read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



волхвы да ворожеи шептанием лечили! А что вы скажете об этом экземпляре?
- "Слово о сложении тела человеческого, все анатомическое кратко в себе
заключающее", - с трудом прочитала я название старинной рукописи, которую он
развернул передо мной. - Вы и рукописи собираете?
- Да. И гравюры.
Глафира Сергеевна вошла, когда мы рассматривали гравюры, принесла чай,
печенье, конфеты. Мы поздоровались. Торопливо, точно боясь, что Крамов не
даст ей договорить, Глафира Сергеевна стала спрашивать меня, как здоровье
Андрея, где мы думаем провести отпуск. Крамов вставил несколько слов, и она
оглянулась на него с каким-то неуверенным выражением. Потом он нетерпеливо
поднял брови, и она мгновенно исчезла - большая, красивая, в слишком
нарядном для дома платье, с пустым подносом в руках.
"Вот как!" - подумала я с интересом.
Добрый час Валентин Сергеевич показывал мне редкие книги, "курьезы",
как называл он рукописи разных чудаков, пытавшихся с помощью поваренной соли
или настойки из пчел произвести переворот в практической медицине. Наконец я
напомнила о плане.
- Должен заметить, что я с величайшим удовольствием познакомился с
вашим планом. В него входишь, как в хороший дом, - все обдумано, прочно,
солидно. На своем месте окна, потолки, двери. Но не кажется ли вам, дорогая
Татьяна Петровна, что ваш дом стоит несколько в стороне от дороги? Причем
эта обособленность заметна не только в плане, но и в последних работах вашей
лаборатории. Работы очень интересные, - поспешил он добавить, - в
особенности о желчи, но... "Мы занимаемся вопросами, которыми не занимается
никто, кроме нас", - вот что звучит на каждой странице.
Статья о желчи принадлежала Лене, и, читая гранки, она советовалась со
мной: упоминать ли о крамовской теории иммунитета? Решено было не упоминать,
тем более что эта теория не имела ни малейшего отношения к вопросу. Уж не
это ли обстоятельство имел в виду Валентин Сергеевич?
- Почему же никто, кроме нас? А Богородский в областном институте?
Крамов улыбнулся.
- Областной институт - это совсем другое дело, Татьяна Петровна! Чем
только не занимаются в этом благословенном учреждении! А у нас хотелось бы -
разумеется, до этого еще очень далеко - сосредоточить усилия вокруг проблем
иммунологического значения. Петр Николаевич знаком с вашим планом?
- Нет еще.
- Жаль. Интересно было бы узнать его мнение. А кстати, Татьяна
Петровна, я хотел вас спросить: что это он вдруг замолчал?
- Как замолчал?
- Да очень просто! Скажет два слова и молчит.
- Не знаю, не замечала. Что же, вы полагаете, нужно изменить в нашем
плане?
- Изменить? Ровно ничего. Но если бы вам удалось связать его с
характерным направлением, которым отличается именно наш институт, - это было
бы превосходно.
Я промолчала.
- А вы не думаете, что Мерзляков ставит перед собой скорее
физиологическую, чем микробиологическую задачу? - продолжая просматривать
мой план, спросил он. - Влияние сна на воспалительную реакцию. Почему,
собственно говоря, этот вопрос нужно решать в нашем институте? На вашем
месте я бы дал ему что-нибудь другое.
- Например?
- Не знаю. Надо подумать. Татьяна Петровна, а почему бы вам не
заняться...
Крепко сжав за спиной маленькие ручки, он расхаживал по кабинету, и
настоящая страсть - или я ошибалась? - звучала в его голосе, когда он
убеждал меня в том, что все лаборатории нашего института должны соединить
свои усилия, чтобы создать всеобщую теорию иммунитета.
- Может быть, еще чаю? - спохватившись, спросил он.
Я поблагодарила и отказалась.
- А хорошо все-таки, что мы больше не ссоримся. И все-таки, скажу
откровенно, я вас еще не совсем понимаю. Ну вот, скажем, откуда взялась в
вашем плане зеленая плесень? В свое время вы занимались влиянием плесени на
светящиеся вибрионы - безуспешно, если я не ошибаюсь. И тогда она вызывала у
меня, извините, представление о задворках науки. Ведь на задворках, - мягко
прибавил он, - обычно пахнет плесенью и валяется мусор.
Это было несправедливо хотя бы по той причине, что плесень стояла среди
необязательных тем. Но это было еще и обидно!
- Не знаю, что вы хотите сказать вашим замечанием, Валентин Сергеевич.
Мне-то всегда казалось, что в науке нет и не может быть ни задворок, ни
парадных ходов. Вероятно, шлифование стекол тоже считалось задворками науки
во времена Левенгука! Что касается плесени...
Он остановил меня, улыбаясь:
- Знаете, Татьяна Петровна, есть у австралийцев этакая кривая палка,
которая возвращается обратно, куда ее ни забросишь. Называется - бумеранг.
Что заставляет вас с последовательностью бумеранга возвращаться к этому
вопросу? Мне смутно помнится, что кто-то уже пытался найти в плесени
бактерицидные свойства.
- А кто именно? Это было опубликовано?
Крамов задумался.
- Постойте-ка... Где же я об этом читал? Нет, не могу припомнить.
Татьяна Петровна, да ведь нельзя же к этому относиться серьезно!
- Валентин Сергеевич, мы недавно начали эту работу и уже успели
убедиться в том, что плесневый грибок подавляет рост некоторых
стрептококков.
- Ну и что же? Вы утверждаете, - спросил, улыбаясь, Крамов, - что в
основе вашей работы лежит изучение защитных сил организма? Спрашивается,
какое отношение имеет к механизмам этой защиты ваша зеленая плесень?
Я не нашлась, что ответить, и, деликатно помолчав, Крамов заговорил о
поездке в Ростов - весной в Ростове предполагалась конференция, на которой
наш институт должен был выступить с новыми работами.
- Вся надежда на ваш лизоцим, - шутливо, но с намеком, что в этой шутке
есть и серьезная сторона, над которой мне нужно подумать, сказал он. - Вчера
в организационном комитете обсуждали программу. Ваш доклад назначен на
первый день. Нет возражений?
С неприятным чувством раздвоенности ушла я от Крамова и всю дорогу
старательно уверяла себя в том, что новые темы, появившиеся в нашем плане, -
это очень важные, интересные темы.


В РОСТОВЕ
Это была одна из тех конференций, на которых вновь добытые наукой факты
не укладываются в теоретические построения, еще вчера казавшиеся
бесспорными, как аксиома. Факты эти касались природы фага.
Я сидела в этот день рядом с Коломниным, и, слушая Крамова, он сказал
мне, что пора серьезно заняться теорией - не на совещаниях, а в лаборатории.
- И очень хорошо, что вы согласились включить в наш план новые темы,
Татьяна Петровна.
- Вы думаете?
- В крайнем случае потеряем полгода.
- Не мало...
- Слово предоставляется профессору Скрыпаченко, - сказал председатель.
И на кафедру поднялся высокий, смуглый человек в длинном пиджаке, с
неопределенно-осторожной улыбкой, чуть показывающейся на тонких губах.
Это был один из ростовских учеников Валентина Сергеевича, закончивший
свой доклад словами: "Итак, в сложном вопросе о природе фага мы являемся
свидетелями бесспорной победы крамовского направления".
Победа - это было сказано слишком сильно. Точнее было бы сказать -
успех, и этот бесспорный успех определился примерно на третий день работы,
когда все происходившее на конференции стало как бы само собой
поворачиваться в сторону крамовской школы. Почти в каждом сообщении
упоминались имена Крупенского, Бельской, Мелковой. Все стало "крамовским", в
том числе и мой доклад по лизоциму, не имевший к теории Валентина Сергеевича
ни малейшего отношения.
С волнением ждала я встречи с Митей. Он писал нам, и, читая эти письма,
в которых, подсмеиваясь над собой, он рассказывал о том, как ему живется в
Ростове, я невольно сравнивала их с письмами Андрея - почерки были очень
похожи. Но для Андрея письма всегда были как бы средством объяснить себе и
мне то, чем заняты его ум и сердце. А Митя не только не стремился открыть
себя, а, напротив, прятался в свои остроумные письма. Но как он ни прятался,
а кое о чем я догадывалась, тем более что хвостики нашего памятного
разговора - накануне его отъезда из Москвы - время от времени мелькали среди
торопливых строк.
Не помню названия улицы, на которой он жил, помню только, что окна
комнаты выходили на бульвар, по которому до поздней ночи гуляли молодые
ростовчане.
В этот вечер мы остались одни: наши с утра отправились на "Ростсельмаш"
и позвонили, что с завода поедут еще куда-то. Было тихо, луна поднималась
над городом - огромная, красная, "магнетическая", как сказал о ней Митя. И
действительно, от нее почему то было трудно отвести глаза. Фонари нежно и
ярко освещали пышные липы бульвара.
- Вы ни о чем не хотели бы спросить меня, Таня?
- О многом.
- Так спрашивайте. Но сначала я: вы довольны, что на меня больше не
нужно топать ногами?
- Довольна. Я не топала.
- Топала, - с удовольствием сказал Митя. - И кричала. И была уверена,
что помогло, не правда ли?



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 [ 95 ] 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.