read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



В лужах отражалось ярко-бесполезное солнце: света хватало, но вот с теплом не ладилось. Некоторые листья падали на гладь этих луж, одинокими лебедями скользили по поверхности и уходили, как гости после недельной чистки хозяйских погребов.
Два рыцаря, старый и молодой, не обращали на эту красоту никакого внимания: сумки, тянущие к земле, словно доверху набитые железом, заставляли забыть обо всех красотах мирских и думать только о том, как бы пересилить себя да не выкинуть опостылевшие торбы куда подальше, пока руки не отвалились.
Элви скакала впереди, прямо-таки наполненная окружающей романтичностью, и собирала букеты желтых и красных листьев. Легким и не требующим большого магического умения заклятием она мигом вычистила одежду от грязи и пыли.
Элви словно бы стремилась слиться с окружающим ее лесом в единое целое, перенять его дух.
И вот она наклонилась за очередным листом…
А над головой, в опасной близости от затылка, просвистела стрела.
– Ложись, Эл! – услышала она голос Фэта, и так уже распластавшись на листьях.
Посмотрела через плечо на спутников: рыцари обнажили мечи и теперь озирались по сторонам, ожидая, когда же лучник осмелится пустить еще одну стрелу.
Фэт, красный, потный, но готовый располосовать любого, попадись враг под руку: рукоять палаша крепко сжата в правой руке, щит держит левая. Кушегар выглядит еще внушительнее, пусть и не такой здоровый и молодой, как его спутник, но нажитые боями шрамы и широченные плечи удивительно красят любого мужчину.
Оба – да и Элви тоже – ждали, когда же объявится подлый враг.
Но таинственный лучник оказался, судя по всему, очень стеснительным. Или же все происходящее он заранее продумал до мелочей: в любом случае на поляне незнакомец пока не появлялся. И стрел в беглую волшебницу не пускал.
Над лесом повисла тишина, нарушаемая только тихим сопением подхватившего насморк Фэта.
А потом на поляну вышел, неслышно переступая, странный человек с луком.
Странно было уже то, что он был не совсем обычным человеком. Незнакомец принадлежал к древнему народу егерей, обосновавшихся в Астрате с тех седых времен, когда эльфы еще влюблялись в человеческих женщин и дарили им маленькие подарки. Обычно подарки проявлялись в полной мере через девять месяцев, громко кричали и слова сказать не могли.
И представить сложно, что ждало бы малышей в будущем, надели их природа красотой эльфа и живучестью человека. Но, к счастью (или на беду?), дети от подобных связей рождались не совсем… обычные. То есть лет до восемнадцати они росли, как и окружающие их ребята – то потихоньку, а то большими скачками. Но потом… Бывшие заводилы становились замкнутыми тихонями, забывая про шумные вечера в тавернах. Те же, кто и раньше предпочитал сидеть дома, еще плотнее занавешивали шторки. Но все бы ничего, если бы каждую зиму полуэльфы не впадали в спячку, на три месяца попросту исчезая из жизни.
И однажды какой-то умник, имя которого историей благоразумно умалчивается, задумался: а чего это выродки-полукровки на равных правах живут среди них? Почему они могут делать то же самое, что и обычные, настоящие люди?
Одержимый такими мыслями, «герой» долго подбивал горожан изгнать полукровок из града. Чем ему так не угодили сонливые тихони и почему он решил, что прав у полуэльфов должно быть много меньше, чем у него, сказать трудно. Однако все они были выдворены в ту же мятежную ночь. А когда увлеченные изгнанием люди заперли городские ворота за спинами убегавших полуэльфов и собрались угостить кружечкой светлого пива того безымянного умника, оказалось, что он уже куда-то испарился. И притом не один, а с увесистым грузом в десяток кошелей, запряженной двумя меринами телегой да позолоченным ларцом с городской казной в придачу.
Горожане, не будь дураками, поняли, что изгнание вор затеял только для отвода глаз: было бы полуэльфов больше, чем людей, – он бы первых уболтал, чтоб вторых прогнали. Стыдно всем стало, да только что толку? Не побежишь же теперь за полукровками, обратно их возвращать: мы, дескать, ошиблись и бес попутал!
И не побежали.
А полуэльфы схоронились в лесу (видимо, решив вспомнить жизнь праотцов), выстроили там небольшой поселок и зажили, как и в городе – тихо и спокойно. Люди о расположении деревни знали совсем немного – «где-то там». Некоторые, правда, говаривали, что егери еще разделились и кто-то из них ушел в леса около Карманских гор. Но ничто эти слухи не подтверждало.
А полукровки тем временем устроились преспокойно в лесах за болотом василисков. Охотились, чтобы с голоду не помереть. Украшения делали, идолов. А в остальном – обычная рутина. Хоть и в сердце природы.
Представший перед друзьями егерь был точь-в-точь таким, каким его описывали Фэту знакомые по кружечке пива рыцари, – высокий, худой, с копной черных волнистых волос. Из одежды – только старые изорванные штаны да сапоги, лет пять назад выброшенные проезжавшим через лес графом. На плече – самодельный лук. На поясе…
А вот на поясе у него висел очень примечательный топорик.
Сделанный из цельного куска железа, он привлекал внимание не странной формой рукояти и лезвием-полумесяцем, а рунами, нанесенными по обеим сторонам от рубящей кромки: они, не переставая, светили голубым.
Пожалуй, не будь у егеря столь необычного топорика, Фэт бы, не раздумывая, бросился в бой. Однако же лентяй давно уяснил, что все странное – опасно, поэтому и решил для начала просто поговорить. Может, он и не со зла по ним стрелял, этот егерь, а по тупости лесной и необразованности!
– Эй, мужик, – крикнул он воинственному полуэльфу, – тебе чего?
Такой вопрос, казалось, озадачил егеря. Он почесал годами немытую голову и спросил:
– Дед Мороз?
– Где? – удивился Фэт и, оглядевшись, пожал плечами. – Не вижу чего-то!
Полуэльф в сердцах плюнул себе под ноги и, схватив топор, швырнул его на траву:
– Опять дуришь, тупая железка!
Руны на «тупой железке» при ударе о землю ярко вспыхнули и тут же погасли.
Егерь же неожиданно шмякнулся на хилый зад и, обхватив колени руками, уткнулся в ноги головой. Словно обиделся.
Троица путников так и замерла, пораженно уставившись на сидевшего в странной позе «лесника». Что делать с «обидевшимся» полуэльфом, даже умудренный годами Кушегар не знал.
Наконец, после пяти минут бесплодного сидения егерь вскинул голову и, глядя на путников глазами, полными слез, жалостливо спросил:
– Ну, может, есть все же один Дед Мороз? Хоть самый завалящий?
– Да нету, – растерянно, даже чуть виновато развела руками Элви.
– О, горе мне! – тяжело вздохнул егерь. – Где же еще искать этого проклятого придурка?
Фэт и Кушегар переглянулись.
– Позвольте… – неуверенно начал Комод. – Но зачем вам нужен Дед Мороз?
– Убить его хочу, – не задумываясь, ответил егерь. Глаза задорно блеснули. – Вот этим вот топором.
– Убить? – переспросил удивленный донельзя Кушегар. – Но…
– А что «но»? Что? Эта «борода из ваты», значит, мою детскую мечту убила, а я ему елку наряжать должен да угощенье под нее класть? Бить, бить, бить – всех их бить!
– Кого – всех? – удивилась Элви. – Дед Мороз же один!
– Ошибаешься, – цокнул языком егерь. – Их сейчас столько развелось – только топор от крови отчищать успеваю!
Элви с Кушегаром поморщились, а Фэт расцвел:
– Во! И у меня такая ж проблема, каждый Новый год! Как полезут через трубу печную – только и считай их обухом по голове!
– Ну, – уважительно сказал егерь, – методы у каждого свои. Ты, видишь, черепа расшибать любишь, а я уж больше – рубить их, рубить! Зато скальпов у меня… – Полуэльф неожиданно резко вскочил на ноги и воскликнул: – А пойдем покажу? А? – он повернулся к волшебнице и барону.
– Пошли, конечно! – ответил за всех Фэт. – Жуть как интересно глянуть, что это за «скальпы» такие!
И они пошли.
Брызги летели во все стороны. Холодная жгучая вода. Сколько лет Валентин вот так запросто не окунался в ледяную тьму: махом, без раздумий, широко зачерпнув воздух ртом, бросался в пучину, чтобы через миг, отфыркиваясь, отплевываясь, с рыком вынырнуть бодрым, колючим – другим. Сколько?
Река, маленькая, но удивительно глубокая речушка с плеском принимала Валентина. Только что запыленное, соленое платье липло к телу, путалось в ногах. Вместе с грязью и потом с Небесного Странника сходили усталость и безразличие. Вода заливала нос, рот, уши, промывала глаза.
Нырок.
Если под водой открыть глаза, то далеко внизу будет поросшая водорослями темнота, а наверху – свет. Перекувырнуться и – все наоборот. Свет – тьма, тьма – свет, тьма… тьма… боль в груди… и теплый, заливающий глаза и легкие свет.
А вместе со светом родился смех.
Робко, кашляя, Валентин смеялся.
Все будет хорошо. К черту Небесную Канцелярию и вездесущее око, к черту! Он ступит на тайные тропы, он увезет Малышку далеко-далеко.
Далеко.
Свет – Тьма.
Цокот копыт.
Валентин выбежал слишком поздно.
Высокий стройный принц, соскочив с белого коня, обнял его Малышку. Их глаза встретились, молния, ревущее пламя – Вал не видел их, но знал: они есть – обрушившаяся дамба, ледяной поток, заливающий все… все.
Круг замкнулся. Половинки нашли друг друга.
Любовь навсегда.
Небесный Странник отвернулся и пошел прочь.
– Вал! Вал! – тоненький голосок. – Валентин! Постой, пожалуйста, постой, Вал!
Малышка бежала к нему.
Нечасто тролли читают энциклопедии, гоблины побеждают в гоблинбол, стражники заплетают ленточки, а златокудрые принцы получают отказ.
Почти что никогда.
Почти…
Не случилось подобного и в этот раз: Малышка, Валентинова Малышка, отдалялась от него, с каждой минутой теряя связь, которая могла окутать их, Небесного Странника и эльфийку, с головой – незримыми нитями…
Любви.
И зачем она бежала к нему, решившему, что, наконец, пришел и его час? Ее прощальный поцелуй в щеку означал не больше чем благодарность добропорядочной девушки за спасение. И в то же время поцелуй этот – не в губы, в щеку! – значил, что…
Все кончено. И ничего между ними быть не может.
Вздохнув, Вал полез за пазуху и вынул ручку и записную книжку. Полистал последнюю, что-то отыскивая, замер, только взглядом сбегая по строкам вниз, и, захлопнув ежедневник, громко хмыкнул. Хлопок – и Вал исчез, оставив мир Ленорр без собственного чуткого наблюдения.
Жил егерь в дубе.
Не в дупле, конечно.
Облюбованный им гигант был в семь обхватов, полый внутри (явно не обошлось без какой-нибудь особой, егерской, магии), с пологом, завешивающим вход.
В общем, весьма необычное место обитания.
Вместо ковров на полу и на стенах висели те самые «скальпы» дедов морозов.
У неподготовленного Фэта аж в глазах зарябило от этого хоровода красно-белых оттенков. Оказывается, скальп в понимании егеря – это красная шуба, штаны, сапоги, борода и шапка с помпоном. Кто бы мог подумать, что и тут все гениальное окажется так просто?
Мебели в жилище егеря не предусматривалось, поэтому путникам было предложено разместиться прямо на скальпах. И они, конечно, разместились.
– Ну, как вам? – Егерь сиял: впервые за многие годы его дом посетили гости!
– Уютно, – Фэт устало зевнул, – и тепло. Тебя, кстати, как звать?
– А вас? – Вопрос этот заставил говорящего в полуэльфе радушного хозяина отойти на задний план, уступая место подозрительному егерю.
– Я – Фэт, – ударил себя ладонью в грудь рыцарь. Удар сопроводило дребезжанье сидящей на нем кольчуги. – Это вот – Кушегар. А это – Элви.
– Ага, – медленно кивнул егерь, запоминая. И снова расплылся в странной улыбочке. – А я Шаман буду.
– Шаман? Волшебник, что ли?
– Ну, смотря что считать волшебством, – засмущался егерь.
– Давайте про магию потом, а? – взмолился Кушегар, которому совершенно не улыбалось наблюдать за трюкачеством полубезумного обитателя леса. – Ты лучше расскажи поподробней, чего тебе от Деда Мороза надо?
– Обманул он меня, – разом помрачнел Шаман. – Как сейчас помню: нарядили с мамою елку, пожрать ему оставили, под ней же… Я ему даже письма с голубями в Зимний[5 - Резиденция Деда Мороза.] отправлял – мол, подари мне, дедушка, топорик… А он, зараза, мало что под деревом все пожрал, елку вместе с домом спалил – так еще и топора никакого не принес!
– Да, история грустная! – посочувствовал Фэт.
– И ты теперь что, со всех Дедов Морозов встречных скальпы снимаешь, того ищешь? – спросил Кушегар.
– Точно! – просиял Шаман. – А того маньяка я еще найду, обязательно!
– Почему маньяка? – удивилась Элви.
Шаман обвел путников тяжелым взглядом и, вздохнув, начал…
– … и так я стал сиротой, – егерь печально склонил голову.
Путники молчали, не зная, что и сказать: Дед Мороз, герой сказок и притч, добрый дедушка, беззлобно хохочущий в сочельник над головами прохожих, на поверку оказался насильником и дебоширом.
И как после этого верить родителям, рассказывающим о «дружелюбном толстячке»?
– Вот такие… Тихо! – Шаман приложил палец к губам и замер, страшно скосив глаза в сторону полога; и без того длинные эльфские уши, казалось, подросли еще на пару дюймов.
Путники, решив, что лучше последовать совету хозяина, застыли, кто в какой позе сидел.
Несколько мгновений царила глупая тишина, словно все темы для разговоров разом закончились и каждый думает, чего бы еще сказать.
А потом Шаман сорвался с места и выскочил наружу.
Послышались удивленные крики, рычание и, как венец, обычная базарная ругань…
Шаман лежал чуть в сторонке и не подавал особых признаков жизни; только хилая грудь чуть поднималась и опускалась – видимо, полоумного егеря огрели по голове чем-то тяжелым.
Обидчики нашлись быстрее, чем Кушегар мог того ждать: неожиданный удар по ребрам отбросил его на пару шагов. Ударившись спиной о ствол соседнего с дубом дерева, барон потерял сознание и дальнейшего представления не видел.
Фэту повезло больше: он успел заметить двух молодых людей в зеленых балахонах, стоявших против входа в жилище Шамана.
После этого смотреть стало некогда – тут бы от ежиков убежать!
А кидали в него именно ежиками, живыми и очень колючими – это рыцарь успел разглядеть хорошо. И, если честно, ему не слишком верилось, что панцирь защитит его от необычных снарядов.
Проявив чудеса ловкости, Фэт сумел от двух «колючек» увернуться, а третью отбить палашом – рукоять того резко нагрелась, и лентяю стоило больших мук не отбросить меч в сторону. Похоже, у метательных ежиков как раз шел брачный период, оттого и прикосновение их было очень горячим.
Главное, чтобы спариваться в воздухе не начали, а то ускользнуть с линии обстрела будет ох как непросто!..
Найдя более или менее приличное дерево, ствол которого мог скрыть по меньшей мере двух Фэтов, рыцарь утер лоб платком. На ткани остались темные пятна.
– Во дела-то творятся, а? – пробормотал лентяй. – Вампиры, василиски, людоедка с котом говорящим, эта… Золотая… А теперь еще и сопляки какие-то ежами кидаются?!
Услышь последние Фэтовы слова Кушегар, он бы не упустил возможности осадить зарвавшегося деревенского увальня, которому самому едва за двадцать, а уже – туда же, юных за молодость порицать!
Однако барон отдыхал под сенью раскидистого вяза, а будить его ради нелепого уточнения – дело неблагородное и никому не нужное.
Поэтому Фэт крепче сжал рукоять палаша и шагнул… точнее, хотел шагнуть на поляну: сражение парней с Элви стремительно набирало обороты. Рыцарь не решился пока открываться, понимая, что появляться в разгар магической битвы у воюющих на твоих глазах магов – величайший накал страстей.
Начала схватки Фэт, конечно, не видел. А зря. Первым делом Элви заставила одного из хитрых метателей съесть собственного ежика – имевший глупость кинуть в волшебницу маленьким колючим существом им же и подавился. Элви убрала Зеркало[6 - Отражатель вражеской магии. В зависимости от разницы Стока и мастерства противоборствующих магов может быть эффективным (если выставляющий Зеркало сильнее) либо неэффективным (если сильней атакующие).] и, демонстративно отряхнув руки, пошла на второго.
Парень в зеленых одеждах понял наконец, что не всех можно уложить, пристукнув каким-нибудь тяжеленьким заклятием по голове. А в особенности не так просто совладать с очень талантливым «перевертышем» Института Низкого Волшебства, осваивающим параллельно заклинания из других специальностей.
Элви остановилась в пяти шагах от испуганного волшебника и, сложив руки на груди, поинтересовалась:
– Чего ж вы так с людьми-то?
– Они нам тебя искать мешали, – буркнул чародей и утер грязным рукавом сопливый щенячий нос.
– Искать? Как интересно! И зачем же?
– Ты будто сама не знаешь? – сощурился парень. Похоже, он решил, что убивать его не собираются, поэтому можно немножко нахамить… – «Из Института выдачи нет», помнишь?
– Помню. Только не для меня это правило.
– Ха! – усмехнулся почти искренне чародей. – Правила для всех, Элви! Ты не можешь выбирать, что тебе выполнять, а что нет. Да и я не могу, и даже сам ректор!
– Ты все такой же тупой, Гэстир! – сокрушенно покачала головой беглая волшебница. – «Выдачи нет»! А кому меня кто выдавал? Я ж сама убежала!
Гэстир хотел возразить, однако, не раскрывши еще рот, тут же его захлопнул: видимо, аргумент Элви заставил его серьезно пересмотреть свои действия. Хотя, может, он действительно не блистал умом?
– То-то же! – довольно подытожила волшебница и, лукаво подмигнув Гэстиру, щелкнула пальцами.
Фэт невольно отшатнулся назад: яркая вспышка света на мгновение ослепила его, а когда зрение вернулось, магов уже и след простыл. О том, что они вообще здесь были, напоминали только лежавшие каждый у собственного дерева Шаман с Кушегаром.
– Ах! – только и сказала Элви, прежде чем без чувств рухнула на землю.
Фэт удивленно выгнул бровь.
– Чего это с ней? – пробормотал он тихо.
– В дом ко мне тащи! – крикнул Шаман, потирая ушибленный затылок. – Сейчас разберемся!
Рыцарь бережно поднял почти невесомую волшебницу и, стараясь не споткнуться о выступающий корень или лежащий на дороге камень, понес ее в логово егеря.
Бледность на щеках Элви очень ему не нравилась.
– Эй, дружище! – Кто-то тормошил Пижона за плечи, словно душу пытаясь вытрясти. Хотя откуда ей у вампира взяться?
Открыв глаза, шулер первым делом сладко потянулся, как жирный холеный кот после крынки сметаны и сытого сна, а потом так и замер, с широко раскрытым ртом.
Перед ним сидел, наверное, сам ангел. Точнее, достаточно грязный ангел – светлые локоны засаленными сосульками спадали на плечи, белое платье посерело от пыли, а на лице – хотя к грязи эта деталь не имеет никакого отношения, но все равно для слуги небесного неприемлемо – топорщилась двухдневная щетина.
Впрочем, все эти мелочи не мешали узнать в нем слугу Божьего: исходило от вновь прибывшего странное внутреннее сияние. Не видное взгляду, но очень хорошо ощущаемое сердцем.
Ангелу, похоже, что-то во взгляде Пижона не понравилось, поэтому он нахмурился и строго заметил:
– Нечего пялиться, кровосос! Я сюда прилетел не платьем грязным хвастать!
– А зачем же тогда? – вампир уже немного пришел в себя, даже мог задавать вопросы. – Прилетел – значит, надо чего-то, так ведь?
– Да, надо, – печально вздохнул ангел. – Но сначала скажи – ты все еще любишь ее?
– Кого? – удивился Пижон. Ему и в голову не могло прийти, что обитатель Поднебесья прекрасно осведомлен и о нем, и о его любимой Элви. И уж конечно, он не догадывался, что пару часов назад этому немытому типу в платье отказала любимая им девушка – очередное сложнейшее задание Небесной Канцелярии в Ленорре. Задание, к слову, он почти провалил и, если бы не отказ возлюбленной, ангел пошел бы с протянутой рукой по не слишком дружелюбно настроенному миру. Зато с Ней на пару, с Единственной…
– Да будет тебе, Пижон! Нам с тобой еще из тебя человека делать, а ты затрудняешь, так сказать, процесс! – натянуто улыбнулся ангел. – Но – понимаю, понимаю… У вас сначала познакомиться надо, пуд соли на двоих, одна кровать и все такое… Короче, Валентин я, – старший купидон Небесной Канцелярии утер испачканную ладонь о платье и протянул ее картежнику.
– Пижон, – представился узник голема, руку эту пожимая.
– Знаю я твое имя, сам успел убедиться, – кивнул Валентин. – И о задании твоем знаю… обо всех семи. Жаль только, что мне не по силам тебя в человека обратить… Придется, значит, с тобой оставшиеся четыре шастать.
– Слушай, ты, кто ты вообще такой? – не выдержал Пижон. – И откуда ты все обо мне знаешь, а? Уж не из старых ли моих кредиторов?
– Кредиторов? – усмехнулся Валентин. – Их всего двое в живых осталось – Ларри Скользкий да Хью Крюк, но первый год как сошел с ума и лежит в Желтом доме, а второго с минуты на минуту вздернут на рее собственные матросы… Так что не беспокойся – денег с тебя требовать не буду!
– Ладно, – немного успокоился вампир: новость о близкой кончине сквалыги Хью его нисколько не расстроила – напротив, он был очень рад. – Но все равно – кто ты такой, как обо мне узнал… Если тебе чего-то так сильно от меня надо, что ты, как есть, грязный и небритый, летишь ко мне черт знает откуда, я думаю, ты не откажешься рассказать немного о себе?



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 [ 9 ] 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.