read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



тельственные указы - А.Б.) Владимирский судья, в свою очередь, жаловался
на вмешательство воеводы в судебные дела. Архангельский судья, как
только прибыл на место службы, начал перебранку с вице-губернатором и
грозил ему, что "будет сидеть на его месте". Великолуцкий воевода отка-
зался дать помещение судье, отобрал у него команду драгун, назначенную
для ловли разбойников, сам разбирал судебные дела, а челобитчиков, кото-
рые обращались не к нему, а к судье, "устращивал". Новгородский воевода
Поссорился с судьей, и воевода отказался отвести помещение для суда и
тюрьмы, за теснотой помещения пришлось остановить судопроизводство, и
многие колодники, как донес суд, "помирали от духоты". Когда юстиц-кол-
легия прислала воеводе указ дать суду помещение, воевода медлил испол-
нить это, и только спустя порядочное время известил судью, что он может
со своими асессорами перебраться на старый воеводский двор. Судья утром
на другой день пришел на службу по новому адресу, но у ворот ему прегра-
дил дорогу часовой с ружьем, который объявил судье, что воевода "не ве-
лел судье иметь канцелярию на этом дворе". Воевода не только не давал
суду помещения, он еще строго запретил ратуше посылать в суд какие-либо
справки и преследовал тех из обывателей, что обращались в суд; у посадс-
кого Щеколдина (свободного человека! - А.Б.) схватили жену и по распоря-
жению воеводы посадили в тюрьму за то, что посадский жаловался в суд. А
посадского Попова жестоко избил тростью по голове камерир за такое же
"преступление". Угличский воевода отвел судье такое помещение, что тот
только руками развел: "Только изба одна, и та вся гнила, и кровля разва-
лилась, и течь от дождя великая, и в окошках рам нет", подьячих же вое-
вода прислал таких, что судья не знал, как от них избавиться, потому что
они были всегда беспросыпно пьяны и никаких дел делать не могли. И так
было всюду. Всюду, по словам одного указа юстиц-коллегии, местные влас-
ти, забыв веление генерального регламента быть всем властям меж собой в
единении и "чинить друг другу вспоможение, "с яростью и презрением тщат-
ся" уничтожить одна сделанное другой".
На стенах присутственных мест в это время висел повсюду указ Петра,
повелевавший судьям защищать "бедных людей, вдов и сирот безгласных и
беспомощных, которым сам его царское величество всемилосердным защитите-
лем есть и взыскателем обид их напрасных"... Помимо всего прочего, Петр
еще и создатель системы государственного лицемерия, когда декларирова-
лось одно, а делалось другое. Предшественники Петра, не свободные от
жестокости и взяточничества, все же не жили "двойной моралью" - у них на
стенах не висело всевозможных утопически-лицемерных казенных бумаг, пол-
ностью противоречащих тому, что в данном помещении творилось.
Знаменитый крестьянский мыслитель Посошков, живший во времена Петра,
оставил интереснейшие записки. О суде он, в частности, сообщает, что
состояние суда в России "зазорно": "не только у иностранцев-христиан, но
и у басурман суд чинят праведно, а у нас вера святая, благочестивая и на
всем свете славная, а судебная расправа никуда не годная; какие его им-
ператорского величества указы ни состоятся, все ни во что обращаются, и
всяк по своему обычаю делает..."
Юстиц-коллегия, тогдашнее министерство юстиции, плакалась сенату, что
подчиненные ей суды даже не платят наложенных на них за волокиту колле-
гией штрафов. И в полном соответствии с повседневной практикой просила
"послать по судам расторопных гвардейцев, дабы понуждали судей скорее
делать дело".
Неудивительно, что и с самим "министерством юстиции" обращались порой
вовсе уж пренебрежительно. Однажды рядовой фискал по фамилии Косой, на
что-то рассердившись, "с изменившимся лицом и с криком великим прибли-
зился к президентскому (т.е. министра юстиции! - А.Б.) столу и, ударяя в
стол рукой, говорил, что онде не послушен будет никакому суду до прибы-
тия его царского величества".
В другой раз секретарь губернской канцелярии (то есть чин, согласно
табели о рангах приравненный к поручику - А.Б.) узнал, что некий посадс-
кий пошел в юстицколлегию, чтобы принести жалобу на действия этой самой
канцелярии. Недолго думая, секретарь послал драгун, и те с матами да ру-
коприкладством уволокли жалобщика из приемной министерства юстиции, сор-
вав заседание коллегии...
Что уж тогда удивляться общепринятой практике, когда посыльных из су-
да в деревнях встречали "с дубьем, с цепами и кольями заостренными и
шестами железными". Даже незнатные юнцы-недоросли, поддавшись общему на-
строению, нахальничали сверх меры. Когда к "школьнику математической
школы навигацких наук" Зиновьеву явился подьячий с солдатами, чтобы от-
вести его в суд для дачи свидетельских показаний (брат школяра, драгун,
обвинялся в разбое и грабеже), юный навигатор схватил полено и, умело им
действуя, вышвырнул пришедших во двор. В суд его доставили, лишь вытре-
бовав военное подкрепление...
И, наконец, именно Петр выдвинул тезис, что признание - царица дока-
зательств... Нет нужды подробно рассказывать, с какой готовностью ухва-
тились за этот тезис через двести лет товарищи чекисты и в каких масшта-
бах его применяли...
Наконец, никак нельзя обойти вниманием петровские законы "о единонас-
ледии" и "о порядке престолонаследования".
"Закон о единонаследии", механически выдернутый из западноевропейско-
го законодательства, заключался в следующем: помещик, имевший несколько
сыновей, мог отныне завещать все свое недвижимое имущество кому-то одно-
му (не обязательно старшему, по своему выбору). Если он умирал без заве-
щания, вся недвижимость переходила к старшему сыну. Впрочем, касалось
это не только помещиков, но и "всех подданных, какого чина и достоинства
оные ни есть". Намерения, а первый взгляд, были самые благие: во-первых,
не дробить имущество до бесконечности, вовторых, заставить "обделенных"
поступать на службу, идти в торговлю, в частное предпринимательство, в
искусство.
Однако, как с роковым постоянством случалось со всеми петровскими
новшествами, красиво выглядевшие на бумаге идеи при практическом претво-
рении их в жизнь превратились в источник неразберихи, вражды, сломали
многие судьбы. Вполне естественно, помещики, внезапно оказавшиеся перед
необходимостью делить своих детей на "богатых" и "нищих", всеми способа-
ми старались обойти закон: продавали часть деревень, чтобы оставить
деньги "обделенным", с помощью клятвы на иконе обязывали "единонаследни-
ка" выплатить остальным их долю деньгами - что полностью подрывало идею
"недробления". В докладе, поданном в 1730 г. Сенатом императрице Анне
Иоанновне. указывалось, что этот закон "вызывает среди членов дворянских
семей ненависти и ссоры и продолжительные тяжбы с великим для обеих сто-
рон убытком и разорением, и небезызвестно есть, что не токмо некоторые
родные братья и ближние родственники враждуют между собою, но и отцов
дети побивают до смерти". Стремясь обеспечить младших, отцы распродают
движимый инвентарь в их пользу, оставляя иногда наследнику деревни и хо-
зяйства "без лошадей, скота, орудий и семян, отчего как наследники, так
и кадеты ("обделенные" - А.Б.) в разорение приходят". Сенаторы доклады-
вали: "Пункты об единонаследии, как необыкновенные сему государству,
приводят к превеликим затруднениям в делах".
Более того, все продекларированные благие намерения насчет свободы
"определяться в ремесла, торговлю и искусства" так и остались на бумаге.
"Хотя и определено по тем пунктам, дабы те, которые деревням не наслед-
ники, искали бы себе хлеба службой, учением, торгами и прочим, но того
самим действием не исполняется, ибо все шляхетские дети, как наследники,
так и кадеты, берутся в одну службу сухопутную и морскую в нижние чины,
что кадеты за двойное несчастье себе почитают, ибо и отеческого лиши-
лись, и в продолжительной солдатской или матросской службе бывают, и так
в отчаяние приходят, что уже все свои шляхетские поступки теряют".
Одним из немногих толковых поступков императрицы Анны как раз и стала
отмена в том же году "пунктов о единонаследии".
Еще более страшную роль в русской истории сыграл "Закон о престоло-
наследии". Петр сочинил его после убийства родного сына, царевича Алек-
сея. Нам усердно вдалбливали в голову, что Алексей "хотел вернуть страну
на застойный путь". Однако сейчас об этом деле известно достаточно, что-
бы говорить со всей уверенностью: Алексей (европейской образованностью,
кстати, неизмеримо превосходивший нахватавшегося вершков папашу) все-
го-навсего намеревался вернуться на допетровский путь развития - никоим
образом не отрицавший реформ, но избавленный от всех пороков петровских
деяний. Путь постепенной, разумной эволюции, исключавшей идиотскую ломку
и шараханья в крайности... Но поскольку Петр признавал единственно пра-
вильным путем только свой, с сыном он расправился беспощадно, между де-
лом нарушив данное ему честное слово (когда посланные за Алексеем за
границу объявили ему, что в случае возвращения царственный отец клянется
своей честью не преследовать более сына).
В феврале 1722 г. Петр объявил указом, что отныне всякий будущий рос-
сийский самодержец волен сам назначать себе преемника, отменив закон о
старшинстве.
Новый закон еще при жизни Петра встретил глухой ропот и неприятие в
народе (разумеется, с недовольными боролись кнутом и топором). А после
смерти Петра, как писал историк начала века Князьков, "отсутствие мужс-
кого потомства и наличие среди женского потомства двух линий наследниц -
дочерей царя Ивана и царя Петра - сделало, при отсутствии узаконенного и
всем объявленного порядка престолонаследия, то, что русский престол в
течение всего XVIII века был игралищем судьбы, причем решающую роль в
праве претендентов на престол играла гвардия, руководившаяся своими сим-
патиями и антипатиями к отдельным лицам" [102].
Следует поправить: не только в течение XVIII в. После смерти Петра
гвардия ровно сто лет устраивала либо пыталась устраивать перевороты.
Павел I в 1797 г. отменил "Законе престолонаследии", но сам стал жертвой
убийцгвардейцев. Гвардия попыталась ив 1825 г. по заведенному порядку
вмешаться в судьбу трона, но Николай I пушечным огнем вымел остатки дво-
рянской "махновщины"...



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 [ 95 ] 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.