read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



И в делах более интимных тоже.
Коротким жестом, хоть и весьма учтивым, король отпустил ее служанок и рабов, а также двух стражников у дверей. Рамиро подождал, пока все они выйдут, потом прошел по новому ковру и остановился перед низким креслом Инес. Он улыбался. Она хорошо знала эту улыбку.
- Иди сюда, жена, - сказал он. - События этого утра навеяли мне любовное томление.
Инес не желала смотреть ему в глаза. Она уже знала, что почти все навевает ему любовное томление. Сжимая свой солнечный диск, как маленький щит, она пробормотала:
- Я уверена, что вы убили славного кабана. Но разве одна из наложниц не может удовлетворить аппетит моего повелителя, прежде чем он потревожит меня?
Рамиро рассмеялся.
- Сегодня - нет. Сегодня у меня возникло желание любоваться телом спутницы моей жизни и прикасаться к ней, врученной мне нашим господом богом. Давай, Инес, позабавимся, а потом я расскажу тебе, что произошло в лесу.
- Расскажи сейчас.
Проблема заключалась в том, как вынуждена была она слишком часто признаваться своим личным духовникам, что Рамиро трудно было отказать. Они настаивали, чтобы она использовала его страсть к ней как средство привить ему любовь к истинной вере, но, к бесконечному сожалению королевы, эффект от таких противостояний был скорее обратным: благодаря природному пылу или мастерству в любви - вероятно, полученному от куртизанок Аль-Рассана, - Рамиро с большой ловкостью разрушал ее самые благие намерения.
Даже сейчас, в разгар жаркого летнего дня, под стук плотников и гам снаружи, когда суровые слова о конце света еще звучали у нее в ушах, королева Инес обнаружила, что дыхание ее слегка участилось, потому что в присутствии мужа в ее воображении возникли определенные образы. И это несмотря на то, что прошло почти двадцать лет и она хорошо знала о его порочных наклонностях и отсутствии благочестия. И Рамиро читал эти чувства в ней так же легко, как священники читали самые святые книги Джада. Сейчас он не спеша протянул руку и взял из ее пальцев диск бога.
- Держи меня так же крепко, - прошептал он, откладывая диск в сторону и поднимая жену на ноги сильными руками. - Люби меня так, как любишь бога. - Потом он обнял ее и притянул к себе. Это заставило ее убедиться в том, что у короля Вальедо совсем ничего не надето под белым шелковым халатом. И когда он пригнул ее голову к плечу, чтобы поцеловать, на Инес снова нахлынули все необузданные, пугающие ощущения, как бывало всегда в подобных случаях.
"Мне придется искупить этот грех", - сказала она себе, когда их губы встретились.
Он начал разматывать ткань, держащую локоны ее рыжих волос. Позднее она попросит совета и поддержки у святых наставников. Ее руки сами по себе, отяжелевшие, словно к ним привязали гири, заскользили вверх по его халату и ощутили под ним его твердое тело. Рамиро отстранился, потом снова жадно нагнулся к ней и прикусил уголок губ.
"Мои духовники, несомненно, выскажут мудрые, утешительные мысли", - сказала себе королева. Теперь ее пальцы сплелись у него на затылке. Она дернула его за волосы, и отнюдь не нежно. Король рассмеялся. От него пахло какими-то восточными пряностями. Это тоже внушало тревогу. Это несправедливо. Ей потребуется очень большая помощь, чтобы снова вернуться в чистое царство духа. Но в этот момент, когда супруг легко поднял ее на руки и отнес на широкое ложе, которое он поставил в ее новых комнатах, королеву Вальедо гораздо больше волновали, к ее великому смущению, все более настойчивые желания плоти.
В какое-то мгновение она громко прокричала его имя, а в другое мгновение, наполненная обычной смесью желания и стыда, она оказалась сидящей верхом на его великолепном теле, зная, что такой способ сочетания является еще одним наследием развратного Аль-Рассана. Но королева не в силах была сдержаться и не стонать от наслаждения, которое он ей дарил. "Наслаждение мирское, - сказала она себе с некоторым отчаянием, двигаясь на нем вверх и вниз, пока его пальцы дразнили и ласкали ее груди. - Мирское, только мирское. Царство господне совсем другое. Оно вечное, святое, золотое, возвышенное, сияющее, не связанное со смертными телами..."
- Ох! - произнесла королева Вальедо, словно испытывая огромное изумление, и замерла.
Второй крик, который вырвался у нее через мгновение, был, в своем роде, признанием.
- Расскажи мне, что там произошло, - попросила она через некоторое время.
Он любил лежать, непристойно сплетясь с ней телом, после совокупления. По крайней мере, в этом она могла ему отказать. Инес накинула одежду и заставила его тоже прикрыться, перед тем как вызвала одну из служанок и велела принести прохладительные напитки. Удовлетворенный Рамиро насмешливо улыбнулся и повиновался.
Служанка принесла для него пиво и грушевую настойку для королевы, а потом удалилась. Сейчас Рамиро лениво раскинулся на кушетке, а Инес сидела рядом на скамье с вышивкой в руках. Она вышивала новый кармашек для своего солнечного диска, чтобы подвесить его к поясу.
- Все прошло на удивление хорошо, - сказал Рамиро, поворачиваясь на бок и подпирая голову одной рукой. Он смотрел на нее с таким откровенным восхищением, что на ее щеках снова вспыхнул яркий румянец. - Между прочим, спасибо. Мне больше всего нравится, когда ты оставляешь волосы распущенными.
Она сделал это не намеренно. Просчет. Она совершала грех, гордясь своими волосами, и в качестве наказания почти всегда носила их стянутыми в тугой узел на затылке. Инес смущенно убрала с глаз прядку волос. Она понимала, что если начнет убирать их сейчас, то он над ней посмеется.
- Сегодняшнее утро, - твердо произнесла она. - Мы говорили о сегодняшнем утре.
Он усмехнулся. Отпил из своего кубка. Шум за окнами и под лестницей не утихал. Кроме всего прочего, он расширял дворцовые бани, по образцу Аль-Рассана строил холодный и горячий бассейны и массажную комнату. Это возмутительно.
- Они оба приняли мое решение, - сказал он. - Поднялся небольшой шум, когда я сказал, что сам казнил бы Гарсию, но никто не высказался против. Граф Гонзалес теперь связан клятвой защищать семью Бельмонте в течение двух лет. Никакой кровной мести. Он поклялся при всех.
- Ты объявил, что он умрет, если они погибнут? - Рамиро обсуждал с нею этот момент несколько дней назад. По всей справедливости она должна признать, что он всегда охотно откровенничал с ней. Они даже обсуждали много лет назад его переезд в Вальедо из Халоньи. Он довольно много времени проводил в ее комнатах, делясь с ней своими мыслями. Несомненно, гораздо чаще, чем отец Инес делился с ее матерью.
"Собственно говоря, - внезапно поняла Инес, глядя на мужчину на кушетке, - если бы он не был таким безбожником в самых важных вопросах, она могла бы считать своего мужа образцом среди мужчин".
Должно быть, выражение ее лица смягчилось. Он снова насмешливо взглянул на нее.
- Я хотел сказать тебе раньше. Мне нравится смотреть на твои груди снизу, - заявил он. - Они выглядят уже не как груши, а как дыни, ты это знаешь?
- Я не обращала внимания, - запальчиво ответила она. - Разве нужно это обсуждать? Должен ли министр умереть, если умрет кто-нибудь из Бельмонте?
Рамиро покачал головой.
- Я заявил об этом, и граф бы согласился, по-моему, но тут Родриго попросил меня отменить эту санкцию. Сказал, если Гонзалес поклянется защищать их, то ему этого достаточно. Интересно... не могла ли ему надоесть жена, как тебе кажется? Они уже давно женаты.
- Не так давно, как мы, - ответила Инес. - И если ты думаешь, что она ему надоела, то ты большой глупец. Просто дело в том, что сэр Родриго Бельмонте - человек набожный, он верит в могущество бога и готов довериться воле Джада и публичной клятве Гонзалеса. Меня это совсем не удивляет.
Рамиро несколько секунд не отвечал.
- Собственно говоря, он сказал, что не хочет, чтобы наши враги, причинив вред семье Родриго, могли заставить меня казнить министра. Я об этом не подумал.
Инес тоже не подумала. Но она уже много лет вела такие разговоры.
- Он сказал это просто потому, что ты не стал бы его слушать, если бы он выдвинул причину, связанную с верой.
- Вероятно, - согласился Рамиро слишком уж миролюбиво. Он весело посмотрел на нее. - Я все же думаю, что ему могла надоесть жена. Он попросил нас молиться за него, потому что ему придется поехать домой.
- Видишь? - быстро сказала Инес. - Он верит в силу молитвы.
Король расхохотался, чем испортил ей торжество. Снаружи продолжал доноситься грохот и стук работ. Замок Эстерена превращали в настоящий дворец, построенный слишком явно по образцу дворцов юга. В каком-то смысле это наносило оскорбление богу. Но королеве нравились планы по расширению жилых помещений.
- Еще разок, госпожа моя? - спросил жену король Вальедо.
Она прикусила губу.
- Если ты после пойдешь со мной в часовню.
- Договорились, - ответил он и встал с кушетки.
- И будешь произносить вслух молитвы вместе со мной, - быстро прибавила она.
- Договорились. - Он подошел и встал над ее скамьей, но потом опустился перед ней на колени, протянул руку и прикоснулся к ее волосам.
- И не будешь отпускать шуточек по поводу литургии.
- Договорились. Договорились, Инес.
Для летнего дня эта сделка казалась выгодной. Она отложила свое шитье. И даже подарила ему улыбку. Труд на благо Джада здесь, в Эсперанье, оказался долгим и неожиданно тяжелым. Он вел ее по таким путям, которых она никак не могла предвидеть у себя дома, в Фериересе, двадцать лет тому назад, когда девочкой мечтала по ночам не о мужчине, а о боге. Она соскользнула со скамьи к своему мужу, на покрытый новым ковром пол. Ей этот ковер тоже нравился. Он прибыл из Серии, с самого севера Аль-Рассана.

* * *

Учитывая все обстоятельства, решение Родриго Бельмонте выехать вчера вечером, чтобы попасть домой на рассвете, опередив свой отряд, который прибыл вместе с ним из Эстерена, было несколько опрометчивым.
Он был одним из самых великих воинов на полуострове. Здешние места не представляли большей опасности, чем любая другая открытая местность в редко населенном Вальедо, а значит, в действительности были весьма опасными.
Обе блуждающие луны, которых народ киндатов называл сестрами бога, висели в небе, и обе были почти полными. Вдалеке, за немногочисленными ранчо и предгорьями, виднелись смутные очертания гор Халоньи. При ярком свете и сверкающем ясном небе Родриго можно было легко заметить издалека, пока он ехал в одиночестве по лугам, где еще носились дикие стада вальедских коней.
Конечно, это означало, что он тоже мог издали заметить приближение опасности, а его черный жеребец был способен уйти от любого другого коня на этой равнине. Если кто-нибудь имел бы глупость напасть на него после того, как понял, кто он такой.
Следовательно, такой нападающий должен был отличаться дерзостью, граничащей с безумием, а Капитан должен был глубоко погрузиться в ночные размышления, чтобы попасть в засаду так близко от дома.
Нападавшие выждали, пока его конь не оказался посередине речки, образующей западную границу ранчо Бельмонте. Он уже фактически находился на собственной земле.
В конце лета река обмелела и не доставала черному коню даже до холки в самом глубоком месте. Он шагал по дну, а не плыл. Но когда лучники поднялись из осоки у кромки воды, словно призраки мертвых, Родриго понял, что кто-то это учел. Каким бы быстрым ни был его конь, вода замедлит его движения в течение нескольких первых секунд. Стрелкам из лука этого будет достаточно.
Первые же слова нападавших подтвердили его догадку.
- Мы выстрелим в коня, сэр Родриго. Не пытайтесь убежать.
Он не хотел, чтобы они убили коня.
Родриго огляделся. Десяток мужчин, все с лицами, завязанными платками, и в низко надвинутых шляпах. Их коней он не видел. Вероятно, они спрятаны ниже по течению.
- Слезайте с коня. В воду. - Тот же человек заговорил снова, голос его заглушал платок.
- Если вам известно мое имя, то вам также известно, что вы обречены, продолжая это безумие, - тихо сказал Родриго. Он еще не слез с коня, но и не позволял ему двигаться.
- Ваш конь погибнет, если вы останетесь в седле. Слезайте. Он повиновался, нарочно спрыгнув вперед, на более мелкое место. Вода доходила ему до талии.
- Бросьте свой меч на берег.
Он заколебался.
- Мы не станем стрелять в вас, сэр Родриго. Мы убьем вашего коня. Бросайте меч.
- За мной следуют около ста пятидесяти человек, - ровным голосом предупредил Родриго, но снял перевязь с мечом.
- Они отстали от вас на полночи.
Кажется, говоривший был очень хорошо информирован. Родриго бросил меч и пояс на траву, подальше от реки. Он заметил то место, куда упал меч, но кто-то уже поднял его, так что это не имело значения.
- Теперь идите к нам. Оставьте коня там, где он стоит. Кто-нибудь его заберет.
- Он неохотно подчиняется чужим рукам, - предупредил Родриго.
- Это наши трудности, - ответил говоривший с ним. - Мы привыкли иметь дело с лошадьми. Идите сюда.
Родриго выбрался из воды сквозь речные водоросли. Его повели дальше на восток, по его собственной земле, что было особенно оскорбительно. Однако здесь, на самой границе поместья, и среди ночи никого не было. Его заставили пройти несколько сотен шагов, постоянно держа под прицелом, правда, не его, а коня. Кто-то здесь действовал мудро.
Они подошли к какой-то пастушьей хижине. Как все хижины, она была маленькой, пустой, всего лишь примитивное укрытие для пастухов от дождя или снега, который иногда выпадал зимой.
Кто-то зажег факел. Его втолкнули внутрь. Шестеро вошли вслед за ним, пряча лица, не произнося ни слова. Говорил только предводитель. Они отобрали оба его ножа: тот, что за поясом, и тот, что в сапоге. Связали ему руки спереди, а потом вбили колышек в утоптанный земляной пол хижины; заставили его лечь на землю, завели связанные руки за голову и привязали их к колышку. Стянули с него сапоги и таким же образом связали его щиколотки. Вбили еще один колышек и обмотали веревку, стягивающую ноги, вокруг него. Он не мог двигаться с высоко поднятыми над головой руками и связанными ногами, пригвожденный к земле.
- Как вы думаете, что произойдет, - спросил Родриго, нарушив молчание, - когда мой отряд завтра прибудет на ранчо и узнает, что я не появился?
Вожак, который стоял в дверях и смотрел на действия своих подчиненных, лишь покачал головой. Потом сделал знак остальным. Длинный факел воткнули в землю, и они ушли, оставив его в хижине связанным, словно жертвенное животное.
Он услышал удаляющиеся шаги, потом приближающийся топот коней, потом удаляющийся стук копыт. Беспомощно пришпиленный к собственной земле, Родриго Бельмонте несколько мгновений лежал молча, прислушиваясь к удаляющемуся топоту всадников. А потом, столь же беспомощно, но уже по другой причине, он не смог удержаться и начал смеяться. Трудно было переводить дыхание с так высоко поднятыми руками; он кашлял и задыхался, из его глаз лились слезы.
- Да сожжет тебя бог, Родриго! - воскликнула его жена, врываясь в хижину. - Как ты узнал?
Он продолжал хохотать. Не мог остановиться. Как ни удивительно, Миранда держала в одной руке стрелу. Она была одета, как обычно на ранчо, в черную, похожую на мужскую одежду. Пока он заливался смехом, она в ярости смотрела на него. Потом подошла ближе и уколола его стрелой в бедро.
- Ай! - воскликнул Капитан Вальедо. Он опустил взгляд и увидел кровь, льющуюся сквозь дыру в штанах.
- Ненавижу, когда ты надо мной смеешься, - сказала она. - Так как ты узнал? Скажи мне, или я еще раз пущу тебе кровь.
- Не сомневаюсь, - ответил Родриго, пытаясь взять себя в руки. Он не виделся с ней почти полгода. Она выглядела до обидного прекрасно. И еще было очевидно, что она в большой ярости. Он сосредоточился, ради собственной безопасности, на ее вопросе.
- Мальчики прекрасно справились, собственно говоря. Всего несколько промахов. Коррадо услышал других лошадей, когда мы подъехали к реке. Я не услышал, они оставили коней достаточно далеко, но боевого коня можно научить предупреждать всадника.
- Что еще?
- Два человека позволили своим теням упасть на воду. При свете двух лун нужно быть осторожным.
- Что-нибудь еще? - Ее голос звучал все холоднее.
Он поразмыслил и решил, что двух замечаний достаточно. Он все еще оставался связанным, а она все еще держала в руках стрелу. Остальное могло подождать.
- Больше ничего, Миранда. Я же сказал, они очень неплохо справились.
Она снова вонзила в него стрелу, глубоко, во вторую ногу.
- Свет Джада! - ахнул он. - Миранда, пожалуйста...
- Говори правду. Что еще?
Он вздохнул.
- Я узнал ржание коня Фернана, когда его привели сюда. Они слишком хорошо знали, где находится в моем сапоге нож. Они были слишком деликатны, когда связывали меня. И вся эта засада слишком точно устроена вдоль реки, чтобы быть импровизацией. Должно быть, Диего увидел меня и знал, какой дорогой я поеду. Может быть, хватит, Миранда? Можно мне теперь встать? Можно поцеловать тебя?
- Да, нет и возможно, потом, - ответила его жена. - Ты имеешь представление о том, как я сердита, Родриго?
Связанный, истекающий кровью на земле, Родриго Бельмонте смог ответить вполне честно:
- Некоторое представление имею.
Наверное, выражение его лица ее позабавило, потому что на лице жены впервые появилось подобие улыбки. Но она быстро ее стерла.
- К нам нагрянули вооруженные люди, беспечный ты негодяй. Ты оставил меня с детьми и работниками, от которых уже тридцать лет назад не было никакой пользы.
- Это несправедливо, - возразил он. - Мне очень жаль, что ты испугалась. Ты это знаешь. Я не думал, что даже Гарсия де Рада совершит подобную глупость - нападет на ранчо, и я действительно считал тебя и мальчиков способными справиться с любой ситуацией. Я тебе об этом говорил.
- Я тебе об этом говорил, - передразнила она его. - Какой ты заботливый.
- Если мальчики собираются пойти по моим стопам, - ровным голосом произнес он, - им придется научиться справляться с подобными делами, Миранда. Ты это знаешь. На них будет стоять клеймо моих сыновей с той минуты, как оба поступят в отряд - мой или другой. Их будут доставать, будут ставить им трудные задачи. Я ничего не могу с этим поделать, могу лишь помочь им научиться достойно решать такие задачи. Если только ты не хочешь, чтобы они оба дали обеты и пошли в священники.
- На нас напали двадцать четыре всадника, Родриго. Что, если бы Диего их не заметил?
Капитан ничего не ответил. Правда заключалась в том, что ему снились кошмары с тех самых пор, как до него в Эстерен дошли слухи об этом налете. Он не хотел этого говорить, но, наверное, на его лице отразилось больше, чем он предполагал, потому что Миранда внезапно отбросила стрелу в сторону и опустилась на колени рядом с ним.
- Вижу, - тихо произнесла она. - Ты тоже испугался. Хорошо. Наполовину ошибка, наполовину испытание для мальчиков. С этим я могу жить.
- Не уверен, что я могу, - через секунду сказал он. - Если бы что-нибудь случилось...
- Поэтому я его и убила. Я знаю, ты бы так не поступил. Знаю, что это было не слишком благородно, но человек, который мог сделать то, что сделал он... Он бы не остановился, Родриго. Он бы вернулся снова. Лучше, чтобы я убила его, чем тебе пришлось бы его убить, но уже после того, как он что-нибудь сотворил с нами.
Капитан кивнул головой. Это было нелегко, оставаясь связанным. Она не собиралась его освобождать.
- Мне жаль, что тебе пришлось убить человека.
Миранда пожала плечами.
- Учитывая, кто он такой, это было легче, чем я представляла себе. Мальчикам тоже пришлось убивать людей.
- В том мире, в котором им предстоит жить, когда они вырастут, это должно было случиться.
- Я бы предпочла, чтобы это произошло не так рано, Родриго.
Он ничего не ответил. Она немного отодвинулась, глядя на него, но все еще не делала никаких попыток развязать его путы.
- Король назвал тебя хрупкой женщиной.
Она улыбнулась в ответ.
- Ты не стал его разубеждать?
- Попытался. Я попросил их помолиться за меня, потому что мне придется заехать домой и рассказать тебе, что произошло.
- Мы слышали. Ты прислал гонца, наверное, для того, чтобы у меня было время остыть.
Он скривил губы.
- Кажется, это не сработало. Развяжи меня, Миранда. У меня все затекло, а из ног идет кровь.
Она не шевельнулась.
- Двухлетняя ссылка? Могло быть и хуже, полагаю. Куда ты отправишься?
- Разве так обсуждают подобные вопросы?
- Сойдет и так. Куда ты поедешь, Родриго?
Он вздохнул.
- Точно не в Халонью, и в Руанде мне пока не найти радушного приема. Я мог бы увести свой отряд с полуострова в Фериерес или Батиару, но не стану этого делать. Здесь могут начаться события, и я не хочу уезжать слишком далеко. Значит, на юг. Снова в Аль-Рассан.
- Куда? - Она сосредоточилась. Ему показалось, что у него под копчиком лежит камень.
- Думаю, в Рагозу. Королю Бадиру мы пригодимся. Он зажат в тисках между Картадой, Халоньей и бандитами, совершающими набеги с юга. Там можно заработать.
- Не в Рагозу ли отправилась эта женщина, твой лекарь?
Он заморгал.
- Умница. Она не мой лекарь, но - да, именно туда она и отправилась. Я все еще хочу попытаться заполучить ее лекарем в отряд.
- Не сомневаюсь. Она очень хорошенькая, так ты говорил?
- Я ничего похожего не говорил. Разве я полный идиот?
- Да. Так это правда?
- Что?
- Она красивая?
Родриго еще раз осторожно вздохнул, ему приходилось нелегко.
- Миранда, я женат на самой красивой женщине из всех мне известных. И не могу беспристрастно судить об этих качествах у остальных. Она достаточно привлекательна. Синие глаза, это редкость у киндатов.
- Понятно. Ты их заметил?
- Миранда...
- Ты заметил. - Выражение ее лица было обманчиво мягким. Он научился не доверять этому выражению. Камень под его спиной, как это ни невероятно, казалось, увеличился в размерах.
- Меня учили замечать все, Миранда. В мужчинах и в женщинах. Если бы я был лучше обучен пятнадцать лет назад, я бы заметил, что ты - жестокая и безжалостная женщина.
- Возможно, - миролюбиво согласилась она. - Теперь уже поздно. Скажи, что я всегда говорю, когда ты уезжаешь из дома?
- О, Джад! Не начинай все сначала. Я знаю, что ты всегда...
- Скажи это. Иначе я опять найду стрелу. Я дала себе слово застрелить тебя из лука в тот день, когда убила Гарсию де Рада. Два булавочных укола не в счет.
- Нет, в счет, - возразил он. - И это не булавочные уколы. - Он замолчал, увидев выражение ее лица, потом тихо произнес: - Я знаю, что ты мне говоришь. Что, если я пересплю с другой женщиной, ты либо переспишь с другим мужчиной, либо убьешь меня.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [ 10 ] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.