read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



с какими людьми ты встречаешься.
- О, мы действительно встречаемся с уймой людей. Мы наряжаемся и ездим
по приемам, где все время стоишь, а вокруг такой шум, что собственного
голоса не слышно. Мы бываем на торжественных обедах, сидим на сквозняках,
слушаем длинные напыщенные речи. Мы действительно очень заняты. Но только
в Париже мы жили куда веселее, когда ты швырял в меня ботинками и обзывал
потаскухой.
Стефен расхохотался, но Дженни была несколько шокирована, а Глин явно
рассердился:
- Ты несправедлива, Анна. Мы теперь стали старше. У нас есть
определенное положение в обществе, определенные обязательства и,
следовательно, определенные обязанности. - Он повернулся к Стефену. - А
вот ты... ты ведешь неправильный и притом вредный для тебя образ жизни. Мы
должны вытащить тебя на свет божий.
- В самом деле? - с улыбкой заметил Стефен. - Интересно, как же вы за
это приметесь?
- Обеспечив тебе то признание, которого ты заслуживаешь.
Стефен покачал головой: слишком уж назидательным был тон Глина.
- Если б кто-нибудь сказал тебе такую гнусность двадцать лет назад, ты
бы стукнул его по уху. Мне не нужен успех. У меня нет на это времени.
Успех, особенно успех у публики, сковывает дух. Я же могу всецело отдаться
моей работе, потому что уже не жажду его.
- Послушай, Десмонд, - несколько запальчиво начал Глин. - Давай
подойдем к этому вопросу разумно, без излишней горячности. Оставим публику
в покое... никто не намерен принуждать тебя писать в угоду публике. Но
неужели ты хочешь сказать, будто тебе безразлично, что думают о твоей
работе люди, действительно в этом понимающие, например твои собратья по
искусству?
- Ни один художник не должен заботиться о том, чтобы снискать похвалы
или хотя бы одобрение своих коллег. Его работы должны прежде всего
удовлетворять его самого.
- Вот как! Значит, ты не хочешь никому показывать свои картины?
- Вначале я страстно хотел показывать их людям, добиться признания,
славы. Сейчас же мне это безразлично. Я не хочу ничего продавать. Я люблю
свои картины, мне доставляет удовольствие иметь их под рукой, перебирать
их, трогать. Достаточно того, что я сам знаю, чего они стоят.
- Черт побери! Но человек не может не жаждать признания.
- Хвала, как и хула, способны лишь мимолетно затронуть того, чье
преклонение перед красотой делает его самым суровым критиком своих работ.
И не ругай меня за эти слова. Их сказал не я, а Ките.
Глин хотел было разразиться возмущенной отповедью, но сдержался и стал
набивать трубку. Однако, раскуривая ее, он дал себе слово не отступаться
от своего намерения и непременно выполнить его. И уже другим, более мягким
и примирительным тоном сказал:
- Во всяком случае, ты не можешь не признать, что последнее время стал
совсем отшельником. Нехорошо человеку подолгу быть одному.
- Ну, а если этот человек работает?
- Я ведь тоже работаю. Однако мне приходится довольно много бывать в
разных местах. Это не всегда удобно, но ничего не поделаешь. И, откровенно
говоря, мне это стало даже нравиться. Вечером я встречаюсь со своими
коллегами у Фраскати, заглядываю в "Гаррик-клуб", посещаю заседания
академических комиссий. Мне кажется, тебе давно пора выбраться из твоей
норы. У меня как раз есть два билета в "Ковент-Гарден". Там в четверг дают
"Дон Жуана". Мне прислала их мадам Леман - помнишь, я писал ее портрет в
прошлом году. Пойдешь со мной?
Стефен медленно покачал головой. Слово "нора", которое употребил Глин,
показалось ему неуместным и обидным.
- Я пятнадцать лет не был в театре.
- В свое время ты любил туда ходить.
- Сейчас я слишком занят.
- Какая ерунда! Я настаиваю. А потом мы поужинаем в "Кафе Ройял".
- Конечно, пойди, Стефен, - принялась уговаривать его Дженни. - Это
будет для тебя приятным отдыхом.
Стефен посмотрел сначала на одного, потом на другую не без легкого
раздражения: видно было, что он дороже всего ценит свою свободу, что
малейший намек на принуждение, на необходимость терпеть чье-то присутствие
выводит его из равновесия. Он слишком хорошо знал себя, свои вечные
опасения и страх перед неизвестным, подстерегающим его за углом, и искал
спасения в этом затворничестве, за которое его так порицал Глин, забываясь
в работе, в счастливой безвестности своей жизни вдвоем с Дженни. Он уже
готов был отказаться от приглашения, но сегодня он особенно хорошо
потрудился, и редкостное удовлетворение работой, желание доставить
удовольствие жене и Глину побудили его отступить от своих правил.
- Хорошо, - сказал он. - Я пойду.
- Отлично, - обрадовался Глин и с довольным видом кивнул.



2
Спектакль в "Ковент-Гарден" окончился, и зрители выходили из здания
оперы на прохладный свежий воздух. Для Стефена, так редко выбиравшегося из
дому, этот вечер и в самом деле оказался приятным развлечением: его не
столько пленили изящные мелодии Моцарта - ибо, как человека чисто
зрительного восприятия, его почти не трогала музыка, - сколько увлекли
наблюдения за ее "облагораживающим" влиянием на Глина: подмечая, что в
антрактах публика поглядывает на него и узнает, он держался, несмотря на
живописную богемную внешность (а был он в плисовой куртке, серой рубашке и
красном галстуке - одеянии, резко выделявшемся среди окружающих черных
фраков и белых манишек), с достоинством академика, который может
потребовать пятьсот гиней за поясной портрет и настоять, чтобы его работы
на выставках висели на видном месте. Перемены, которые произвела слава в
могучей личности Ричарда, были не слишком печальными, но они были налицо.
Друзья некоторое время простояли у входа на станцию метро "Бау-стрит".
- Ты уверен, что не хочешь выпить хоть рюмочку?
- Нет, благодарю. Я сейчас пойду на автобусную остановку на
Оксфорд-стрит.
- В таком случае - до скорой встречи. А к тому времени, я думаю, у меня
будут для тебя интересные новости.
Это был самый ясный намек, на который Глин отважился в течение вечера,
но, как и все предыдущие, он, видимо, не дошел до сознания Стефена. И все
же Ричард считал, что известный сдвиг сделан.
Они обменялись рукопожатием, Глин направился к Стрэнду, а Стефен - в
противоположную сторону. И чуть не столкнулся с женщиной, выходившей из
театра. Он машинально отступил, пробормотав какое-то извинение, и в ту же
секунду узнал Клэр.
- Вы! - еле слышно прошептала она.
По выражению ее лица - сначала испуганному, потом вдруг застывшему - он
понял, как мучительна ей эта встреча; они неподвижно стояли рядом на почти
безлюдной улице, молча глядя друг на друга, словно две восковые фигуры из
расположенного неподалеку заведения мадам Тюссо. Именно это сравнение и
пришло в голову Стефену, но, прежде чем он успел положить конец нелепому
молчанию, Клэр заговорила - торопливо, сбивчиво:
- Стефен! Просто глазам своим не верю! Вот уж никогда бы не подумала,
что встречу вас здесь! Вы были в опере?
- А вы полагаете, что я вышел из учреждения напротив?
Он не мог не съязвить, но сосредоточенное и покорное выражение, сразу
появившееся на ее лице, и взгляд, который она бросила на синюю лампочку
полицейского участка напротив, побудили его добавить:
- Да, в виде исключения я был сегодня в опере. А вы, наверно; ходите
сюда довольно часто.
- На все спектакли сезона. Музыка для меня - большая радость.
Но тон, каким это было сказано, говорил, что музыка была для Клэр не
радостью, а скорее утешением; о том же говорило и скорбное лицо, которое,
утратив краски и мягкие очертания юности, стало почти угловатым, под
глазами залегли тени, нос словно бы удлинился, а подбородок вытянулся.
Черное платье, хотя и сшитое с превосходным вкусом, однако лишенное
каких-либо украшений, равно как и черный кружевной шарф, который она
накинула на голову, придавали ей не просто строгий, а почти суровый вид.
- Вы один? - спросила она после мучительного молчания.
- Сейчас - да. Мой приятель уже ушел.
Она помедлила, собираясь с духом.
- В таком случае, может быть, зайдете ко мне побеседовать? Не можем же
мы стоять так на улице. Я живу совсем рядом, на Найтс-бридж.
Приглашение было сделано деловитым тоном, и хотя Стефен спешил домой,
он все же кивнул в знак согласия, возможно, правда, его заинтересовала
происшедшая в ней перемена. Ее машина - темно-синий открытый "даймлер" -
стояла неподалеку, и через несколько минут они уже быстро катили на запад
по пустынным улицам.
- Какая роскошь, Клэр! - насмешливо заметил он. - Эта штука, пожалуй,
получше вашей старой "де дион".
- Эта машина взята напрокат, - возразила она. - У меня теперь нет
собственной. Я беру ее из гаража. По вечерам я вполне могу обойтись и
метро. А днем пользуюсь ею... езжу на работу и с работы.
Его слух неприятно резанула нотка жалости к себе, прозвучавшая в ее
тоне. К чему эта поза мученицы, добровольно обрекшей себя на неудобства
лондонского метрополитена? Но он спросил лишь:
- Вы работаете?
Она наклонила голову.
- В приюте святого Варнавы для бедных девушек. Я там почетный



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 [ 83 ] 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.