read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



мил овсом из своей высокой собольей шапки татарскую кобылу? А кривоносый
хан величаво сидел в седле, покрякивал и щекотал брюхо коню. Или с того,
что гетман Жолкевский поселился с гайдуками в Борисовском Дворе, мял
московских боярынь на великокняжеских перинах и бряцал в карманах го-
родскими ключами? А Грозный вонзал в холопьи ступни четырехгранное ост-
рие палки, полученной некогда Московскими великими князьями от Диоткрима
и переходившей из рода в род как знак покорности. Мало? Ну, тогда напос-
ледок погордимся еще царем Василием Ивановичем Шуйским, которого самоз-
ванец при всем честном народе выпорол плетьми на взорном месте.

13
- Владимир Васильевич! Владимир Васильевич!
Я оборачиваюсь.
- Здравствуйте!
Товарищ Мамашев приветствует меня жестом патриция:
- Честь имею!
Он прыгает петушком вокруг большой крытой серой машины.
- Хороша! Сто двадцать, аккурат, лошадиных сил.
И треплет ее по железной шее, как рыцарь Ламанческий своего во-
инственного Росинанта.
Шофер, закованный в кожаные латы, добродушно косит глазами:
- Двадцать сил, товарищ Мамашев.
Товарищ Мамашев выпячивает на полвершка нижнюю губу:
- Товарищ Петров, не верю вам. Не верю!
Я смотрю на две тени в освещенном окне третьего этажа. Потом закрываю
глаза, но сквозь опущенные веки вижу еще ясней. Чтобы не вскрикнуть,
стискиваю челюсти.
- Ну-с, товарищ Петров, а как...
Мамашев пухнет:
- ...Ефраим Маркович?
- В полном здравии.
- Очень рад.
Я поворачиваюсь спиной к зданию. Спина разыскивает освещенное окно
третьего этажа. Где же тени? Где тени? Спина шарит по углам своим непо-
мерным суконным глазом. Находит их. Кричит. Потому что у нее нет челюс-
тей, которые она бы могла стиснуть.
- Ну-с, а в Реввоенсовете у вас все, товарищ Петров, по-старому - ни-
каких таких особых понижений, повышений...
Товарищ Мамашев - снижает голос на басовые ноты:
- ...назначений, перемещений? По-старому. Вчера вот в пять часов утра
заседать кончили.
- Ефраим Маркович...
Метропольская вертушка выметает поблескивающее пенсне Склянского. То-
варищ Мамашев почтительно раскланивается. Склянский быстрыми шагами про-
ходит к машине.
Автомобиль уезжает.
Товарищ Мамашев поворачивает ко мне свое неподдельно удивленное лицо:
- Странно... Ефраим Маркович меня не узнал...
Я беру его под локоть.
- Товарищ Мамашев, вы все знаете...
Его мягкие оттопыренные уши краснеют от удовольствия и гордости.
- Я, товарищ Мамашев, видите ли, хочу напиться, где спиртом торгуют,
вы знаете?
Он проводит по мне презрительную синенькую черту своими важными глаз-
ками:
- Ваш вопрос, Владимир Васильевич меня даже удивляет...
И поднимает плечи до ушей:
- Аккурат знаю.

14
Товарищ Мамашев расталкивает "целовальника":
- Вано! Вано!
Вано, в грязных исподниках, с болтающимися тесемками, в грязной сит-
цевой - Цветочками - рубахе, спит на голом матраце. Полосатый тик в гни-
лых махрах в провонях и в кровоподтеках.
- Вставай, кацо!
Словно у ревматика, скрипят ржавые некрашеные кости кровати.
Грозная, вымястая, жирношеяя баса скребет буланый хвост у себя на за-
тылке.
- Толхай ты, холубчик, его, прохлятого супруха моего, хрепче!
Черный клоп величиной в штанинную пуговицу мечтательно выползает из
облупившейся обойной щели.
Вано поворачивается, сопит, подтягивает порты, растирает твердые, как
молоток, пятки и садится.
- Чиго тибе?.. спирту тибе?.. дороже спирт стал... хочишь бири, хо-
чишь ни бири... хочишь пей, хочишь гуляй так. Чихал я.
Он засовывает руку под рубаху и задумчиво чешет под мышкой. Волосы у
Вано на всех частях тела растут одинаково пышно.
Мы соглашаемся на подорожание. Вано приносит в зеленой пивной бутылке
разбавленный спирт; ставит прыщавые чайные стаканы; кладет на стол луко-
вицу.
- Соли, кацо, нет. Хочишь ешь, хочишь ни ешь. Плакать ни буду.
Вано видел плохой сон. Он мрачно смотрит на жизнь и на свою могучую
супругу.
Я разливаю спирт, расплескивая по столу и переплескивая через край.
В XIII веке водку считали влажным извлечением из философского камня и
принимали только по каплям.
Я опрокидываю в горло стакан. Захлебываюсь пламенем и горечью. Грима-
са перекручивает скулы. Приходится оправдываться:
- Первая колом, вторая соколом, третья мелкой пташечкой.
На пороге комнаты вырастают две новые фигуры.
Товарищ Мамашев прижимает руку к сердцу и раскланивается.
У вошедшего мужчины широкополая шляпа и борода испанского гранда. Она
стекает с подбородка красноватым желтком гусиного яйца. Глаза у него
светлые, грустные и возвышенные. Нос тонкий, безноздрый, почти просвечи-
вающий, фолиантовая кожа впилась в плоские скулы. Так впивается в руку
хорошая перчатка.
На женщине необычайные перья. Они увяли, как цветы. В 1913 году эти
перья стоили очень дорого на Rue de la Paix [4]. Их носили дамы, одеваю-
щиеся у Пакена, у Ворта, у Шанеля, у Пуарэ. На женщине желтый палантин,
который в прошлом был той же белизны, что и кожа на ее тонкокостном те-
ле. Осень горностая напаминает осень березовых аллей. Женщина увешана
"драгоценностями". В дорогих оправах сияют фальшивые бриллианты.
Чувствуется, что это новые жильцы. Они похожи на буржуа военного време-
ни. Вошедшая одета в атлас, такой же выцветший, как и ее глаза. Венеци-
анские кружева побурели и обвисли, как ее кожа. Еще несколько месяцев
тому назад эта женщина в этом наряде, по всей вероятности, была беско-
нечно смешна. Сегодня она трагична.
Товарищ Мамашев приветствует "баловня муз и его прекрасную даму".
Слова звучат как фанфары.
Женщина протягивает пальцы для поцелуя, "баловень муз" снимает ис-
панскую шляпу.
Вано ставит на стол зеленую бутылку.
Я пью водку, закусываю луком и плачу. Может быть, я плачу от лука,
может быть, от любви, может быть, от презренья.
"Баловень муз" делает глоток из горлышка и выплевывает. Кацо обязан
знать, что прадед поэта носил титул "всепьянейшества" и был удостоен
трех почетнейших наград: "сиволдая в петлицу", "бокала на шею" и
"большого штофа через плечо"!!
Вано приносит бутылку неразведенного спирта.
Я закрываю лицо и вижу гаснущий свет в окне третьего этажа. Я зажимаю
уши, чтобы не слышать того что слышу через каменные стены, через площадь
и три улицы.
Дверь с треском распахивается. Детина в пожарной куртке с медными пу-
говицами и с синими жилами обводит комнату моргающими двухфунтовыми ги-
рями. У детины двуспальная рожа, будто только что вытащенная из огня.
Рыжая борода и рыжие ноздри посеребрены кокаином.
"Баловень муз" интересуется моим мнением о скифских стихах Овидия. Я
говорю, что Назон необыкновенно воспел страну, которую, по его словам
"не следует посещать счастливому человеку".
Мой собеседник предпочитает Вергилия. Он нараспев читает мне о волах,
выдерживающих на своем хребте окованные железом колеса; о лопающихся от
холода медных сосудах; о замерзших винах, которые рубят топором; о целых
дубах и вязах, которые скифы прикатывают к очагам и предают огню.
Я лезу в пьянеющую память и снова выволакиваю оттуда Назона. Его
"конские копыта, ударяющие о твердые волны", его "сарматских быков, ве-
зущих варварские повозки по ледяным мостам". Говорю о скованных ветрами
лазурных реках, которые ползут в море скрытыми водами; о скифских воло-
сах, которые звенят при движении от висящих на них сосулек; о винах, ко-
торые - будучи вынутыми из сосудов - стоят, сохраняя их форму.
В конце концов мы оба приходим к заключению, что после латинян о Пуш-
кине смешно говорить даже под пьяную руку.
"Баловень муз" мычит презрительно:
Зима... Крестьянин торжествуя...
На дровлях... обновляет... путь...
Его лошадка... снег почуя...
Плетется рысью как-нибудь...
Товарищ Мамашев спит рядом с могучей вымястой бабой на голом, в про-
вонях, матраце. Женщина в увядшем горностае роняет слезу о своем друге



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 [ 9 ] 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.