read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



пять сеголеток. Семьдесят три. Эт-точно.
Мы сели завтракать, но мне уже не сиделось. Потянуло в Псебай. Если
красные партизаны достигли Лабинской, значит, они проходили через наш
поселок. Дома у нас должны быть вести от Кухаревича. Но прежде нам
предстояло проверить еще раз умпырских зверей и посчитать их, сколь это
возможно, в условиях пышного лета, когда все скрылось в густой листве.
Пять дней мы ездили по мокрой траве альпики, по размягшему от воды
березовому высокогорью. От бинокля уставали глаза. Одежда наша не просыхала,
дожди шли и шли, усложняя и без того трудную задачу. Может быть, как раз эти
дожди и помогли природе так скоро управиться с заразной болезнью? Отмытые
молодые травы, отмытая земля, камни. Вся грязь ушла мутными потоками вниз.
Вселенская природная стирка... В четырех умпырских стадах мы не обнаружили
больных зубров! Подсчету в такое время я не особенно доверял, но цифры
настраивали на благодушие: девяносто два зубра, из них семь молодых. Ящур
унес из стада более двух десятков зверей.
А что на востоке?..
Шапошников со своей дружиной все еще не возвращался. Впрочем, егеря
могли миновать Умпырь и пройти назад прямиком на Псебай.
До Уруштена ехали вместе с Задоровым.
В караулке возле устья Уруштена кто-то ночевал. Теплая зола кучей
лежала в печи. Пахло человеческим духом. Мы оглядели землю. Следы кованых
копыт во множестве усеивали плешины в траве и уходили вверх на затяжную
трону к горе Джур.
- Я по ней к вам добирался, - сказал Борис. - Ничего такого не заметил.
Поеду еще раз, выясню, кто такие.
- Нет, - твердо сказал я. - Не надо нарываться на опасность. Едем в
Псебай, оттуда слетаешь на Хамышки, передашь письмо жене Алексея Власовича -
и на Кишу.
Еще недоставало, чтобы Задоров столкнулся с бойцами Саши Кухаревича!
Следы-то оставили они, когда отступали. Это ясно.
По изрытой дождями дороге мы пошли рысью.
Когда Борис Артамонович вырвался вперед, нельзя было не улыбнуться.
Драный бушлат, видавшая виды шапка, засаленные штаны. Совсем обносился. За
свой тяжкий труд он, как и все мы, не получал ни жалованья, ни довольствия.
Ни разу никто из нас не услышал от него жалобы или упрека. Напротив, он
постоянно искал дело потрудней и брался за любую работу.
Завидно цельный и красивый характер. Под стать его доброй и красивой
внешности.

"3"
В простенке нашей большой комнаты снова висела карта европейской части
России, и выбритый, чистый, немного помолодевший отец, мурлыкая что-то в
прокуренные усы, всякий раз, как получал газету, подходил к этой карте и
переставлял булавки с синим шнурочком, обозначавшим фронты.
Москва уже не находилась в кольце фронтов.
- Вот так-с, - произнес он торжественно, когда мы с Задоровым
поздоровались и обнялись с ним, а Мишанька, уставший прыгать возле меня,
занялся красивыми камешками, которые я привез ему с перевала Балканы. -
Немцы изволили бежать из Украины и других мест государства нашего. А
господину Антону Ивановичу Деникину приходится отходить восвояси на юг.
Похоже, Красная Армия сейчас единственная сила, способная отбросить и
добровольцев, и немцев, и Колчака от матушки-Москвы! Поверьте старому
офицеру: воина идет на убыль. Пора, пора заняться обычными трудами...
Ни Дануты, ни мамы дома не оказалось. На мой вопрос, где они, отец
ответил не сразу, как-то подозрительно оглядел из-под седых бровей Задорова
и, только когда я повторил вопрос, тихо сказал:
- У нас тут, в некотором роде, госпиталь. Они там...
- Кто в госпитале? - Впрочем, я уже догадывался.
- Четверо бойцов твоего друга.
- А Саша?
- Был. Уехал. Тебе письмо. Сейчас дать?
Письмо написано в спешке, карандашом. "Жаль, не застал тебя. Мы на
старом месте. Командование решило дать бой, упредив выступление офицерских
рот. Мы шли через Даховскую. Мой батальон задачу выполнил, но удержаться не
удалось. Отходили через Псебай, оставили раненых. Твоя жена - молодец! Мы
еще встретимся!"
Его батальон... Трудно представить философа, пожирателя книг в роли
командира батальона! Вот что делает с людьми война. Скажи я Саше такие
слова, он немедленно поправил бы: "Классовая война".
Пока я читал, Задоров сидел на диване. Глянул на него - уже спит.
Тихонько сказал отцу:
- Подбери для Бориса одежду, обувь, белье. И не буди, пожалуйста. Пусть
поспит, пока я схожу в госпиталь. Устроим баньку.
На нашей улице, почти в самом конце, стоял обветшалый дом. В нем жила
одинокая, старая женщина, наша приятельница. Вот у нее-то на отшибе и
положили раненых бойцов. Ухаживали за ними Данута с мамой, хозяйка дома и
сосед по фамилии Терлецкий, пожилой человек, потерявший на войне двух
сыновей.
Никто не удивился, когда я вошел в дом, уставленный топчанами, никто не
выказал шумной радости, обычной при встречах. Слишком большая человеческая
боль наполняла этот дом. Данута, осунувшаяся, скорбная, поцеловала меня
сухими губами. Мама молчком вытерла слезы, погладила по плечам.
Два бойца казались безнадежными. Данута всматривалась в их желтые лица
и тихо советовала женщинам, что делать и какое лекарство дать.
- Опасно им тут, - сказал я Дануте, когда мы вышли.
- А где еще? Где не опасно? Саша хотел везти их в горы, но как везти? И
что там, в горах? Тут хоть покой. Кое-что из лекарств. По крайней мере, двое
могут подняться.
- Ты измучилась?
Она не ответила. Только вздохнула. Такого строгого, озабоченного лица я
еще не видел у нее.
Мы молчали. Вдруг она тряхнула головой, улыбнулась и спросила уже
другим голосом:
- Сынок не хвастался, как он читает-пишет? Нет? Значит, просто не
успел. А готовился!.. Он у нас очень, очень способный! Скоро в школу, если
ничего не произойдет.
Война ее беспокоила. Войны она боялась, как и все женщины. Только краем
прошла война мимо Псебая, а сколько горя и крови!
- Шапошникова ты не видел? - вдруг спросила она. - Заходил третьего
дня.
- Рассказывал что-нибудь? - Это известие принесло мне облегчение.
Вернулся, значит, из восточных районов.
- Ни слова. Мрачный и замкнутый. Как тот раз.
- Похоже, что на той границе заповедника плохо. Иначе он разговорился
бы.
По улице навстречу нам ехала-бренчала очень знакомая тележка. Серый
конь пританцовывал, картинно выгибал шею на туго натянутых вожжах. Ванятка
Чебурнов, колченогий. Проехал - и не глянул.
- Куда это он? - забеспокоилась Данута.
Она все время оглядывалась: остановится у того дома или проедет? Рука
ее просто окаменела в моей руке. Вот Чебурнов уже против дома, смотрит на
окна. Не остановился. Мы уже стояли у своих ворот, когда серый конь
промчался мимо, возвращаясь из загадочной пробежки. И снова Ванятка даже
бровью не повел. Плохо.
Борис Артамонович все еще спал, неловко свалившись на сторону. Перед
ним лежала горка отглаженной одежды.
Мы с Данутой затопили баню. Теперь можно будить приятеля. Я только
дотронулся до плеча Бориса, как он уже открыл глаза.
- В баню, - сказал я. - Бери белье, веники на месте. Пошли.
Смущенно посмотрел он на приготовленное белье, вздохнул, взял и,
сказавши: "Я ваш должник", шагнул за мной.
Мы вернулись, сели ужинать. Отец выставил оплетенную бутыль с домашним
вином, налил бокалы.
- За здоровье всех, кто пролил свою кровь! - сказала Данута.
Борис Артамонович удивленно оглядел нас, но расспрашивать не стал,
выпил. И пока мы ужинали, он все посматривал то на меня, то на Дануту. Мы
понимали отшельника: завидовал нашему семейному счастью и думал о своем
одиночестве. В такие-то годы...
Шапошников все не шел. Тогда я отправился к нему.
Христофор Георгиевич уже ложился спать, был в одной рубахе, поглаживал
рыжеватые волосы на могучей груди. Сели. Он уперся взглядом в мои глаза и
добрые полминуты молчал. Сказал, наконец:
- Нету восточного стада. Погибли зубры.
- Ящур?
- Пули браконьеров. Был, конечно, и ящур. Но стадо угодило в зону
военных действий, вот в чем дело. Казаки прочесывали горы, искали красных,
будто бы отступивших туда из-под Невинки. Нарвались на стадо, второе.
Началась стрельба. Им удалось загнать зверя в ущелье - и пошла потеха!
Считаю, погибло десятка полтора. Мы подъехали, когда пир горой. Уж так
довольны добычей, что и о красных забыли! Нас арестовали, я ихнего
полковника и так и этак крестил, а им смешно. Не понимают. Зверь-то,
говорят, дикий. Дикий! А я ругаюсь. Вроде ненормальный. Так со смехом отдали
нам винтовки, коней - валяйте, мол, дурачки, на все четыре стороны! Ужасно
обидно... Трех зубров всего нашли и с великим трудом пригнали за Лабу.
Я слушал и думал, что своим "упреждающим" налетом на Лабинскую, на
Майкоп, Красная Армия, возможно, спасла Кишу и Умпырь от такой же участи.
- Где же те три зверя?
- Между Бескесом и Лабой.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 [ 81 ] 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.