read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



- Она ждет вас в спальне, - заверил тот. Он посторонился, пропуская Дэвна впереди себя. - Если вы пройдете со мной...
- Хорошо, иду, - отозвался Дэвн.
Он прошел мимо слуги к двери и уже почти вышел за дверь, когда почувствовал резкий рывок за шею. Руки Дэвна рванулись к горлу, его потянуло назад. Проволока или веревка... Фарен тяжело дышал, заваливая его назад. Дэвн попытался закричать - и не смог. Мышцы шеи напрягались, он задыхался, но петля оставалась на месте, врезаясь ему в плоть, не давая глотнуть воздуха. Он отчаянно попытался подсунуть под гарроту пальцы, но Фарен извивался, словно акула, тянул и дергал, заставляя проволоку врезаться все глубже, рассекать тело.
- Сильный ты, однако! - пропыхтел Фарен. - Тянешь тебя, как рыбу!
Дэвн отчаянно пытался вздохнуть. А потом пришло забытье. Он словно издалека почувствовал, как гаррота перерезает ему дыхательное горло. Как это ни удивительно, но никакой боли не было...

7
"Принц Лисса"

В океанах Нара дни короткие, а ночи - длинные. Здесь, на севере мира, осень уже почти умерла, и белые шапки на воде становились все выше по мере приближения зимы. Черная империя, эта огромная преступная страна, лежала на горизонте бесконечной полосой, но у моряков Лисса вид такой протяженной суши вызывал отнюдь не радость. Они вышли в плавание много месяцев тому назад, оставив позади руины своей страны и своих печальных жен, и в холодных кубриках шхун их могли утешать только яркие воспоминания об уюте. Работа предстояла дерзостная и жестокая, а многие из моряков были ещё совсем мальчишки, не испытанные ранее в бою. Только битва превратит их в мужчин.
В каюте командующего флотом Пракны был всего один иллюминатор. Это было тесное помещение на баке, и круглое окошко было чуть больше его собственной головы. Но для Пракны иллюминатор был подзорной трубой в другой мир. В тихие ночи, вроде этой, когда поздний час заставлял матросов на палубе затихнуть, Пракна смотрел в окно на туманное сияние Нара и пытался представить себе его обитателей. После десяти лет войны противник оставался таким же непостижимым. Пракна целиком погружался в созерцание, убаюканный покачиванием корабля, и отдавался воспоминаниям. И порой он грезил - о еде и свежих фруктах, о тепле Сотни Островов, о нежной дружбе с женой и утраченных ласках.
Пракна устал. Он и его флот патрулировали Нар, словно корсары: огромная волчья стая, острящая зубы на имперских кораблях. Пракна выполнял свою клятву поставить врага на колени. Оставшись без защиты Черного флота, берега Нара стали открыты для его набегов. Но только берега: на суше по-прежнему господствовала армия Нара. Пракна надеялся, что со временем смута внутри империи расколет армию пополам, но до той поры они будут плавать в водах Нара и брать все, что пожелают. Пусть нарцы расплачиваются за все, что они сделали.
Эта ночь для командующего флотом ничем не отличалась от других. Его корабль, "Принц Лисса", лениво скользил по океану. В крошечной каюте было холодно. Одна свеча горела в лампе на столе. Низкий потолок над головой поскрипывал в такт медленной качке, соленые брызги затуманили стекло. Одеяла на койке были сбиты, свидетельствуя об очередной беспокойной ночи. Пракна, с освещенным свечой бледным лицом, сидел за столом и ждал нового рассвета. На столе перед ним лежал лист желтой бумаги. Вполне вероятно, что письмо так и не попадет в руки адресата. Однако Пракна все равно его написал. Пока он писал, она словно была рядом с ним. Он перечел написанное, потом опустил перо в чернильницу и стал писать дальше.
"Я вернусь, когда смогу. Без своего флота нарцы не так сильны, но я не думаю, чтобы Черный флот оставил их навсегда. Нар по-прежнему их родина. А я знаю, любимая, как тянет к себе родина. Когда мы выманим флот с Кроута, я вернусь".
Пракна хмуро посмотрел на последнюю строку. Смелое обещание. Но ему отчаянно хотелось его исполнить. Он нужен Джлари. После гибели их сыновей она стала похожа на призрак. Он собрался было написать ей о тех нарцах, которых убил, о своем мщении - но передумал. Джлари не любила войну. Она умоляла его остаться дома. Но он был командующим флотом, и армада никак не могла плыть без него. И он оставил Джлари. Долгие месяцы тому назад.
"Когда я вернусь, я привезу тебе подарки. У меня есть кольцо и другие украшения, которые я отнял у нарских женщин. Видела бы ты этих женщин, любимая! Они совсем не похожи на хрупких девушек Лисса. Они все крупные и выносливые. Видя их, я ещё сильнее скучаю по тебе. А когда они видят нас, они ужасаются. Они не понимают, почему их флот не защищает их, и при виде наших кораблей они начинают вопить".
Пракна обожал эти вопли. Он наслаждался ужасом, который внушало нарцам появление его армады.
"У нас мало потерь. Мы сильны, так что не тревожься обо мне".
Это была ложь, но Пракна все равно так написал. Каждый раз, когда они нападали на город, их число уменьшалось. Его лиссцы не были воинами. Они были моряками. Вот почему им нужен Вэнтран.
"Любимая, я по тебе скучаю. Мне не хватает наших сыновей. Если бы ты могла читать в моем сердце, ты не удивлялась бы, почему я это делаю. Мужчины не похожи на жен, которых они оставляют дома, и я ничего не могу поделать с жаждой мести, которая мною движет. Скажи женщинам моряков этого корабля, что их мужья сражаются не за себя, а за честь Лисса". .
Лисе Изнасилованный. Так они теперь называют его родину. Сотня Островов истерзана нарцами и их десятилетней блокадой, но страна не покорилась, не потеряла чести. Она смело смотрела в лицо Нара, она не уступила Черной империи и её жадному правителю, Аркусу. Десять лет Лисе держался в одиночку, пока остальной мир наблюдал за их избиением, не решаясь противиться своим имперским повелителям. Кроме трийцев из Люсел-Лора, только Лиссу удалось пережить Аркуса. И теперь Аркус мертв, а в его империи царит хаос - и Лисе готов восстать из пепла.
"Милая моя жена, я надеюсь, что этой ночью ты крепко спишь. Я надеюсь, что в Лиссе тепло и что утреннее солнце будет ярким. И помни мое обещание. Ты снова меня увидишь".
И подписался очень просто: "Пракна".
Командующий флотом некоторое время смотрел на свое письмо, а потом вернул перо в чернильницу. Это письмо присоединится к другим, лежащим в ящике его письменного стола, пока не появится возможность отправить один из кораблей в Лисе. В последнее время это получалось довольно редко. Они оказались далеко на севере, и Пракна считал необходимым поддерживать боеготовность на случай возвращения Черного флота. В течение многих месяцев лиссцы совершали набеги на берега Нара, надеясь выманить дредноуты Никабара из гаваней Кроута. Они одержали несколько внушительных побед, пустили ко дну более тридцати торговых кораблей. Пракна был уверен, что рано или поздно Никабару придется на это отреагировать. Он никогда не встречался с Никабаром, но знал, как тот мыслит. Он был уверен, что капитан "Бесстрашного" не сможет вынести такого позора.
- Мы захватим Кроут, - прошептал он. - Обязательно захватим...
Это была бы идеальная база, её местоположение позволило бы совершать нападения на Черный город. Если остров удастся захватить, это будет окончательный перелом в ходе войны. Но сначала нужно было выманить "Бесстрашного".
Пракна отодвинул письмо и откинулся на спинку стула. "Бесстрашный". Его рок. Даже "Принц Лисса" не мог сравняться с этим чудом. Флагман Черного флота был не похож ни на один другой корабль: это была плавучая крепость, несокрушимая. Говорили, что этот корабль непотопляем. Интересно, так ли это. Никабар и его корабль были проклятием военного флота Лисса. "Бесстрашный" был тайным оружием, предназначенным для уничтожения Сотни Островов, и составлял основу нарской блокады. Этот корабль был менее скоростным, чем остальные дредноуты, но это как сказать, что у горы маленькая скорость. Его корпус был сделан из шиповатой стали, он был вооружен двумя дальнобойными огнеметами, и он топил все шхуны, высылавшиеся против него.
Например, "Огненную птицу".
У берегов острова Меер "Огненная птица" встретила "Бесстрашного". Один удачный выстрел огнемета - и она загорелась и затонула в считанные минуты. Некоторым членам команды удалось добраться до берега. Но воды у Меера были теплые и кишели акулами. Пракна закрыл глаза. Он всегда был против того, чтобы оба его сына служили на одном корабле. Известие он получил спустя неделю. С тех пор Джла-ри стала похожа на призрак. Она молчала. Они с Пракной больше не занимались любовью. Для неё это стало ненужным. Она была слишком стара, чтобы родить новых сыновей. И Пракна тоже изменился. Смерть его мальчиков убила в нем совесть - и он это сознавал. Поэтому он смог нашептать на ухо королеве мысли о мщении. Он заново отстроил флот и создал армаду. И когда пришел приказ выйти в плавание, он был рад это сделать. Для Пракны в жизни не осталось ничего, кроме чести Лисса.
С туманящимися от усталости глазами Пракна положил голову на стол. Он ощущал ритм качки, передающийся по шпангоутам, слышал резкие удары воды о корпус "Принца Лисса", разрезающего волны. Его веки опустились, и им овладело забытье. Он только надеялся, что не увидит снов...
Его разбудил стук в дверь каюты. Пракна медленно открыл глаза. Прошло не больше часа. В каюте все ещё было темно. Свеча все ещё горела под стеклом.
- Что такое? - устало спросил он. Дверца со скрипом открылась, и в каюту заглянул Марус. Старший помощник Пракны виновато улыбнулся, заметив, что капитан не поднимает головы со стола.
- Пракна?
Командующий поднял голову и жестом пригласил друга входить.
- Входи, Марус, - прохрипел он. - Я не спал.
- Спал, - возразил Марус. - И мне жаль, что я тебя разбудил.
- В чем дело?
- Корабль. В двадцати градусах по левому борту, идет параллельным курсом.
- Что за корабль?
- Слишком далеко, чтобы можно было сказать, - ответил помощник. - Но я подумал, что тебе следует об этом знать.
Он действовал так всегда, и Пракна это ценил. Марус был прекрасным заместителем: именно такого человека капитану хорошо иметь рядом с собой. Они уже много лет служили вместе и были знакомы с отрочества. Когда надо было выбирать для "Принца" штурмана, выбор Пракны сразу же пал на Маруса. И в их близости было нечто большее, чем долгое знакомство. Марус тоже потерял сына.
- Поднимайся на палубу и жди меня, - сказал Пракна, ища взглядом сапоги. - Я сейчас выйду.
Марус вышел из каюты, закрыв за собой дверь. Пракна отыскал сапоги под койкой и натянул их. За иллюминатором была непроглядная тьма, но командующий знал, что рассвет уже совсем близко. Что принесет с собой утро? Еще один нарский корабль. Почти наверняка торговый. Их курс снова привел их к берегам Дории, главного морского порта империи. Они уже совершили одно нападение на Дорию, и успех этого нападения поверг местные торговые компании в шок. Пракна приказал своему патрулю держаться недалеко от города, дожидаясь неизбежного возвращения торговых кораблей. Командующий флотом улыбнулся, довольный своей тактикой.
Он натянул куртку, задул свечу в лампе и вышел из каюты. По пустому коридору он быстро добрался до трапа, ведущего на палубу. Поднявшись, Пракна открыл люк и вышел на бак. Резкий ветер ударил ему в лицо. Вокруг ревел океан. На палубе был Марус и ещё два лейтенанта. Они всматривались в темноту. Марус держал у глаза подзорную трубу. Мигала на ветру масляная лампа. Пракна подошел к ним и, щуря глаза, начал вглядываться в даль слева. Когда "Принц" поднялся на очередной волне, что-то мелькнуло вдали, и Пракна решил, что это огни кают. Марус передал ему подзорную трубу.
- Слишком темно, чтобы что-то рассмотреть, - сказал его помощник. - Но это не военный корабль. Сопровождения нет. Он плывет один.
Пракна поднял подзорную трубу. Горизонт был черным, и ему не сразу удалось найти судно - но наконец он поймал туманное свечение. Большой корабль. Медленный. Но не военный. У Пракны немного заныло сердце. Конечно, он не особенно рассчитывал встретить здесь "Бесстрашного", но все равно был разочарован. Сложив подзорную трубу, он вернул её Марусу.
- Дай сигнал остальным кораблям, - приказал он. - Мы будем идти следом, пока не рассветет. А потом посмотрим, что тут у нас.
- Есть, сэр! - ответил Марус.
Он немедленно начал выкрикивать приказы команде. На палубе закипела работа. Посередине корабля матросы вращали гандшпуг, выбирая шкоты. "Принц Лисса" накренился на левый борт - рулевой повернул штурвал, направляя корабль следом за нарским судном. Корабль Пракны шел первым, как мать-волчица, а за ним бежала дюжина её волчат. Пракна снова посмотрел, что происходит по правому борту. Первые рассветные лучи появились над горизонтом, осветив Нарскую империю. Он проложил курс обратно к Дории, и теперь она виднелась вдали, совсем крошечная. Слева был черный океан, бесконечный и глубокий. Корабли шли на северо-северо-запад, против ветра. Этот курс сбил им скорость, но Пракна не сомневался в том, что его шхуна сможет догнать идущее вдали судно. Ни один корабль Черного флота не мог сравняться в скорости с его шхунами. Во время своей долгой войны с Лиссом нарцы испробовали множество корабельных конструкций, и все-таки их хваленым военным лабораториям не удалось создать достаточно быстрый киль. Это было единственным преимуществом военного флота Лисса над его хорошо вооруженным противником.
"Принц Лисса" и сопровождающие его корабли преследовали неизвестный корабль ещё час, пока окончательно не рассвело. Пракна и его офицеры стояли на баке, перегибаясь через леера, и ждали, пока солнце осветит добычу. Командующий флотом снова посмотрел в подзорную трубу. Теперь он уже отчетливо видел корабль. Крупный, с широко расставленными мачтами и развернутыми парусами, ловящими ветер. На центральной мачте развевался флаг Нара - новый, который называли "Свет Бога". Под ним располагался треугольный штандарт Дории: желтое поле с изображением меча. Ясно, что не военный корабль, широкий по миделю и многопалубный, с громадными трюмами. Пракна сложил подзорную трубу и сделал вывод.
- Работорговец, - с отвращением объявил он. - Наверное, из Бизенны. Марус кивнул:
- Рабы. Бедняги. Прекратим преследование?
- Преследовать и атаковать.
- Сэр?
- Это был приказ, Марус.
- Есть, сэр! Ближе всех "Защитник" и "Серая дама".
- Пусть они приблизятся с левого и правого бортов. Мы пойдем вперед.
- Есть, сэр, - ответил Марус и отправился выполнять приказы командующего.
Пракна вцепился в поручни. "Принц Лисса" рванулся вперед, рассекая волны бритвенно-острым килем. "Защитник" и "Серая дама" оторвались от остальных шхун и присоединились к флагману. Их окованные сталью носы были готовы таранить работорговца. На тяжелом торговом судне их явно заметили и стали неумело маневрировать, пытаясь уйти от преследования. Марус выкрикнул приказ, и "Принц" понесся прямиком за убегающим кораблем. Лисские флаги с морским змием трепетали на мачтах кораблей, пожиравших расстояние. Мокрые от брызг матросы подбирали шкоты, туго натягивая паруса. Слева вырвался вперед "Защитник", а "Серая дама" взбивала волны чуть позади.
- Они нас видят! - крикнул Марусу Пракна. Казалось, Марус расстроен.
- Да, сэр.
- Никаких сантиментов, Марус! - бросил ему Пракна. - Они не просто рабы - они нарцы!
Пракне нужен был не работорговец, но на какое-то время он утолит его жажду. Даже сейчас, когда империя стала разрушаться, Нар по-прежнему торговал рабами. Пракну от этого тошнило. Его тошнило от всех нарцев. В покоренных землях Бизенны нарские аристократы собирали рабов, словно урожай зерна. Пракна слышал рассказы об этом. Некоторых из его соотечественников тоже брали в рабство, увозили в Черный город и заставляли работать в грязных литейных военных лабораторий. Пракне такая судьба казалась хуже смерти.
"Принц Лисса" сокращал расстояние до убегающего работорговца. Теперь Пракне уже видны были люди на палубе, с ужасом смотревшие на приближающихся пиратов. С левого борта к работорговцу приближался "Защитник", и его стальной нос был готов протаранить высокий борт корабля. "Принц Лисса" подошел ещё ближе. "Серая дама" направилась к правому борту нарского корабля. Пракна крикнул Марусу, приказывая, чтобы "Принц" обогнал жертву. Шхуна накренилась, реагируя на поворот штурвала. На корме матросы Пракны готовили палаши и крепче хватались за поручни.
"Сегодня мы - пираты, - подумал Пракна. - Именно такие, какими нас всегда считали нарцы".
Но они не заслуживают лучшего: даже эти несчастные из Бизенны. Для Пракны они все были просто нарцами. Они принадлежали к этому разнеженному, развращенному народу, который превращал в рабов своих собственных детей и насиловал другие народы. Если бы он мог, он всех их сжег бы заживо.
Нарский работорговец находился в столь невыгодном положении, что очень быстро поднял белый флаг. Большой корабль снизил скорость, его паруса опали. Нарские матросы махали на палубе руками, показывая, что сдаются. Пракна замер в полной неподвижности. "Принц Лисса" несся вперед. "Защитник" и "Серая дама" повернулись, готовясь к тарану. Сквозь рев волн до Пракны доносились глухие крики нарских матросов. Он глубоко вздохнул - и на долю секунды заколебался.
А потом отдал приказ.
- Давай сигнал "Защитнику", - крикнул он Марусу. - На таран!
Марус мрачно кивнул. По палубе передали приказ. Сигнальщики замахали разноцветными флажками. С "Защитника" быстро пришел ответ. Шхуна изменила курс всего на несколько градусов, наставив сверкающий сталью нос на корпус жертвы. Словно гигантская акула, корабль пошел вперед, набирая скорость. Стоящие на палубе напряглись. "Серая дама" свернула в сторону и пошла параллельно тяжелому работорговцу, а "Принц Лисса" занял позицию перед нарским судном. Капитан нарского корабля кричал и отчаянно махал руками, словно надеялся отогнать "Защитника". Пракна вскинул вверх кулак:
- Давай!
Нос "Защитника" врезался в беспомощное судно. Дерево застонало и затрещало - корпус работорговца вдавился внутрь. На палубе и в трюмах раздались вопли. "Защитник" подался вперед, и его нос начал раздирать доски, поднимаясь вверх, словно рог носорога, нанесший смертельную рану. "Принц Лисса" описал круг перед искалеченным работорговцем. Команда флагмана хранила молчание.
- Ты только посмотри! - пробормотал Марус.
Нарский корабль содрогался из-за поступающей внутрь воды, залившей нижние палубы и трюмы. Нарские моряки стали покидать обреченное судно, завалившееся на левый борт. "Серая дама" направилась прямо на людей, которые качались на волнах, потрясенные и растерянные. Пракна смотрел, как киль "Серой дамы" давит нарцев. "Защитник" высвободился из пробитого корпуса, вытягивая за собой окровавленное месиво из досок и дегтя: кораблю необходимо было отойти, чтобы разбитый работорговец не утащил его на дно.
Пракна скрестил руки на груди. Он был удовлетворен. "Принц Лисса" сбавил скорость и пошел вокруг нарского корабля. Тяжелый работорговец заваливался все сильнее, набирая воду. Судно стонало и сотрясалось, поглощаемое океаном, который безжалостно затягивал его в глубину. На палубах разбитого корабля раздавались крики страха и отчаяния. Люди спешили спастись, бросаясь в воду через пробитые борта.
В затопленных грузовых трюмах было тихо.
"Защитник" высвободил нос и медленно отплывал от своей жертвы. "Серая дама" шла на следующий заход. Обезумевшие нарцы плыли во все стороны, отчаянно пытаясь уйти от охотящихся за ними шхун. Некоторые плыли к берегу в глупой надежде преодолеть немыслимое расстояние. Другие просто держались на поверхности, не понимая, что происходит, - и кили военных кораблей давили им черепа.
В несколько коротких минут нарское судно прекратило существование. Пракна стиснул зубы. Это был проклятый богами работорговец! Он заслуживал того, чтобы потонуть - со своей командой и грузом. Командующий флотом смотрел на кипящий океан, пока от корабля не осталось ничего, кроме пены - а потом исчезла и она. Он отвернулся от поручней и оказался лицом к лицу с Марусом. Выражение лица старшего помощника было серьезным.
- Он вез рабов, - пробормотал Пракна, обращаясь не столько к Марусу, сколько к самому себе. - Чтобы они работали в военных лабораториях. И строили корабли...
- Да, сэр.
Пракна судорожно сглотнул.
- Возобновляем патрулирование, - тихо сказал он. - Я буду у себя в каюте.
- Есть, сэр.
Марус дал своему капитану отойти. Но едва Пракна успел сделать несколько шагов, как Марус его окликнул:
- Пракна!
Пракна остановился и снова повернулся к своему другу:
- Да?
- В следующий раз, - пообещал Марус, - это будет "Бесстрашный".

8
Черное Сердце

На борту "Устрашающего" Симон Даркис проводил долгие часы на палубе. Повседневная рутина длительного плавания обтекала его, как река валун. Он считался особым гостем графа Ренато Бьяджио, и членам команды больше ничего не нужно было знать об их странном пассажире. Симон старался им не мешать, но ему необходимо было выходить на солнце, чтобы его слабые лучи заставляли его кожу краснеть, чтобы ветер обветривал ему лицо. Так как его желудок не выносил бесконечной океанской качки, вынужденное голодание давалось ему легко: все, что он заталкивал себе в горло, моментально выходило обратно. Прошло уже три мучительные недели с того дня, как они отплыли с Кроута, и с тех пор Симон ни разу как следует не поел. Всегда бывший худым Симон стал теперь изможденным: именно так ему и надо было выглядеть, чтобы обмануть Шакала. Он повесил свою одежду для маскировки - форму нарского легионера - на рею, а иногда скатывал в ком и тащил её по воде. Как и его собственное тело, форма должна нести на себе следы непогоды, иначе ему не сыграть избранной роли. У него в каюте была приготовлена и пара обычных сапог с подошвами настолько стертыми, что пальцы почти касались земли. Симон придумал эту уловку сам, и Бьяджио её одобрил.
Симон не был знаком с Нарским Шакалом и не держал на него обиды. В чем-то он даже восхищался Вэнтраном. Этот человек поверг империю в хаос, отказался от королевской власти над Арамуром и создал из трийцев армию, которая смогла нанести поражение легионам Форто. И все ради любви к женщине. Симону казалось, что при иных обстоятельствах они могли стать друзьями. Но Симон был Рошанном, а мщение Бьяджио неотвратимо.
Он не стал рассказывать Эрис о своем задании. Она все равно его не поймет. А если бы она узнала правду, это могло бы мгновенно убить её любовь. Несмотря на свою близость к Бьяджио, эта невинная девушка почти ничего не знала о Рошаннах. И это не было просто договоренностью между ним и Бьяджио. Вне зависимости от его женитьбы на танцовщице Бьяджио потребовал бы от него мстить Вэнтрану. Эрис просто станет наградой за годы верной службы. И ещё она станет для господина способом выразить свою особую привязанность к Симону. Симон понимал это - и содрогался. Но он не обманет Бьяджио. Он любит Эрис и сделает все, чтобы жениться на ней - даже выкрадет ребенка. Он честно признавался себе, что девочке никогда не уйти с Кроута живой. Если она вообще его покинет, то только разрезанная на кусочки. Бьяджио любит посылать людям головы.
Его господин - чудовище. Теперь Симон хорошо это сознавал. Глядя с палубы на пробегающие волны, он думал о том, что служит чудовищу, существу, чей разум сожрало снадобье. Бьяджио не всегда был таким, и Симон оплакивал память о нем. В первые дни существования Рошаннов, когда Бьяджио был молод, а Симон был мальчишкой, граф был для жителей Кроута героем. Он включил остров в империю, подкармливал крестьян бесконечными грузами с материка, дал Кроуту то, чего ему отчаянно не хватало, - уважение. Бьяджио был правой рукой императора, и стало немодно называть кроутов сборщиками маслин и пьяницами. Они стали Рошаннами, опасными и внушающими страх. И за один этот великий дар жители острова обожали графа Бьяджио и готовы были простить ему все, что угодно.
Даже безумие.
В этот день на палубе "Устрашающего" было холодно. Крейсер свободно скользил по бурному океану под надутыми парусами. Симон стоял на корме и смотрел на струю за кораблем. "Устрашающий" был прекрасным кораблем, одним из самых новых в Черном флоте. Конечно, он не был так внушителен, как "Бесстрашный", но для этого секретного поручения он подходил лучше. Сейчас он уже обогнул мыс Люсел-Лора и направлялся к Фалиндару. Капитан Н'Дек не хотел допустить ошибок и вел судно далеко от берега. Он сказал Симону, что в этих водах водятся гигантские морские змии и кальмары, способные утащить на дно даже "Бесстрашного". Н'Дек был человеком ехидным, склонным запугивать собеседника лживыми историями, но Симон все равно пoдoзрительно наблюдал за глубинами. Он питал отвращение к морю - странная черта для человека, который вырос на острове.
Вскоре они уже будут в Люсел-Лоре. Симон заранее предвкушал, как почувствует под ногами твердую землю, однако само задание его пугало. В конце концов, оно было невыполнимым, и он в душе не рассчитывал на успех. Вэнтран будет подозрителен ко всему. Он пережил императора, убил Блэквуда Гэйла и, что самое невероятное, перехитрил Бьяджио. Симон не верил, что столь сообразительный человек позволит незнакомцу украсть его дочь. Однако Симон был уверен, что есть одна вещь, без которой Ричиус Вэнтран страдает. Он - нарец. И это значит, что в Люсел-Лоре он одинок. Рядом с ним нет никого, кто бы его понимал, и ему наверняка будет отчаянно хотеться пообщаться с соотечественником. Симон понимал, что идет на риск, но считал, что у него есть неплохие шансы на удачу. Он сыграет на симпатиях Вэнтрана, вотрется ему в доверие. Вэнтран привыкнет к тому, что у него есть друг. И тогда Симон, как кобра, нанесет удар.
"Я лишен совести, - подумал Симон. - Боже, помоги мне!"
Вот почему он был таким хорошим Рошанном, почему Бьяджио привык на него полагаться. Фамилия Симона была неслучайной. Он обдуманно назвался Даркисом. На языке Фоска, где родилась его мать, это слово означало "черное сердце". Симону казалось, что такое имя как нельзя больше подходит человеку без совести.
"Нет", - мысленно поправил себя Симон. Он не лишен совести. По крайней мере не совсем. Он испытывает сожаление по поводу своего задания: достаточно сильное, чтобы оставаться человеком. И это было приятно. Если бы он был человеком верующим, то молился бы о прощении, но новый бог Нара был глух к жителям Кроута. Поэтому Симон хранил молчание и просто смотрел на кильватерную струю корабля, изумляясь её размеру. Ветер хлестал его обросшее бородой лицо и сушил губы. За спиной садилось солнце, возвещая конец дня. Матросы на палубе перекликались друг с другом, занимаясь своим делом. Симон подумал об Эрис, вспомнил её заостренное личико и безупречную грудь. У неё были божественно красивые ноги - длинные и стройные. Симон почувствовал прилив желания, которое наполнило его одиночеством. Скоро он захватит дочь Шакала и навсегда освободится от этого томления. Они с Эрис поженятся, Симон закрыл глаза и улыбнулся. В этот момент у него за спиной послышались шаги.
- Змиев видел? - спросил Н'Дек. Капитан встал вплотную к Симону и ткнул его локтем в бок. - Удачное место, чтобы блевать, верно, Даркис? - поддел его капитан. - Может, нам поставить сюда твою койку?
Симон расхохотался. Несмотря на неуживчивость капитана, Н'Дек ему нравился. Он был человек остроумный и необычный, а его команда считала его суровым, но справедливым капитаном.
- Не становись ко мне слишком близко, Н'Дек. А то я могу блевануть на твой красивый мундир.
- Если ты и блеванешь, то одной водой, - сказал капитан. - Тебе надо больше есть. Если ветер ещё немного усилится, то снесет тебя за борт.
- Я не могу есть, - ответил Симон. - По крайней мере те помои, которые готовят на твоем камбузе. Я пытался, но все выходит наружу.
- Дело не в еде, - возразил Н'Дек, тыча острым пальцем Симону в плечо. - Ты слабак, Даркис. Как все сухопутные крысы.
Капитан со смехом запустил эту наживку, но Симон на неё не клюнул.
- Ты прав, - хладнокровно согласился Симон. - Вот почему легионы по-прежнему в Наре, а Черный флот плавает вокруг безопасного островка под названием Кроут. Жаль, что люди Форто не могут быть такими же сильными, как ты, Н'Дек.
Выражение лица Н'Дека стало кислым.
- Мне следовало бы выкинуть тебя за борт за такие слова, Даркис. Но тогда Бьяджио рассердится, что я убил его любимца-шпиона.
Он довольно странно подчеркнул слово "любимец", так что Симон поежился.
- Каково быть у графа мальчиком на посылках, Н'Дек? Хорошая работа?
- Я не посыльный! - прошипел Н'Дек.
- Бьяджио для своей переписки следовало бы завести голубиную почту. Это было бы быстрее, чем твоя развалюха.
- Даркис, ты меня удивляешь. Я капитан этого корабля. Я могу оставить тебя с твоими трийскими друзьями. Как тебе это понравится, а? Застрять у готов? Я просто скажу графу, что ты пропал, что ты так и не вернулся. Обидно будет, правда? Если ты пропадешь без вести?
- Не так уж обидно, Н'Дек. По крайней мере мне не придется ещё раз выдерживать такое плавание. Н'Дек рассмеялся:
- Осталось уже немного, шпион. Я определился, и, по моим лоциям, мы должны доплыть до цитадели за пару дней.
- За пару дней? Ты уверен?
- Если ветер не переменится - то да. Конечно, мы остановимся до Фалиндара. Не годится, чтобы нас видели.
- Сторожевая башня, - напомнил ему Симон. - Высади меня у башни.
Н'Дек нетерпеливо кивнул:
- Да, да...
- Нельзя заплывать слишком далеко, Н'Дек, - не унимался Симон. - Проклятая цитадель слишком высока. Если мы подплывем слишком близко, нас могут увидеть.
- Ты слишком много себе позволяешь! - вскипел капитан. - Я могу проложить курс и без твоей помощи! Занимайся своими ядами и кинжалами, Рошанн.
Симон принял к сведению его предупреждение. Н'Дек любил шутки, но тем не менее не позволял окружающим переходить некие границы. Как и все капитаны Никабара, Н'Дек недолюбливал Рошаннов и не слишком это скрывал. Н'Деку не нравилось прятаться на Кроуте. Ему хотелось вернуться в Нар, направить свои орудия против легионов Форто и лис-сцев, кишащих у берегов империи. Он терпел позорные грузовые рейсы, потому что таков был приказ адмирала Никабара, но он таил глубокую обиду на графа Кроута и его Рошаннов.
- Ты провел здесь весь день, - проговорил наконец Н'Дек. - Спустись в каюту и отдохни немного. Тебе понадобятся силы для того, что тебя ждет.
Это был неподходящий повод для спора, и Симон спорить не стал. Он был измучен, ослабел от недоедания и постоянной рвоты. Воздух на палубе был лучше, но сейчас ему хотелось лечь и уснуть. Он кивнул и стал пробираться к трапу, и уже почти добрался, когда до него донесся последний укол Н'Дека.
- О, Даркис! Я чуть было не забыл! У нас сегодня осьминог. Хочешь пообедать за моим столом?
- Провались ты в преисподнюю, Н'Дек.
Следующий день Симон провел в своей каюте, стараясь угадать, сколько осталось до Фалиндара. Ближе к закату его стала бить едва заметная нервная дрожь. Он всегда волновался перед заданием и всегда ценил эту свою способность. Она помогала ему держать форму. Но на этот раз все было иначе. Лежа в постели и глядя, как меркнет солнечный свет, он думал об Эрис и их будущем и надеялся, что в их жизни не будет места сожалениям. Его родители любили друг друга, и когда отец умер, мать горько рыдала - но сказала ему, что не жалеет ни о единой минуте их совместной жизни. Сейчас, лежа в кровати и совершенно обессилев от морской болезни, он все время вспоминал лицо матери. И он думал об Эрис, оставшейся на острове с безумным Бьяджио, и о Савросе, который любит боль, и о карлике с его острым умом.
И Симону было страшно.
Той ночью он почти не спал. Когда наконец наступило утро, он обрадовался ему, как старому другу. Если ветер останется попутным, в этот день они достигнут цели. Он быстро оделся и обнаружил, что к нему вернулся аппетит. Н'Дек и его офицеры расхаживали по палубе. Паруса были полуспущены. "Устрашающий" медленно скользил по волнам, словно огромная акула, преследующая добычу. Симон быстро подошел к капитану, который адресовал ему встревоженную улыбку.
- Доброе утро, Даркис. Посмотри за мое плечо.
Симон остановился и выполнил указание Н'Дека. Утро было туманное, видимость - плохая, но вдали Симон различил очертания суши, не узнать которые было невозможно даже в тумане. Он глубоко вздохнул и посмотрел на Н'Дека:
- Приплыли?
- Да, - кивнул капитан. - По моим лоциям. Тебе тут что-нибудь знакомо?
Симон покачал головой. Он не видел сторожевой башни, и точность капитанских лоций внушила ему подозрения. Хотя он бывал здесь прежде, но специалистом по трийским землям себя не считал.
- Мне отсюда ничего не видно, - сказал он. - Ты не можешь подвезти меня поближе?
- Мы прокладываем курс. Собирай свои вещички, Даркис. Если туман продержится, ты сможешь добраться до берега незамеченным.
- Согласен, - ответил Симон и отправился в свою каюту.
К нему снова вернулось ощущение тревоги, и он встряхнул головой, стараясь от него избавиться. На самом деле у него никаких вещей не было, если не считать потрепанного костюма. Надевая его, он старался не сделать новых прорех в выношенной ткани. Отыскав под койкой истрепанные сапоги, он надел и их тоже, а затем довершил этот ансамбль единственным оружием, которое он мог себе позволить: кинжалом легионера. Его он заправил себе за пояс. В каюте было зеркало, в котором он себя осмотрел. При виде своего отражения он улыбнулся. Недели морской болезни сделали его в должной мере исхудавшим, кожа у него обветрилась и потрескалась. Волосы тоже были грязные и из-за соленой воды прилипли к голове коркой.
- Ты справишься, - прошептал он своему отражению. - Должен справиться. Ради Эрис.
Ради Эрис. Он глубоко вздохнул, задержал дыхание - и вышел из каюты. "Устрашающий" успел приблизиться к берегу. Симон едва мог различить неровные очертания трийс-кого берега. Этот район Люсел-Лора назывался Таттераком. Именно там стоял Фалиндар. Когда-то здесь был военачальник, триец по имени Кронин, но его убили во время нарско-го вторжения. По словам трийца Хакана, новым господином Фалиндара стал человек по имени Люсилер. Симон повторял эти факты, словно заклинание, пытаясь найти в них что-то полезное. Если бы он действительно провел год, скитаясь по Люсел-Лору, он должен был бы знать это - и многое другое. Достаточно сделать одну ошибку, и Вэнтран узнает правду.
Крейсер подошел ещё ближе к берегу. Когда до берега можно было уже дойти на веслах, Н'Дек приказал бросить якоря. Тяжелые грузы упали в воду, подняв тучу брызг и увлекая за собой гремящие цепи. Симон стоял у поручней, ожидая распоряжений Н'Дека. Когда капитан подошел к Симону, его лицо было непривычно серьезным.
- Ты готов?
Симон кивнул. Он по-прежнему не мог разглядеть в тумане башню, но становилось светлее, и появилась опасность, что дымка развеется. Ему надо как можно скорее сойти с корабля.
- Я прикажу двум матросам отвезти тебя на берег. Постарайся поскорее найти башню. Тебе дадут сигнальный фонарь и огниво. Спрячь их как следует. Они тебе понадобятся, чтобы подать нам сигнал. Мы будем ждать тебя здесь в течение сорока дней.
- Сорок дней, - откликнулся Симон. - Хорошо. Н'Дек пристально посмотрел на него:



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [ 10 ] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.