read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



тишины Заполярья! Все шло все удавалось.
И как видны были в его лице, во всех движениях, даже в том, как он
ел, это счастье, эта удача! У него блестели глаза, он держался прямо и
вместе с тем свободно. Если б я не была влюблена в него всю жизнь, так уж
в этот вечер непременно бы влюбилась.
Мы что-то ели без конца, а потом пошли гулять, потому что я сказала,
что еще не успела посмотреть Ленинград, и Саня загорелся и сказал, что он
хочет сам "показать мне, что это за город".
Был третий час, и это был самый темный час ночи, но когда мы вышли из
"Астории", было так светло, что я нарочно остановилась на улице Гоголя и
стала читать газету.
Белая ночь! Но Саня сказал, что его не удивить белыми ночами и что в
Ленинграде они хороши только тем, что не продолжаются по полгода.
Мы прошли под аркой Главного штаба, и великолепная пустынная площадь
вдруг открылась перед нами - не очень большая, но просторная и какая-то
сдержанная, не похожая на открытые площади Москвы. Очень обидно, но я не
знала, что это за площадь, и Сане пришлось прочесть мне краткий урок
русской истории с упоминанием 7 ноября 1917 года.
Потом мы пошли по улице Халтурина - я прочитала название под домовым
фонарем - и долго стояли перед колоссами, поддерживающими на плечах
высокий подъезд Эрмитажа. Не знаю, как Саня, а я смотрела на них с нежным
чувством, точно они были живые, - им было так тяжело, и все-таки они были
прекрасны.
Потом мы вышли на набережную, - вот где была эта белая ночь, - ни
день, ни ночь, ни утро, ни вечер. Над зданиями Военно-медицинской академии
небо было темно-синее, светло-синее, желтое, оранжевое, - кажется, всех
цветов, какие только есть на свете! Где-то там было солнце. А над
Петропавловской крепостью все было совершенно другим, туманно-серым,
настолько другим, что нельзя было поверить, что это одно и то же небо. И
мы сперва долго смотрели на крепость и на ее небо, а потом вдруг
поворачивались к Военно-медицинской академии и к ее небу, и это был как
будто мгновенный переезд из одной страны в другую - из неподвижной и серой
в прекрасную, живую, с быстро меняющимися цветами.
Стало холодно, я была легко одета, и мы вдвоем завернулись в Санин
плащ и долго сидели обнявшись и молчали.
Мы сидели на полукруглой гранитной скамейке, у самого спуска в Неву,
и где-то внизу волна чуть слышно ударялась о каменный берег.
Не могу передать, как я была счастлива и как хорошо было у меня на
душе этой ночью! Мы были вместе, наконец, и теперь не расстанемся никогда.
И больше ничего не нужно было доказывать друг другу и не нужно было
ссориться, как мы ссорились всю жизнь. Я взяла его руку, твердую, широкую,
милую, и поцеловала, а он поцеловал мою.
Не помню, где мы еще бродили в эту ночь, только помню, что никак не
могли уйти от Невы. Мечеть с голубым куполом и двумя минаретами повыше и
пониже все время была где-то перед нами, и мы все время шли к ней, а она
уходила от нас, как виденье.
Уже дворники подметали улицы и большой желтый круг солнца стоял
довольно высоко над Выборгской стороной, и как нам ни жалко было
расставаться с этой ночью, а она уходила, - когда Саня вдруг решил, что
нужно немедленно позвонить Пете.
- Мы спросим его, - сказал он смеясь, - как он думал провести этот
вечер.
Но я уговорила его не звонить, потому что телефон был в передней и мы
разбудили бы все семейство фотографа-художника Беренштейна.
- Семейство очень милое, и это свинство - будить его ни свет, ни
заря!
У мечети - мы все-таки дошли до мечети - Саня окликнул такси, и нам
вдруг показалось так удобно в такси, что Саня стал уговаривать меня
поехать еще на острова, а уж потом к Пете. Но ему предстоял трудный день,
я хотела, чтобы сперва он заехал к себе и уснул хоть ненадолго...
И мы вернулись к нему в "Асторию" и стали варить кофе. Саня всегда
возил с собой кофейник и спиртовку - он на Севере пристрастился к кофе.
- А страшно, что так хорошо, правда? - сказал он и обнял меня. - У
тебя сердце так бьется! И у меня - посмотри.
Он взял мою руку и приложил к сердцу.
- Мы очень волнуемся, это смешно, правда?
Он говорил что-то, не слыша себя, и голос его вдруг стал совсем
другой от волнения...
Мы пошли к Сковородниковым только в первом часу. Маленькая, изящная
старая дама открыла нам и сказала, что Пети нет дома.
- Он уехал в клинику.
- Так рано?
- Да.
У нее было расстроенное лицо.
- Что случилось?
- Ничего, ничего. Он позвонил туда, и ему сказали, что Александре
Ивановне стало немного хуже.


Глава одиннадцатая
СЕСТРА

И вот начались эти дни, о которых я еще и теперь вспоминаю с горьким
чувством бессилия и обиды. По три раза в день мы ходили в клинику Шредера
и долго стояли перед маленькой витриной, в которой висел температурный
листок: "Сковородникова - 37; 37,3; 38,2; 39,9". Но это было не простое
воспаление легких, когда на девятый день наступает кризис, а потом
температура падает, как было у меня в школе. Это было проклятое
"ползучее", как сказал профессор, воспаление. Были дни, когда у нее была
почти нормальная температура, и тогда мы возвращались очень веселые и
сразу начинали ждать Сашу домой. Розалия Наумовна - так звали супругу
фотографа-художника - рассказывала, что она тоже болела воспалением легких
и что эта болезнь просто пустяки в сравнении с гнойным плевритом, которым
болела ее сестра Берта. Петя начинал говорить о своей скульптуре, и
однажды мне даже удалось уговорить его сходить со мной в Эрмитаж. Но
наутро мы снова молча стояли перед витриной и смотрели, смотрели,
смотрели... Я заметила, что Петя однажды закрыл глаза и снова быстро
открыл, как в детстве, когда думаешь, что откроешь глаза и увидишь совсем
другое. Но он увидел то же, что видела я и что мы надеялись больше не
видеть: "Сковородникова - 38,1, Сковородникова - 39,3, Сковородникова -
40".
Три дня подряд температура держалась на 40, потом резко упала - на
несколько часов - и опять поднялась, на этот раз до 40,5. Я была уверена,
что это не воспаление легких, и тайком от Сани поехала к профессору на
квартиру. Но он подтвердил диагноз - фокус прослушивается совершенно ясно,
- не один, а несколько и в обоих легких. Он сказал, что это не по его
части и что Сашу уже смотрел терапевт.
- И что же?
- Грипп, осложнившийся воспалением легких.
Я знала, что он заходит к Саше по сто раз в день, что вообще в
клинике относятся к ней прекрасно, но все-таки спросила, не думает ли он,
что нужно пригласить еще какого-нибудь терапевта.
- Может быть, Габричевского?
- Конечно, пожалуйста. Я сам позвоню ему.
Но температура не упала оттого, что Сашу посмотрел Габричевский.
Я почти не видела Саню в эти дни; он только звонил иногда по ночам,
да однажды я забежала к нему в институт, в маленькую комнатку, отведенную
для снаряжения поисковой партии. Он сидел за столом, заваленным оружием,
фотоаппаратами, рукавицами и меховыми чулками. Усатый, серьезный человек в
кожаном пальто собирал у него на столе двустволку и ругался, что стволы не
подходят к ложам.
- Ну, как она? Ты ее видела? Что говорят врачи?
Ежеминутно звонил телефон, и он, наконец, снял трубку и с досадой
бросил ее на стол.
- Все то же.
- А температура?
- Сегодня утром было сорок и две.
- Черт! Неужели нет никакого средства?
Он очень похудел за эти дни, у него был тревожный, усталый вид, и он
вообще не был похож на себя, особенно на себя в первый день приезда.
- Как ты похудела, - не спишь? - спросил он. - Я не понимаю, но
все-таки, какое же положение?
- Непосредственной опасности нет.
- Что?
- Габричевский сказал, что непосредственной опасности нет.
- Да ну их к дьяволу! - злобно сказал Саня. - Не могут вылечить
человека! Ведь она была здорова. Я же знаю, она никогда даже ничуть не
болела.
Я сказала, что, наверно, теперь не увижу его несколько дней, потому
что мне разрешили дежурить у Саши и с сегодняшнего вечера я перееду в
больницу. Он взял меня за руку и с благодарностью посмотрел на меня. Потом
проводил до ворот, и мы расстались...
Она лежала, глядя в потолок, изредка облизывая пересохшие губы, и не
сразу узнала меня, может быть потому, что я была в колпаке и халате. Но
первое время мне все казалось, что она принимает меня за кого-то другого.
Видно было, что она уже давно не спит и что у нее все перепуталось:
утро и вечер - как будто время от нее уже отступило.
Что-то татарское стало заметно в ее лице, побледневшем под загаром,



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 [ 94 ] 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.