read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Андрей позвонил: "Как дела?" - и я сказала, что плохо.
- Ответа нет. Передача должна состояться сегодня.
- Так что могут прийти и передать?
- Вот именно.
Андрей помолчал.
- А ты их не пускай. Запри дверь и притворись спящей.
- Ох, хоть ты пощади, - сказала я с тоской. - Честное слово, не до
шуток.
Он пробормотал что-то вроде: "Ну, ладно, сейчас", - и повесил трубку.
Вероятно, это было самовнушение, но каждые четверть часа я ловила себя
на том, что стою у окна, уставясь на пустые рыбтрестовские бочки, которые
по-прежнему с каким-то ожидающим видом стояли на институтском дворе.
Надеялась ли я в глубине души, что эта тара исчезнет, если я стану так
упорно смотреть на нее? Не знаю. Тара не исчезала, и ответа не было, хотя
хозяйственник, которому я позвонила в Наркомздрав, обещал, что комиссия
ровно через час представит свои соображения наркому.
В дверь постучали, и вошел, к моему изумлению, Андрей - спокойный,
свежевыбритый, веселый, с туго набитым портфелем, который он осторожно
поставил на стол, как будто в этом стареньком портфеле находилось то, что,
безусловно, могло помочь нашей "обороне".
- Вот видишь, даже и не спрашиваешь, - с досадой сказал он. - Я же тебе
сказал: запрись и никого не пускай.
- Андрей, полно дурачиться. Лучше посоветовал бы, что делать?
Он задумчиво поцеловал меня.
- А есть надежда, что нарком отменит приказ?
- Конечно, есть.
- Значит, главное - выиграть время?
Я не успела ответить. В дверь постучали, и на пороге появился Кочергин
- бравый, воинственный, с торчащими усами, но несколько смущенный, -
очевидно, не был вполне убежден, что наука должна помогать промышленности,
тем более что вследствие этой идеи он лишался целой трети подвластной ему
территории.
- Разрешите приступить, Татьяна Петровна?
Я закричала:
- Нет, не разрешаю!
- Виноват... Но Валентин Сергеич... Я понимаю, конечно, что вы
волнуетесь. Но Валентин Сергеич лично позвонил мне...
- Лично он никак не мог позвонить, - сказал Андрей.
- То есть как это не мог-с?
- Очень просто. Это не в его стиле.
Уж не знаю, действительно ли солгал Кочергин или слово "стиль"
произвело на него такое сильное впечатление, что он онемел, выставив усы и
хлопая глазами.
- Виноват... С кем имею честь? - спросил он, хотя превосходно знал, с
кем имеет честь, потому что Андрей часто заезжал за мной после работы. -
Насколько мне известно - супруг-с?
- Да, супруг.
- Стало быть, не имеете прямого отношения?
- Ну, это как сказать! Вот вы, например, женаты?
- Да-с.
- А дети? Есть дети?
- Позвольте, при чем тут дети?
- То есть как это при чем дети? Если у вас есть дети, следовательно, вы
имеете к своей жене отнюдь не косвенное, а самое прямое отношение. Почему же
вы отказываете в этом мне? На каком основании, черт побери, - сквозь зубы
спросил он, подступая к завхозу, - вы требуете, чтобы мы с женой находились
не в прямых, а в косвенных отношениях?
Бог весть что почудилось Кочергину в этих обвинениях, - очевидно, нечто
политическое, потому что он сильно побледнел и прежде бодро торчавшие усы
как-то повисли.
- Да я, собственно, ничего, - пробормотал он. - Я - что же! Но Валентин
Сергеич звонил, в этом я вас клятвенно заверяю...
Мы неодобрительно помолчали, и Кочергин откашлялся и вышел.
Пока Андрей, хватаясь за живот от смеха, валялся на диване, я снова
позвонила в Наркомздрав.
- Заместитель наркома на докладе, - беспечно ответила секретарша, и
снова тоже беспечно: - На докладе.
- Андрей, перестань, тебе станет дурно.
- Ох, да. Уже тошнит. Ну и болван!
- Но что же делать?
- Что делать? Где ключ?
Я достала ключ.
- Так. - Он запер дверь. - И так. - Он взялся за край письменного стола
и одним махом подвинул его к двери. - Ну-ка, помоги!
- Андрей!
- Давай, давай! Потом будешь разговаривать. Сама говоришь, главное -
выиграть время.
У него были сумасшедшие, широко открытые глаза, и я немного испугалась,
когда, выстроив у двери баррикаду, в которую вслед за столом вошла
вертящаяся этажерка и маленький, но очень тяжелый несгораемый шкаф, он
крупными шагами прошелся по разгромленному кабинету.
- Ты думаешь, я сошел с ума? Нет, просто надоели эти скоты, которые
мешают жить и работать! Надоели карьеристы, доносчики, лицемеры! И знаешь,
кто виноват в том, что они командуют нами? Мы! Мы слишком вежливы, мы
обходим скользкие места, мы боимся говорить правду. Мы терпим и учим других
терпеть, а они тем временем действуют - и решительно, умело!
- Знаешь что, не кричи. Они - за стеной. Почему ты все время хватаешься
за портфель? Ты принес бомбу?
- Нет, пиво. И бутерброды. Взял в буфете, не успел пообедать. Хочешь?
В дверь постучали, и, оставив пиво, он ринулся вперед с таким видом,
что Крамов, если бы это был он, оказался бы в рискованном положении. Но это
был институтский служитель Половинкин. Час тому назад он приходил, чтобы
позвать меня на конференцию, о которой я совершенно забыла.
- Татьяна Петровна, разрешите?
- А в чем дело, Илья Терентьич?
- Вас просит директор.
- Вы сказали, что я больна?
- Докладывал. Настоятельно просит.
- Пошли его к дьяволу, - с полным ртом прохрипел Андрей.
- Молчи... Я не могу, Илья Терентьич. Занята и больна.
- Хорошо, передам. Между прочим, Валентин Сергеич просил передать, что
все собрались и ждут только вас.
- Что?
- Только вас. И что не он один, а все вас просят.
- Андрей, нужно идти.
- Ни в коем случае. Это новая подлость.
- Нет, нужно. Разбирай свою баррикаду. Живо!
Крамов строго следил, чтобы сотрудники посещали конференции. Поэтому я
не нашла ничего удивительного в том, что библиотека была полна. Но когда я
вошла, общее движение пробежало по рядам в маленьком читальном зале. Все
обернулись ко мне, и едва я успела спросить у кого-то: "Что случилось?" -
как раздались аплодисменты, усилившиеся, когда к ним присоединился Крамов.
- Товарищи, сегодня я должен был бы передать свой портфель директора
Татьяне Петровне, - очень спокойно сказал он. - Она добилась отмены приказа,
согласно которому мы лишались значительной части нашего здания. Более того,
эта отмена позволяет нам сохранить в составе института одну из лучших наших
лабораторий. Остается только пожелать, чтобы редкая энергия, которую Татьяна
Петровна проявила в этом деле, была полностью перенесена на работы,
развивающиеся под ее руководством. Я, со своей стороны, обещал наркому,
который только что поздравил меня с разрешением конфликта, что буду по мере
сил способствовать решению важных задач, которые поставил перед собой
Институт биохимии микробов.


ГЛАВНОЕ - ВПЕРЕДИ
Как я ни была занята, а нет-нет с тяжелым чувством вспоминала о Мите.
Последнее время я часто бывала у него, мы говорили подолгу, о многом
вспомнили, многое переоценили. Он уезжал в Ростов, на кафедру микробиологии
медицинского института. Ни разу, как по уговору, не упомянули мы даже имени
Глафиры Сергеевны. Теперь я боялась, что Андрей может нечаянно задеть
больное место и снова начнется разговор, в котором Митя будет доказывать
полную невозможность своей жизни без этой женщины, а мы - полную возможность
и даже необходимость.
В шестом часу вечера - ростовский поезд уходил в девять сорок - я
приехала к Мите и с первого взгляда поняла, что мои опасения были совершенно
напрасны. Братья спорили, но тема этого спора была весьма далека от
несчастной Митиной "болезни воли". Разговор шел о постановке научной работы
в медицинских вузах.
- А все-таки в твоем плане работы есть что-то ложное... Не то что
ложное, а подогнанное, и обмануться легко, потому что подогнано очень
искусно. - У Андрея было сердитое, всматривающееся выражение, как всегда,
когда он встречался с чем-нибудь неопределенным или неясным. - Почему, мне
кажется, ты ни в коем случае не должен отрывать кафедру от научной работы?
Потому, что на кафедре ты будешь каждый день встречаться с молодежью,
которая хочет знать, как нужно заниматься наукой, и которая не раз заставит
тебя самого задуматься над этим вопросом. От тебя непременно нужно много
требовать, Митя! Ты сердишься?
- Да что ты, с ума сошел?
Я занялась другим, уже совсем частным вопросом - о том, в какой мере



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 [ 90 ] 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.