read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Конечно, нет! - отрезала бабушка. - Лондонским торговцам не доставило
бы никакого удовольствия торговать без обмана.
Я не рискнул оспаривать это суждение, но поужинал превосходно, и
бабушка осталась этим очень довольна.
Когда убрали со стола, Дженет помогла ей причесаться, надеть ночной
чепец, более изящного покроя, чем обычно ("на случай пожара", по словам
бабушки) и потеплей закутала ей ноги капотом; таковы были обычные ее
приготовления перед тем как отойти ко сну. Затем, по заведенному раз
навсегда порядку, от которого не разрешалось ни малейших отступлений, я
приготовил для нее стакан горячего белого вина с водой и длинные тоненькие
гренки. После всех этих церемоний мы остались наедине; бабушка сидела
напротив, попивала свой напиток, обмакивая в него гренки, прежде чем
отправить их в рот, и благодушно взирала на меня из-под оборок своего
чепчика.
- Что ж, ты подумал, Трот, об этом плане стать проктором? Или еще
совсем не думал? - начала она.
- Я об этом много думал, дорогая бабушка. И много говорил со
Стирфортом. Мне этот план нравится. Очень нравится.
- Вот это мне приятно, - сказала бабушка.
- Есть только одно затруднение, бабушка.
- Какое, Трот?
- Я слышал, что доступ в эту профессию ограничен... Так не придется ли
слишком много заплатить за меня при вступлении?
- За обучение надо будет уплатить ровно тысячу фунтов, - ответила
бабушка.
- Вот видите, дорогая бабушка, именно это меня и беспокоит, - тут я
пододвинул свой стул поближе к ней. - Тысяча фунтов - большие деньги. На мое
образование вы истратили немало, да и вообще ни в чем никогда меня не
стесняли. Вы были само великодушие. Есть немало путей, чтобы начать жизнь,
не затрачивая ровно ничего, начать жизнь в надежде на успех, которого можно
добиться упорством и трудом. Не лучше ли будет, если я пойду именно по
одному из этих путей? Уверены ли вы, что можете позволить себе такие
издержки и поступите правильно, если истратите столько денег? Я хотел бы
только, чтобы вы, моя вторая мать, об этом подумали. Уверены ли вы?
Бабушка доела гренок, не переставая смотреть мне прямо в лицо; поставив
стакан на каминную доску, она сложила руки на складках капота и сказала:
- Трот, дитя мое! Если в жизни есть у меня какая-нибудь цель, то эта
цель - сделать из тебя хорошего, разумного и счастливого человека. Это мое
единственное желание, его разделяет и Дик. Я бы хотела, чтобы кое-кто
послушал, как рассуждает об этом Дик. Проницательность у него прямо
удивительная. Но, кроме меня, никто не знает, какой ум у этого человека!
Она умолкла, обеими руками взяла мою руку и продолжала.
- Бесполезно вспоминать прошлое, Трот, если эти воспоминания не могут
помочь в настоящем. Пожалуй, я могла бы лучше обойтись с твоим бедным
отцом... Пожалуй, я могла бы лучше обойтись и с этой бедняжкой, твоей
матерью, даже тогда, когда твоя сестра Бетси Тротвуд меня так разочаровала.
Может быть, эта мысль мелькнула у меня в голове, когда ты явился ко мне,
маленький беглец, измученный, весь в пыли... С той поры. Трот, ты никогда не
обманывал моих надежд, ты был моей гордостью и радостью. Кроме тебя, никто
не имеет прав на мои деньги, по крайней мере... - К моему удивлению, она
замялась и как будто смутилась. - Да, никто не имеет никаких прав... и я
тебя усыновила! Только люби меня, старуху, дитя мое, терпи мои прихоти и
причуды, и для меня, у которой юность была не очень-то счастливой и
спокойной, ты сделаешь куда больше, чем эта старуха сделала для тебя.
Впервые бабушка упомянула о своем прошлом. И с таким благородством она
это сделала, а потом замолкла, что я почувствовал бы к ней еще больше любви
и уважения, будь это только возможно.
- Ну, теперь мы обо всем договорились, Трот, - сказала бабушка. -
Толковать об этом больше нечего. Поцелуй меня. Утром после завтрака мы
отправимся в Коммонс.
Прежде чем пойти спать, мы еще долго беседовали у камина. Моя спальня
была в том же этаже, что и бабушкина; ночью, заслышав отдаленный шум карет и
телег, она приходила в беспокойство, стучала в мою дверь и спрашивала, "не
повозки ли это пожарных". Но к утру она заснула крепче и дала и мне
возможность отдохнуть.
Около полудня мы отправились в контору мистеров Спентоу и Джоркинса.
которая находилась и Докторс-Коммонс. Бабушка была того мнения о Лондоне,
что каждый встречный безусловно должен быть карманным вором, и потому
вручила мне на сохранение свой кошелек с десятью гинеями и серебром.
Мы задержались у лавки игрушек на Флит-стрит, разглядывая гигантов
церкви св. Дунстана, бьющих в колокола, - свою прогулку мы приурочили к
полудню, чтобы застать их за этим делом, - а затем пошли по направлению к
Ладгет-Хиллу и к площади св. Павла. Дойдя уже до Ладгет-Хилла, я заметил,
что бабушка ускоряет шаги и вид у нее испуганный. И в тот же момент плохо
одетый, хмурый человек, который только что, проходя мимо, остановился и
уставился на нас, вдруг пошел почти вплотную вслед за бабушкой.
- Трот! Милый Трот! - послышался испуганный шепот бабушки, и она
схватила меня за руку. - Я не знаю, что делать!
- Не волнуйтесь. Бояться нечего. Зайдите в лавку, а я живо отделаюсь от
этого человека.
- О нет, нет! Ни за что на свете не говори с ним! Я умоляю, я
приказываю!
- Бабушка! Да ведь это назойливый нищий, и только!
- Ты не знаешь, кто он! Ты не знаешь, кто это! Не Знаешь, что ты
говоришь! - шептала бабушка.
Мы уже стояли у входа в лавку; остановился и тот человек.
- Не смотри на него, - сказала бабушка, когда я с негодованием
повернулся к нему. - Кликни мне карету и жди меня на площади святого Павла.
- Ждать вас? - переспросил я.
- Да. Ты должен оставить меня. Я должна пойти с ним.
- С ним, бабушка? С этим человеком?
- Я в своем уме. И говорю тебе: я должна! Кликни карету.
Как ни был я поражен, но я чувствовал, что не могу не повиноваться
столь решительному приказу. Я поспешил отойти на несколько шагов и окликнул
проезжавшую пустую пролетку. Только-только я успел опустить подножку,
бабушка, неведомо каким образом, вскочила в карету, а вслед за ней и этот
человек. Она так властно сделала мне знак рукой, чтобы я ушел, что, несмотря
на мое замешательство, я немедленно пошел прочь. В этот момент я услышал ее
слова, обращенные к извозчику: "Поезжай куда-нибудь! Поезжай вперед!" - И
пролетка начала подниматься в гору.
Вот тут-то я вспомнил о рассказе мистера Дика, который в свое время
показался мне фантастическим. Теперь я не сомневался, что это тот самый
незнакомец, о котором мистер Дик столь загадочно упоминал, хотя у меня не
было ни малейшего представления, почему этот человек имеет такую власть над
бабушкой. Прождав с полчаса на площади св. Павла, я увидел возвращающуюся
пролетку. Извозчик остановил лошадь неподалеку от меня, в пролетке сидела
бабушка, но одна.
Она еще не совсем успокоилась для того, чтобы немедленно отправиться в
контору "Спенлоу и Джоркинс" и потому предложила мне сесть рядом с ней и
приказала извозчику медленно ехать куда-нибудь. Она промолвила только:
"Дорогой мой, никогда не спрашивай о том, что было, и не упоминай об этом!"
- и больше не произнесла ни слова, покуда к ней не вернулось самообладание,
а тогда она сообщила мне, что теперь пришла в себя и мы можем выйти из
экипажа. Взяв у нее кошелек, чтобы расплатиться с извозчиком, я обнаружил,
что все гинеи исчезли и осталось только серебро.
Мы направились к Докторс-Коммонс и прошли под невысокой узкой аркой.
Едва мы очутились за нею, как шум Сити, словно по волшебству, растаял где-то
вдалеке. Мрачные двери и узкие проулки привели нас к конторе "Спенлоу и
Джоркинс", куда свет проникал сквозь застекленную крышу. В вестибюле этого
храма, куда паломники могли проникнуть, не постучавшись, трудились три или
четыре клерка, переписывая бумаги. Один из них - сидевший отдельно от прочих
иссохший человечек в жестком коричневом парике, словно сделанном из
имбирного пряника, - поднялся навстречу бабушке и ввел нас в кабинет мистера
Спенлоу.
- Мистер Спенлоу в суде, сударыня. Сегодня день, когда заседает Суд
Архиепископа, но это рядом, и я сейчас за ним пошлю, - сказал иссохший
человечек.
Мы остались ждать, покуда приведут мистера Спенлоу, и я воспользовался
случаем, чтобы оглядеться по сторонам. Мебель в комнате была старинная, вся
покрытая пылью. Зеленое сукно на письменном столе давно утеряло свой
первоначальный цвет, поблекло и посерело, как старый нищий. На столе
навалены были груды папок с делами; на одних я прочел надпись
"Доказательства", на других (к своему удивлению) - "Пасквили" *, были папки
с надписями: "Суд Архиепископа", "Консисторский Суд", "Суд Прерогативы"; я
увидел папки с надписями: "Суд Адмиралтейства" и "Суд Делегатов"...* Я был
поражен, что существует столько судов, и недоумевал, сколько же понадобится
времени, чтобы во всем этом разобраться. Кроме этих папок, я увидел огромные
манускрипты "Свидетельских показаний, данных под присягой", солидно
переплетенные и связанные в увесистые пачки - особая пачка по каждому делу,
словно каждое дело являлось историческим произведением в десяти или двадцати
томах. Похоже было на то, что все это стоило невесть сколько денег, и я
почувствовал уважение к профессии проктора. С возрастающим удовлетворением я
продолжал все это осматривать, пока в соседней комнате не послышались чьи-то
поспешные шаги и не появился облаченный в черную мантию с белой меховой
оторочкой мистер Спенлоу, который, войдя в комнату, сиял шляпу.
Это был джентльмен маленького роста, белокурый, в безупречных башмаках;
белый воротничок его сорочки и галстук были туго накрахмалены. Он был
аккуратнейшим образом застегнут до самого подбородка и, должно быть, много
внимания уделял своим бачкам, тщательно завитым. Золотая цепь от часов была
так массивна, что у меня мелькнула мысль, не нуждается ли он для того, чтобы



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 [ 80 ] 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.