read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



думать. Солнце жалило зноем, горизонт закрыт горами, подошвы которых
устланы тучными плантациями, и жаль было, что великолепные плоды земли
превращались в конечном счете в темную глупость и бессмысленное
наслаждение человека.

* * *
Снова пошли дни, мучительные поиски заработка, тысячи затруднений и
приключений. Описание даже обычного дня человека заняло бы целый том,
описание дня Кирпичникова - четыре тома. Жизнь - в работе молекул; никто
еще не уяснил себе, ценою каких трагедий и катастроф согласуется бытие
молекул в теле человека и создается симфония дыхания, сердцебиения и
размышления. Это неизвестно. Потребуется изобретение нового научного
метода, чтобы его заостренным инструментом просверлить скважины в пучинах
нутра человека и посмотреть, какая там страшная работа.
Снова океан. Но Кирпичников уже не кочегар на судне, а пассажир. В
Нью-Йорке он попал в мертвую хватку голода. Работы не было, и он вышел из
бедствия лишь случайно. Еще в студенческие годы он изобрел однажды точный
регулятор напряжения электрического тока. После недельной сплошной
голодовки он начал обходить тресты и предприятия с предложением своего
изобретения.
Наконец Западная индустриальная компания купила у него проект
регулятора. Однако его заставили изготовить рабочие чертежи всех деталей.
Кирпичников просидел над этим делом два месяца и получил всего двести
долларов. Это его спасло.
Вез его океанский пароход "Гамбург - Америка линии" со средней
скоростью шестьдесят километров в час. Кирпичников знал свою жену и был
уверен, что если он не поспеет к сроку домой - она будет мертвой.
Самоубийства он не допускал, но что же это будет? Он слышал, что в старину
люди умирали от любви. Теперь это достойно лишь улыбки. Неужели его
твердая, смелая, радующаяся всякой чепухе жизни Мария способна умереть от
любви? От старинной традиции не умирают, тогда отчего же она погибнет?
Размышляя и томясь, Кирпичников блуждал по палубе. Он заметил
прожектор далекого встречного корабля и остановился.
Вдруг сразу похолодало на палубе - начал бить страшный северный
ветер, потом на судно нахлобучилась водяная глыба и в один миг сшибла с
палуб и людей, и вещи, и судовые принадлежности. Судно дало крен почти в
45ё к зеркалу океана. Кирпичников уцелел случайно, попав ногой в люк.
Воздух и вода гремели и выли, густо перемешавшись, разрушая судно,
атмосферу и океан.
Стоял шум гибели и жалкий визг предсмертного отчаяния. Женщины
хватали ноги мужчин и молили о помощи. Мужчины их били кулаками по голове
и спасались сами.
Катастрофа наступила мгновенно, и, несмотря на высокую дисциплину и
мужество команды, ничего существенного по спасению людей и судна сделать
было нельзя.
Кирпичникова сразу поразила не сама буря и мертвая стена воды, а
мгновенность их нашествия. За полминуты до них океан имел штиль и все
горизонты были открыты. Пароход заревел всеми гудками, радио заискрило
тревогу, началось спасение смытых пассажиров. Но вдруг буря затихла, и
судно мирно закачалось, нащупывая равновесие.
Горизонт открылся, в километре шел европейский пароход, сияя
прожекторами и спеша на помощь.
Мокрый Кирпичников суетился у катера, налаживая отказывающийся
работать мотор. Он не вполне сознавал, как попал к катеру. Но катер
необходимо спустить немедленно: в воде захлебывались сотни людей. Через
минуту мотор заработал: Кирпичников зачистил его окислившиеся контакты - в
этом была вся причина.
Кирпичников влез в кабинку катера и крикнул: отдавай блоки!
В эту минуту непроницаемый едкий газ затянул все судно, и Кирпичников
не мог увидеть своей руки. И сейчас же он увидел падающее, одичалое,
нестерпимо сияющее солнце и сквозь треск своего рвущегося мозга услышал на
мгновенье неясную, как звон Млечного Пути, песню и пожалел о краткости ее.

* * *
Правительственное сообщение, помещенное в газете "Нью-Йорк таймс",
было передано из-за границы Телеграфным агентством СССР:
"В 11 часов 15 мин. 24/IX с/г под 35ё 11' сев. шир. и 62ё 4' вост.
долготы затонули американское пассажирское судно "Калифорния" (8 485
человек, считая команду) и германское судно "Клара" (6 841 чел. с
командой), шедшее на помощь первому. Точные причины не выяснены.
Надлежащее следствие ведется обоими правительствами. Спасенных и
свидетелей катастрофы нет. Однако главную причину гибели обоих судов
следует считать точно установленной: на "Калифорнию" вертикально упал
болид гигантских размеров. Этот болид увлек корабль на дно океана;
образовавшаяся воронка засосала также и "Клару".
По мере хода следствия и подводных изысканий, публика будет
своевременно и полностью информирована".
Сообщение было перепечатано во всех газетах мира. Наибольшее
страдание оно доставило не сиротам, не невестам, не женам и родственникам
погибших, а Исааку Матиссену, директору Кочубаровской опытно-мелиоративной
станции, близ поселения Волошино, Воронежского округа,
Центрально-Черноземной области.
- Ну что, голова! Достиг вселенской мощи - наслаждайся теперь
победой! - шептал Матиссен самому себе с тем полным спокойствием, которое
соответствует смертельному страданию. И только пальцами он зря крошил
хлеб, скатывал ядрышки и сшибал их щелчками со стола на пол.
- Ведь, по сути и справедливости, я ничего и не достиг. Я только
испытал новый способ управления миром и совсем не знал, что случится! -
Матиссен встал, вышел на ночной двор и крикнул собаку: - Волчок! Эх ты,
тварь кобелястая! - Матиссен погладил подбежавшую собаку. - Верно, Волчок,
что сердце наше - это болезнь? А? Верно, ведь, что сентиментальность -
гибель мысли? Ну, конечно, так! Разрубим это противоречие в пользу головы
и пойдем спать!
Матиссен закричал через забор в открытое поле, пугая невидимых, но
возможных врагов. Волчок заскулил - и оба разошлись спать.
Хутор затих. Тихо шептала речонка в долине, подвигая свои воды к
далекому океану, и в Кочубарове-селе отсекал исходящий газ двигатель
электростанции. Там люди глубоко спали, не имея родственников ни на
"Калифорнии", ни на "Кларе".
Матиссен тоже спал - с помертвелым лицом, оловянным утихшим сердцем и
распахнутым зловонным ртом. Он никогда не заботился ни о гигиене, ни о
здоровье своей личности.
Проснулся Матиссен на заре. В Кочубарове чуть слышно пели петухи. Он
почувствовал, что ему ничего не жалко: значит, окончательно умерло сердце.
И в ту же минуту он понял, что ему ничто не интересно и то, чего он
добился - не нужно ему самому. Он узнал, что сила сердца питает мозг, а
мертвое сердце умерщвляет ум.
В дверь постучался ранний гость. Вошел знакомый крестьянин
Петропавлушкин.
- Я к вам от нашей коммуны пришел, Исаак Григорьевич! Вы не
обижайтесь, я сам по званию и по науке помощник агронома и суеверия не
имею!..
- Говори короче, в чем твое дело? - подогнал его Матиссен.
- Наше дело в том, что вы слово особое знаете и им пользу большую
можете делать. Мы же знаем, как от вашей думы машины начинают работать...
- Ну, и что же?
- Нельзя ли, чтобы вы такую думу подумали, чтоб поля круче хлеб
рожали...
- Не могу, - перебил Матиссен, - но, может быть, открою, тогда помогу
вам. Вот камень с неба могу бросить на твою голову!..
- Это ни к чему, Исаак Григорьевич! А ежели камень можете, то почва
ближе неба...
- Дело не в том, что почва ближе...
- Исаак Григорьевич, а я вот читал, корабли в океане утонули, тоже от
небесного камня. Это не вы американцев удружили?
- Я, товарищ Петропавлушкин! - ответил Матиссен, не придавая ничему
значения.
- Напрасно, Исаак Григорьевич! Дело не мое, а полагаю, что напрасно!
- Сам знаю, что напрасно, Петропавлушкин! Да что же делать-то? Были
цари, генералы, помещики, буржуи были, помнишь? А теперь новая власть
объявилась - ученые. Злое место пустым не бывает!
- А я того не скажу, Исаак Григорьевич! Если ученье со смыслом да с
добросердечностью сложить, то, я полагаю, и в пустыне цветы засияют, а
злая наука и живые нивы песком закидает!
- Нет, Петропавлушкин, чем больше наука, тем больше ее надо
испытывать. А чтоб мою науку проверить, нужно целый мир замучить. Вот где
злая сила знания! Сначала уродую, а потом лечу. А может быть, лучше не
уродовать, тогда и лекарства не нужно будет...
- Да разве одна наука уродует, Исаак Григорьевич? Это пустое. Жизнь
глупая увечит людей, а наука лечит!
- Ну, хотя бы так, Петропавлушкин! - оживился Матиссен. - Пускай так!
А я вот знаю, как камни с неба на землю валить, знаю еще кое-что, похуже
этого! Так что же меня заставит не делать этого? Я весь мир могу запугать,
а потом овладею им и воссяду всемирным императором! А не то - всех



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [ 10 ] 11 12 13 14 15 16 17 18
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.