумаги появились в моей комнате на столе, под
столом, на окне, на кровати. Каждая фраза в отдельности еще выходила кое-как
сама по себе, но соединять их... это была тяжелая, почти физическая работа!
И когда эта статья, каждая страница которой написана не чернилами, а, можно
сказать, кровью, была наконец закончена, я разорвала ее, потому что мне
пришло в голову попробовать "передать" свечение от холероподобного к
настоящему холерному вибриону...
Однажды - это было уже поздней осенью - я сидела подле Данилы Степаныча
и читала "Британский журнал патологии". Доктор Дроздов, застав меня как-то
за самоучителем английского языка, прислал мне несколько старых номеров
этого журнала. В этот день чтение шло медленно, и не только потому, что
приходилось ежеминутно заглядывать в словарь, но и по другой, более важной
причине. В кармане моего халата лежало письмо от Андрея.
Данила Степаныч, решавший шахматную задачу, отложил ее и тяжело
вздохнул.
- Что случилось, Данила Степаныч?
- Скажите, Татьяна, вы не думаете... Только, пожалуйста, откровенно
скажите! Вы не думаете, что моя болезнь могла повлиять на какие-нибудь
психические центры?
- Еще новости! Откуда такие мысли?
Репнин снова вздохнул и, не ответив, повернулся к стене.
- Вы не будете сердиться, Татьяна?
- Честное слово, не буду.
Он мрачно уставился в потолок.
- Я вам до сих пор не говорил, потому что надеялся, что это пройдет,
хотя у меня вообще тонкий нюх, и если бы запаха не было, я бы не подумал,
что это именно плесень. Но потом я обнаружил, что мне начинает казаться,
именно когда входите вы, и тогда стало ясно, что это галлюцинация, только не
звуковая или зрительная, а нюхательная, наверно, такая бывает. А раз
появилась галлюцинация... Что с вами?
Я чуть не упала со стула от смеха... Он приподнялся на локте и с
беспокойством посмотрел на меня.
- Это не галлюцинация, Данила Степаныч, от меня действительно пахнет
плесенью. Катя мне еще вчера сказала об этом. У меня сейчас такая работа - я
изучаю плесень. А плесень бывает разная: одна растет на сыром кирпиче,
другая на щепке, а третья на разбитом цветочном горшке, выброшенном на
помойку. Вот я и подбираю эти предметы и, случается, таскаю с собой. Но
сейчас у меня как раз ничего такого нет. - Я вывернула карманы халата. - Так
что одно из двух: либо я уже пропахла насквозь, либо у вас выработалось
нечто вроде условного рефлекса.
- А зачем вы изучаете плесень? Объясните, Татьяна. Вы думаете, я не
пойму?
- Да тут и понимать нечего, настолько это просто! Жил некогда в
маленьком захолустном городке старый врач, который занимался, насколько это
было в его возможностях и силах, микробиологией. Возможности были тогда
небольшие: микроскоп, два десятка пробирок да медицинские журналы, которые
он выписывал из Москвы и Петрограда. Он был очень болен и очень стар уже и в
те годы, когда я десятилетней девочкой познакомилась с ним. Много лет -



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 [ 73 ] 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.