read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



этого уже не было, а стоял красивый белый павильон с колоннами, и Вале не
нужно было уверять сторожа, что он - сотрудник лаборатории
экспериментальной биологии. Но в этом красивом белом павильоне совершенно
так же пахло мышами, и Валя был такой же - только в белом халате и
небритый. Мне стало смешно, потому что ночью Кира сказала, что он теперь
перестанет бриться.
Он усадил меня и сам уныло сел.
- Валя, во-первых, имей в виду, что я пришла по собственной
инициативе, - начала я сердито. - Так что ты не думай, пожалуйста, что
Кира меня прислала.
Он сказал дрогнувшим голосом: "Да?", и мне стало жаль его. Но я
продолжала строго:
- Если у тебя есть серьезные причины остаться у себя, хотя на
Сивцевом вам будет в тысячу раз удобнее, ты должен ей сказать, и баста. А
не требовать, чтобы она сама догадалась.
Он помолчал.
- Понимаешь, в чем дело... я не могу переехать на Сивцев-Вражек,
хотя, конечно, я не отрицаю, что это было бы просто прекрасно, Там, можно
устроить что-то вроде кабинета и спальни, особенно если перегородку
перенести, а где сейчас чулан - устроить маленькую лабораторию. Но это
невозможно.
- Почему?
- Потому что... Послушай, а тебя она не заговаривает? - вдруг с
отчаянием спросил он.
- Кто?
- Кирина мама.
Я так и покатилась со смеху.
- Да, тебе смешно, - говорил Валя, - конечно, тебе смешно. А я не
могу. У меня начинается тошнота и слабость. Один раз спрашивает: "Почему
ты такой бледный?" Я ей чуть не сказал... И все про какую-то Варвару
Рабинович, будь она неладна... Нет, не перееду.
- Вот что, Валя, - сказала я серьезно, - уж не знаю, кто у вас там
кого заговаривает, но ты, во всяком случае, ведешь себя по отношению к
Кире очень глупо. Она плакала и не спала сегодня всю ночь, и вообще ты
должен сразу же поехать к ней и объяснить, в чем дело.
У него стало несчастное лицо, и несколько раз он взволнованно
прошелся по комнате.
- Не поеду!
- Валя!
Он упрямо молчал. "Ого, вот ты какой!" - подумала я с уважением.
- Тогда и не лезьте больше ко мне, и черт с вами! - сказала я сердито
и хотела уйти, но он не пустил, и мы еще два часа говорили о том, как бы
устроить, чтобы Кирина мама не говорила так много...
Это было не особенно удобно, но я все-таки рассказала Кире, в чем
дело. Она очень удивилась, а потом сказала, что мама каждый день жалуется,
что Валя ее заговаривает, и однажды даже лежала после его ухода с мокрой
тряпкой на лбу и говорила, что больше не может слышать о гибридах
чернобурых лисиц и что Кира сумасшедшая, если выйдет замуж за человека,
который никому не дает открыть рта, а сам говорит и говорит, как какой-то
громкоговоритель.
Она мигом собралась и поехала к Вале, - хотя я сказала, что на ее
месте никогда бы первая не поехала, - и вечером они уже снова сидели в
"собственно кухне" и шептались. Они решили попробовать все-таки устроиться
на Сивцевом-Вражке.
Это был прекрасный вечер - лучший из тех, что я провела без Сани.
Накануне я получила от него письмо - большое и очень хорошее, в котором он
писал, между прочим, что много читает и стал заниматься английским языком.
Я вспомнила, как он удивился, узнав, что я довольно свободно читаю
по-английски, и как покраснел, когда при нем однажды заговорили о
композиторе Шостаковиче и оказалось, что он прежде никогда даже не слышал
этой фамилии. Вообще это было чудное письмо, от которого у меня стало
весело и спокойно на душе. Тайком от "молодых" мы с Александрой
Дмитриевной приготовили великолепный ужин с вином, и хотя любимый Валин
салат с омарами мы посолили по очереди - сперва я, потом Александра
Дмитриевна, - все-таки он был съеден в одну минуту, потому что оказалось,
что Валя со вчерашнего дня не только не брился, но и ничего не ел.
Мы выпили за Санино здоровье, потом за его удачу во всех делах.
- В его больших делах, - сказал Валя, - потому что я уверен, что в
его жизни будут большие дела.
Потом он рассказал, как в двадцать пятом году он работал в бюро юных
натуралистов при Московском комитете комсомола, и как однажды уговорил
Саню поехать на экскурсию в Серебряный Бор, и как Саня долго старался
понять, почему это интересно, а потом вдруг стал говорить цитатами, и все
поразились, какая у него необыкновенная память. Он процитировал:
Бороться, бороться, пока не покинет надежда, -
Что может быть в жизни прекрасней подобной игры?

и сказал, что ловить полевых мышей - это не его стихия.
Александре Дмитриевне хотелось тоже что-нибудь рассказать, и мы с
Кирой боялись, что она опять заговорит о Варваре Рабинович. Но обошлось -
она только прочитала нам несколько стихотворений и сказала, что у нее на
стихи тоже необыкновенная память.
Так мы сидели и выпивали, и был уже двенадцатый час, когда кто-то
позвонил, и Александра Дмитриевна, которая в эту минуту показывала нам,
как нужно брать голос "в маску", сказала, что это дворник за мусором. Я
побежала на кухню и так - с ведром в руке - и открыла дверь. Но это был не
дворник. Это был Ромашов, который молча быстро отступил, когда я открыла
дверь, и снял шляпу.
- У меня срочное дело, и оно касается вас, поэтому я решился придти
так поздно.
Он сказал это очень серьезно, и я сразу поверила, что дело срочное и
что оно касается меня. Я поверила, потому что он был совершенно спокоен.
- Пожалуйста, зайдите.
Мы так и стояли друг против друга - он со шляпой, а я с помойным
ведром в руке. Потом я спохватилась и сунула ведро между дверей.
- Боюсь, это не совсем удобно, - вежливо сказал он: - у вас, кажется,
гости?
- Нет.
- А можно здесь, на лестнице? Или спустимся вниз, на бульвар. Мне
нужно сообщить вам...
- Одну минуту, - сказала я быстро.
Александра Дмитриевна звала меня. Я прикрыла дверь и пошла к ней
навстречу.
- Кто там?
- Александра Дмитриевна, я сейчас вернусь, - сказала я быстро. - Или
вот что... Пускай Валя через четверть часа спустится за мной. Я буду на
бульваре.
Она еще говорила что-то, но я уже выбежала и захлопнула двери.
Вечер был прохладный, а я - в одном платье, и Ромашов на лестнице
сказал: "Вы простудитесь". Должно быть, ему хотелось предложить мне свое
пальто - и он даже снял его и нес на руке, а потом, когда мы сидели,
положил на скамейку, - но не решился. Впрочем, мне было не холодно. У меня
горело лицо от вина, и я волновалась. Я чувствовала, что этот приход
неспроста.
На бульваре было тихо и пусто, только, опираясь на палки, сидели
старики - по старику на скамейку - от памятника Гоголю до самого забора,
за которым строили станцию "Дворец Советов".
- Катя, вот о чем я хотел сказать вам, - осторожно начал Ромашов. - Я
знаю, как важно для вас, чтобы экспедиция состоялась. И для...
Он запнулся, потом продолжал легко:
- И для Сани. Я не думаю, что это фактически важно, то есть что это
может что-то переменить в жизни, например, вашего дядюшки, которого это
очень пугает. Но дело касается вас и поэтому не может быть для меня
безразлично.
Он сказал это очень просто.
- Я пришел, чтобы предупредить вас.
- О чем?
- О том, что экспедиция не состоится.
- Неправда! Мне звонил Ч.
- Только что решили, что посылать не стоит, - спокойно возразил
Ромашов.
- Кто решил? И откуда вы знаете?
Он отвернулся, потом взглянул на меня улыбаясь.
- Не знаю, как и сказать. Снова оказываюсь подлецом, как вы меня
назвали.
- Как угодно.
Я боялась, что он встанет и уйдет - настолько он был спокоен и уверен
в себе и не похож на прежнего Ромашова. Но он не ушел.
- Николай Антонович сказал мне, что заместитель начальника
Главсевморпути доложил о проекте экспедиции и сам же и высказался против.
Он считает, что не дело Главсевморпути заниматься розысками капитанов,
исчезнувших более двадцати лет тому назад. Но, по-моему... - Ромашов
запнулся: должно быть, ему стало жарко, потому что он снял шляпу и положил
ее на колени, - это не его мнение.
- Чье же это мнение?
- Николая Антоновича, - быстро сказал Ромашов. - Он знаком с этим
заместителем, и тот считает его великим знатоком истории Арктики. Впрочем,
с кем же еще и посоветоваться о розысках капитана Татаринова, как не с
Николаем Антоновичем? Ведь он снаряжал экспедицию и потом писал о ней. Он



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 [ 87 ] 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.