read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Взвод безголовых граждан потасканного вида марширует среди могил с различными режущими предметами в руках. Топоры, лопаты, косы. Выражения лиц, понятное дело, не видно, но по выправке можно смело утверждать, что ребята серьезно подходят к строевой подготовке. Шаг печатают, выправка отличная. Таким на почетных постах стоять, покой охранять, а не по могилам маршировать.
- Снимок сделан час назад случайным посетителем одного из городских кладбищ. Кто такой? Интурист, решивший посетить спокойные российские мемориалы. По его словам, если переводчик ничего не напутал, снимал он красивые памятники. Проявляя фотографии, увидел вот эту гнусность. Хотел продать газетам за большие деньги, но наши службы оперативно узнали об утечке и предприняли все необходимые меры. - Генерал хищно крутанул шашкой, чтобы сразу всем стало понятно, что с иностранным туристом тщательно поработали и он никогда больше ничего не скажет.
- Монтаж? - сомневается Мария.
- Отнюдь, - мудрено выражается генерал. - Мы проверяли. Негативы в порядке. А фотографии вот такие некрасивые получаются.
Тщательно рассматриваю ровные шеренги трупов.
- Вот этого я знаю. Постовой из перехода. С палочкой, зевал все время.
- Теперь не будет, - мрачно шутит Машка.
- Я тоже его помню, - кивает генерал, не принимая во внимание мое неосторожное признание. - Хороший парень. Много не брад. Людям жить не мешал. Так что там с вашими версиями, лейтенант?
- Я не знаю, - признаюсь честно. - Трупы собираются в стаи. Для миграции в другие края? Для подготовки преступления? Вооружаются. Дабы убивать? Обороняться? Надо предупредить администрацию. Может быть, есть смысл эвакуировать население и ввести в город войска?
Баобабова нервно хихикает:
- Мужики, вы хоть сами понимаете, о чем говорите? Какие трупы? Какая эвакуация? Какие, к чертовой матери, войска? На дворе двадцать первый век. Я смеюсь над вами. И в администрации тоже посмеются. На погоны генеральские не посмотрят. Вас, товарищ генерал, на пенсию, а наш отдел закроют без разговоров.
- А капитана Угробова - патрулировать улицы, - делает себе пометку генерал. - Знаете, я не обижаюсь на вас, прапорщик, - генерал откровенно сдержан. - Угроза реальна. Здесь вопросов нет. И мы с вами не шутки шутим. Мы боремся с врагом, перед которым мафия и бандиты разных национальностей кажутся детишками. Это, поверьте моему богатому опыту, не люди. С людьми можно договориться. Людей можно пересажать или уничтожить физически. А как, скажите, уничтожать тех, кто уже уничтожен? Знаете, ребята, - голос генерала неожиданно добреет, - так получилось, что, кроме вас, никто не справится с этим странным и, напомню, страшным делом. Генералитет очень на вас надеется. Сейчас я уйду. Но перед этим скажу вам, прапорщик Мария Баобабова, следующее: вы можете относиться к происходящим событиям как угодно. Верить или не верить, ваше дело. Но вы обязаны помочь своему напарнику прекратить серию убийств. Тем самым вы не только окажете неоценимую помощь обществу, но и побережете свою собственную голову. А за ней, за вашей головой, думаю, уже открыт сезон охоты.
Генерал широким жестом разбрасывает по кабинету письма из психушки:
- На сегодня больше новостей нет. Все за работу. Творческих вам успехов и берегите друг друга.
Генерал не прощаясь уходит, демонстративно хлопнув дверью. Следом за ним с пола поднимается капитан, говорит: "А пошло оно все", - и тоже удаляется. Ясное дело, притворялся, чтобы лишнюю ответственность с себя снять. Не слышал - не отвечаю. Мы остаемся с Машкой одни.
Баобабова шаркает армейским ботинком по ромашкам, поднимая тучи аллергической пыли. Лицо у нее не то чтобы скучное, но местами невеселое. Не радует ее даже возможность испытать в предстоящей схватке с преступником новый бронежилет на прочность.
- Маш, ты не расстраивайся. Сама подумай, зачем им твоя голова? Она же не от природы лысая, а от парикмахерской. Заказчику, всаднику этому, такая бритая голова вряд ли нужна.
- В том-то и дело, что "вряд ли". А если наоборот? Или показания плохо читал? Ладно, чего там. Давай, Лешка, работать, пока город под кочерыжку не вырезали. Маньяки орудуют или твой Безголовый, все одно в этом деле таинственного пруд пруди. С чего начнем?
Пожимаю плечами. По уму следует проверить трупы, выявить подозреваемых и причастных к преступлениям лиц. Но трупов, как было отмечено выше, нет в наличии. С остальными пунктами все обстоит не лучшим образом. Как говорится, тухлое дело.
- Вот-вот, полный птеродактиль, - на секунду заглядывает в кабинет капитан, странно хихикает и исчезает.
Баобабова не сдерживается и производит контрольный выстрел в закрывшуюся дверь. Хорошо, что до этого выпустила всю обойму в потолок, иначе остаться бы капитану без пенсии.
- Есть у меня одна идея. Еще в самолете придумал. Ты на рыбалку ходишь? - С сомнением смотрю на Машку. Под моим тревожным взглядом напарница сникает, трясет головой.
- Нет, Леша, даже не упрашивай. Я подсадной уткой быть не хочу. Того постового с палочкой на твоих глазах замочили, тебя не испугались, хотя по долгу службы должен был ты сделать все возможное, чтобы статьи убойной в подземном переходе не произошло. Теперь хочешь, чтобы я головой рисковала?
- Нет никакого риска! - Нервно заламывая руки, прыгаю по кабинету. Возбужденность достигает предела. - Послушай внимательно. Ты не лысая, ты бритая. Непосредственной опасности нет. Предположим, Заказчик клюнет на тебя и решит лично встретиться, чтобы как следует рассмотреть предмет интереса. Но поймет, что ты не натуральная, и крепко задумается. В это время я наваливаюсь из засады и скручиваю подлеца. Могу даже пистолетом пригрозить в случае неповиновения.
- Чем он думать будет? - Истеричная какая-то сегодня Машка. Не выспалась, видно. - У него головы нет!
- Думают не только головой, - возражаю я. - Наука еще надвое сказала, где в основном происходят мыслительные процессы. Народ не зря говорит про совершенно другие, гораздо ниже расположенные места.
Напарница набирает полную грудь воздуха, надувает щеки и, досчитав примерно до десяти, выпускает переработанный Кислород через свернутые трубочкой губы:
- Я подаю в отставку. Мне надоело возиться с мертвецами. Я хочу стрелять по живым бандитам. Хочу качественно и законно производить вооруженный захват не призрачных маньяков, а физически здоровых преступников. Надоело! Все! Я немедленно иду к Угробычу и увольняюсь по собственному желанию.
- Иди, - безучастно говорю я, сажусь за стол и, не глядя на собирающую личные вещи Баобабову, рисую на бумаге примерную схему преступления. В отдельных квадратиках известные мне места появления Безголового. Подземный переход. Самолет. Возможно, кладбище. Куплю карту города, возьму у убойщиков папки с делами, разнесу остальные квадратики. Может, что и получится красивое. Дальше. В отдельных кружочках схематично изображаю Безголового заказчика на лошадке, Баобабову и себя. Зачем себя изобразил? Объяснения чуть позже.
От Безголового к Машкиному кружочку стрелка. Над стрелкой нарисую ножик и капельку крови. Чем-то ведь будут ее голову отрезать? Над моим кругом жирный вопросительный знак. Не знаю, каким боком я отношусь к этому странному делу, но отношусь обязательно. События в переходе тому подтверждение. Холодный ветер и странный лошадиный топот всех из перехода выгнал, а меня нет. Такси без водителя, опять же. Хоть и взорвалось. В самолете парень ко мне приставал. Не стоит сбрасывать со счетов, что Мария моя напарница. - Я ушла.
Машка топчется у дверей. Ждет, когда я брошусь ей на шею. Броситься, что ли? Или много чести? Куда она денется. Кто хоть раз работал с лейтенантом Пономаревым в отделе "Подозрительной информации", тот ни в какую другую оперативную работу не уйдет. Проверено на собственном опыте. Сам пытался пару раз заявление написать. Не смог. Машка с пистолетом у виска возвращала обратно. Ну не у своего же виска. У моего, понятное дело.
Собранный железный ящик, в котором прапорщик Баобабова хранит вещи, оружие и прочее барахло, грохается на мой стол. На ящик опускаются ладони Баобабовой со сбитыми где-то до крови костяшками.
- Так и дашь мне уйти? Без сцен, без криков? Без скучных упреков?
Самое важное в разговоре с женщиной - выдержать паузу. Дать почувствовать ей, что она гораздо умнее своего собеседника. И еще, что последнее слово всегда останется за ней.
- Хорошо, Леша. Хочешь начистоту? Я глупо улыбаюсь и мелко трясу головой. Конечно, хочу.
- Не верю я, Лешенька, во всю эту ерунду. Не верю, что в городе появился, как вы говорите, Безголовый. Все нам привиделось. Все это сказки для старших лейтенантов и капитанов с испорченными нервами. Да, я была с тобой в самолете. Да, я его видела. И трупы обыскивала. Признаю. Но произошло это от чрезмерной усталости. Знаешь, как во сне. Все реально, а на самом деле одно видение. Просыпаешься и забываешь. Мне надоело гоняться за привидениями, которых нет, не было и никогда не будет. Я оперативный работник с очень большим стажем и с еще большими возможностями. Мой послужной список таков, что Машку Баобабову с руками оторвут в любой конторе.
- Или с головой, - улыбаюсь как можно смущеннее.
- Не трогай святое! Пойми, Леша! Дурят тебя. Садовник дурит, маньяк дурит. Генерал туда же. Кто-то должен ответить за нераскрытые убийства. Кто-то должен быть крайним. Спроси меня - кто? И я отвечу.
- Безголовый тоже все время спрашивает: "Кто?"
- Снова о своем? Все, напарник. Я не могу работать в такой обстановке. У меня голова болит.
- Уходи, и болеть перестанет, - давлю в нужную сторону. Сейчас Машке будет плохо. Впрочем, возможен обратный эффект. Плохо станет мне. - Когда-то ты не верила, что существует русский разведчик Бетмен, а потом мы вернули его родному государству. Не верила в джиннов, готовящих экспансию в наш мир. Не верила в параллельные миры, в которых жил и, надеюсь, до сих пор живет дед, исполняющий под Новый год желания. Ты всегда воспринимала все мои предположения в штыки и практически всегда оказывалась не права. Ты не можешь понять, что, кроме нашего, реального мира, существует другой, совершенно непохожий мир. Со своими законами, обитателями и преступниками. Да! Некоторые вещи кажутся необычными. Иногда просто невозможными. Но это наша работа. И если ты не хочешь быть со мной и помогать нашему миру избежать опасности с другой стороны - уходи. Только когда тебе Безголовый оторвет голову, не обижайся. Вспомни меня в последнюю секунду и пойми, как прав был старший лейтенант Пономарев.
Баобабова наваливается пятерней на железную крышку вещевого ящика. На крышке остается глубокий отпечаток ладони. По выражению ее лица пытаюсь составить психологический портрет напарницы в трудную минуту. В ней борется желание об-Ругать меня нехорошими словами. Но она знает, что я прав. Сто и даже тысячу раз прав. Мы с ней побывали в таких ситуациях, в реальность которых никто, кроме нас, не поверит. Мы видели параллельные миры, мы были там. Бок о бок, плечом к плечу. Даже зарплату за это получали. И бросить начатое дело, выкинуть в мусорную корзину наработанный материал у Машки рука не поднимется.
Амур на памперсе на плече Баобабовой задумчиво ковыряется острой стрелой в носу, сама Машка мечется между мной и дверью. Желание уйти на нормальную оперативную работу и долг перед отделом "Подозрительной информации" для нее равнозначны. Так что же перевесит?
- Но это в последний раз! - Борьба мыслей в стриженной наголо голове прапорщика Баобабовой завершилась в нашу пользу. Лично я в этом не сомневался. - Пусть будет по-твоему. Не хочу оставлять тебя, беззащитного и слабого, на поругание Безголовому и его банде Охотников. Чего ты от меня хочешь?
Поднатуживаюсь, вынимаю прижатый ящиком нарисованный только что план. Внизу, под прямоугольниками и кружками рисую схематичное изображение подземного перехода. Голос мой ровен, спокоен, глаза не поднимаю, может и в глаз садануть:
- Предлагаю гениальнейший план по обезвреживанию предполагаемого преступника. Занимаешь позицию в точке "А". Вот здесь, где крестик. Если хочешь, в целях безопасности посадим тебя в клетку. В зоопарке одолжим. На замок изнутри закроешься. Хорошо, на три. Оружейный ящик замаскируем под кормушку. Шею защитим металлическим ошейником. В том же зоопарке у тигров видел. Я займу точку "Бе". Ближе? Хорошо, стану напротив тебя. Ближе некуда. Будто газетами торгую. А все равно какими. У меня в кладовке макулатуры - девать некуда. Пионеры нынче по квартирам не ходят, леса не берегут, все больше у киосков сшиваются. Извини, отвлекся. Группу захвата разместим здесь и здесь, соответственно на входе и выходе из перехода. На ребят надежды мало, испугаются, скорее всего, но хоть постреляют от души.
- Если в переходе будем только мы с тобой, преступник нам не поверит. И никуда не полезет.
- Массовку привлечем. Из театрального училища. Пообещаем ребятам из пистолета бесплатно пострелять. Будут туда-сюда фланировать, а в случае начала операции быстренько и без паники уберутся подальше. Вот еще что. На всякий случай поставим в проходных местах капканы. Одолжим у союза охотников штук десять, на медведя. Одним словом, клиенту никуда не деться. Завалим с первого захода. Нравится план?
Баобабова морщится, сплевывает на пол, растирает каблуком непорядок, сжимает кулаки.
- Есть еще одно условие, напарник.
- Если ничего не получится, я лично извинюсь за причиненные неудобства.
- Ясное дело, извинишься. Я про другое. Про капканы ты здорово сообразил, только этого мало. Согласна работать на подсадке только в том случае, если в подземном переходе рядом будут дежурить как минимум трое попов. С крестами, святой водой и серебряными кадилами.
- Маша, - вот она, победа разума над эмоциями, - это же пережитки, попами прикрываться. Доказано, что никакие кресты на потусторонние силы не действуют. Может, Безголовый с ребятами и вылезли из земли, только никем не доказано, что они к подвиду привидений относятся. Да и где я тебе попов возьму? Не согласятся они участвовать в сомнительном эксперименте. Тем более что встает известный вопрос: имеем ли мы право рисковать гражданским населением?
- Я свои условия высказала. - Баобабова не шелохнется. Вот такая она упертая. Умеет добиваться поставленной перед другими цели. - Или так, или никак.
Долго не ломаюсь. Обещаю священнослужителей. В конце концов, Мария права. Служители бога должны помочь нам задержать Заказчика. Церкви - реклама, попам - уважение, нам - дополнительные галочки к раскрываемости.
Баобабова скрипит зубами, не понимая, почему я так быстро пошел на уступки. А нет здесь ничего тайного. Зря говорят, что душа женщины - потемки. Никаких потемок. Женщина - это как дорога. Можно на полной скорости, не тормозя на поворотах, всмятку, с убийственными последствиями. А можно по краю осторожно, с остановками, но до конца.
- Когда приступаем к операции?
- Немедленно.
- Что я должна делать?
Когда женщина соглашается, это такое блаженство для старших лейтенантов!
- Нужна твоя фотография. Размножим в разумных количествах и разбросаем с вертолета над кладбищами. С обратной стороны сделаем приписку. Что-нибудь вроде: "Я жду тебя, как ты меня". Это я сам сочинил. И укажем место встречи. Если у преступника есть голова на плечах...
- Лесик!
- Да я так, для красного словца. Если им твоя голова нужна, припрутся в переход как миленькие. Вот бы мне такая девчонка фотографию прислала, я бы за ней на край света без разговоров и раздумий.
Машка усилием воли сдерживает мощный поток внутренних чувств. Она солдат и умеет себя контролировать. Хотя могла бы, например, сказать, мол: "За то тебя, Лешка, и уважаю". Или еще что-нибудь доброе.
- Подлец ты, - улыбаясь, говорит Машка и с чувством тыкает кулачищем мне в солнечное сплетение. Не глядя, как я корячусь в просьбах втиснуть в сдавленную грудь воздух, убегает со словами:
- Я за фотографией.
Пока напарница шляется по парикмахерским, маникюрным салонам - а как же иначе в фотосалон идти, надо же, чтобы красиво все получилось, - обзваниваю необходимые предприятия на предмет оборудования, людей, социальной и церковной помощи. Народ у нас понимающий, идет навстречу охотно. Тем более что я всем говорю, мол, у нас не поимка опасного маньяка, а съемки нового замечательного художественного фильма.
К тому времени, когда Машка, подстриженная и похорошевшая, возвращается из парикмахерских, практически вся подготовка к предстоящей операции завершена. Секретарша Лидочка, согласившаяся оказать неофициальную помощь, распечатывает тысячу фотографий прапорщика. Получается неплохо. Оскалившаяся, я бы сказал даже улыбающаяся Мария Баобабова смотрит с фотографий. Грозный амур в памперсе целит стрелой в глаз зрителю. Под личностью прапорщика косая надпись: "Если ты мужик, приди и возьми!"
По специальному заказу Лидочка изготавливает здоровенный плакат девять на двенадцать метров аналогичного содержания, который решено вывесить на здании психиатрической клиники. Соберется народ, взглянет на радостную личность российского милиционера и, чем черт не шутит, выдвинет Баобабову в депутаты. Если работать, то работать с перспективой.
Через четыре часа после обеденного перерыва отдел "Подозрительной информации" в полном составе прибывает в указанный подземный переход. Последняя стадия секретной операции начинается.
Баобабова лично проверяет на прочность прутья установленной в переходе клетки. Качество ее не удовлетворяет. Убеждения, что в клетке спокойно хранились здоровенные львы, на Машку влияния не оказывают. Толстые прутья, словно пластилиновые, легко гнутся под мощными руками прапорщика. Приходится в срочном порядке вызывать бригаду сварщиков и заваривать клетку со всех сторон двухсантиметровыми стальными листами. Для Безголового оставляем лишь небольшое окошко, в которое он может при желании лицезреть прекрасную бритую голову Баобабовой.
Из оружия Машка берет с собой штатные пистолеты, гранатомет и хорошее настроение. Для удобства подсадной конфеты затаскиваем в клетку диван, переносной телевизор и книжку про героического русского разведчика, проведшего во вражеских застенках всю войну.
Пока Мария обживается на новом месте, объясняю на правах режиссера задачу массовке:
- Головой не вертеть, снимаем скрытой камерой. Дублей много, так что не останавливайтесь. Проходим по переходу, отмечаемся и возвращаемся обратно. Все повторяем в аналогичной последовательности, только с другой стороны. У клетки не задерживаться, артиста конфетами не кормить, пальцы в окошко, во избежание несчастных случаев, не пихать. Где у нас сотрудники церкви?
Группа священнослужителей с инвентарем терпеливо ждет в сторонке своей очереди.
- Спасибо, что согласились сотрудничать с нашей кинокомпанией, святые отцы. Покажем всех крупным планом обязательно. О чем кино? О нечистой силе, конечно. Попрошу встать вот здесь, поближе к клеточке. Не бойтесь, что там рычат. Это наш артист песни поет. Покажите инвентарь. Отлично. Ваша задача - при появлении отрицательного героя изгоняете злой дух с помощью прихваченного инвентаря. Узнаете, куда денетесь. У нас отрицательного героя известный артист играет. По лицу сразу и узнаете.
Попы занимают указанные места, разжигают кадила и навешивают на грудь кресты.
- Внимание всем! Прошу тишины!
Подземный переход замирает, с восторгом глядя на строгого, почти знаменитого, но такого молодого режиссера.
Достаю рацию, чтобы наложить последние штрихи на картину ловушки:
- Ласточка, ласточка! Я - Первый! Доложите о готовности.
Рация хрипит, но справляется с помехами:
- Хрюк. Я - Ласточка. Снег плотно накрыл саван. Повторяю, снег плотно покрыл саван. Прием. Хрюк.
Кто не понял, перевожу. Вертолетчики удачно забросали все кладбища, расположенные в радиусе ста километров от города, листовками баобабовско-го содержания.
- Отлично. Возвращайтесь на базу. Конец связи. Хирург, Хирург! Я - Первый. Что у вас?
- Хрюк. Я - Хирург. Технологические отверстия объекта под контролем. Ни одна гадость без разрешения не выползет. Прием. Хрюк.
- Добавьте очкариков на господствующие высоты. Без приказа огонь не разжигать.
Спецназ на месте. Вход-выход подземного перехода под контролем. Снайперы на крышах протирают прицелы.
- Мышка! Мышка! Я - Первый. Ты готова?
Вместо ответа клетка сотрясается от мощных ударов готовой на все Баобабовой. Прапорщику не сладко. Рисковать своей головой ее, конечно, учили, но нахождение в замкнутом, хоть и хорошо защищенном пространстве вызывает у вольной души приступы клаустрофобии и нелюбви к напарнику по отделу.
- Отлично! Гримеров, провожающих и просто любопытных просьба покинуть съемочную площадку. У тех, кто не успел застраховаться, имеется последний шанс. На автобусной остановке вас ожидает страховой агент.
Подземный переход освобождается от людей, далеких от мира искусства. Остаются лишь самые преданные, а также заключенные в клетку. Я волнуюсь. Операция проходит без согласования с руководством, и если что-то пойдет не так, голову открутят не Баобабовой, а мне, за самодеятельность и самоуверенность.
- Иного пути у нас нет, - шепчу я и, вспоминая шестой класс средней школы, добавляю: - Если не Баобабова, то кто же?
Ответа ждать не от кого. Капитан Угробов со спокойной душой ловит своих гражданских бандитов. Садовник, с не менее спокойной совестью, отдыхает в психушке. Лицом к лицу с опасным противником оказываюсь лишь я, молодой лейтенант Леша Пономарев.
- Внимание еще раз всем. Внимание! Плееры из ушей повынимали быстро! Вы не на концерте в опере, а на съемках широкобюджетного драматичного фильма. Граждане массовики, начинаем! Напоминаю, что двадцать скрытых камер и одна контрольная у меня на шее следят за каждым вашим движением. Будьте талантливы и не плюйте на пол. Скрытые камеры! Мотор! Начали! Массовка пошла!
Пошла массовка!
Прыгаю на заранее подготовленное рабочее место. Расхлябанная раскладушка. На брезенте беспорядочно навалены газеты и журналы двухлетней давности. В пластмассовой банке из-под майонеза мелочь и дымовая граната на всякий случай. Под раскладушкой полный набор молодого лейтенанта. Наручники, резиновая дубинка и медицинская аптечка. Мало ли кто в чем нужду испытывать станет. Студенты и студентки, воодушевленные участием в особо кассовом фильме, бегают по переходу. Указания режиссера выполняют тщательно. Не плюют, по сторонам не пялятся, друг друга не толкают. У каждого свой маршрут. Шаг в сторону означает лишение бесплатной стрельбы из настоящего пистолета и цепкие тиски медвежьих капканов. Сурово, но необходимо.
Пока все идет по плану. Пора и мне вживаться в роль.
- Кто читает "Комсомолку", от того нет в жизни толку! Кто читает "За рулем", спит тревожным жутким сном! Прессу желтую купите, про артистов посмотрите. Я не знаю, как у вас, а у нас в Гвинее стар и млад читает Костина Сергея. Если кто на женку злой, покупайте здесь "Плейбой". От газеты жесткой "Труд" мухи прям до смерти мрут.
В майонезную банку щедро падают как металлические, так и бумажные деньги разного достоинства. Работаю без сдачи. Подсчитывать в уме мелочь некогда, тщательно слежу за переходом. Маньяк может появиться в любую секунду. А то и всю банду разом накроем. Случайно заблудившийся в переходе иностранный гражданин, коварно проникший через заградительные заслоны спецназа, выложил за потасканную матрешку без деревянных внутренностей сто долларов. К раскладушке, привлеченные лейтенантскими зазывами, потянулись служители церкви в поисках специальной литературы. Но взяли исключительно не церковную. Скучно им стоять в холодном переходе без развлечений.
Через час, когда нераспроданной осталась одна раскладушка и сборники разгаданных кроссвордов, я понял, что тщательно продуманная операция приближается к логическому провалу. Маньяк, хоть и безголовый, почувствовал засаду и решил не рисковать. Наплевал практически в душу сотрудникам отдела "Пи".
Массовка устала, спецназовцы по рации просятся на обед, снайперы на крышах жалуются на бессовестных ворон, Баобабова в истерике.
Поднимаюсь с тяжелым сердцем, чтобы дать всем службам и массовке отбой. Но не успеваю.
В подземный переход врывается с улицы ледяной ветер, неся с собой осязаемый ужас и страх.
Слышу, как наверху испуганно трещат автоматы спецназа, как визжат неподготовленные к шумовым и природным эффектам студентки театрального училища. Там, наверху, взрывы, паника и буйное летнее солнце. Кто-то уже не почувствует его ласкового тепла. В короткий миг все смешивается, массовка оказывается прижатой к стенам. Все с расставленными по ширине плеч ногами упираются руками в квадратную плитку. Центральная часть перехода освобождается от лишних тел. Холодный ветер срывает с места раскладушку и, переворачивая конструкцию из алюминиевых трубок и брезента, швыряет ее по полу, уносит по подземному коридору на выход. Самопроизвольно захлопываются, щелкая металлическими пастями, капканы. Только священнослужители, занятые разглядыванием далеко не церковной литературы, не замечают перемен. Столпились кружочком, забыв должностные обязанности.
- Началось! - кричу я, вытаскивая из-за пазухи кинокамеру, одолженную в ломбарде. Бросаюсь к клетке, чтобы сообщить напарнице радостную весть.
Машка готова к торжественному захвату. Широко расставленные ноги, губа нервно дергается, гранатомет на плече опасно покачивается. Если бы не мое запоминающееся лицо молодого лейтенанта, непременно с нервов выстрелила бы.
- Ты его видишь? - По голосу напарницы определяю - Баобабова само спокойствие.
- Не вижу, но чувствую, - прижимаюсь спиной к стальным листам и пристально, насколько позволяют две единицы на оба глаза, всматриваюсь в страшную даль перехода.
Обложенная белой плиткой подземка наполняется странным дымом. Стелется холодным туманом, завораживая игривыми клубами. И слышу, как будто где-то далеко-далеко грохочет копытами таинственный всадник с острым режущим предметом в руках, запачканный кровью лысых, но в большинстве своем невинных жертв.
- Ой, я дура! Дура! - воет Баобабова. Даже прапорщики со стальными нервами способны сломаться под грузом обстоятельств. Короткий взгляд, брошенный внутрь клетки, подтверждает - у Машки приступ. Коллега по кабинету пытается укрыть тщательно выбритую голову. Но надежных мест в клетке не было, нет и не предусматривалось.
- Я с тобой.
Не совсем уверен, что я с Марией. У меня шевелюра надежная, курчавая. Ни один безголовый не позарится.
Сильнейший порыв воздушных масс бросается мне на грудь. Удержаться на ногах трудно, но возможно, благо за спиной надежная опора. Однако чувство самосохранения подсказывает, что в целях безопасности лучше переползти за клетку. Оно, может, и не так героически, но руководитель операции должен остаться в живых и запечатлеть в памяти все, что произойдет на месте засады.
Холодный туман взрывается вспышками. Закладывает сильнейшим грохотом уши. Уже не слышно визга взволнованной массовки и выстрелов спецназа. Подземный переход трясется так, словно под ним рождается новый вулкан. Трудно удержаться на ногах. Выпадают из карманов припасенные на случай возможного захвата подозреваемого наручники. Искать нет времени. Я чувствую - он уже здесь. Он рядом.
Огромный силуэт рождается из ледяного тумана. Задевая плечами за мерцающие лампы освещения, стремительно несется к клетке, где скрывается самое дорогое, что у меня есть. Гранатомет, одолженный у знакомого бандита под честное слово.
Разобрать, что представляет собой гигантская фигура, невозможно. Время несется вперед, не обращая внимания на изобретенные человечеством часы. Все происходит стремительно. С чем можно сравнить появление таинственного преступника? С мазком кисти по холсту. Со щелканьем компостера, пробивающего автобусный билет. Со вскрытой в потемках бутылкой шампанского, которую забыли уложить в холодную воду. С пулей-дурой.
Ветер в лицо настолько силен, что приходится закрыть глаза. Слышу резкие звуки столкновения металла о металл. И даже знаю, что и кто рубит.
Безголовый пытается добраться до подсадной утки. До Баобабовой. Иначе с чего она так визжит? Непонятно, почему не стреляет? Бог с ним, с гранатометом. Вернем патронами.
- Сопротивление бесполезно! - Я кричу? Да, я кричу. И даже корочки показываю. Конечно, из-за угла. На открытое место выходить не собираюсь. Сдует ветром, кто арестует маньяка? Священнослужители? Вот уж нет. Их сейчас занимают веселые картинки. И ураган, разыгравшийся в подземном переходе, им нипочем. Вера, она и есть вера. Так, что я там кричал? - Повторяю, сопротивление бесполезно! Вы практически окружены. Предлагаю сдаться добровольно. В противном случае...
Домашние заготовки вылетают из головы, как обрывки старых газет из перехода. А что делать молодому лейтенанту, когда вылетают заготовки? Правильно, импровизировать. Мы тоже, чай, не из рядового состава.
- ...Пожизненный срок, колка дров в тайге, вши и гнус.
Я не знаю, что подействовало на Безголового. Может, угрозы, а может, и крепость клетки. Сейчас ли об этом гадать. Все сумасшествие заканчивается быстро и, к моему удивлению, без физических для меня последствий.
Тишина после бури оглушает так же сильно, как буря после тишины. Две противоположности любят затыкать уши смелым молодым лейтенантам. Туман, словно последнее мороженое, слизанное с блюдца, исчезает без остатка. Массовка, застигнутая врасплох у стен, без чувств валится на пол. А если бы не выполняли указаний режиссера и наплевали, то падали бы на пол заплеванный. Вот что значит предвидение!
Выхожу из укрытия. Слова молодого лейтенанта торжествуют над темной стороной. Нарушитель, хоть и не задержан, бросился в бега. Как говорил герой одного комикса: "С нами сила, напарник".
Пешеходный переход практически разрушен. Торговые точки, закрытые по причине съемок, перевернуты, потоптаны и разломаны. Цветной товар разбросан. Убытки не покроются одной лейтенантской зарплатой. Придется занимать в долг у всего отделения.
Стараюсь не наступить на россыпь чупа-чупсов, чипсов, клипсов и прочей мелочевки с обнаженными картинками. Осматриваю клетку. Сооружение, аналогов которому не было, нет и не предвидится ни в одном зоопарке мира, возложенную на него нагрузку выдержало. Стальные листы зверски порублены, видны глубокие вмятины и колотые дырки. Но в целом клетка не разрушена.
- Маша! Ты живая?
Вопреки ожиданию, прапорщик Баобабова в целости и сохранности. Железные двери на трех висячих замках и одной щеколде выбивает ногой, выпрыгивает на свободу и трясет перед моим носом наручниками:
- Видел? Нет, ты видел? Он же у меня, гад, в руках был. Я его, сволочь, чуть было к скамье подсудимых не подвела. Жаль, оборудование не выдержало.
Как доказательство предъявляется половинка наручников. Цепочка аккуратно перерезана. Я бы сказал, перерублена.
- А ты где был? - Машка прекращает верещать о собственных подвигах и осматривает разрушенный переход.
- Это не я, - оправдываться перед напарницей не имеет смысла. Она не прокурор, сроков не дает.
- Верю. - Баобабова отбрасывает непригодное оборудование, отряхивает ладони, проверяет на целостность бронежилет и грустно добавляет: - А ведь после этого тебе, Лешенька, в органах не работать.
Я знаю. Мысли о финансовой компенсации - только попытка оправдаться. За самодеятельность, приведшую к порче государственного и гражданского имущества, даже если не принимать во внимание моральный ущерб массовки и спецназа, по головке не погладят. Хоть по лысой, хоть с кудрями. Выгонят со службы без разбирательств. И это только лучший вариант.
- Не расстраивайся, Лешка, - Баобабова пытается утешить, но получается не слишком удачно. - Пойдешь сторожем работать. В крайнем случае - урологом.
- Лучше уфологом, - поправляю Машку.
- Один черт.
Вокруг нас собирается ожившая массовка. Слышны хвалебные отзывы о великолепных спецэффектах, о мастерстве молодого, но такого талантливого режиссера. Даем с прапорщиком пару автографов. Машка толкает локтем, предлагая не слишком светиться. Может, даже смыться, пока начальство не прибыло для разборок.
Поздно. Натетнице, что ведет в кишку подземного перехода, слышны отрывистые команды, предупреждения о возможной стрельбе на поражение. Массовка, помня только что пережитый ужас, отступает от прославленного режиссера. Между мной, напарницей и лестницей образовывается широкий коридор из человеческих тел и несработавших капканов. Восемь полковников, постоянно передергивая затворы личного табельного оружия, оттесняют человеческие массы, освобождая начальству доступ к проштрафившимся сотрудникам отдела "Подозрительной информации".
Генерал уже в форме, опираясь на оголенную шашку, как на палку, спускается по ступеням. По дороге ковыряется грозным оружием в развалах коммерческого товара. Запихивает в карман длинной начесанной шинели горсть чупсов на палочках. Для внуков, не для себя. Генералы чупсов не кушают.
Усатые полковники подводят седого начальника поближе к клетке. Карманными фонариками создают дополнительное освещение. Расторопный ординарец разыскивает среди хлама стул. Генерал, кряхтя больше из приличия, нежели от ревматизма, присаживается на краешек, опирается руками на шашку, мудрым взором генеральских глаз осматривает оперативную группу в количестве двух сотрудников отдела "Пи".
- Кхх-хм-хэ! - говорит генерал, и сразу всем становится понятно, кто здесь главный. В словах генерала мудрость лет и тяжесть погон. Начальство помладше сразу бы начало с главного, с ругани и прилагательных. Но генерал не таков. - Садись...
В отличие от генерала, нам с прапорщиком ординарцев не положено. А раз нет ординарцев, нет и стульев. Поэтому остаемся в стоячем положении. Как и положено при общении с вышестоящим начальством. Баобабова, правда, закуривает. Но это от волнения.
Генерал глотает слюну. Видно, старику тоже хочется сигаретку, но стрелять у сотрудников младшего прапорщицкого состава неудобно. Поэтому он сразу переходит к делу.
- Эти?
Знакомый полковник Куб, постоянно промокая лоб платком, подскакивает к стулу.
- Так точно. Эти. Старший лейтенант Пономарев и прапорщик Баобабова. Восьмое отделение, отдел так называемых подозрительных сведений.
- Это? - Легкий генеральский кивок в сторону разрушенного подземного перехода.
- Так точно. Восемь малогабаритных ларьков на приличную сумму. Только что проведенный евроре-монт и невыплаченные гонорары массовке.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [ 10 ] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.