read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Ведь я сегодня из командировки вернулась. Мы полтора месяца не виделись.
- Не могу.
Мы вместе вышли на улицу. Белянин тяжело сел в машину. Потом, едва не
вывалившись на мостовую, открыл дверцу и сказал:
- Я передам бутерброды.
- Ну, я вас очень прошу. У меня все документы с собой. Вы скажете, что
я из Горздрава.
Несмотря на свою внешность, Белянин был человек добрый и деликатный. Он
подумал, сделал сердитое лицо и закричал:
- Садитесь!
Я не сразу поняла, что произошло на том участке, куда был вызван Андрей
и куда одновременно с нами подошли одна за другой три санитарные машины.
Рабочие, мокрые с головы до ног, сбрасывали с грузовиков мешки с землей или
песком прямо в воду, под которой не видно было ни мостовой, ни панели. По
крутой улице вода стремительно сбегала вниз, к ярко освещенному,
переброшенному через другую широкую улицу деревянному мосту. Никого не было
на этом мосту, только, переливаясь через настил, бежала, тяжело поблескивая,
вода, и то, что заставляло мокрых людей бросать на мостовую мешки с песком,
происходило не на земле, а глубоко под землей, в вырытом под мостом
котловане. Не знаю, что это было и что делали метростроевцы в этой путанице
рухнувших перекрытий, вывернутых щитов, оборванной проволоки, под потоками
земли, струившейся в котлован вместе с водой. Потом Андрей объяснил мне, что
дождь размыл бровку котлована, и пятиэтажное каменное здание, стоявшее
вплотную рядом с ним, повисло над десятиметровой пропастью, в которой
работали люди.
Такой же мокрый, как все, в прилипшем к телу пиджаке, он быстро шел
куда-то по колено в воде. Сестра с красным крестом на рукаве плаща бежала за
ним, озабоченно спрашивая о чем-то и оглядываясь в ту сторону, где санитары
поднимали с земли человека с беспомощно болтающимися ногами.
Андрей!
Место аварии было ярко освещено, он был в светлой полосе, я - в темной,
и когда я окликнула его, он остановился и стал всматриваться, не узнавая.
- Это я!
Он бросился ко мне и чуть не упал, поскользнувшись на мокром бревне.
- Ты здесь, как ты попала сюда? Я не мог встретить тебя. Рубакин был на
вокзале?
- Да, да. Все хорошо. Ты скоро вернешься домой?
У него на щеке было большое пятно грязи, я стала оттирать его платком,
он не дал и поцеловал мою руку.
- Часа через два. Уже справились, сейчас начнут возить грунт по мосту.
Ты звонила Мите?
- Нет.
- Позвони. Или даже съезди. Хорошо?
- С ним что-нибудь случилось?
- Нет. Но ты съезди.
Кругом стояли люди, но Андрей все-таки сказал быстрым шепотом:
- Ох, как хорошо, что ты наконец приехала!
Белянин закурил, он попросил папиросу и, прежде чем взять ее, стал
искать, обо что вытереть мокрые руки. Мне не хотелось уходить, но Андрей
разговаривал с нетерпеливым выражением, и я, сунув ему бутерброды, ушла.
Митя жил недалеко от Крымской площади, в маленьком деревянном доме, на
месте которого стоит теперь огромное здание одного из московских вузов. Вход
был со двора, через запущенный сад, в котором на кустах постоянно висели
мокрые наволочки, простыни. Бузина разрослась у веранды, летом - нарядная,
сейчас черная и голая, придававшая этой веранде и самому дому грустный,
покинутый вид. У Мити было темно, но в передней горела лампочка - полоска
света чуть виднелась под выходившими на веранду дверьми. Я постучала.
Старуха пенсионерка, которая жила в одной квартире с Львовыми, открыла и
сказала, что Дмитрий Дмитрич, по-видимому, спит.
- А Глафира Сергеевна?
Кажется, ничего особенного не было в этом вопросе. Но старуха открыла
рот, хотела что-то сказать и не сказала.
- Вы постучите, может быть, он и не спит.
Прежде в этой большой комнате, выходившей окнами в сад, помещалось
какое-то детское учреждение, и от старых хозяев остались две раковины с
кранами и обрезанные трубы, свисавшие с потолка по углам. Митя сумел как-то
устроить, что эти некрасивые трубы были почти не видны. Но сейчас, едва
войдя в полутемную комнату, я почему-то сразу же заметила их.
Через открытую форточку смутно виднелись ветки какого-то дерева, на
котором еще дрожали сморщенные осенние листья. Чем-то нежилым повеяло на
меня от этой пропахшей табачным дымом комнаты, от широких, голых переплетов
окон.
- Что с вами, Митя? Вы больны?
- Нет, здоров.
Кусок темной материи был накинут на абажур переносной лампы. Я стала
искать выключатель, но Митя сказал:
- Не нужно зажигать, светло.
Уткнувшись лицом в подушку, он лежал на диване.
- Как вы съездили?
- Очень хорошо. Можно сесть рядом с вами?
- Конечно, пожалуйста. Простите, что не встаю. У меня был утомительный
день.
Я поставила стул рядом с диваном.
- Митя... Что-нибудь случилось?
- Ровно ничего.
Он закурил, вздохнул и сел, свесив голову, расставив длинные ноги.
- Плохи мои дела, Татьяна, - сказал он так печально и просто, что я
сразу поверила, что дела действительно плохи. - Вот Андрей как-то
рассказывал мне о плывунах; есть, оказывается, под Москвой такая чертовская
штука, с которой никак не могут справиться строители метро. Это мелкий
мокрый песок, почти пыль, с примесью глины. Пройти через него можно только
под сжатым воздухом, он проникает через щели, ползет под ногами. Я попал в
такой плывун, милый друг. Как это случилось - не знаю. Но куда я ни ступлю -
плывет.
- Ничего не понимаю, Митя.
Он помолчал.
- Я знаю, что это смешно - искать логическую ошибку в том, что годами
происходило со мной. Не сегодня же я догадался, что не умею доводить до
конца начатое дело! Не сегодня же понял, что именно это нужно преодолеть
прежде всего, если я надеюсь хоть что-нибудь сделать в науке. Всю жизнь я
только начинал, и вот теперь вокруг меня лежат десятки начатых и брошенных
работ, а опереться не на что, потому что ни одной из них мне не удалось
довести до конца. Ведь у меня были новые мысли, Таня! И вот теперь, когда
все рухнуло, когда я понял, что самые лучшие, самые драгоценные силы были
брошены даром, я оглядываюсь и вижу - ступить некуда, все плывет вокруг.
Он встал и, горбясь, подошел к книжной полке, где - я знала - у него
было устроено отделение, в котором стояло вино. Стекло звякнуло. Он налил
стакан, быстро выпил, стоя ко мне спиной, и принялся шагать по комнате -
огромный, поглядывая туда и сюда, грустный, в измятой пижаме.
- Что вы пьете?
- Коньяк. Хотите?
- Да.
- У меня рюмки нет. Можно, я вам в мензурку налью?
- Только я сама, хорошо? - И, пожелав Мите счастья, я выпила четверть
мензурки, а потом быстро, прежде чем он успел опомниться, вышвырнула бутылку
в форточку. И удачно - слышно было, как бутылка ударилась о камень и
разбилась.
- Что вы сделали?!
- То, что надо. А теперь успокойтесь и не смотрите на меня бешеными
глазами. Вы мне очень дороги, Митя, и я не могу позволить вам вести себя,
как жалкая, побитая собака.
Он вздохнул и крепко потер лицо руками. Потом зажег свет, и я поняла,
что переменилось в его комнате, прежде устроенной удобно и уютно: она была
почти пуста, хотя знакомая мебель - диван, два кресла, столы, кровать -
осталась на своем месте. Но все было содрано с этих столов и кресел, и они
стояли голые, как в магазине или на складе. Глубокая ниша, в которой Митя
устроил туалетную, прежде была отделена ковром. Теперь этого ковра не было,
а в нише прямо на полу валялись какие-то зимние вещи. Не было и другого
ковра, лежавшего прежде перед диваном. Вместо люстры с потолка спускалась
одинокая лампочка на грязном шнуре. Только книги, как прежде, стояли на
полках, но и они в этой опустевшей комнате выглядели одиноко и голо.
- Вот что! Так вы... - я хотела сказать "разошлись", но что-то удержало
меня, - ...вы теперь будете жить отдельно от Глафиры Сергеевны?
Он усмехнулся.
- Вот именно. Она ушла от меня.
- Да что вы говорите? - начала я радостно и остановилась. Мы помолчали.
- Ну что ж, Митя, - сказала я наконец. - Не мне утешать вас в этом горе. Но
ведь это все равно произошло бы, рано или поздно. Так уж лучше...
- Да, может быть... Я в отчаянии, Таня, - вдруг с исказившимся лицом
негромко сказал он. - Я знаю, что вы ненавидите ее, и Андрей, и что все
друзья считали, что она губит меня. Но вы не знаете ее и никогда не узнаете,
потому что трудно найти более скрытного человека. Она лучше, чем вы думаете,
Таня. Она добрая.
- Добрая?
- Да, очень. Годами она посылает деньги какому-то дальнему
родственнику, которому трудно живется. Она нежная, привязчивая, а эта
резкость, развязность - все, что так раздражает вас и Андрея, - уверяю вас,
что это от застенчивости, от сознания, что ее не уважают, не любят. Эх, да



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 [ 88 ] 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.