read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Она покосилась на край зеркала, - там была засунута за рамку фотогра-
фия Чарли, - содрогнулась и презрительно надула губки. В его глазах было
что-то животное и жестокое. Он и в самом деле порядочное животное. Вот
уже год, как он ее преследует. Другие парни и подойти к ней боятся: он
всех отпугнул своими угрозами. Удостоив ее вниманием, он сделал ее, ра-
бой этого внимания. Она вспомнила молодого бухгалтера из прачечной, -
это был уже не рабочий, а настоящий джентльмен, с мягким голосом и неж-
ными руками; а Чарли избил его втихомолку только за то, что бухгалтер
осмелился пригласить ее в театр. А разве она виновата? Из жалости к нему
она с тех пор ни разу не решилась принять его приглашение.
И вот в, среду вечером она пойдет с Билли! Билли! Сердце ее забилось.
Конечно, будет скандал, но Билл защитит ее от Чарли. Хотела бы она ви-
деть, как Чарли изобьет Билла! Быстрым движением она выхватила карточку
из-за рамы и бросила ее на комод лицом вниз. Карточка упала возле не-
большого старенького ларчика, обитого темной потертой кожей. Словно ос-
корбленная таким кощунством, она опять схватила противную карточку и
швырнула ее через всю комнату в дальний угол, затем взяла в руки кожаный
ларчик. Нажав пружину и открыв его, она долго глядела на дагерротип: пе-
ред ней было усталое женское лицо с умными серыми глазами и смело очер-
ченным выразительным ртом; внутри, на бархатной подушечке, золотыми бук-
вами были вытиснены слова: "Карлтону от Дэзи". Она прочла их с благого-
вением, ибо это было имя ее отца, которого она совсем не знала, и имя
матери, которую она знала так недолго, но чьи умные и грустные серые
глаза запомнила навсегда.
Саксон, с детства не знавшая религиозных обрядностей, была по природе
натурой глубоко религиозной. Но ее мысли о боге оставались крайне смут-
ными и неопределенными, и тут она откровенно признавала себя бессильной.
Она никак не могла представить себе бога. На дагерротипе же она видела
нечто вполне реальное; этот образ так много давал ей и так много обещал
в будущем! Саксон не ходила в церковь. Ее алтарь, ее святая святых были
здесь. К этому изображению обращалась она, когда ее постигало горе или
угнетало одиночество; здесь она искала совета, помощи и утешения. Она
чувствовала, что во многом не похожа на знакомых девушек, и, вглядываясь
в дорогое лицо, старалась найти в нем черты духовного сходства с собой.
Ведь мать ее была тоже не такая, как все. Мать действительно являлась
для нее тем, чем для других является бог. Этому идеалу она стремилась
остаться верной, не уронить его, ничем не оскорбить. Саксон не отдавала
себе отчета в том, что на самом деле знает о своей матери очень мало,
что все это зачастую ее собственные вымыслы и догадки. В течение многих
лет создавала она этот миф о своей матери.
Но разве все в этом образе было только мифом?
Она решительно оттолкнула от себя сомнения и, открыв нижний ящик ко-
мода, вынула оттуда потертый портфель. Выпали старые пожелтевшие рукопи-
си, повеяло легким, нежным ароматом былого. Почерк был тонкий, изящный,
с завитками, - как принято было писать полстолетия назад. Она прочла
стансы, обращенные автором к самой себе:
Словно нежная арфа Эола,
Муза поет все нежней...
Калифорнийские долы
Эхом откликнулись ей [3].
Она в тысячу первый раз подивилась тому, что такое Эолова арфа; и все
же смутные воспоминания об этой необыкновенной матери будили чувство че-
го-то невыразимо прекрасного. Саксон некоторое время стояла задумавшись,
затем раскрыла другую рукопись. "Посвящается К. Б. ", - прочла она. Это
было любовное стихотворение, которое ее мать посвятила своему мужу,
Карлтону Брауну.
И Саксон погрузилась в чтение следующих строк:
От толпы убежала, укрывшись плащом,
И увидела статуй торжественный ряд:
Вакх, увенчанный свежим зеленым плющом,
И Пандора с Психеей недвижно стоят.
Это тоже было выше ее понимания, но она вдыхала в себя невнятную кра-
соту этих строк. Вакх, Пандора, Психея - эти имена звучат как волшебное
заклинание! Но увы! - ключ к загадке был только у матери. Странные,
бессмысленные слова, таившие вместе с тем какой-то глубокий смысл! Ее
волшебница-мать понимала, что они означают. Саксон медленно прочла их,
букву за буквой, ибо не смела прочесть целиком, не зная, как они произ-
носятся, и в ее сознании смутно блеснул их величественный смысл, глубо-
кий и непостижимый. Ее мысль замерла и остановилась на сияющих, как
звезды, границах некоего мира, где ее мать чувствовала себя так свобод-
но, гораздо более высокого, чем действительность, в которой живет она,
Саксон. Задумчиво перечитывала она все вновь и вновь эти четыре строчки.
И казалось, что в сравнении с той действительностью, в которой она жила,
терзаемая горем и тревогой, мир ее матери был полон света и блеска.
Здесь, в этих загадочно-певучих строках, скрывалась нить, ведущая к по-
ниманию всего. Если бы Саксон только могла ухватить ее - все стало бы
ясно. В этом она была вполне уверена. И она поняла бы тогда и злые речи
Сары, и судьбу своего несчастного брата, и жестокость Чарли Лонга, и то,
почему он избил бухгалтера, и почему надо стоять у гладильной доски и
работать, не разгибая спины, дни, месяцы, годы.
Она пропустила строфу - увы, совершенно для нее недоступную - и поп-
робовала читать дальше.
В теплице последние краски дрожат,
В них отблеск опала и золота дрожь.
Едва зарумянел далекий закат,
Закат, что с вином упоительным схож,
Наяду, застывшую в зыбкой тени,
Осыпали брызги ей руки и стан,
Блеснув на груди аметистом, они
Дождем осыпаются в светлый фонтан.
- Прекрасно, как прекрасно, - вздохнула она. Смущенная длиной стихот-
ворения, она снова закрыла рукопись и спрятала ее; затем опять стала ша-
рить в комоде, надеясь, что хранящиеся там реликвии дадут ей ключ к не-
разгаданной душе матери.
На этот раз она вынула маленький сверток в тонкой бумаге, перевязан-
ный ленточкой. Бережно она развернула его, с благоговейной серьезностью
священника, стоящего перед алтарем. Там лежал красный атласный испанский
корсаж на китовом усе, напоминавший маленький корсет, - такие корсажи
были обычным украшением женщин, которые прошли с пионерами через прерии.
Корсаж: был ручной работы и сшит по старинной испано-калифорнийской мо-
де. Даже китовый ус был обработан домашним способом из материала, куп-
ленного, вероятно, на китобойном судне, торговавшем кожей и ворванью.
Черным кружевом его обшила мать, и стежки на тройной кайме из черных
бархатных полос тоже были сделаны ее рукой.
Саксон задумалась над ним, в голове ее проносились бессвязные мысли.
Здесь перед ней было нечто реальное. Это она понимала. Этому она покло-
нялась, как поклонялись люди ими же созданным богам, хотя их вера и опи-
ралась на гораздо менее осязаемые доказательства пребывания бога на зем-
ле.
Корсаж имел в окружности двадцать два дюйма. Саксон уже не раз убеж-
далась в этом. Она встала и примерила его на себя. Это было частью обыч-
ного ритуала. Корсаж почти сходился. В талии он сходился совсем. Если бы
снять платье, он пришелся бы как раз по ней. Этот корсаж, овеянный вос-
поминаниями о пионерской эпопее в Калифорнийской Вентуре, больше всего
волновал Саксон: он как бы хранил отпечаток фигуры ее матери. Стало
быть, внешностью она похожа на мать. Свою железную выдержку, свою лов-
кость в работе, изумлявшую всех, она тоже унаследовала от нее. Так же
изумлялись люди прошлого поколения, глядя на ее мать - эту куколку, это
создание, самое миниатюрное и молодое из целого выводка рослых пионеров,
- создание, воспитывавшее, однако, этот выводок. Все обращались к ее не-
обычайному уму, даже сестры и братья, которые были на десяток лет старше
ее. Именно она, Дэзи, решительно повелела своим спутникам переменить за-
раженные лихорадкой низменности Колюзы на здоровый воздух Вентурских
гор; это она восстала против старика отца, который считался грозой ин-
дейцев, и боролась со всей семьей за то, чтобы Вилла вышла замуж по сво-
ему выбору; это она, бросая вызов семье и общепринятой морали, потребо-
вала, чтобы Лаура развелась со своим мужем, безволие которого граничило
с преступностью; а с другой стороны - она, и только она, не давала семье
распасться, когда взаимное непонимание или человеческие слабости грозили
ее разрушить.
Поистине, она была и воином и миротворцем! И перед глазами Саксон
воскресали забытые предания. Они были полны живых подробностей, так как
она много раз вызывала их в своем воображении, хотя они и касались ве-
щей, которых она никогда не видела. Эти подробности, конечно, были пло-
дом ее собственной фантазии: ей ведь никогда не приходилось встречать ни
вола, ни дикого индейца, ни степной повозки. И все же она видела перед
собой орды этих жаждущих земли англосаксов, они пересекали материк и шли
с востока на запад, они мелькали сквозь поднятую тысячами копыт, прони-
занную солнцем пыль и были полны трепета и жизни. Они казались ей частью
ее самой. Эти предания старины и рассказы о подлинных событиях она слы-
шала из уст живых свидетелей и участников. Ей отчетливо рисовались длин-
ные вереницы повозок, впереди шагают исхудавшие загорелые мужчины, юноши
подгоняют ревущих волов, которые падают от усталости и подымаются, чтобы
снова упасть. И во всем этом, как легкий челнок, тянущий золотую луче-
зарную пряжу, мелькает образ ее матери - ее маленькой непокорной мамы,
которой минуло и восемь и девять лет, а поход был еще не кончен, - вол-
шебницы и законодательницы, во всяком деле осуществлявшей свою волю, -
причем и дело и воля ее всегда были правильны и хороши.
Саксон видела Панча, крошечного скай-терьера с жесткой шерстью и пре-
данными глазами, - Панча (он с таким трудом следовал за путешественника-



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [ 10 ] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.