read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Вот только не надо, - поморщился Ленчик. - Не надо этого...
Он все еще не понимал серьезности ситуации, Ленчик, mio costoso.
- Хорошо, не будем, - сразу же согласилась Динка. - Так что насчет
записки?
- Пошли вы к черту, дебилки! Для вас же стараюсь... Ладно... Пойду
проветрюсь... А вы пока в себя приходите... деятельницы...
- Никуда ты не пойдешь, Ленчик...
- Вот как? - Ленчик высокомерно приподнял бровь. - Неужели ты мне
запретишь, сучка?
- Не веришь? - Я видела только Динкин затылок, заросший затылок, и
затылок этот был полон решимости. - Не веришь?
- Пошла ты... - Далее последовало грязное ругательство, которое никого из
нас не удивило: обычный разбор полетов в Ленчиковом стиле.
- А так?
Вот он и наступил, торжественный момент: чуть раньше, чем я ожидала, но -
ожидала. Динка полезла за пазуху (для этого ей пришлось на секунду отклеить
меня от себя) и вытащила оттуда пистолет. И направила его дулом на Ленчика.
- Это еще что за фигня? - И хотя голос у нашего скота-продюсера не
изменился, но губы скуксились и померкли. Теперь бы их не взяли ни в один
приличный модный дом. Разве что к отирающейся на задворках pret-a-porte
Татьяне Парфеновой: демонстрировать газовые шарфики.
- Ты полагаешь, что фигня?
- А ты нет? Ты чем его заправляешь? Водой, что ли? Или это зажигалка? -
Эта мыслишка почему-то развеселила Ленчика и перевела происходящее в разряд
дешевого хлипкого шоу - такого, какое мы практиковали на гастролях, Ленчик
всегда гнусно экономил на качественном зрелище, мудак.
- Понятия не имею... Как думаешь, стоит проверить? А вдруг и вправду
зажигалка? - Эта мыслишка почему-то развеселила и Динку: show must go on,
даже такое - дешевое и хлипкое.
- Проверь!..
- Проверить?!
- Ну, проверь... Проверь!
Ленчик-Ленчик, как легко оказалось тебя развести! Как два пальца об
асфальт, ей-богу!
Ленчик, окрысившись, нанизывает ругательство за ругательством, связывает
их узлами - рифовыми, шкотовыми, беседочными, двойными гачными, - интересно
только, откуда я знаю все это?.. И сколько их накопилось за последние два
года, ругательств! Он споро, как заправский альпинист, взбирается на Монблан
словесных испражнений и уже оттуда поливает нас отборным матом: дешевки,
соски, малолетки сраные, я вас на помойке нашел и людей из вас сделал,
дряни, а вы, а вы...
То, что происходит потом, плохо укладывается в моей голове. Хотя я
ожидала этого: чуть позже, но - ожидала.
Динка не выдерживает на овцах.
Тупорылых безобидных овцах. Я слышу сухой короткий щелчок, и через
мгновение правое плечо Ленчика вспухает красным. Взрывается красным,
расцветает.
Красное отбрасывает Ленчика на спинку стула и моментально затыкает ему
рот: Ленчик больше не орет на нас, он воет.
Воет, как выл Рико, запертый в кладовке.
- Ах ты, сука, сука, сука!.. Ах ты...
- Ты смотри, не зажигалка, - меланхолично замечает Динка.
- Не зажигалка, точно, - так же меланхолично подтверждаю я, не в силах
отлепиться от Динкиного затылка. Короткий подшерсток набивается мне в рот, и
нет ничего вкуснее этого подшерстка, так бы сожрала его весь, так бы и
сожрала.
- Суки! - не унимается Ленчик. - Что же вы сделали, суки?!.. А-а...
Из Ленчикова плеча хлещет кровь - не такая, как у Ангела. Та была темной
и бесповоротной, а в светло-алой крови Ленчика еще теплится надежда:
переведем все в шутку, переведем, а?..
Поздно, Ленчик.
Слишком поздно. Ты можешь зажимать плечо пальцами сколько угодно - все
равно: поздно.
- Суки... Дряни...
- Заткнись, - просительным тоном говорит Динка. - Заткнись, плизз...
Ленчик и рад бы помолчать, но ничего не получается: скорее всего, у него
болит простреленное Динкой плечо. Наверное, это и вправду больно, думаю я,
не испытывая, впрочем, никаких сожалений по поводу Ленчика.
Так тебе и надо, mio costoso, так тебе и надо!
Некоторое время он еще воет, потом сбрасывает обороты и начинает просто
подвывать, а потом переходит на хрип, идущий не от закушенных губ даже, нет.
Идущий от глаз, от ноздрей, от покрытых испариной висков. На щеки Ленчика
вскарабкивается синева, борода забивается в подбородок, как крыса в
выгребную яму, - еще никогда я не видела его таким.
Никогда.
Но и он никогда не видел нас такими.
Никогда.
- Вы... - Он смотрит на нас широко открытыми, остекленевшими от боли и
недоверчивого ужаса глазами. - Вы сумасшедшие... Сумасшедшие.
- Ну да, - говорит Динка. - Сумасшедшие. Никто ничего не заподозрит... Мы
же - сумасшедшие. Правда, Рысенок?
- Точно. - Я не отказываю себе в удовольствии ухватить губами ласковый
ветерок Динкиных волос. - Точно. Нас все достало, мы сломались и сошли с
ума.
- Мы перестали быть популярными, сломались и сошли с ума. Ты ведь этого
хотел, Ленчик... Ты сам это придумал...
- Сумасшедшие, сумасшедшие... - Он не может остановиться. Так же, как не
может остановиться кровь, которая сочится из его плеча.
- Лучше бы тебе помолчать, - миролюбиво советует Динка. И задирает
подбородок вверх. И мои губы плавно перемещаются с ее затылка на макушку. -
Забери у него рюкзак, Рысенок.
Покидать Динкину макушку мне почему-то не очень хочется, но я подчиняюсь.
Я обхожу стол и в нерешительности останавливаюсь перед Ленчиком. Ленчик
вблизи вовсе не кажется таким уж сломленным и безопасным. И за рюкзак он
держится так, что мама не горюй.
- Забери у него рюкзак...
Ленчик и рад бы залепить мне пощечину, ткнуть в зубы здоровым кулаком,
шугануть меня, сорвать на мне зло и боль, но Динка и не думает опускать
пистолет.
И он подчиняется.
Я вынимаю рюкзак из его слабеющих рук, и на секунду наши пальцы
соприкасаются - мои, холодные и равнодушные, и его, горячие и просительные:
"Что же ты делаешь, Рысенок, что? Разве не я сделал тебя знаменитой? Разве
не благодаря мне вы взлетели во все чарты? Разве не с моей помощью вы стали
звездами?.. Разве не я прошибал лбом глухую стену целомудренного, как дочь
ортодоксального еврея, телевидения - только лишь для того, чтобы две
скандальные нимфетки-лесби нагло сосались друг с другом по всем федеральным
каналам... Разве не я фаршировал твой череп интеллектом, взятым напрокат у
энциклопедических словарей, справочников и кроссвордов? Разве не я?
Разве?... Не предавай меня, Рысенок, не предавай... Не предавай хотя бы
ты..."
Но я глуха к безмолвным мольбам Ленчика. Я - его достойное продолжение.
И Ленчик затравленно расстается с рюкзаком; рюкзаком, набитым парой
квартир, бескрылой виллой в Ческе-Будейовице и скромным автопарком в
количестве трех престижных иномарок. О другом, нажитом непосильным трудом
добре мне неизвестно ровным счетом ничего; хотя оно наверняка есть: Ленчик
умеет зарабатывать деньги. Ленчик сам снимал все наши клипы, экономя на всем
и всех подставляя, минималистический экспрессионизм - вот как это
называется. Ленчико-вы стратегия и тактика были преподнесены нам
обдолбавшейся Виксан как циничная мудрость шоу-бизнеса: раскрутить несколько
светлых полунищих голов на идеи, а потом выпроводить на пинках, не заплатив
ни копейки. А идеи присвоить себе.
И присвоить себе нас самих, тупорылых овец, черную и белую, да так, чтобы
самому решать - сошли мы с ума или нет.
Не стоит так волноваться, Ленчик! Мы сошли с ума и без твоей помощи...
Я отступаю от Ленчика, победоносно сжав трофей, я возвращаюсь под сень
Динкиных волос - целая и невредимая, с непопорченной шкурой, с торжествующей
улыбкой на лице; рейд в тыл противника удался, вот только что теперь делать
с самим противником?..
- Поднимайся, - командует Динка Ленчику.
- Это еще зачем?! - шепчет Ленчик исказившимся бледным ртом.
- Затем. Поднимайся. Я ведь могу взять правее...
Взять правее - это значит упереться прямо в сердце. Или его больше нет на
месте, трусливого, склизкого Ленчикова сердца - и оно упало на такое же
склизкое дно желудка? Или - еще ниже?..
- Поднимайся. - Динка непреклонна.
И Ленчик с трудом поднимается: любое движение причиняет ему боль, любое
отсутствие движения - боль не меньшую.
- Выходи.
- Куда это? Вы что задумали?..
- Выходи...
Мы эскортируем Ленчика к кладовке и запираем его там, несчастного и
притихшего. Последнее, что я вижу, - джинсы, мешком свисающие со сморщенной
от страха задницы всесильного продюсера Леонида Павловского. Так тебе и
надо, Ленчик, так тебе и надо!..

***
...В рюкзаке оказывается не так уж много барахла: три пары носков,
джинсы, две футболки, рубаха, несессер, набор для бритья; упаковка



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 [ 78 ] 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.