read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Альвы почему-то переглянулись, словно юноша допустил непростительную бестактность. Вепрь, за поддержкой к которому обернулся принц, только пожал плечами. Он тоже не понимал, почему предположение Хельви вызвало у Младших замешательство. Гарпия, которая сидела за спиной у принца, неопределенно хмыкнула.
- Малиновый цвет оперения говорит о том, что стрелы принадлежат императору. Никто, кроме него, не имеет права пускать стрелы такой расцветки, - негромко сказал Тар.
Хельви подумал, что, возможно, император может быть как-то причастен к смерти своего подданного, но, увидев лица альвов, промолчал. В самом деле, с чего бы Раги Второму убивать Хате да еще оставлять на месте преступления свои стрелы?
- Даже если его десять раз убили, это совершенно не объясняет, почему на нас напали, - пробурчал под нос Вепрь.
Юноша раздраженно мотнул головой. В самом деле, по поводу внезапного нападения Водр не дал никаких разумных объяснений. По его словам, он сам был немало поражен, задремав в седле и проснувшись пешим, размахивающим мечом. Тар, который мог бы внести ясность, потому что, кажется, владел магическими приемами Младших, тоже молчал. На всякий случай Хельви не снимал ладони с рукоятки меча. Вдруг "приступ" у Бодра и его воинов повторится? В другую руку алхин сунул ему ломоть хлеба еще из запасов сванов. Только сейчас Хельви почувствовал, до какой степени он проголодался. Вознив зубы в хрустящую корочку, он вдохнул аромат свежего мякиша и чуть не подавился набежавшей слюной. Тар вежливо, но непреклонно отказался от своей порции.
- В лесу поел, у костра, - обернувшись к Хельви, сказал он.
Вепрь фыркнул, убрал оставшийся хлеб в мешок и стал жевать свой кусок. Суставы после ночной непогоды и двух схваток - с альвами и гарпиями - ломило, и алхин впервые подумал о том, что возраст у него уже не юношеский и нужно подыскивать себе занятие на то время, когда он уже не сможет лазить по схронам и гробницам Младших. Конечно, он знал, что некоторые алхины умудряются оставаться в деле до глубоких седин. Но ему также было известно, какими методами работают эти "мастера" - чужими руками жар загребают, посылают неопытных учеников на верную гибель. Из пятидесяти таких "помощников" назад возвращался один, зато с добычей. "Мастеров" это нисколько не смущало. После случая у черной башни Вепрь знал, что никогда не сможет работать таким образом - на чужих костях. Мысль о подкинутой монстрам Ронге приманке в лице мальчишки-принца мучала его все время, пока он не дошел до синего зала и не встретил там Хельви и гарпию. И если в тот момент Вепрь убеждал себя, что действует крайне аккуратно и осторожно, то сейчас алхин понимал, что, обыскивая каждый уголок в башне, ориентируясь не столько на магические знаки, сколько на малейший шорох, который мог бы издать мальчик, он делал это исключительно потому, что не мог выйти оттуда и продолжить путь, не найдя его самого или останков. Он был алхином: кто-то мог называть его барсуком, а кто-то - жалкой крысой и гробокопателем, но людоедом он не был и никогда не наживался на безвинной смерти другого человека.
А мальчик-то вырос, подумал Вепрь, взглянув на Хельви. В последнее время он решительно изменился: вытянулся и возмужал. Лицо раз и навсегда приобрело какое-то суровое и вместе с тем гордое выражение. Осанка сделалась особенно величественной. Алхин, который понятия не имел, как выглядят короли или принцы, потому что, конечно, ни разу не был приглашен на коронацию, был странным образом убежден, что именно так, как Хельви, несмотря на его запыленную одежду и разбитые сапоги. Все это внушало алхину какое-то благоговение по отношению к юноше - к искреннему удивлению Вепря, который никогда не считал себя пылким приверженцем династии Огена.
Хельви разнежился в горячих лучах солнца и прикрыл глаза, покачиваясь в седле. Гарпия приятно согревала ему спину. Странно, что в этом лесу уже так холодно - на дворе еще конец лета, теплое время года, подумал принц. Скоро исполнится ровно год с того момента, как он навсегда покинул Нонг. Эта мысль почему-то не была такой болезненной, как раньше. Наверное, я начал постепенно привыкать к тому, что моя жизнь отныне будет совершенно не такая, как прежде, решил Хельви. Вечные разъезды, стычки, ночевки под открытым небом на голой земле - еще год назад такая судьба вызывала бы ужас. А теперь это просто данность, объективная действительность того, как он живет изо дня в день.
Юноша покосился на Тара и Бодра, которые молча ехали чуть впереди. Мысль о службе у альвов, о которой говорил ему старый свельф, пришла ему в голову. Да, теперь все выглядело совсем иначе, чем в Тихом лесу. Сами альвы перестали быть книжными, неживыми персонажами рассказов Айнидейла. Начать с того, что они были разными. Во-вторых, они не были фанатиками, как объяснял наставник, по крайней мере в том смысле, который вкладывали в это слово жители королевства Синих озер. Хельви усмехнулся. Фанатики - это, к примеру, те, кто до сих пор строит алтари и приносит жертвы давно ушедшим богам. Они верят, что умершие божества могут помочь им и наделить богатством и магическим даром. Короче, это люди, выполняющие бессмысленные действия ради абсурдной цели, попросту безумцы. Альвы не были безумны. В их строгом следовании Кодексу чести крылся смысл, он был тесно связан с самим выживанием этого народа. Ограничение власти господ вкупе с практически беспрекословным подчинением слуг было необходимостью. Взять того же Хате - несмотря на лестные слова, которые сказал о нем Бодр, на Хельви он произвел самое скверное впечатление: нечестный на руку, крикливый, обрюзгший от обжорства и лени, несправедливый царек был ему противен. Если бы его власть не была ограничена правилами Кодекса, каким бы деспотом он мог стать?!
Любопытно, кто же все-таки его прикончил. Может быть, Рив? Хельви подумал и решил, что в словах молодого альва о своем правителе сквозило откровенное презрение. Но если Хате убит именно той ночью, когда они выехали в лес Ашух, как Рив сумел вовремя вернуться в дом, чтобы совершить это преступление? Дорогу, конечно, можно проехать быстрее, если гнать коня. Но тогда караульные явно лгут, утверждая, что ночью они никого не видели. Надо бы допросить их построже, да и остальных членов отряда, который ехал вместе с людьми и Таром к усыпальнице, тоже - они могли что-то видеть. Конечно, не исключено, что Хате убил кто-то из единомышленников Рива, остававшийся в доме. Куб, пожалуй, мог бы незаметно проникнуть в тронный зал, не привлекая внимания караульных, стоящих снаружи. Но противный слуга тоже убит.
Хельви взглянул на ясное солнышко и покачал головой. Если Хате в самом деле убит за попрание Кодекса чести, почему альвы сделали это тайно? Почему поборники священных правил сами не соблюли предусмотренный ритуал? Ведь таким образом древние законы оказались вновь нарушенными. И это умозаключение сводило на нет версию о причастности правоверных альвов, как про себя назвал Хельви ортодоксальных приверженцев Кодекса, к убийству Красного петуха.
Правда, совсем недавно он узнал о существовании еще одной партии при дворе Хате, к которой принадлежал, а возможно, и занимал в ней одну из руководящих позиций Тар, - некие Ожидающие. К сожалению, Айнидейл никогда не упоминал о таком ордене, секте либо сообществе альвов. Возможно, просто не знал. В последнее время Хельви не раз пришлось убедиться в том, что его наставник относительно Младших частично пребывал то ли в печальном неведении, то ли во власти странных предрассудков. Таким образом, ни о целях, ни о принципах Ожидающих Хельви не знал ничего. Слово, данное Тару, мешало задать прямой вопрос ему. Вместе с тем Хельви не мог не отметить, что Тар, казавшийся идеальным слугой и с легкостью бросившийся исполнять приказ своего господина фактически об умерщвлении неугодных чужестранцев, не дрогнув, бросил отряд и пошел вслед за людьми в усыпальницу Ашух, овеянную самыми жуткими легендами. Руководствовался ли он при этом желанием сохранить честь или направлялся волей Ожидающих, которым почему-то важно было проследить за пришельцами в этой ситуации, сказать однозначно было невозможно. Во всяком случае, Вепрь был приверженцем второй версии. Хельви казалось важным, что Тар так легко и быстро смог проигнорировать приказ своего господина. И если остальные Ожидающие тоже не разделяют принципа подчинения вассала сюзерену, то кто-то из них вполне мог перерезать Хате горло, не слишком заботясь о том, согласуется ли это убийство с Кодексом чести или нет.
Принц нахмурился. Конечно, он не знал всех тонкостей жизни при дворе Красного петуха. Но уж слишком очевидно убийство Хате падает на Тара и его людей. Создавалось впечатление, что кто-то пытался обвинить в преступлении Ожидающих, осуществив столь тонкую интригу с убийством главы большого клана. Были ли это правоверные альвы или какая-то третья сила, которая почему-то пыталась раз и навсегда уничтожить Ожидающих, Хельви определить пока не мог. Ему недоставало информации. Но и сейчас было понятно, что убийство шито белыми нитями. Как говорил Айнидейл, занимаясь придворными интригами, никогда не теряй головы, но и не впадай в объятия строгой логики. Истинно великолепные интриги плетутся по вдохновению, наитию, иначе они просчитываются на раз-два.
Тем временем отряд достиг города Красных петухов. Хельви вновь залюбовался его хитроумными узорами. Все-таки лучше всего запоминается не тот правитель, что хорошо владел мечом, а тот, кто оставил после себя столь удивительные и полезные вещи, подумал Хельви. Он вновь вспомнил о Совете Мудрых и вздохнул.
Воины, почувствовав приближение дома, прибавили ходу. Вепрь бросал на Хельви многозначительные взгляды, но Хельви не понял, что именно хочет сообщить ему алхин. Уже на подъезде к Верхату он осознал, что убийство Хате произвело на местных жителей гораздо большее впечатление, чем он предполагал. Плач и вопли неслись из города. Хельви даже подумал с негодованием, что кончина государя в его родном королевстве оплакивается в народе гораздо менее трагично. Разве что кабаки в дни похорон закрыты - к вящему неудовольствию пьяниц - да шутов и скоморохов разгоняют на рыночной площади. Альвы же выражали свое горе совершенно открыто и так надрывно, что сжималось сердце. Алхин от удивления даже перестал пытаться сообщить принцу свои мысли по поводу их похода и глазел по сторонам. Было видно, что происходящее внове для него. Горожане вышли из домов и стояли на специально отведенных для пешеходов дорожках, громко всхлипывая, сморкаясь и вытирая красные от слез носы огромными белыми платками. Хельви, который не мог до конца поверить в искренность чувств альвов, присматривался, уж не ритуальные ли это рыдания. Но старики, дети и взрослые мужчины размазывали по лицам самые настоящие слезы. Юноша уж было подумал, что Хате, возможно, действительно был неплохим правителем. Но неожиданно замеченная им странность на время вытеснила из его головы мысли о покойном.
Он еще раз внимательно присмотрелся к толпе - так и есть, женщин среди выражавших свое горе горожан не наблюдалось. Были, правда, несколько безусых юнцов, которых принц принял сначала за переодетых в мужские костюмы дам, однако присмотревшись, он понял, что хотя фигуры у этих альвов были субтильными, но совсем не женскими. Принц припомнил красоток возле трона Красного петуха - нет, женщины у альвов физиологически не отличаются от людских, по крайней мере внешне. Но на улице их не было, даже маленьких девочек. Жаль, что он так ничего не узнал о взаимоотношениях между мужчинами и женщинами у Младших. И не потому, что Айнидейл не мог про это рассказать. Просто наставник, лукаво улыбаясь, объяснил мальчикам, что не готов пока обсуждать с ними эту тему.
Очевидно, в доме Хате были готовы к их приезду - не напрасно Водр послал гонцов впереди отряда. Ворота были открыты нараспашку. Огромный вздыбленный петух на решетке был обвит венками из мелких красных цветков - очевидно, снова какая-то ритуальная традиция, связанная с похоронами. Во дворе стояли и сидели несколько сотен воинов, они возбужденно обсуждали что-то на своем языке. Хельви отметил, что в отличие от горожан у солдат Красного петуха глаза сухие. Рыдать по случаю скоропостижной гибели Хате они не собирались, и это несколько успокоило разбушевавшуюся совесть принца. На крыльце их встречали несколько альвов, в том числе и знакомый церемониймейстер с традиционным посохом в руке. Он что-то залопотал, кинувшись навстречу Водру, командир нетерпеливо бросил поводья и кивнул в сторону людей. Распорядитель направился было к Хельви, но увидев гарпию, взвизгнул и начал показывать посохом в сторону всадников. Вепрь нахмурился. Тар, подъехав к принцу, тронул его за локоть.
- Он велит тебе срочно следовать за ним, - перевел он.
- Скажи ему, что мы пойдем в дом только все вместе, - твердо сказал в другое ухо Хельви алхин.
Гарпия за спиной принца клацнула зубами - для острастки, а не из-за того, что была голодна. Младший отпрыгнул еще дальше в сторону, прикрываясь посохом.
Юноша обратился прямо к церемониймейстеру, проигнорировав советы обоих спутников:
- Слушай меня. Я не слуга господина Хате Красного петуха, и ты не имеешь права приказывать ни мне, ни моим спутникам. Что касается твоего приглашения зайти, а я так понял, что это было именно приглашение, - Хельви сделал многозначительную паузу, - то я последую ему исключительно по причине моего любопытства, а также из желания выразить свое соболезнование родственникам усопшего. Исключительно из-за того, чтобы не оскорбить их чувств, я не собираюсь торопиться. Так что иди и доложи как полагается - принц королевства Синих озер Хельви со своими слугами приехал на встречу с наследниками господина Хате Красного петуха.
Произнеся эту речь с подобающим выражением лица, Хельви спокойно откинулся в седле, не думая слезать с коня. В конце концов, ритуал приветствия, принятый на его родине, он выполнил безукоризненно. Распорядитель выслушал речь принца с удивлением, но, по всей видимости, прекрасно понял, что имел в виду человек. Он взмахнул посохом, и мельтешения на крыльце поубавилось. Затем он пристально посмотрел на Хельви, важно повернулся и скрылся в доме. Сказать, что на дворе стало тихо, было нельзя - воины продолжали переговариваться, хотя и понизили голоса.
Дверь на крыльце широко распахнулась, на пороге вновь появился церемониймейстер. Он взмахнул палкой-посохом и что-то прокричал. Хельви взглянул на Тара, но тот не спешил переводить. Похоже, что их представили по всем правилам. Терять-то в любом случае было нечего. Юноша приосанился и поднял голову выше, изящно спрыгнул с лошади и вошел вслед за альвами в дом. Гарпия и алхин, которые спешились раньше Хельви, сопровождали его. Оружие у них не отобрали, и это наводило на мысль, что их принимают все-таки как друзей. Они вошли в знакомый зал с троном. Прекрасные витражи были завешены легкой прозрачной тканью, которая пропускала лишь бледный дрожащий свет. Зато в стены были вделаны удивительной красоты подсвечники, в каждом горело несколько десятков свечей. Возле трона стояла немногочисленная свита, опять же - женщин там не было. Мужчины были одеты в серые одежды, наверно траурные, и вооружены, причем не кукольными мечами, как в прошлый раз, а самыми что ни на есть настоящими. Сам трон был пуст и покрыт серым покрывалом. У его подножия на маленькой скамеечке сидел хрупкий, одетый в темно-серые одежды альв. Его щеки пылали, а рука судорожно сжимала тяжелую золотую цепь на шее - довольно толстую и дорогую. Но по сравнению с той, что украшала грудь Хельви, она выглядела просто смешной дешевкой.
Похоже, господин Фосе, достойный наследник своего батюшки, был не на шутку взбешен независимым поведением гостей, пришло в голову Хельви. Возможно, не стоило так оскорбительно отчитывать того пышно разодетого распорядителя на крыльце. Если Фосе унаследовал не только трон, но и нрав Хате, а это, учитывая их близкую родственную связь, совсем не исключено, рассчитывать на теплый прием не приходилось. Хельви пожалел, что вовремя не припрятал подальше от чужих глаз ожерелье Онэли. А оно, как назло, ярко сверкало в полумраке зала, хотя ни один лучик солнца не падал на него сквозь занавешенные окна. Принц заметил, как напрягся стоявший рядом Тар, - пауза затягивалась. Фосе сверлил компанию тяжелым взглядом. С каждой секундой он нравился Хельви все меньше и меньше.
- Коварные убийцы господина Хате, как вы осмелились вернуться в этот дом! Прикончить их!
Не только скверным характером, но и гнусавым голосом Фосе пошел в папашу. Скрипучий голосок резанул Хельви по ушам. Из углов зала, свет в которых был предусмотрительно притушен, на спутников кинулись воины. Водра, равно как и тех воинов, которые встретили их в лесу Ашух, среди нападавших не было. Но и бой на этот раз предстоял самый настоящий - альвы не стали мешкать и гуртом навалились на Хельви и его сопровождающих, пытаясь разделить их. Правил честной схватки они не признавали. С трудом уворачиваясь и отражая многочисленные удары, Хельви поблагодарил мертвых богов за то, что "гостеприимные хозяева" решили не использовать лучников - не потому, что это, наверное, противоречило их представлению о достойном поведении воинов, а только из-за плохой освещенности помещения и нежелания повредить драгоценные стены.
Потому как атака началась довольно внезапно, хотя выкрик Фосе отчасти и снизил этот эффект, альвам удалось не дать пришельцам сбиться в кучу, спина к спине. Гарпия, поднявшись под потолок зала, с шипением уворачивалась от многочисленных ножей и коротких копий, которыми альвы забрасывали ведьму. Но на помощь Хельви она не спешила.
Вепрь отмахивался от наседавших альвов двуручным мечом, пытаясь не подпустить врагов близко. Тяжелый клинок, по лезвию которого бежали сполохи, немилосердно оттягивал руки, они стали затекать. Долго он так не продержится, решил Вепрь, однако времени выхватить кинжал или снять со спины арбалет не было. Почему он не бросил эту клятую железяку прежде, чем они вошли в зал! Или точнее будет спросить так - на кой ляд, хороший мой, ты вздумал тащить эту дрянь из подземелий Ронге, в который раз спросил себя Вепрь. Разве ты мечник или собираешься им стать? С какого перепоя ты вообще заявился в этот Верхат, а не удрал там, в лесу? Сжав зубы, он зло рубанул мечом особо нахального альва, который пытался атаковать его в лицо.
- Рогрова тварь, дракон тебе в печенку! - выкрикнул он ругательства, теряя равновесие под тяжестью уходящего клинка.
Алхин был вынужен сделать шаг, чтобы устоять на ногах. Всего лишь один маленький шажок, но это движение было роковым. Он на мгновение открылся, и этого было достаточно для ближайшего опытного воина-альва, чтобы легко поднырнуть под уходящий клинок Вепря и оказаться у самой груди человека.
Дальнейшие события заняли доли секунды, но для Вепря они развивались невыносимо медленно. Вот альв коротко замахнулся мечом, целясь в бок алхина, который, разумеется, не был прикрыт доспехом работы гриффонов, а только такая броня, по преданию, была способна противостоять стали альвов. Вепрь начал раскрывать рот для предсмертного вопля, но звуков не услышал. Развернуть тяжелый меч и отбить удар он не успевал. Но тут оружие задрожало в руках алхина. Гортанный басовитый вой оглушил Вепря. Враждебный клинок неумолимо приближался к сердцу, но чудесный меч вдруг сам изогнулся в взмокших от напряжения руках и схлестнулся с оружием альва. Сверкающее лезвие перерубило хваленый металл как морковку. На мгновение Вепрь увидел удивленное лицо нападавшего воина. А меч с гудением пролетел дальше, прошил кольчугу и впился в тело. Алхин, который бессознательно держал его за рукоятку - именно держал, а не вел и не бил - только и увидел, как его оружие разрубает противника пополам. Верхняя часть туловища нападавшего упала на пол.
Несколько альвов, наступавших спереди на Вепря, в ужасе отпрыгнули в стороны. Видно, им еще не приходилось сталкиваться с оружием, более совершенным, чем то, что ковали их кузнецы. Вепрь повел мечом, который заметно облегчился и сверкал так ярко, что смотреть на него было больно. Это было восхитительное ощущение - алхин почувствовал себя огромным и мощным, словно самый настоящий дракон, который, как известно, крушит скалы и дробит камни в песок.
Хельви не видел, что именно происходило с алхином, но когда его противники вдруг отпрянули в стороны, поспешил осмотреться. Он никого не убил, это было просто невозможно, учитывая превосходящие силы противника, - сил контратаковать просто не хватало. Но его товарищи тоже не могли похвастать срубленными головами, подумал было принц, но тут же осекся. Возле стены стоял Вепрь, в руках которого трепетало живое пламя. Меч королей снова ожил, содрогнулся Хельви. У ног алхина лежал поверженный альв. Вепрь рычал, поводя мечом, и в свете лезвия его простоватое лицо казалось пугающе незнакомым. Неужели гибель одного товарища заставила альвов прекратить сражение? На трусов воины Красного петуха похожи не были.
И тут Вепрь, похожий на бога-громовержца, сживавшего в руках молнию, резко раскрутил клинок. Лезвие загудело, словно шмелиный рой на клеверном лугу, описало огненную линию и, словно яростная волна, ударило по рядам нападавших, сметая на пол. Ужасная сила волокла тела, ломая кости, уродуя лица, убивая все живое на своем пути. Вепрь грозно зарычал и с размаху воткнул острие меча в пол.
Тар что-то яростно прокричал Фосе, который благоразумно не полез в драку и теперь остолбенело маячил у подножия трона. Он визгливо отвечал слуге своего клана. Бой был окончен неожиданно и бесповоротно. Несколько оставшихся в живых воинов жались к стенке, не решаясь подойти к спутникам Хельви.
Гарпия легко соскочила на пол и неожиданно улыбнулась Вепрю.
- Довольно, человек. Убери свое оружие. Мой сын не прав, и он будет наказан. - Невысокая седая кенщина в голубом платье, неизвестно как попавшая зал, уселась на трон. Фосе застонал и упал на колени.
- Тар, я буду говорить на понятном всем языке. Мой сын не сможет принять твоего вызова до тех пор, пока твоя непричастность к печальным событиям, постигшим этот дом, не будет доказана. - Женщина подняла руку, заставляя замолчать открывшего было рот Хельви. - Я знаю все, что ты хочешь сказать, человек. Вы на самом деле побывали в усыпальнице Ашух. Платье, в которое ты одел свою ведьму, ткала моя прабабка. Его уложили в дароносицу, которую отнесли к месту вечного сна лесной хозяйки. Но слишком уж подозрительна гибель господина Хате. Его горло разорвано диким зверем. Ни в доме, ни в Верхате никто не держит таких существ. Я бы даже могла поклясться, что они никогда не бывали тут, если бы Тар не привез тебя и твою ведьму к Красному петуху.
- Госпожа, твои слова исполнены мудрости и благородной логики. Но уверяю тебя, что никто из моих спутников не причастен к ужасному убийству. Гарпия и все мы пережили немало злоключений в усыпальнице Ашух, которая нынче стала домом сванов.
Но женщина не отреагировала на слова Хельви. Она смотрела на тяжело дышащего Вепря, который взвалил меч на плечо и приближался к трону. Вид у алхина был изможденный, словно ему пришлось тащить бревно, но довольный. Мать Фосе перевела глаза на принца. Несмотря на то что она была немолода, ее правильное, хотя и слишком миниатюрное по человеческим меркам личико поражало белизной гладкой кожи и легким румянцем, свидетельствовавшим о крепком здоровье. Многие модницы королевства Синих озер отдали бы все свои золотые, чтобы узнать секрет ее косметических снадобий, подумал принц.
- Ты и представить себе не можешь, что такое магия опытного колдуна. Возможно, ты не врешь и тебе казалось, что все твои путники следуют вместе с тобой. Однако это был всего лишь морок. Что ж, раскрыть эту тайну мне, наверное, не под силу. Уничтожить вас было бы бесчестием - я рада, что подлый план моего сына не был осуществлен. Кроме того, владеющий волшебным мечом воин сможет отразить любое нападение, в чем мы смогли сейчас убедиться. Слушайте же мою волю: вы все отправитесь к Горе Девяти Драконов. Пусть император, на службе у которого состоят лучшие колдуны альвов, рассудит наш спор. Фосе, ты отправишься вместе с ними - Тар вызвал тебя на бой чести, и, если он окажется невиновным, ты должен будешь принять вызов.
Противоречивые чувства разрывали Хельви. С одной стороны, попасть ко двору Раги Второго означало возможность приобрести высоких покровителей и, кто знает, поступить на службу к какому-нибудь герцогу. Служить Фосе Красному петуху принц совершенно расхотел. С другой стороны, соглашаться на такое предложение означало признать превосходство власти альвов. Если принц королевства Синих озер говорит, что он и его слуги невиновны, то это не должно подвергаться сомнению. И еще неясно, как на все это отреагирует Тар, - именно его, в конце концов, обвиняют в организации убийства.
Хельви покосился на альва, но тот, к изумлению юноши, и не думал протестовать. Тар стоял, согнувшись в глубоком учтивом поклоне перед троном. Принцу пришло в голову, что альву, наверное, и в голову бы не пришло оспаривать любое решение матери Фосе и, по всей видимости, жены покойного Хате, даже если бы она велела ему немедленно отправляться на эшафот. Хельви в очередной раз подивился законам империи Раги Второго. Очевидно, что женщины пользовались тут большим авторитетом. В родном королевстве Хельви к ним тоже относились хорошо, придворные дамы, наравне с королевской четой, принимали поклонение лучших поэтов и певцов. Но ни одной, даже самой аристократической даме никогда не пришло бы в голову усесться на трон и отдавать приказы вооруженным воинам. Впрочем, нет, одна такая нашлась - Бресла, дочь короля Калена, мать Халлена Темного. Да и та действовала в припадке безумия, совершая действия, не приличествующие существу слабого пола. Взять хотя бы ее попытку оспорить решение Совета Мудрых. Нет, решительно, женщинам не место на троне. И Хельви с неодобрением посмотрел на мать Фосе. Она ответила ему долгим печальным взглядом.
- Мне жаль, человек, что я не смогла вызвать у тебя симпатии к моему клану. Мы встретились при плохих обстоятельствах. Они нисколько не радуют меня, поверь. Когда-то давно женщины моего народа отказались от принадлежащей им власти и отдали ее в руки мужчин. Но мужчины заняты только войной и стяжанием, им нет дела до вопросов сохранения жизни. И вот теперь у меня отняли мужа и сына, мне не на кого опереться в моих заботах. Попробуй понять меня, и тогда отъезд ко двору императора тоже покажется тебе правильным и единственно верным решением.
Хельви помедлил, но все же отвесил ей почтительный поклон. Решительно, из семейки Красных петухов эта женщина была самой разумной и симпатичной. Как она могла связать себя браком с таким редкостным мерзавцем, как Хате? Неожиданно захныкал Фосе. Он подполз к трону и уткнулся матери в колени. Принц взглянул на него с презрительным сожалением. Он вспомнил, что, хотя альв и выглядел по меньшей мере его ровесником, учитывая продолжительность жизни Младших, он мог быть еще совсем ребенком. Конечно, это не извиняло подлую попытку убить их. Но, в конце концов, еще год назад разве я сам не попытался бы немедленно убить коварного врага, если бы был уверен, что он виновен в смерти моего отца, решил Хельви. Конечно, не так, не в темном зале руками десятка воинов, но попытался бы точно. И назвал бы трусом любого, кто отказался бы вместе с ним участвовать в этой славной мести.
Сзади послышались шаги и шорохи. Хельви обернулся и увидел альвов, которые подбирали с пола и выносили тела убитых. Окна почему-то так и не открыли, значит, это странное занавешивание не было частью плана Фосе, а входило в ритуал прощания с покойным Красным петухом.
- Слуги проводят вас в ваши покои. Оружие и поклажа останется при вас, однако за вами будут присматривать караульные. Это делается не для того, чтобы унизить ваше достоинство. Просто пока история с убийством Хате остается открытой, я не могу допустить, чтобы в доме погиб еще кто-то. Возможно, если обвинения против вас действительно несостоятельны, то настоящий убийца постарается, чтобы вы не дожили до истинного суда его величества императора. Никто не причинит вам зла, клянусь честью моей семьи. В путь вы выйдете завтра с утра. Дружина Красного петуха будет сопровождать вас. Командование примет Бодр, но ему будет запрещено разговаривать с кем-то из вас. До вечера вас покормят и принесут чистую одежду, вы сможете помыться.
- Благодарю тебя, добрая госпожа. Мы будем счастливы воспользоваться твоим радушным гостеприимством. Тем, кто станет присматривать за нами, уж конечно будет приказано проткнуть нас из арбалетов, как только мы попытаемся сделать шаг к воротам, - язвительно поблагодарил алхин.
- Не сердись, человек. Я посылаю с вами самое дорогое, что у меня есть, - моего единственного сына и наследника господина Хате. Я отдаю вам куда больше, чем вы сможете когда-либо вернуть мне, - загадочно произнесла женщина. Она легко поднялась с трона, медленно спустилась с него, рассеянно кивнула низко склонившемуся Тару и побрела через зал к небольшой дверке, которая находилась рядом с парадными дверями. Если они были распахнуты настежь, то дверца была крепко закрыта. Однако мать Фосе слегка нагнулась и, как показалось Хельви, что-то прошептала прямо в стену. Стена раздвинулась, и вдова Хате изчезла в проеме. Гарпия негромко каркнула ей вслед.
- Не слишком же ты спешила нам на помощь, - упрекнул Наину Хельви.
- Разве ты просил меня об этом? Странные люди, никогда ни о чем не просят, а потом сами же обижаются.


ГЛАВА 15

До вечера отряд отсыпался и приводил себя в порядок. Хотя ни Хельви, ни его спутники не были удостоены приглашения сесть за общий стол, еды, которую им подали прямо в покои, было много, и она была вполне сносной: мясо, какие-то диковинные овощи и фрукты. Во время трапезы Тар, который пребывал в приподнятом настроении, оживленно рассказывал о качествах того или иного плода. Хельви, для которого большинство названий были совершенной новинкой, отдал должное обеду, однако в конце совсем не по-королевски уснул прямо за столом. Впрочем, это ему простили - Тар и Вепрь понимали, что принцу пришлось изрядно потрудиться в последние несколько суток. Гарпия, которая первая посетила бассейн для омовения, вышла оттуда в совершенном восторге. Благодаря специальной системе сливов вода там была не только подогретой, но и проточной. Закусывая сырым мясом, Наина сообщила спутникам, что в пору ее юности такими ванными комнатами могли похвастать только королевы крови. Вепрь прикинул, сколько же должно быть лет гарпии, но сбился со счета. Единственное, что он ясно понял из истории Наины, так это тот факт, что королевой крови она все-таки не была. Спаси нас Оген, хватит с нас и одного принца, подумал алхин.
Между тем за окнами начало смеркаться. Городской шум, и прежде едва слышный в резиденции Красных петухов, совсем стих. Последние лучи закатного солнца прощально золотили решетки на окнах. Проснувшийся Хельви сладко потянулся на широкой низкой лежанке, куда его перенесли из-за стола друзья. Он настолько привык к приключениям, которые начинались ближе к ночи, что его отдохнувший организм переполняла совсем не вечерняя энергия. Юноша легко спрыгнул с постели, вышел из ниши, в которой стояла кровать, и огляделся. Покои, которые были предоставлены спутникам для ночлега, представляли собой довольно просторный зал, по периметру которого были сделаны четыре ниши. От общего помещения они были отгорожены занавесками. В каждой нише помещалась кровать. В зале же стоял большой стол и несколько низких стульев, вырезанных из цельного куска дерева. Большой камин, предназначенный скорее для приготовления пищи, чем для украшения покоев, был потушен. Зарешеченные окна не были прикрыты траурной тканью, как в тронном зале. Покой был пуст.
Очевидно, Тар, Наина и Вепрь мирно спят, подумал Хельви. Воины же, караулившие их, стояли по ту сторону большой, обитой медью двери. Хельви потер свежевымытыми пальцами и поднес их к носу. Тонкий запах лавандового мыла приятно щекотал ноздри. От удовольствия принц причмокнул. А ведь раньше ему не приходило в голову, что величайшие удовольствия заключены в самых простых вещах - горячей воде, мыле, чистых полотенцах. На Зеркальном озере все это было в порядке вещей.
Спать Хельви совершенно расхотелось, поэтому он присел около окна, которое выходило во двор, и решил просто поглазеть на воинов, стоявших на воротах. Красно-зеленые костюмы уже не так веселили его, как в первый раз. Конечно, это было не самым захватывающим времяпрепровождением в его жизни, но позволяло как-то отвлечься. Хотя, возможно, перед встречей с императором стоило немного сосредоточиться, но Хельви, узнав у Тара, что путь до столицы империи занимает по меньшей мере пять дней, решил, что он еще успеет обдумать свое поведение и речь перед Раги Вторым. Только он расслабился и веки его даже начали сонно хлопать, как кто-то осторожно дотронулся до его плеча. Хельви вздрогнул, обернулся и увидел алхина.
- Я мог бы не оборачиваться, - тихо сказал принц и улыбнулся. - Так тихо подкрадываться в нашем отряде умеешь только ты.
Вепрь только кивнул. Он был одет по-походному. Сразу после обеда он занялся починкой старой верной куртки и достиг в этом деле немалых успехов. Лучше выглядеть одежда не стала, но прорехи были аккуратно зашиты, заплаты обновлены. Хельви решил, что только какое-то суеверие заставляет Вепря упрямо латать эти сущие лохмотья, в то время как сваны подарили ему прекрасную новую куртку, подбитую настоящим кротовым мехом. Однако новой куртки, равно как меча и мешка при алхине не было. Видно, он решился наконец хотя бы на пару минут расстаться со своим сокровищем и оставил вещи на кровати - Хельви почему-то не сомневался, что Вепрь спит в обнимку с любимым мешком.
Чисто выбритое и умытое лицо охотника за сокровищами Младших было омрачено какими-то невеселыми мыслями. Его губы подергивались, брови морщились. Было видно, что алхин принимает трудное решение. Наконец он заговорил, тихо, но твердо:
- Я ухожу. Все, что здесь творится, меня просто не касается. Это не мое дело. И не только потому, что я алхин, но и потому, что я человек. Это проблемы Младших, понимаешь? Как только ты скажешь себе, что ты человек и никак не связан со сварами альвов, ты тоже решишь, что нужно уходить. Ты не просто изгнанный принц или преступник, называй себя как хочешь. Ты чужой для этого мира и навсегда останешься им.
- Мы уже говорили об этом сегодня утром, друг мой. Если ты решил уходить - да будет так. Мне некуда возвращаться. Меня никто не ждет. Разве что отряд хорошо вооруженных воинов, посланный по мою голову королем Омасом, - Хельви сделал паузу, потому что последняя фраза, хоть и была чистой правдой, далась ему с болью. - Даже если меня не убьют, я не хочу провести остаток жизни в тюрьме, видя солнышко только в зарешеченное окошко. Здесь, среди Младших, у меня есть возможность жить на свободе. Я постараюсь найти себе покровителей. В королевстве Синих озер никто не протянет мне руку помощи.
- Только смотри, чтобы в процессе поиска этих самых покровителей тебе не срубили голову какие-нибудь очередные сваны, - резко ответил Вепрь, задетый последним замечанием мальчишки. Разве не он предлагал этому заносчивому королевичу обучение и помощь? Нельзя оказывать благодеяния тем, кто чувствует себя намного выше тебя, сделал вывод алхин.
Хельви молчал. Пожалуй, он мог бы рассказать алхину, насколько он привязался к нему, поведать о том, что такое настоящая мужская дружба и, наконец, что Вепрь меньше всего похож на беспринципного негодяя, каким любит себя выставлять. Но в конце концов принц решил отказаться от речей. С самого начала было ясно, что этот авантюрист из цеха барсуков удерет, как только набьет свой мешок богатствами. Впервые Хельви пришло в голову, что алхин чем-то похож на гарпию - оба они сопровождали Хельви только потому, что преследовали собственные интересы. Наина наслаждается свободой от цепей, Вепрь собирает вожделенные артефакты. Однако по-настоящему никто из них, наверное, не считает Хельви своим товарищем, никто из них не готов отдать за него жизнь, как это заведено у настоящих друзей.
Впервые после отъезда из Нонга Хельви почувствовал, как слезы наворачиваются ему на глаза. Опять он выдумал какую-то небывалую историю о каком-то товариществе, которого на самом деле никогда не было и которого теперь, с уходом алхина, уже не будет. Принц отвернулся к окну, чтобы Вепрь не увидел его повлажневших глаз.
- Хорошо, поступай как знаешь, принц Хельви. Оген знает, что за король мог бы выйти из тебя, но товарищ ты был хороший. - Алхин, хмурясь, кивнул, словно в подтверждение своих слов. - Смотри, женят тебя на какой-нибудь местной принцессе, с них станется. Не забудь тогда на свадьбу позвать.
Хельви буркнул что-то неразборчивое. Вепрь неслышно пересек зал и скрылся за занавеской, прикрывавшей вход в его нишу. Интересно, как он собирается выйти с тяжелым грузом из дома, окруженного доброй сотней хорошо вооруженных воинов, захотелось спросить Хельви. Но лезть к алхину с расспросами он не стал. Легкий шорох, доносившийся из ниши Вепря, свидетельствовал о скорых, но тщательных сборах. Потом он стих, но алхин почему-то не появился. Странный звук раздался из-за занавески. Неужели этот прохвост выкопал потайной ход прямо под своей кроватью, невольно восхитился принц. Однако в этот момент занавеска отдернулась, из-за нее показалась раскрасневшаяся физиономия Вепря. Он поманил рукой Хельви.
- Что случилось? - шепотом спросил юноша.
- Ты не поверишь, хороший мой, но я не могу поднять этот клятый меч с кровати, - растерянно отвечал Вепрь.
Хельви удивленно заглянул в нишу. Мешок с артефактами валялся на полу, а Меч королей - невольный дар хитрого Форлиха - лежал на расстеленной кровати. По лезвию привычно пробегали блики. Ничего необычного Хельви не заметил.
- Вот, - упавшим голосом сказал алхин и потянул меч обеими руками за рукоятку.
Клинок не шелохнулся. Было видно, что Вепрь тянет изо всех сил, но меч не сдвинулся ни на палец. Алхин попытался упереться ногой в лежанку, чтобы создать противовес. Кровать только жалобно скрипнула, повторив хорошо знакомый Хельви звук, слышанный накануне в общем зале.
- И давно это случилось?
- Ну принес я его нормально, положил на кровать, рядом с мешком. Потом поспал тут же. А сейчас он вдруг словно прирос к матрасу. Да вру я, если бы к матрасу, я бы его поднял. Он просто не желает отрываться!
- Может, я попробую? - спросил Хельви просто потому, что ничего более умного не пришло ему в голову.
Вепрь послушно отошел в сторону. Принц схватился за нагретый ладонями алхина металл, крякнул и потянул. И тут же отлетел к стене, сжимая меч в руках. Впрочем, удержать тяжелый клинок на вытянутых руках он не смог - оружие перевесило и легко уткнулось острием в деревянный пол.
- Бери. - Хельви протянул рукоятку алхину.
Вепрь осторожно принял оружие и, судя по движению плеч, попытался вытащить меч из пола. Но это оказалось не так-то просто. Алхин обливался потом, тащил клинок, но тот оставался недвижим. Уже не дожидаясь приглашения, Хельви аккуратно принял рукоятку из ладоней охотника за сокровищами Младших, и снова оружие послушно взлетело вверх.
- Наверное, он просто отказывается идти к тебе в руки, - медленно проговорил Хельви, укладывая меч обратно на кровать.
- Из подземелья Ронге он захотел идти со мной, а из дома Красного петуха не желает? Что-то тут не складывается, хороший мой. Почему оружие решило поменять владельца именно сейчас? - нехорошо прищурился Вепрь.
Хельви растерянно посмотрел на меч. Вообще, ему не было известно про оружие, которое диктовало бы свою волю владельцу. Но, с другой стороны, он никогда не слышал о мечах, способных вести руку воина и изменять размеры и вес в зависимости от типа боя. Кто знает, какие еще сюрпризы приготовил им Меч королей? Хельви поежился. Ему вдруг стало не по себе. Ни он, ни алхин понятия не имели, какими именно свойствами обладают те игрушки, которые они притащили из подземелья Ронге. Принц невольно потрогал ожерелье Онэли, привычно теплившееся на груди. Возможно, настанет момент, и эта штучка окажется способной сжаться на манер стальной удавки вокруг его горла? И кто знает, что именно может вызвать такую реакцию? Хельви почувствовал страх и поспешил отогнать его. Он приподнял несколько звеньев цепи и вновь залюбовался дивной работой. В конце концов, это не оружие, а всего-навсего украшение, работа великого ювелира. В последнее время вокруг творится столько колдовства, что того и гляди свою левую руку начнешь подозревать в наведении сглаза.
- Что мы знаем про этот меч? Он называется Мечом королей, но что это за короли, и откуда они взялись, и зачем им понадобился именно такой меч, я понятия не имею. Единственное, что я могу пока предполагать по поводу этого оружия, так это то, что оно само вступает в схватку в том случае, если видит перед собой настоящего противника.
- Бред какой-то. Как оружие может видеть? Где у него глаза? - вопросы Вепря несколько смутили Хельви.
- Это я образно сказал. Как именно видит Меч королей, я не знаю. Может, он смотрит твоими глазами?
- Забавно. Тогда объясни про противников - разве гарпии не опасные твари? Но что-то я не припомню, чтобы во время ночной атаки на краю оврага волшебный клиночек как-то проявил себя. По-простому говоря, он оставался обычной светящейся железякой. И во время нападения альвов сегодня с утра я сражался им, как самым нормальным двуручным мечом, безо всяких фокусов.
- Вспомни, что утреннее сражение было очень странным, вроде как с неживыми противниками. А во время боя с гарпиями ты, кажется, вообще не подходил к мечу, стреляя по тварям из арбалета. И вообще, я пытаюсь не спорить с тобой, а просто хочу сказать, что про этот клинок мы знаем слишком мало, чтобы понять, почему он начинает вести себя странно. И разгадать сию минуту, почему он не желает попасть тебе в руки, мы не сможем. Так что хочешь уходить - оставляй меч и скатертью дорога!
С досадой проговорив эту пылкую речь, Хельви вышел из ниши, оставив Вепря самостоятельно принимать решение. Все-таки жадность алхина не ведает границ, запальчиво решил принц. Мало ему целого мешка волшебных игрушек, которые он продаст за очень хорошие деньги первому же встречному магу в королевстве Синих озер, так нет - подавай еще и Меч королей. Вот будет радость какому-нибудь баронскому сынку получить такой подарочек да похвастать им перед друзьями-недорослями.
Алхин вошел в общий зал и уселся за стол напротив Хельви. Он положил локти на столешницу и уронил голову в сомкнутые ладони. Так они просидели некоторое время, ни о чем не разговаривая. Вепрь изредка ворошил свои порядком отросшие и чуть вьющиеся волосы. Хельви не хотел начинать разговор и терпеливо ждал.
- Видишь ли, хороший мой, я бы очень хотел забрать этот меч с собой. Сегодня в тронном зале, когда он проснулся, то есть когда я почувствовал, что он будто ожил... - Алхин сделал паузу, подбирая слова... - В общем, я понял, что клинок - это часть меня. Вещи никогда не имели для меня большого значения - немного странное признание для алхина, правда? Конечно, я живу продажей вещей. Но мне никогда раньше не приходило в голову оставить себе что-нибудь из тех более или менее драгоценных штучек, которые я иногда приношу в королевство Синих озер. Чем-то я любовался, признаю, но всегда понимал, что легко обменяю это на подходящую сумму денег на ближайшем базаре. Другое дело - этот меч. Я просто не могу расстаться с ним. Я не смогу объяснить это лучше, потому что сам не очень понимаю, что происходит. Я должен узнать причину, по которой ты можешь брать этот клинок в руки, а я нет. Я не уйду без Меча королей, принц. Ты подарил его мне, и он мой.
Хельви, который осторожно поглядывал на алхина из-под полуопущенных ресниц, решительно не знал, что отвечать. В конце концов, он сам испытал похожие чувства, когда торговался с королем карлов за ожерелье Онэли. Мысль о том, что столь разные магические артефакты вызывают одни и те же эмоции у их владельцев, неприятно кольнула юношу в сердце.
- Этот меч так дорог тебе, что ради него ты готов отправиться ко двору Раги Второго? Подумай, это может круто изменить твою жизнь. Если император так же справедлив, как его слуга Красный петух, то скорее всего нас просто отправят пожизненно рубить уголь в шахте. В любом случае это действительно рискованно, поэтому если ты пойдешь, то не должен будешь упрекать меня, что я, воспользовавшись твоей слабостью, заманил тебя в очередную авантюру.
- Кажется, ты только что рассчитывал найти себе высоких покровителей при дворе императора, а не шахтерскую кирку?
- А ты, кажется, обещал мне женитьбу на принцессе альвов? - не удержался Хельви.
Люди посмотрели друг на друга и улыбнулись. Вепрь потер лоб кулаком.
- Все же надеюсь, что история с мечом станет очевидной до того момента, как мы доедем до Горы девяти драконов, - пробормотал он.
Громкий хлюпающий звук раздался совсем рядом. Хельви машинально посмотрел в сторону окна, но за решетками было все тихо. Просто глубокие летние сумерки. Даже стражников у ворот было уже не разглядеть. Вепрь, приложив палец к губам, быстро подошел к крайней нише и приподнял занавес.
Тар спал, накрывшись с головой пестрым одеялом. Торчали его босые ноги. Ступни были похожи на человеческие, но только более вытянутые и тонкие. А уж для того, чтобы добиться такого размера стопы, некоторые придворные дамы с детства бинтовали себе ноги. Маленькая ножка считалась в королевстве Синих озер верхом аристократизма.
Хельви показал Вепрю пальцем на нишу, где должна была отдыхать Наина. О том, как именно спят гарпии и спят ли они вообще, принц ничего не знал, и ему стало любопытно. Вепрь тем временем подкрался к нише, за которой скрывалась лежанка, и тихонько потянул занавеску. Гарпия сидела на кровати, чудным образом скрестив ноги и насмешливо глядя на людей своими блестящими желтыми глазищами. Она еле слышно фыркнула и неожиданно показала Вепрю язык. Хельви почему-то покраснел.
- Ты слышала? - тихо, но как ни в чем не бывало обратился алхин к гарпии.
- Да. Я услышала давно. Это откуда-то сверху.
Они одновременно посмотрели наверх. Деревянный потолок в отведенном им покое был не так изыскан, как в тронном зале, но довольно наряден. Очевидно, весь дом был выдержан в одном стиле. Геометрические узоры, вставки из разных пород дерева, игра света и тени - все эти тонкости были учтены при строительстве покоя, подумал Хельви. И все-таки это не работа большого мастера. Хороший ремесленник, клавший эти балки, отдал дань всем канонам скульптурной и архитектурной традиции альвов, но он не сумел обессмертить их живым огнем вдохновенного гения.
Неприятный звук положил конец высокопарным мыслям принца. Создавалось впечатление, что какой-то огромный монстр втягивает с хлюпом слюну. Хельви передернуло. После битвы со змееголовой тварью в подземелье черной башни мысль о крупном чудовище вызывала панику. Вепрь, который задумчиво смотрел куда-то на потолок, пожал плечами.
- Не похоже, что это доносится сверху, хорошие мои. Правда, откуда именно идет звук, я сказать не могу. Здесь очень хорошая акустика, поэтому любой шорох сразу растекается по всему помещению.
- Это точно сверху. Я слышу лучше, чем ты. Но даже я не могу сказать, что издает такие звуки. - Наина словно прислушивалась, но Хельви понял, что гарпия внимательно принюхивается к воздуху. - Это что-то живое и довольно большое. Оно там довольно давно. Но это не добыча, то есть не добыча для меня. Кажется, это охотник. Оно само не прочь начать охоту на нас.
- Ну, тогда эта тварь очень самонадеянна, - пробормотал Вепрь и скрылся в своей нише. Появился он, сжимая в обеих руках по кинжалу с изогнутыми лезвиями. Хельви тоже заглянул к себе в нишу и забрал подаренные сванами ножны и старый меч алхина, который стоял в изголовье его лежанки. Через несколько минут двое людей и гарпия замерли у длинного стола и трепетно прислушивались к ночным шорохам.
- Может, позвать караульных? - неуверенно предложил Хельви.
- И что им сказать? Что нашей гарпии мерещится большой слюнявый некто, который мечтает скушать нас на ужин?
- Хватит говорить. Оставаться тут опасно, - встряла Наина.
- Мы находимся в опасности? В еще большей, чем в усыпальнице Ашух?
Гарпия дважды утвердительно кивнула головой. Вепрь нервно усмехнулся. Хельви невольно затаил дыхание. Неужели Наина не ошибается, и их ждет еще более ужасное испытание, чем встреча со сванами или даже с тем змееголовым монстром.
- Но каким образом оно собирается сюда проникнуть? - Вепрь заговорил еле слышным шепотом.
Наина просто подняла палец кверху. В потолке должен быть лаз, догадался Хельви. Он запрокинул голову и слегка закружил по комнате, пытаясь в полумраке отыскать заветную дверку. Но какого же размера должна быть дверь, чтобы это "живое и довольно большое" проникло сюда. А Тар все спит, промелькнуло в голове у принца. Нужно его разбудить, прежде чем начнутся неприятности. В конце концов, он может объясниться со стражниками.
В комнате быстро темнело - солнце окончательно село, и ночь решительно вступала в свои права. Однако караульные не спешили внести свечи. Вепрь с досадой взглянул на дверь - уснули они все там, что ли? Между тем Хельви пытался разбудить Тара. Это удалось не сразу - видно, Младший здорово вымотался за последние дни. Они-то с алхином успели немного поспать сегодня ночью в лесу, пока альв колдовал с мостом. Но в конце концов Тару пришлось проснуться. Он открыл сонные глаза и хотел было задать вопрос склонившемуся над ним Хельви, но принц поспешно прикрыл его рот рукой. Альв понял, что разговор отменяется, и выражение сладкой полудремы тут же пропало с его лица. Он посмотрел на Хельви, оценил болтавшийся в ножнах меч и быстро вылез из кровати. Его одежда и оружие лежали возле лежанки, Тар быстро оделся и пристегнул меч.
Выйдя в общий зал, они увидели Вепря, который склонился возле камина и с тихими ругательствами пытался поджечь сложенные за решеткой дрова. Однако то ли древесина отсырела, то ли алхин никак не мог попасть в темноте по огниву, но искры, летевшие в разные стороны, упорно не желали разжигаться.
- Что происходит? - тихо спросил альв.
Ответить Хельви не успел, тяжелый хлюпающий звук раздался совсем рядом, словно чудище уже вползло в комнату. Принц и альв, не сговариваясь, обнажили мечи.
- Рогрову тварь им всем в поясницу, - прошептал Вепрь, очевидно, обращаясь к отсутствующим ротозеям-стражникам, и в очередной раз щелкнул огнивом. Сноп искр ярко вспыхнул и тут же погас. Разозленный алхин полез в камин. Он словно хотел своими руками пощупать те самые дрова, которые никак не хотели разжигаться. Наверное, он засомневался, действительно ли они из дерева или все-таки из камня. Хельви уже намеревался предложить алхину свою скромную помощь, как Вепрь вдруг резво отскочил в сторону от камина. Огниво он при этом выронил, и оно осталось одиноко лежать перед каминной решеткой.
- Дрова облиты какой-то слизью, поэтому не разжигаются, - хрипло произнес Вепрь, вытаскивая из-за пояса кинжалы. - Тар, зови своих. Эта фея в тронном зале прямо заявила нам о готовящемся покушении, и, кажется, мы его дождались.
Альв не заставил себя просить дважды. Он кинулся к обитой медью двери и что-то закричал, а потом и застучал в нее кулаками. Удары, которые по металлу должны были быть особенно громкими, почему-то глохли, словно Тар стучал по сырой глине. Младший попробовал бить мечом, но толку было не больше. И самое ужасное заключалось в том, что стражники, которые должны были нести караул с противоположной стороны, попросту не отвечали. Тем временем Хельви и Вепрь перевернули стол, обратив его столешницей к камину. Ночь была довольно темной, однако гарпия, поднявшаяся под потолок зала, испускала довольно света, чтобы люди могли различать отдельные предметы и друг друга.
- Тар, кончай барабанить, никого там нет, - неожиданно громко прикрикнул Вепрь. - Попробуй через окно - там должен кто-то стоять на часах у ворот. Надеюсь, они более дисциплинированные ребята, чем наша охрана.
- Ты уверен, что чудовище полезет из камина? - деловито, но как-то натянуто поинтересовался Хельви.
- Откуда же еще, хороший мой? Самый удобный путь. Я и сам хотел воспользоваться им, чтобы вылезти отсюда. Попал бы прямо монстру в пасть, представляешь?
Последняя фраза алхина почему-то показалась Хельви очень важной, словно заключавшей в себе разгадку какого-то ребуса. Но долго размышлять над ней не оставалось времени. Вопли Тара возле окна были наконец услышаны. Во дворе раздались ответные крики альвов. Им спешили на помощь. Плюх - раздалось в камине. Хельви сощурился, стараясь разглядеть как можно больше. Внутри, за каминной решеткой лежало нечто, и это были не дрова. Нечто подрагивало и причмокивало.
- Наина, ты можешь подлететь поближе к камину, чтобы мы могли увидеть это получше, - попросил Вепрь.
- Нет, не могу!
- Думаешь, оно умеет прыгать до потолка?
- Ничего я не думаю. Я чувствую. Это опасно. Подходить нельзя. Почему бы вам не попробовать выломать решетку на окне?
- Может, ты этим и займешься? В подземелье Ронге у тебя неплохо получалось рвать толстые цепи, - напомнил Хельви Наине.
Он не сводил глаз с камина, однако монстр словно уснул. Это казалось странным и немного пугало. Может, он готовится к прыжку?
- Вепрь, Наина, не стойте на месте! Возможно, он прицеливается, куда бы ему прыгнуть. - Выпалив эти слова, принц отскочил в сторону. Практически одновременно большая туша пролетела мимо него и шлепнулась на то место, где он только что стоял. Смертельная забава началась. Теперь Хельви смог рассмотреть странное создание получше. Оно выглядело точь-в-точь как большой мешок из дерюги, который был набит чем-то мягким и растекающимся. Ростом тварь была почти по пояс взрослому человеку. "Мешок" подергивался и причмокивал. При виде нападавшего Тар замер около окна, словно зачарованный.
- Тар, ты что, не понял? Стоять нельзя! - крикнул алхин альву.
Тар вздрогнул и зайцем заметался по покою. Хельви попытался обойти "мешок" со стороны, чтобы попасть к окну. Однако странный монстр словно разгадал его маневр и снова прыгнул, отрезая принца от спутников. В дверь громко и резко застучали, однако обитая медью створка не открылась. Кто-то кричал по ту сторону двери, и Хельви впервые понял сказанное на языке Младших: дверь заклинило, пленники в опасности. Они продолжали играть в странные пятнашки с "мешком", который мало-помалу оттеснял его к дверному проему. Интересно, как же он меня будет жрать, подумал Хельви, что-то пасти я не вижу. Словно в ответ на этот немой вопрос из центра "мешка" вдруг вытянулась самая настоящая клешня размером с добрую тыкву. Видно, "мешок" был готов напасть по-настоящему. Хельви поднял меч. Конечно, разрубить это плотное большое тело он не сможет, это не относительно легкая гарпия, но хоть ранить-то его можно попробовать?
Между тем Вепрь кошачьим шагом приближался к странному врагу сзади. Правда, он понятия не имел, где у "мешка" зад или перед, так что вполне возможно, что чудище может смотреть сразу во все стороны и само понятие "спина" у него отсутствует. Подобных тварей алхин никогда не встречал, впрочем, в последнее время словосочетание "никогда прежде" настолько часто возникало в его голове, что Вепрь даже не досадовал. Не встречалось - так теперь, считай, свиделись. "Мешок" явно вознамерился поживиться королевским отпрыском. Он последовательно гонял принца по залу. Бестолковые стражники не могли открыть дверь и, судя по звукам, пытались выбить ее. Старинные листы бронзы лишь чуть подрагивали под ударами, сыпавшимися из-за двери. Тут стенобитное орудие понадобится, не меньше, успел подумать Вепрь.
Между тем монстр замер в нескольких шагах от принца. Тот занес меч, видно, уже не рассчитывая отпрыгнуть в сторону. Вепрь решился. Он в два прыжка преодолел довольно внушительное расстояние, отделявшее его от "мешка", и ударил сразу с обеих рук. Изогнутые кинжалы, так ловко разившие нечисть, вошли в тело монстра, как в масло, и застряли. Вепрь попытался выдернуть их, но "мешок", который никак не отреагировал на нападение алхина, вдруг встряхнулся, что-то тяжелое со свистом пролетело в воздухе, и чудовищный удар по ногам отбросил Вепря в сторону. Упав, он успел только сообразить, что ноги заливает горячая кровь, и увидеть, что на него летит проклятый "мешок", противно чавкая влажными складками. Мне бы сейчас мой Меч королей, подумал алхин, и невыносимая боль отключила его сознание.


ГЛАВА 16

Хельви очнулся в постели. Белоснежное хрустящее белье и многочисленные подушки пахли цветами. Огромная массивная кровать с балдахином, да которой он лежал, стояла в просторной светлой комнате. Два больших, широко распахнутых окна выходили в сад - аккуратно подстриженные светло-зеленые и голубые верхушки деревьев покачивались под порывами ветра. Хельви приподнялся на локтях и осмотрелся. Изящные мраморные панели, украшавшие стены, пестрый пол, сложенный из крошечных, тщательно подобранных плиток, которые образовывали причудливый узор, дивной работы кресло, стоявшее подле кровати, - и сама комната, и вещи были роскошными, достойными королевского замка. Королевского? Боги, я ведь в Ойгене, вздрогнул принц.
Он еще раз судорожно огляделся вокруг. Ну конечно, где же еще! Хотя Хельви, отданный на воспитание Айнидейлу в Приозерье, ни разу в жизни так и не побывал в столице королевства Синих озер, он мгновенно узнал резиденцию своей династии по описаниям, вычитанным из книг. Мозаика Ойлена на полу, сад Восьми статуй за окнами, мебель времен короля Гвильди, простота и величественность стиля - не найти на всем белом свете более благородного и прекрасного ансамбля, чем крепость королей из рода Огена. Но как он тут оказался? И почему лежит в мягкой постели, а не томится, как государственный преступник, в глубоком подземелье. Неужели Совет Мудрых изменил решение? От этой мысли у принца перехватило дыхание. Входная дверь слегка заскрипела, и в комнату вошел Тар.
Хельви вытаращил глаза - появление Младшего в самом сердце Ойгена было не менее поразительно, чем его собственное пребывание здесь. Самое логическое объяснение этому - Совет Мудрых в полном составе скоропалительно и внезапно сошел с ума. Более того - привыкший видеть альва в дорожном грязно-зеленом костюме, поверх которого после визита в усыпальницу Ашух была накинута подаренная сванами куртка, принц был поражен внешним видом своего спутника. Тар красовался в дорогих шелковых одеждах нежно-розового цвета с пышной золотой вышивкой. Драгоценные камни, имитирующие пуговицы, тяжелая золотая цепь на груди, изящные перстни на пальцах - Младшего можно было принять за состоятельного герцога, если бы Хельви не знал, что он обычный дружинник. Однако вид нагрудной цепи альва заставил принца вспомнить о его собственном украшении - ожерелье Онэли. Хельви схватился за шею, но волшебного украшения там не было.
- Успокойся. Мы повесили его над твоей головой, - негромко сказал Тар, присаживаясь в кресло у изголовья.
Хельви повернул голову и на самом деле увидел свое ожерелье. Оно переливалось всеми цветами радуги, слегка раскачиваясь в воздухе. Принц торопливо снял цепь с небольшого крючка, на котором она висела, и застегнул на шее. Только теперь он увидел, что обряжен в тонкую кружевную рубашку. Собственно, ничего необычного в этой одежде не было, на Зеркальном озере они с Оме ежедневно меняли такие сорочки, но сейчас, после всех событий, Хельви не утерпел и осторожно погладил накрахмаленное кружево, видно, опасаясь, что это может быть только сном.
- Тар, скажи честно, где мы находимся? Это ведь Ойген? Я узнал столицу по описаниям в многочисленных летописях!
- Нет, принц, ты ошибаешься. Мы с тобой гостим в Горе девяти драконов - великой столице императора Раги Второго! Эти покои, однако, могли бы напомнить тебе родные края, потому что эта часть замка сделана в точности как те крепости, что альвы когда-то строили для людей. Это было очень давно, еще до появления Черного колдуна.
Хельви хлопал глазами. Сколько же времени прошло с момента боя с тем "мешком" в доме Красного петуха? Пять суток требуется для того, чтобы попасть из владений Хате в таинственную столицу империи. Хельви мог гордиться своим присутствием в этом легендарном месте - только трое людей до него добрались сюда, и один из этих смельчаков - король Оген, основатель правящей династии в королевстве Синих озер. Однако острое разочарование, которое он вдруг испытал, поняв, что находится не дома, даже разозлило его. Принц обнаружил, что в глубине души он все еще тосковал по оставленной стране, что, обрекая себя на вечное скитание и собираясь служить чужому императору, он был бы все же рад оказаться прощенным и вернуться хотя бы в Приозерье.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 [ 9 ] 10 11 12 13
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.