read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



— Тебя ведь больше не трогают. Ты их… Утихомирил.
— Ну, вот я их и не провоцирую лишний раз.
— Значит, договорились?
— Слово.
— Тогда поехали. Косяк! Заводи!
Косяк завел, и мы поехали из леса.
Я уложил стопкой в углу кунга четыре матраса, упал на них, замотался в четыре одеяла и сладко заснул на четырех подушках. Проснулся от голода. Похоже, я в лесу разъелся, и теперь жевать хотелось постоянно.
Еды было много. Для начала следовало прикончить остатки утренней каши. Я насыпал себе полную миску, сел за стол и принялся наворачивать за обе щеки, поглядывая в окошко. Машина катилась по шоссе, вокруг были поля, за ними — то лесок, то деревенька. Идиллия.
И тут долбануло в распределительном щите.
У двери кунга, в самой его корме, за вещевым шкафом, был еще шкафчик, битком набитый хитросплетенными проводами. Сейчас там, по идее, не было нагрузки, но распределительному щиту забыли об этом доложить — и в нем со страшной силой замкнуло. Раздался громкий хлопок. В кунг выплеснулось облако черного дыма с отвратительным запахом горелой пластмассы. Дым был настолько плотный, что я ослеп. Защипало глаза.
Понятия не имею, почему я не бросил миску с кашей. Видимо, инстинктивно подхватил ее со стола. Так или иначе, я прыгнул к двери, крепко сжимая миску в левой руке. Растопырился в проеме, чтобы не выпасть наружу — рефлекс самоходчика, — и правой толкнул дверную ручку, вниз и от себя.
Прочихался, прозрел — и обомлел.
Дорога была узкая, и наш "Урал" собрал за собой порядочный хвост гражданских легковушек. Теперь представьте реакцию их водителей.
Нет, вы представьте. Едет перед вами простой военный грузовик с железной будкой вместо кузова. Неожиданно в корме будки распахивается дверь. Из двери вырывается черный-пречерный дым. А в этом черном-пречерном дыму стоит парень в черном-пречерном комбинезоне. И в одной руке у парня алюминиевая миска.
Вы бы видели, какие глаза были у водителя передней машины в колонне. Мне показалось, они заняли все лобовое стекло.
Смущенный, я убрался назад, поставил миску на стол и осторожно сунулся к шкафчику. Там вроде не горело. Дым из кунга вытянуло вмиг. Я приоткрыл дверцу шкафичка, полюбовался на оплавленные провода, стал искать предохранитель и вроде бы нашел его. Вроде бы предохранитель вроде бы сработал штатно. Развития пожара можно было не опасаться. Доложить об инциденте — успеется. Я с облегчением выдохнул. Обернулся, помахал гражданским водителям, захлопнул дверь. Стараясь не думать о том, что мне здорово повезло. Кунг это "кузов универсальный несгораемый герметичный", в данном случае битком набитый горючими материалами. Включая мою куртку на вате. Задымление было такое, что либо распахивай дверь настежь, либо отдавай концы. В случае настоящего пожара я бы, открыв дверь, только поддал огню кислорода — и полыхнуло бы прямо на меня. Следующей фазой поездки в гости к Косяку стало бы катапультирование вашего покорного слуги на дорогу. Какой там, к черту, огнетушитель. Тем более, он сто раз просрочен.
Пожарный норматив покидания кашээмки: за пятнадцать секунд пролезть сквозь весь МТ-ЛБу — войдя через люк механика-водителя, выйти через кормовой. На первый взгляд, для этого требуется грация ленточного глиста. Но когда привыкнешь к машине, запомнишь все острые углы, то и за десять секунд управишься.
Я снова уселся за стол и занялся остатками каши.
Кто бы мог подумать, что назавтра кунг попытается убить меня другим способом, куда более коварным.
Впрочем, он, сволочь, не на того напал.
***
До деревни Косяка добрались уже в сумерках. Остановились возле типичной хаты-мазанки, и наш водитель скрылся в ней. Скрылся надолго.
Мы с офицерами бродили у машины. Я доложил Афанасьеву об инциденте с распределительным щитом. Майор поглядел на меня так, будто я это нарочно устроил. Он слазал оценить разрушения и сказал: да, предохранитель сработал штатно, но электропитание кунга теперь отрублено напрочь, а провода в таком состоянии, что и думать нечего все наладить по-быстрому.
— Ну вот, оставил ты нас без отопителя.
— Почему — я?!
— Потому что!
— …И не "нас", а только себя. У вас в кабине печка.
— А спать где будем?!
— Там будем, — сказал капитан Дима Пикулин, показывая в сторону хаты. — Чего ты пристал к парню, в самом деле. Он же не нарочно замыкание устроил.
— Это мы еще разберемся! — пообещал Афанасьев.
Судя по интонации, он не был особенно сердит. Просто решил лишний раз напомнить мне, кто тут главный, а кто временно оказался в Вооруженных Силах и теперь своим присутствием в них ставит под вопрос обороноспособность страны.
Косяк все пропадал в хате.
— Погудеть ему, что ли? — спросил я.
Это было не от душевной черствости, просто хотелось залезть в кабину, сесть за руль и гуднуть слегка. Раз уж рулить не приходится. Я очень давно не водил машину. А ведь умел когда-то.
— Имей совесть, — пристыдил меня Афанасьев. — Человек полтора года не видел маму с папой.
Совести хватило еще на пару минут.
— Ну-ка, погуди ему, — скомандовал Афанасьев. — Только негромко.
— Как получится. Это ж "Урал", он тихо не умеет.
— Дай лучше я, — решил Афанасьев. — А то ты еще чего-нибудь замкнешь. Нажмешь на кнопку, и машина взорвется.
Но я уже сидел в кабине и тихо гудел.
Мой сигнал не возымел никакого эффекта.
— Кто ж так гудит? — презрительно сказал Афанасьев. — Дай, я.
— Сами просили негромко…
Капитан Дима Пикулин топтался на обочине. Темнело. Холодало.
— Гляди, как надо! — объявил Афанасьев и погудел как надо.
Машина издала унылый, но оглушительный стон. Так, наверное, вздыхал голодный тиранозавр-рекс.
Из хаты выскочил Косяк и обеими руками замахал нам, приглашая внутрь.
— Извините, — сказал он смущенно.
— Да мы понимаем, — заверил его Афанасьев.
В хате оказалось жарко натоплено и крепко накрыто на стол. Отец Косяка, кряжистый дядька, рано постаревший лицом от крестьянской работы, но в остальном форменный богатырь, уверенно выставил перед товарищами офицерами зеленоватую бутылку. Пузырь был как раз такой, чтобы папаше удобно взять в могучую руку — литра полтора.
— Ну, — объявил Афанасьев, — со свиданьицем!
— Хлопчикам-то нальем маленько… — папаша едва заметно подмигнул.
— Только маленько, — согласился майор.
Ох, какой там был стол. И все домашнее, с этой вот благодатной украинской земли. Плотное такое, сочное, убедительное. И сало, разумеется. Я к салу всегда был равнодушен, но тут уж сам Бог велел. Специалисты нынче уверяют, что это пища бедных, и с дальнейшим врастанием Украины в Европу доля сала в местном рационе будет неукоснительно снижаться. Не верю. Скорее русаки перестанут занюхивать водку хлебной корочкой — этот ритуал уже утратил культовый статус, и его адепты вымирают. А жаль. Попробуйте вместо закуски водку занюхать хлебом. Очень интересный эффект. Вот так и сало. Оно неспроста. Даже перестав его непосредственно поедать, на нем будут готовить. И это — надолго…
Майор Афанасьев внимательно пригляделся, как у сержантов проскочила первая рюмка и, похоже, остался доволен. Мы, конечно, малость осоловели с отвычки, но под стол не сползли.
— После третьей — стоп, — сказал нам Афанасьев. — Тебе завтра за руль, а тебе… Просто ни к чему.
Естественно, надо ему больно, чтобы я на всю казарму дышал самогонным перегаром.
Завязался ни к чему не обязывающий застольный разговор. Третья рюмка наступила как-то очень быстро. Потом у капитана Димы Пикулина изъяли пистолет. Косяк попросился сходить на танцы в клуб. Афанасьев строго наказал ему, чтобы больше — ни капли. Косяк пообещал и тут же исчез. Стало окончательно вольготно. Куда-то пропали хозяева. А мы с офицерами сидели и просто болтали обо всем на свете. Почти как равные. И ни слова про армию.
Дальнейшее помню смутно. Афанасьев вроде бы сказал мне, что после следующей (не понять, седьмой или десятой) — точно стоп, и я согласился. Разобрать приказ майора на слух мне удалось с трудом, из чего я сделал вывод, что действительно, всем пора закругляться. Капитан Дима Пикулин широко улыбался и невнятно булькал. Ему было хорошо. Афанасьев обнял его и повел на двор. Там оказалось по щиколотку снега. И наш "Урал" стоял весь белый. И с неба падали огромные хлопья. Я запрокинул голову и ловил их лицом.
Капитан Дима Пикулин увлеченно блевал себе под ноги, Майор Афанасьев на всякий случай придерживал его за пояс. Отстрелявшись, капитан не пожелал уходить со двора просто так. Он принялся собирать с капота машины снег и забрасывать им следы своей жизнедеятельности. Майор бродил за капитаном, как привязанный, крепко вцепившись в его поясной ремень.
Я стоял под снегом и думал — помню, как сейчас, — что вернусь в бригаду совершенно другим. Что-то произошло со мной на этих учениях. Несколько дней относительной свободы вытолкнули меня в другое измерение.
Придя в армию с искренним желанием понять ее, я уже через неделю оказался совершенно раздавлен бессмысленным ужасом открывшегося мне. Армия жила ради себя. Это был изношенный организм, тратящий две трети сил, чтобы стоять на ногах. Еще треть уходила на имитацию деятельности. Честно говоря, я испугался тогда. И сбежал в штаб учебной дивизии — туда, где руководили имитацией. Убедился: да, учебка это несерьезно. Понадеялся увидеть что-то другое в войсках. И угодил в ББМ, ха-ха-ха. И испугался окончательно. Впервые в жизни мне стало по-настоящему страшно за свою страну. Вменяемое государство просто не могло допустить такого безобразия. Я искал признаки того, что наша армия жива, повсюду. Она же сейчас воевала, как-никак. Оглядывался на соседей по "площадке", присматривался к коллегам-артиллеристам на полигоне. Но везде так или иначе проглядывало одно и то же. И рассказы офицеров-"афганцев" подтверждали мое горькое открытие. Армия утратила внутренний смысл. Она не понимала, зачем она есть.
…Есть. Можно пойти еще чего-нибудь съесть!
И вдруг я перестал бояться армии. И переживать за нее. Я увидел армию в гробу — и мне стало все равно, что с ней. А значит, нужно просто выдержать здесь еще год. Обустроить свою жизнь по возможности комфортнее. И сделать так, чтобы ребятам было повеселее.
Потому что мы тут не служим Родине, а отбываем повинность перед государством. Отдаем ему должок за бесплатное образование и медицинскую помощь. Советская власть нас выучила-вылечила, а теперь забирает назад толику здоровья и ума. Чтоб мы покрепче осознали, кому всем обязаны.
Ну, так тому и быть.
…Ноги слегка заплетались. Крепкая рука ухватила меня за ремень — и майор Афанасьев двинулся к хате, как коренник между пристяжными. Говорить он, похоже, не мог, и теперь осуществлял руководство невербально. Получалось — вполне.
— Баиньки хочу, — совершенно трезвым голосом сказал капитан Дима Пикулин.
Еды на столе, казалось, не убавилось вовсе. Я тоскливо поглядел на это великолепие, понял, что кусок уже не лезет в горло, и упал на лавку.
Бдительный Афанасьев лег только после нас. Последнее, что я запомнил — как майор заботливо поправлял куртку, которой я был укрыт.
***
Похмелья не было. Было опьянение. Я кое-как продрал глаза и осторожно, чтобы не взбалтывать организм, сменил положение "лежа на лавке" на положение "сидя на лавке", отчего сразу оказался за столом. Напротив меня Косяк что-то пил из кружки, держа ее обеими руками. Физиономия у Косяка была сиреневая, но довольная.
Офицеры выглядели примерно так же: помятые, зато одухотворенные. Если бы не форма — почти как люди.
Собирались молча, потому что говорить было трудно, не шли слова на ум. Потом майор Афанасьев взял капитана Диму Пикулина под руку и отвел к машине. Кое-как усадил в кабину. Кое-как забрался сам.
— Ы?.. — спросил меня Косяк.
Я предъявил в ответ большой палец.
— У… — сказал Косяк, указывая на кунг.
Он проследил, как я гружусь в эту будку, и на всякий случай перезахлопнул за мной дверь. Потом громыхнул правой дверцей кабины. Ушибленный майор Афанасьев что-то недовольно буркнул.
Наконец мы поехали.
Я не стал долго раздумывать: четыре матраса, четыре одеяла, четыре подушки — чего еще желать усталому сержанту, возвращающемуся на зимние квартиры? Степень моей неадекватности отражало лишь то, что если вчера я спал на полу, то сегодня зачем-то улегся на столе.
И мгновенно уснул.
А когда разбудили, ничего не понял.
Надо мной стоял Косяк, осторожно тряс за плечо и тихо матерился. Причем матерился — радостно.
— Чего? — спросил я. — Приехали?!
— Ага, — сказал Косяк. — Чуть не приехали, трам-тарарам. Ну, ты даешь. Погляди-ка туда.
Я поглядел. В стене кунга, где полагалось быть окну, зияла дыра.
Окно откидывалось на петлях наружу и вниз. То ли я в последний раз, когда проветривал, не до конца затянул стопор, то ли он сам от тряски сдвинулся. Так или иначе, окно распахнулось. И, судя по ледяному холоду в кунге, давно. Это я понял, высунув руку из-под четырех одеял.
— Трам-тарарам, — сказал Косяк. — Мы когда от деревни отъехали, на повороте что-то громыхнуло. Я прислушался — вроде больше не стучит. Ну, и еду дальше. А это окно, трам-тарарам, хлобысь наружу! И застопорилось в открытом положении, трам-тарарам, поэтому не стучало больше. Ну, я и не стал тормозить, проверять, в чем дело. А сейчас остановился на минуту, выхожу, оглядываюсь на кунг — ТРАМ-ТАРАРАМ!!! — окно настежь!
— Давно?.. — только и спросил я.
— Часа три, не меньше. У меня первая мысль: всё, трам-тарарам, убил Олежку. Заморозил. Я тихонечко так, бочком, к кунгу подползаю, зову тебя — Оле-еж-ка, ты живо-ой… Страшно, аж жуть. И тут слышу, как ты храпишь! Ну, думаю, силен москвич. А ты вон как тут устроился. Везучий, черт!
Я выбрался из-под одеял и почувствовал, что сон на свежем воздухе пошел мне на пользу.
— Пожалуй Афоне об этом лучше не знать.
— Ха! — согласился Косяк.
— Как они там?
— Дрыхнут. Всю кабину задышали, окна протирать замучился.
— Ладно, я тоже на минуту выйду, с твоего позволения. И — спасибо.
— Да хрен с ним, — отмахнулся Косяк. — Главное, ты живой.
— Слушай… Ты не голодный? А то провианта осталось полно.
Я уже не мог не думать про еду. Точнее — куда ее, проклятую, девать.
— Спасибо, не надо. Мне домашнего собрали малость, я теперь это военное дерьмо и видеть не хочу. Пару банок тушенки возьму, остальное забирай. Есть, куда заныкать?
— Конечно. Шнейдеру отдам. Заодно подкормится, а то он на узле связи так присиделся, что обедать ходит через силу.
— Я бы в штабе не смог, — убежденно сказал Косяк.
Я бы смог. Мне очень помогло выжить в ББМ то, что каждый месяц хотя бы два-три дня я работал в штабе. Так я отдыхал от своего "болота". Набирался сил терпеть третий дивизион, где можно было прямо в строю получить кулаком в почку лишь потому, что дедушка захотел проверить, хорошо ли у него поставлен удар. А неделя за машинкой на летнем полигоне меня просто спасла. Параллельно я своими отлучками повышал личный статус — сам того не зная. Все, оказывается, ждали, что москвич застрянет в штабе навсегда, спрячется там. Но москвич упорно возвращался к своему призыву и вместе с ним огребал по полной программе… Были дни, когда я действительно очень хотел уйти из дивизиона. А теперь радовался, что не было возможности. Ну, застрял бы я в штабе — и чего? Еще целый год чаи гонять со Шнейдером?
Я пропустил бы самое интересное — то, что ждало впереди.
Много веселья и много вкусной еды, будь она неладна.
И самогон неоднократно.
И никогда больше не драться.
***
Первым делом в Белой Церкви мы провернули операцию по отгрузке капитана Димы Пикулина на квартиру. Капитан уже мог ориентироваться в пространстве, но ему все еще было слишком хорошо, чтобы заниматься прямохождением. Помогая капитану, майор Афанасьев так утомился, что опять заснул, едва сев в кабину.
В парк ББМ мы въехали, когда уже вечерело. Я напихал полный вещмешок провианта и, сгибаясь под тяжестью трофеев, полез из кунга.
— Ну и рожа у тебя! — сказал Афанасьев.
Я легко прочел его мысли. Провел ладонью по щеке. Да-а… Посмотрел на часы.
— В штабе уже никого нет. Зайду к Шнейдеру, возьму у него бритву, умоюсь заодно… Появлюсь в казарме чистый и свежий.
— Правильно мыслите, товарищ младший сержант. Не забудь хорошенько почистить зубы! — напутствовал Афанасьев.
Я простился с Косяком, подхватил пишущую машинку и направился в штаб. Знакомая дорога через территорию ракетчиков. Сколько еще мне по ней ходить. Иногда во главе дивизиона. Чего только по ней не таскать. Начиная с огнетушителя и заканчивая телевизором.
Месяцев через пять это будет: иду из парка в штаб, несу на плече здоровенный телевизор. Навстречу мне незнакомый подполковник-ракетчик. Когда у военного руки заняты, он отдает честь поворотом головы. Ну, и я этому подполковнику головой четко так: чик-чик. Тот мне в ответ козыряет. И вдруг останавливается.
— Погоди, — говорит.
Ну, могу и погодить, телевизор удобно лежит на плече.
— Ты откуда, — спрашивает подполковник, — такое взялось?
— Я такое взялось, — отвечаю, — из Бригады Большой Мощности.
— Это понятно. Мне интересно — чего ты такое волосатое?
— А-а… Да я, товарищ подполковник, такое волосатое потому что ровно час назад с полигона приехало.
Посмеемся вместе, разойдемся. Всегда бы так. А то пристанут с ножом к горлу: чего небрежно честь отдаешь. А я тебя знаю?! Скажи спасибо, что вообще заметил. Ишь ты, целый капитан. Да у меня своих капитанов три штуки, не считая двух майоров. И козыряем мы друг другу строго два раза в день, утром и вечером, иначе получится у нас не служба, а одно безостановочное отдание чести…
…В штабе было пустынно. Я постучался на узел связи.
— Гена, держи, это полный вещмешок еды.
— Ну и рожа у тебя!
— Спасибо, тоже очень рад встрече.
Взгляд в зеркало многое объяснил. Рожа была мало того, что зверски ощетинившаяся, так еще нагло опухшая и заметно пьяная. Деду, а то и дембелю впору. Да уж, идти в казарму сейчас не стоило. Там бы сразу забыли о моем особом статусе почти-черпака. Побили бы просто из зависти.
Шнейдер сделал мне кружку кофе и дал бритву. Позвонил в казарму, отыскал Михайлова и Ракшу, сказал, чтобы после ужина приходили… Ужинать.
Они потом этот вещмешок несколько дней втроем подъедали. А я даже не притрагивался. Не хотел. И только на последней банке тушенки сломался — отнял уже открытую и слопал половину. Из принципа.
Столкнулся в парке с Косяком, а тот мне:
— Эх, хорошо съездили. Как вкусно было, помнишь?
— Не в жратве счастье, — говорю. — В свободе. Вот что было вкусно! Уж ты-то, гордый сын вольнолюбивого украинского народа, должен это понимать.
Косяк подумал и сказал очень серьезно:
— Конечно. Как же без свободы. Без свободы это не жизнь получится, а какая-то сплошная армия.
Еще подумал и добавил:
— Но кушать — надо!
ГЛАВА 11.
— Пойди найди Суслика, — сказали мне, — в казарму его позови.
В будке КПП сидел на подоконнике боец с характерной внешностью — тощий, мордочка острая, зубы мелкие.
— Ты, что ли, Суслик? — спросил я.
Парень замахнулся на меня табуреткой.
А Сусликом оказался двухметровый плечистый детина по фамилии Сысоев.
ФАМИЛИЯ!!!
список личного состава выборочно
в выборке — офицеры, солдаты и сержанты разных частей
В штабе учебной артиллерийской дивизии, где я трудился писарем-машинистом, сидели в одном кабинете друг напротив друга майор Федоров и майор Федькин.
Еще там имелся подполковник Кривополенов. Я мог бы для красного словца наврать, будто помощником у него был старлей Безуглый, но это неправда. Безуглый служил в первой батарее артполка. А к Кривополенову частенько захаживал в гости прапорщик Убийволк.
Когда в штаб прибыл на стажировку майор Антипят (с ударением на "я"), начальник строевой части подполковник Монахов заявил — вот это я понимаю. Это да. Будет, о чем рассказать внукам.
Через несколько дней Монахов заорал на кого-то в коридоре "Пиндюра!!!", и я еще подумал — ни фига себе ругательство.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [ 10 ] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.