read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Постой, постой, подожди!..
- Нечего ждать, жестокосердый и злой человек! Я долго ждала, и она
долго ждала, а теперь прощай!..
Ответив это, старушка обернулась, взглянула на мужа и остолбенела:
Николай Сергеич стоял перед ней, захватив свою шляпу, и дрожавшими
бессильными руками торопливо натягивал на себя свое пальто.
- И ты... и ты со мной! - вскрикнула она, с мольбою сложив руки и
недоверчиво смотря на него, как будто не смея и поверить такому счастью.
- Наташа, где моя Наташа! Где она! Где дочь моя! - вырвалось, наконец,
из груди старика. - Отдайте мне мою Наташу! Где, где она! - и, схватив
костыль, который я ему подал, он бросился к дверям.
- Простил! Простил! - вскричала Анна Андреевна.
Но старик не дошел до порога. Дверь быстро отворилась, и в комнату
вбежала Наташа, бледная, с сверкающими глазами, как будто в горячке. Платье
ее было измято и смочено дождем. Платочек, которым она накрыла голову,
сбился у ней на затылок, и на разбившихся густых прядях ее волос сверкали
крупные капли дождя. Она вбежала, увидала отца и с криком бросилась перед
ним на колена, простирая к нему руки.
Глава IX
Но он уже держал ее в своих объятиях!..
Он схватил ее и, подняв как ребенка, отнес в свои кресла, посадил ее,
а сам упал перед ней на колена. Он целовал ее руки, ноги; он торопился
целовать ее, торопился наглядеться на нее, как будто еще не веря, что она
опять вместе с ним, что он опять ее видит и слышит, - ее, свою дочь, свою
Наташу! Анна Андреевна, рыдая, охватила ее, прижала голову ее к своей груди
и так и замерла в этом объятии, не в силах произнесть слова.
- Друг мой!.. жизнь моя!.. радость моя!.. - бессвязно восклицал
старик, схватив руки Наташи и, как влюбленный, смотря в бледное, худенькое,
но прекрасное личико ее, в глаза ее, в которых блистали слезы. - Радость
моя, дитя мое! - повторял он и опять смолкал и с благоговейным упоением
глядел на нее. - Что же, что же мне сказали, что она похудела! - проговорил
он с торопливою, как будто детскою улыбкою, обращаясь к нам и все еще стоя
перед ней на коленах. - Худенькая, правда, бледненькая, но посмотри на нее,
какая хорошенькая! Еще лучше, чем прежде была, да, лучше! - прибавил он,
невольно умолкая под душевной болью, радостною болью, от которой как будто
душу ломит надвое.
- Встаньте, папаша! Да встаньте же, - говорила Наташа, - ведь мне тоже
хочется вас целовать...
- О милая! Слышишь, слышишь, Аннушка, как она это хорошо сказала, - и
он судорожно обнял ее.
- Нет, Наташа, мне, мне надо у твоих ног лежать до тех пор, пока
сердце мое услышит, что ты простила меня, потому что никогда, никогда не
могу заслужить я теперь от тебя прощения! Я отверг тебя, я проклинал тебя,
слышишь, Наташа, я проклинал тебя, - и я мог это сделать!.. А ты, а ты,
Наташа: и могла ты поверить, что я тебя проклял! И поверила - ведь
поверила! Не надо было верить! Не верила бы, просто бы не верила! Жестокое
сердечко! Что же ты не шла ко мне? Ведь ты знала, как я приму тебя!.. О
Наташа, ведь ты помнишь, как я прежде тебя любил: ну, а теперь и во все это
время я тебя вдвое, в тысячу раз больше любил, чем прежде! Я тебя с кровью
любил! Душу бы из себя с кровью вынул, сердце свое располосовал да к ногам
твоим положил бы!.. О радость моя!
- Да поцелуйте же меня, жестокий вы человек, в губы, в лицо поцелуйте,
как мамаша целует! - воскликнула Наташа больным, расслабленным, полным
слезами радости голосом.
- И в глазки тоже! И в глазки тоже! Помнишь, как прежде, - повторял
старик после долгого, сладкого объятия с дочерью. - О Наташа! Снилось ли
тебе когда про нас? А мне ты снилась чуть не каждую ночь, и каждую ночь ты
ко мне приходила, и я над тобой плакал, а один раз ты, как маленькая,
пришла, помнишь, когда еще тебе только десять лет было и ты на фортепьяно
только что начинала учиться, - пришла в коротеньком платьице, в хорошеньких
башмачках и с ручками красненькими... ведь у ней красненькие такие ручки
были тогда, помнишь, Аннушка? - пришла ко мне, на колени села и обняла
меня... И ты, и ты, девочка ты злая! И ты могла думать, что я проклял тебя,
что я не приму тебя, если б ты пришла!.. Да ведь я... слушай, Наташа: да
ведь я часто к тебе ходил, и мать не знала, и никто не знал; то под окнами
у тебя стою, то жду: полсутки иной раз жду где-нибудь на тротуаре у твоих
ворот! Не выйдешь ли ты, чтоб издали только посмотреть на тебя! А то у тебя
по вечерам свеча на окошке часто горела; так сколько раз я, Наташа, по
вечерам к тебе ходил, хоть на свечку твою посмотреть, хоть тень твою в окне
увидать, благословить тебя на ночь. А ты благословляла ли меня на ночь?
Думала ли обо мне? Слышало ли твое сердечко, что я тут под окном? А сколько
раз зимой я поздно ночью на твою лестницу подымусь и в темных сенях стою,
сквозь дверь прислушиваюсь: не услышу ли твоего голоска? Не засмеешься ли
ты? Проклял? Да ведь я в этот вечер к тебе приходил, простить тебя хотел и
только от дверей воротился... О Наташа!
Он встал, он приподнял ее из кресел и крепко-крепко прижал ее к
сердцу.
- Она здесь опять, у моего сердца! - вскричал он, - о, благодарю тебя,
боже, за все, за все, и за гнев твой и за милость твою!.. И за солнце твое,
которое просияло теперь, после грозы, на нас! За всю эту минуту благодарю!
О! пусть мы униженные, пусть мы оскорбленные, но мы опять вместе, и пусть,
пусть теперь торжествуют эти гордые и надменные, унизившие и оскорбившие
нас! Пусть они бросят в нас камень! Не бойся, Наташа... Мы пойдем рука в
руку, и я скажу им: это моя дорогая, это возлюбленная дочь моя, это
безгрешная дочь моя, которую вы оскорбили и унизили, но которую я, я люблю
и которую благословляю во веки веков!..
- Ваня! Ваня!.. - слабым голосом проговорила Наташа, протягивая мне из
объятий отца свою руку.
О! никогда я не забуду, что в эту минуту она вспомнила обо мне и
позвала меня!
- Где же Нелли? - спросил старик, озираясь.
- Ах, где же она? - вскрикнула старушка, - голубчик мой! Ведь мы так
ее и оставили!
Но ее не было в комнате; она незаметно проскользнула в спальню. Все
пошли туда. Нелли стояла в углу, за дверью, и пугливо пряталась от нас.
- Нелли, что с тобой, дитя мое! - воскликнул старик, желая обнять ее.
Но она как-то долго на него посмотрела...
- Мамаша, где мамаша? - проговорила она, как в беспамятстве, - где,
где моя мамаша? - вскрикнула она еще раз, протягивая свои дрожащие руки к
нам, и вдруг страшный, ужасный крик вырвался из ее груди; судороги
пробежали по лицу ее, и она в страшном припадке упала на пол...
ЭПИЛОГ
Последние воспоминания
Половина июня. День жаркий и удушливый; в городе невозможно
оставаться: пыль, известь, перестройки, раскаленные камни, отравленный
испарениями воздух... Но вот, о радость! загремел где-то гром; мало-помалу
небо нахмурилось; повеял ветер, гоня перед собою клубы городской пыли.
Несколько крупных капель тяжело упало на землю, а за ними вдруг как будто
разверзлось все небо, и целая река воды пролилась над городом. Когда чрез
полчаса снова просияло солнце, я отворил окно моей каморки и жадно, всею
усталою грудью, дохнул свежим воздухом. В упоении я было хотел уже бросить
перо, и все дела мои, и самого антрепренера, и бежать к нашим на
Васильевский. Но хоть и велик был соблазн, я-таки успел побороть себя и с
какою-то яростию снова напал на бумагу: во что бы то ни стало нужно было
кончить! Антрепренер велит и иначе не даст денег. Меня там ждут, но зато я
вечером буду свободен, совершенно свободен, как ветер, и сегодняшний вечер
вознаградит меня за эти последние два дня и две ночи, в которые я написал
три печатных листа с половиною.
И вот наконец кончена и работа; бросаю перо и подымаюсь, ощущаю боль в
спине и в груди и дурман в голове. Знаю, что в эту минуту нервы мои
расстроены в сильной степени, и как будто слышу последние слова, сказанные
мне моим старичком доктором: "Нет, никакое здоровье не выдержит подобных



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 [ 86 ] 87 88 89 90 91 92 93
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.