read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Санта-Клары, жил с ним по соседству в общежитии и, кажется, был
единственным, с кем Джон дружил в команде пловцов.
- Добрый день, мистер Романько, - поздоровался Лоусон. - Вы, верно,
хотели бы что-то узнать о Джоне? Право, не уверен, смогу ли быть вам
полезен.
Я увлек Лоусона по коридору подальше от бдительного ока полиции. По
бесконечным переходам под трибунами олимпийского стадиона мы выбрались на
площадь. Она, как обычно, кишела народом, ветер надувал разноцветные
"паруса" огромных шатров, натянутых над временными кафе, почтовой и
справочной службами. Мы прошли мимо "человека-оркестра", не задерживались
возле "ангела" с двухметровыми крыльями, оклеенными серебристой фольгой. В
дальнем конце парка выбрали свободное местечко на лужайке и сели,
подставляя лицо горячему июльскому солнцу.
- Вы встречались с Джоном в тот день? - спросил я.
- Конечно. Мы вместе плавали. Но Джон закончил раньше, кажется,
почувствовал легкое недомогание. Такое бывает, когда ты в хорошей форме.
Потом обедали вместе в олимпийской деревне. Больше мы не виделись. А потом
- эта чудовищная новость...
- Вы тоже тренируетесь у Маккинли?
- Нет, - жестко, почти с ненавистью отрезал Лоусон.
- Но он - лучший тренер не только в вашем университете... - сказал я,
хотя и видел, как неприятен Лоусону разговор о Маккинли. - Почему же вы?..
- Почему же я тренируюсь не у него? Вы об этом хотите спросить меня,
не правда ли? - Лоусон хмуро посмотрел на меня. - Отвечу: я ненавижу
Маккинли за то, что спортсмен для него - лишь подопытный кролик.
- Если хочешь достичь большего... - начал было я, но Лоусон резко
оборвал меня.
- Мне неприятен этот разговор, мистер Романько. Я согласился с вами
встретиться только потому, что Джонни высоко ценил вас. И еще потому, что
знаю - вы сами в прошлом пловец, надеялся, что мы найдем общий язык.
Извините, но больше ничего нового я сообщить не могу. - Он поднялся.
- Подождите, Генри. Не сердитесь на меня. Я хочу в этой истории
разобраться. Джонни кое-чем поделился со мной, но, боюсь, не всем, что мог
бы рассказать о Маккинли.
Лоусон заинтересованно посмотрел на меня.
- Словом, я сомневаюсь, что Джонни попал в автомобильную
катастрофу...
- Вы тоже? - вырвалось у Лоусона, но он тут же овладел собой. -
Почему же?
- Это - долгая история. Я пока лишь собираю факты. Скажите, Генри:
Крэнстон, как всегда, был спокоен в этот день?
- Нет. Он показался мне рассеянным, отвечал невпопад. Явно был чем-то
озабочен. Я не придал атому значения - все мы перед стартом чуть-чуть не в
себе. Но мне бросилось в глаза другое - нервничал и Маккинли. Я застал его
в раздевалке, когда он курил. Это невероятно! Маккинли, который печется о
своем здоровье, словно английская королева, и вдруг - закурил!
- Что вы имели в виду, когда сказали, что Маккинли относится к
спортсмену, как к "подопытному кролику"? Его тренерские новшества?
- Не только и не столько. Я, если хотите, противник этой безудержной
химизации спорта...
- Да, но история с Мондейлом, если вы это имеете в виду, лишь
временно бросила тень на Маккинли.
- Конечно же, Маккинли не так глуп, чтобы сломать себе шею на
допингах, для определения которых уже создана аппаратура. Но разве мало в
мире рождается средств, о существовании которых никто еще и не
догадывается?..
- Так вы считаете...
- Нет, я ничего не считаю! Я поделился лишь догадками.
- Спасибо, Генри. Я оставлю вам свой номер телефона. Если у вас
что-то еще возникнет в памяти, не сочтите за труд, позвоните. - Я вытащил
из нагрудного кармашка кусочек белого лощеного картона и написал рядом с
киевским номер моего монреальского телефона. И вдруг подумал: вот так же я
давал свою карточку Джонни, он взял ее и на прощание помахал мне рукой...
- О'кей, мистер Романько! - сказал Лоусон и взмахнул рукой.
Я опустился на траву, подложил под голову сумку с фотоаппаратурой и с
удовольствием вытянулся во весь рост.
Где-то шла олимпиада, кипели страсти, кто-то радовался, кто-то
плакал, а мне хотелось закрыть глаза и забыться, ибо голова моя шла кругом
от множества непонятных, но таивших в себе скрытый смысл фактов.
Когда, наскоро пообедав, я открыл ключом, подвешенным на одной
тесемке с "ладанкой", свой бокс в пресс-центре, первое, что мне попало в
руки, был белый конверт без марки, на котором красивым каллиграфическим
почерком было выведено: "Мистеру О. Романько". Это не могло быть
приглашением на прием - на тех конвертах имя отстукивают на машинке; не
напоминал конверт и одно из "посланий", которыми засыпали нас
"доброжелатели", начинавшие обращения традиционным бандеровским "друже"...
Это было письмо, которого я не ожидал, но, вне всякого сомнения,
адресованное мне.
В конверте лежал листок, наскоро вырванный из блокнота. Развернув
его, я прочел:
"Уважаемый мистер О.Романько! Я пыталась дозвониться к Вам по
телефону, номер которого любезно предоставил мне Генри Лоусон, но увы...
Мне крайне необходимо с Вами поговорить о Дж. Крэнстоне. Буду вам очень
признательна, если сегодня, в любое время, начиная от 14:00, Вы позвоните
ко мне в отель "Шератон".
Джейн Префонтейн".
Я взглянул на часы: было пять без двадцати. Через час я должен сидеть
в ложе прессы олимпийского стадиона и наблюдать за финалом стометровки. Не
мог же я пропустить забег с Валерием Борзовым, хотя бы потому, что любил
его не только за его золотые медали, не только за умение распоряжаться
собственными силами. Он импонировал мне выдержкой, воспитанностью,
какой-то особой элегантностью, с которой нес нелегкое чемпионское бремя,
никогда не опускаясь до дешевого панибратства, но в то же время оставаясь
простым и доступным.
Отель "Шератон" - пристанище титулованных особ, представителей
влиятельных фирм - от японского "Кэнона" до американской "IBM",
слетевшихся в Монреаль делать бизнес на олимпиаде, кинодив, призванных
украшать официальные ложи, и прочих вельможных мистеров и мисс - был в
десяти минутах ходьбы от пресс-центра и отличался от новомодного гиганта
из стекла и стали "Холлидейинн", ставшего отелем номер один в столице
Олимпийских игр, викторианской добропорядочностью, почти домашним уютом и
невероятно высокими ценами. Уже одно то, что Джейн Префонтейн
расположилась в "Шератоне", вызвало во мне чувство отчуждения, хотя я ни
разу не видел девушку Крэнстона и уж тем более не слышал о ней ничего
дурного. Но известно: чаще всего не мы управляем чувствами, а они нами, и
не всегда наши чувства - лучший советчик, особенно когда нужно принять
решение.
Не могу объяснить почему, но у меня не возникло желания встречаться с
Джейн. Лишь теперь, задним числом ревизуя свое поведение в те дни, я
пришел к выводу, что причиной тому, конечно же, был не отель "Шератон";
скорее всего я смалодушничал, решив избавить себя от вида женских слез.
Что могла добавить нового к тому, что я уже знал, Джейн Префонтейн, ведь в
тот день она была за многие сотни миль отсюда и ничего не ведала о
последних минутах Джонни.
Приняв решение, я облегченно захлопнул металлическую дверцу бокса под
номером 2804, бросил письмо Джейн в сумку вместе с разноцветными листами
информационных сообщений и направился в большой зал, уставленный пишущими
машинками. Мой столик с русской "Оливетти" был последним в ряду, что
создавало иллюзию относительной отгороженности от остальных журналистов,
выстукивающих на машинках очередные опусы, жующих бутерброды и отчаянно
дымящих всеми табаками мира, беззаботно болтающих или отрешенно взирающих
на экраны цветных телевизоров внутренней олимпийской телесети.
Я тоже сел, открыл машинку, заправил чистый лист бумаги.
Отсюда, с высоты двадцать шестого этажа, Монреаль был похож на
огромный человеческий улей. Взгляд мой остановился на темно-коричневой
громаде "Шератона"...
- Мистера Олеха Романьо приглашают к телефону, - раздался чистый
девичий голос, так чудовищно перевравший мою фамилию, что я не сразу
сообразил, что вызывают меня.
- Пожалуйста, мистер Романьо, - повторила дежурная телефонистка,
когда я подошел к стойке. - Кабина номер шесть. Благодарю вас!
- Спасибо, - пробормотал я, раздосадованный столь ранним звонком из
Киева.
- Алло, Киев! - крикнул я в трубку. - Алло!
- Это мистер Романько?
- Да, да, девушка, - ответил я. - Меня вызывает Киев.
- Мистер Романько, с вами говорит Джейн Префонтейн. Вы слышите меня?
Краска стыда залила мне лицо, я почувствовал себя так, словно меня
окунули в кипяток.
- Добрый день, Джейн... Я собирался позвонить вам позже.
- Вы сейчас очень заняты? Очень заняты? - взволнованно повторила она.
- Я должен быть на стадионе, принципиальный забег на сто метров,
бежит мой приятель, - лепетал я, понимая, что горожу чушь, но не мог
остановиться. - Меня ждет в пресс-центре... Мы должны вместе брать
интервью...
- Извините, - голос Джейн стал холодным.
- Послушайте, Джейн, - сказал я решительно. - Через десять минут
ждите меня в холле отеля, справа от входа, у цветочного киоска.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 [ 9 ] 10 11 12 13 14 15 16 17
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.