read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Грикша, уже не ругаясь, озабоченно гадал, сколько он сможет помочь, -
монастырские дела не ждали, - и все предупреждал:
- Ты гляди за этим Пешей своим, сблодит, опосле не поправишь!
Феня, разрываясь меж стряпней и дитем, успевала еще и помогать в
деле. Федор с утра, чуть свет, хромая, уже ворочал бревна. Мужики
подымались, брались за ваги и топоры. Жрали, тесно сидя вокруг большой
деревянной посудины, дымящееся мясное варево да черную гречневую кашу.
Федор - со всеми, чувствуя потные плечи мужиков. Феня сперва хотела
кормить его отдельно: хозяин! Отмахнулся. Сам плотничал наравне с прочими.
В дымной, заплеванной и загаженной избе, было порой не продохнуть, в углу
жалобно мычало и блеяло, висел гомон, стариковский кислый дух и запах
мужицкого пота шибал в нос, но дом подымался. Клали третий венец.
По вечерам Пеша занимал рассказами. Спорили. Старики вспоминали
Александра, Неврюеву рать. Однажды вынырнуло, - верно, давненько думали
про это, - прав ли был покойный князь Лександр, что пошел против Андрея?
Спорили, метя в нынешнего великого князя Дмитрия. Старики толковали о
покойном Андрее Ярославиче. Ватута, развалясь, срыгивал, поддразнивал
Пешу:
- А чего! То бы татары нас забрали, одну бы дань и давали, татарам! А
так две дани с рыла: и им и своим князьям!
Федор с удивлением слушал Ватуту, ему как-то не приходило такое в
голову. Он осторожно возразил:
- Отатарились бы все... Своя земля все же...
- А чего! Церквы бы так и остались! А нас много. Вон в Орде, уже
по-мунгальски не гуторют, вс° на половецкой лад, хошь и зовутся татары!
Дак и тут бы по-русски выучились. Бабы наши их живо бы переучили!
Пеша лез в спор, но Ватута тут же перебивал его:
- Брось, Пеша! Ты с Олфером тута почудил, знаем! Дак все одно кому
грабить: тебе али татарскому мурзе какому!
- Я своим трудом живу! - ярился, густо краснея, Пеша.
- Прогнали Андрея Лексаныча, дак и своим! - не уступал Ватута. - А
сидел бы Олфер по-прежнему, и ты бы при ем дани собирал! Ты-ка, хозяин,
как думашь?
Федор пожал плечами:
- Под татарским царем я бы не хотел жить! - сказал он.
Ватута помедлил:
- Ну, там оно... глядишь... татар-то бы мы как ни то и выгнали.
- Ну и опять князь надобен! Безо власти вон и дома не скласти!
От работы гудели плечи и спина, пальцы плохо гнулись, но дом рос, и
ночью, выходя по нужде, Федор останавливался и смотрел. Луна плыла, и
белые облака холодною снежной завесой покрывали небо. Стена в девять
венцов уже поднялась выше роста, слепая, безоконная, и отчужденно, как
крепость, перегораживала двор.
Теперь уже бревна здымали по слегам, веревками, и требовались
подмости мастерам. Скоро Федор понял нехитрую Пешину уловку. Он, рядясь с
мужиками, их обманул, положив себе и двум старикам больше, чем Ватуте с
Сашком, а работу сваливал на них. Ватута, Сашок и Степка Прохорчонок в
конце концов возмутились. Масла в огонь плеснула Феня:
- Рядились со свету до свету, зачем было и говорить! А свету еще вона
сколь, уже и топоры долой!
Пеша потемнел лицом, как осенняя ночь. <Вот такой он с Олфером тут и
жег!> - подумал Федор. Он попытался как-то поправить дело, замять, но
вечером мужики переругались вконец. Федор наедине стал корить Феню, но
она, вытягивая шею, раскричалась:
- Я тута рвусь, а ты, хозяин, пристрожить не можешь! Дал Пеше
потачку! А им все мало! Каку говядину давать, замучалась! Етот старик
ихний только и жрет, зачем такого!
- Товарищ, подкормить решили...
- Дак за твой счет!
Что верно, то верно. Старик Шадра совсем не тянул и был попросту
лишним ртом. Федор шумно вздохнул.
- Матушка заболела от их! - добавила Феня. (Мать, верно, простыла и
теперь отлеживалась у брата, в Переяславле.) - Вс° меня бранили, а я
теперь стала считать кажный кусок. Хватит! Дитя растет!
И все-таки дом подымался. Уже клали переводины для потолков. Как на
беду, подкатил мелетовский престол. Пеша, выпросив часть уряженной платы,
со вторым стариком ушли, как сказали, <только в бане выпариться> и
пропадали целую неделю. Пеша запил, и Федор крыл себя последними словами
за то, что не приодержался с платою. Все ж дело свое Пеша знал. Ни Ватута,
ни Сашко не могли за него сработать. Подошла как раз сложная рубка, и без
Пеши все застряло. А с неба начало моросить, и уже похолодало. Вот-вот
польют сплошные осенние дожди. Наконец Пеша появился, помятый, с
трясущимися руками. Заявил было, что в этот день ему надо <поправиться>,
но тут уже Федор озверел, и вместо опохмелки Пеша весь день кряхтел над
бревнами. Распоряжался и покрикивал Ватута. Сложили еще один венец. Теперь
нужно было рубить пазы под выпуски для гульбища, класть простенки меж
косящатыми окнами, связывать, врубать хитрые углы. Пеша вилял, явно
затягивая работу. Жаловался на годы. Засиверило, и уже грозно
обозначилось, что дом, не законченный к зиме, будет стоять раскрытым. Феня
ругалась. Федор наконец решился. Отозвав Ватуту, поговорил с ним, обещав
платить вперед то же, что и старикам мастерам, только чтобы кончить в
срок. Пешина хитрость с расчетом тут и обернулась против него. Ватута на
другой день стал на низ цеплять бревна и принялся подавать без передыху,
то и дело покрикивая:
- Давай, давай!
В этот день он загнал стариков до полусмерти. Старики только жалобно
кряхтели наверху. Ватута был беспощаден:
- А чего! Одна дружина, дак! Жрать-то не разучились!
- Доживи до наших летов!
- А я ране голову сложу, чего такому-то небо коптить! Эй, Сашок, твой
конец!
В этот день уложили два венца.
Разъяснило. В воздухе после нескольких дней непрестанного мелкого
дождя полетели первые белые мухи.
А дом рос. Подходил уже к двадцать восьмому венцу.
Охолодало. Пеша со стариками ночевали в избе на полатях. Прочие - в
старой клети. Заливистый храп, ворчание сонных мужиков. Тело свербило от
грязи, от сырой, плохо просушенной одежи. Руки отваливались от плеч. Феня
пробралась под бок:
- Ох, не побыть, не полежать путем, изба народу полна!
- Не мылись, грязный я... - стыдясь, пробормотал Федор.
- Да хоть такой! - выдохнула она. - Что ж, Федюша, сколь еще
работы-то?
- Кончим. Должны!
- Даве слышала, Пеша с ентим сговаривались уходить... На днях
когда-то...
- Скотина! - выругался Федор. - Знал, что чего ни то сблодит!
Верно, теперь, когда за дело взялся Ватута, Пеше уже одно оставалось.
Доведя до потеряй-угла, он потребовал расчет. Федор (ему стало противно и
все равно) не удерживал. Еще поругались на прощанье. Пеша требовал все
уряженное, говоря, что о самцах и стропилах речи не было, однако Федор
уперся, и Пеша, поняв, что зарвался, отступил. Назавтра трое стариков
ушли. Стал собираться и молчаливый Сашко, впервые раскрывши рот:
- А что мы? Без мастера самцов не поставим все одно!
Сашко ушел, и Ватута, помявшись, тоже. Пошел снег, и вдобавок запил
Степка Прохоренок. Грикши давно уже не было, уехал по делам. Федор сказал:
- Ну что ж! Будем класть вдвоем.
Ночью Феня плакала:
- Я тоже не могу больше с твоими бревнами. Живот отрывается. Даве
кабан чуть ребенка не сожрал!
Федор молчал. Отмолвил глухо:
- Хоть бревно в день, а положить!
Три дня они возились одни. Молча пришел хромающий дядя Прохор с
Офоней, вторым соседом. Помогли поднять тяжелые дерева, вырубили косые
пазы и с помощью рогатки подняли и утвердили стропила.
Подходил их, деревенский, княжевский престол, и на толоку в
праздники, конечно, нечего было надеяться. Федор один отесывал самцовые
бревна, проходил пазы, долбил отверстия для шипов.
На второй день престольной гульбы он пошел к Никанору. К деду как раз
приехал сын-плотник, зятевья, гостей набралась полнехонька изба. С
праздника все были горячие, вполпьяна. Его усадили, захлопали по плечам,
влили ему в рот чашу пива:
- Ну, взвеселись, Федюха!
Федор, выпив, вдруг заплакал:
- Не кончу, огною дом, мужики!
- А что? А то! Пешу не знаешь! Давай! Подмогнем! А ну!
Всей дружиной повалили к Федору. Дед Никанор полез первый.
- Эх, где годы от юности моея! - завопил он, сдвинув шапку на ухо.
- Ну, где твои подстропилья, давай! Цепляй, ну! Самцы? Самцы давай!
Лоб складем и подстропилья кинем!
Федор скатился опрометью налажать дерева. Феня, без платка, выбежала
на двор, завертелась, кинулась в клеть доставать угощение. Федор цеплял,
не чуя веса намокших бревен.
- Наладил?! Давай! Идет, идет, идет!
Скользкие бревна грозно колебались на слегах. Наверху приговаривали:
- Есть! Наше! Наше, мужики! Охолонь!
Неподъемное бревно село на шипы. Пристукнули. Обуха отлетали.
- Сидит! Второе давай!
Четвертое, не то пятое, заскользив, съехало, вырвавшись из рук,
ударилось, к счастью, о переводину. Пятеро мужиков полетели кубарем.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 [ 84 ] 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.