read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



мудрыми и старыми, одергивали с бревна тех, кто норовил спасти только себя
-- ведь им, и Ерофею с Родионом, тоже хотелось туда, наверх, на бревно, и
оттого, что хотелось того, что делать нельзя, остервенясь до основания, до
такой ярости, какой в себе и не подозревали, мужики лупили, оглушали кулаком
впившихся в бревно паникеров. Булькая ртом, те уплывали куда-то, но
возникали, появлялись из тьмы другие пловцы, хлопались по воде, будто
подбитые утки крыльями, отпинывались, кусались, старались завладеть бревном.
Скорострельный пулемет, высоко где-то стоявший и полосовавший темноту,
оборвал светящуюся нитку, повреме- нил, ровно бы вдергивая нитку в ушко
иголки, коротко и точно хлестанул по плывущему столбу. Уже набравшиеся
опыта, Ерофей и Родион погрузились в воду, но рук от бревна не отпустили.
Выбросились разом, хватанули воздуху, ненасытно дыша во вновь прянувшем
свете, подивились своей везучести -- почти всех пловцов с бревна счистило.
Между делом смахнув пловцов с бревна, пулемет снова занялся основной
работой, сек горящую темноту, сплетая огненные нити с том клубом огня,
который шевелился в ночи на далеком берегу, ворочался, плескался ошметками
белого пламени.
Миновав главную полосу смерти, которая не то чтобы отчеркнута, она
определена солдатским навыком, тем звериным чутьем, что еще не угас в
человеке и пробуждается в нем в гибельные минуты, уговаривая вновь из воды
возникающих людей: "Не лезьте! Не лезьте! Не надо! Нельзя!" -- греблись
еле-еле -- все силы истрачены. Когда коснулись отерплыми ногами каменистого
дна, то не сразу и поверили, что под ними твердь, еще какое-то время
тащились на коленях, толкая бревешко, потом уж разжали пальцы и выпустили
его. Кто посильней, подхватил ближнего, совсем ослабевшего собрата по
несчастью. Покалывая живой щетиной одряблую от воды кожу на щеке Родиона,
Ероха и какой-то дядек подхватили, замкнули его руки на шеях -- зачтется
такая милость, верили и спасенный и спасаемые.
-- Держись, браток, держись... Кому сгореть, тот не утонет. -- Кучей
свалились на берег, но качалась под ними земля, пылала, бурлила, шипела от
горючего металла, исходила стонами и криками бескрайняя и безбрежная река.
Стыдясь тайного чувства, Ерофей и Родион, случайные товарищи, -- ликовали:
они-то здесь! Они-то на суше. Они прошли сквозь смерть и ад... они жить
будут...
Ерофей разжал пальцы и обнаружил в руке что-то мягкое, напитанное водой
и кровью, сразу -- вот какой он сделался догадливый! -- сразу уразумел --
это кровь из-под ногтей. Его кровь, тряпки же от гимнастерок тех... И вот
ведь какой он добрый сделался! Не было в нем ни зла, ни ненависти, но и
сочувствия тоже не было -- одна облегчающая слабость. А ногти, они отрастут,
руки поцарапанные, в занозах и порезах -- заживут. Расслабились солдаты,
горячее текло из тела, прямо в штаны текло, и так текло, текло, казалось,
конца этому не будет.
-- Долго теперь пить не захочется...
-- Браток. Брато-о-о-к! -- тряс кто-то за плечо Ероху, -- кажись,
немцы! Фрицы, кажись!
И тут только вспомнил Ерофей и Родион, ради чего они тонули -- умирали
и спасались -- они же воевать должны. Они на фронте. Они не просто
утопленники, которых в деревне, если поднимут из воды, то все жалеют, в бане
отогревают, кормят хорошо и работой целый день, когда и два -- не неволят.
Им же задание выполнять надобно -- связь проложить.
-- Немцы! -- изумился Ерофей. -- Зачем немцы?
-- Бежим, бежим! -- дыхнул рядом Родион. И они, схватив- шись за руки,
бросились к темной крутизне берега, к кустам или каменьям. Впереди них
кто-то упал в белой рубахе. Ерофей тоже упал и понял, что человек, бежавший
впереди, не в белой рубахе вовсе, он нагишом. Ерофей хотел оттолкнуть
Родиона от голого человека, на которого тот следом за ним свалился, голый же
человек, зажав рукою причинное место, вскочил и рванул по каменьям в гору,
но тут же, взмахнув руками, упал.
-- Стой! Стой! -- кричали из темноты по-русски. -- Стой, в Бога мать!
Трусы! Стой, сто-ой, сволочи! Стой, изменники!...
"Немцы, а матерятся по-нашему, -- удивился Ерофей и зажался меж
потрескавшихся, царапающихся камней, ладонью прижал Родиона -- никак его
ноги в камни не затянешь... -- дохлые ноги, длинные, дохлые. Бывалые
фронтовики говорили: немец, если напьется, в атаку пойдет, так по-нашему
материться начинает, потому как наш, русский мат -- самый в мире
выразительный, но в Бога и в рот только наши могут, потому как неверующие...
Громыхал под чьими-то сапогами камешник, палили в воздух, по камням и
по кустам секли какие-то люди.
-- А-а, падла! А-а, притырился! -- разносилось из тьмы, -- смылся!
Воевать не хочешь...
-- Бра-а-атцы-ы-ы! Да что же это, бра-атцы-ы-ы!..
Волокут человека, по камешнику волокут, к воде. Видать, бедолаги попали
на левый берег, им же полагается быть на том, на правом, где немец. Им
воевать полагается. И вот люди, которым судьба выпала не плавать, не тонуть,
а выполнять совсем другую работу, -- вылавливали ихнего брата и гнали
обратно в воду. Они удобное на войне место будут отбивать яростней, чем
немцы-фашисты -- свои окопы. Ведь эта ихняя позиция и должность давали им
возможность уцелеть на войне. Доводись Родиону и Ерофею так хорошо на войне
устроиться, тоже небось не церемонились бы. Вот только не получалось у них
-- у смоленского крестьянина и вятского мужика -- удобного в жизни
устройства, не могли, не умели они приспособить себя к этому загогулистому,
мудрому и жестокому миру -- больно они простоваты, бесхитростны умом --
стало быть, поднимайся из-за камней, иди в воду, под выстрелы, в огонь иди.
И когда высветившие их фонариком какие-то громадные, как им показалось,
безглазые, клешнерукие люди схватили их и поволокли, то под задравшейся
рубахой ширкало каменьями выступившие позвонки и ребра. Оба мужика, и
молодой, и пожилой, рахитными были в детстве, младенцами ржаную жвачку в
тряпочке сосали, да и после объявленной зажиточной колхозной жизни на
картошке жили, негрузные, с почти выдернутыми суставами ног и рук,
волоклись, разбивая о камни лица, и не сопротивлялись, как тот пожилой
дядька, в котором являлась такая живучесть, что он с воплями выскакивал из
реки, рвался на берег. Тогда нервный от нечистой работы командир юношеским
фальцетом взвился:
-- По изменнику родины!..
Смоленского и вятского мужиков хватило лишь на то, чтобы взмолиться,
забитым ртом выплюнуть вместе с песком:
-- Мы сами... Мы сами... Не надо-о-о.
О том, что их вообще нельзя гнать в воду: нету у них оружия, сил нету,
иссякло мужество -- не хватит их еще на одно спасение, чудо не может
повториться, -- они не говорили, не смели говорить. Выколупывая песок,
дресву из рта, сблевывая воду, которой был полон не только тыквенной формы
живот, но и каждая клетка тела свинцом налита, даже волосок на голове нести
сил не было. Младшего ударили прикладом в лицо. С детства крошившиеся от
недоедов зубы хрустнули яичной скорлупой, провалились в рот. Ерофей
подхватил напарника и вместе с ним опрокинулся в воду, схватился за брусья,
прибитые к берегу течением.
-- Сволочи! Сволочи проклятые! -- отчетливо сказал он и потолкал плотик
вверх по течению. Родион, прикрыв одной рукой рот, другой помогал заводить
напарнику плотик вверх по течению.
Заградотрядчики работали истово, сгоняли, сбивали в трясущуюся кучу
поверженных страхом людей, которых все прибивало и прибивало не к тому
берегу, где им положено быть. Отсекающий огонь новых, крупнокалиберных
пулеметов "дэшэка", которых так не хватало на плацдарме, пенил воду в реке,
не допуская к берегу ничего живого. Работа карателей обретала все большую
уверенность, твердый порядок, и тот молокосос, что еще недавно боялся
стрелять по своим, даже голоса своего боялся, подскочив к Ерофею и Родиону,
замахнулся на них пистолетом:
-- Куда? Куда, суки позорные?!
-- Нас же к немцам унесет.
Они больше не оглядывались, не обращали ни на кого внимания, падая,
булькаясь, дрожа от холода, волокли связанные бревешки по воде и сами
волоклись за плотиком. Пулеметчик, не страдающий жалостными чувствами и
недостатком боеприпаса, всадил -- на всякий случай -- очередь им вослед.
Пули выбили из брусьев белую щепу, стряхнули в воду еще одного, из тьмы
наплывшего бедолагу, потревожили какое-то тряпье, в котором не кровоточило
уже человеческое мясо.
Убитых здесь не вытаскивали: пусть видят все -- есть порядок на войне,
пусть знают, что сделают с теми подонками и трусами, которые спутают правый
берег с левым.

День третий
"Я попал под колесо", -- повторил Феликс Боярчик ночью, сидя под
навесом яра, возле умолкшей, пустынной реки и под редкие, уже ленивые
пулеметные очереди, под сонное, почти умиротворяющее гудение ночных
самолетов, на миг раздирающих тьму, под звуки мин и снарядов, почти
придирчиво воющих вверху, рассказал совершенно диковинную, можно сказать,
фантастическую историю, редкую даже для нашей, насыщенной исключительными
событиями, действительности.
Феликса Боярчика подранило на Орловщине почти легко, но неловко:
рассекло надвое икру правой ноги. Раненых и убитых там было много. Феликса
на передовой наскоро перебинтовали, прихватив бинтом клок грязной обмотки. К
лечебному месту определялся он долго, ехал, ехал -- везде подбинтовывают, но
не бинтуют, подкармливают, но не питают. Столько бинтов намотали, что нога
сделалась будто бревно, рана в заглушье бинтов от клочка грязной обмотки
загнила, раненому сделалось тошно от температуры и в то же время зазнобило
его. Но, в общем-то, все, слава Богу, обошлось. В войну и не таких
выхаживали. Вылечили, поставили на ноги и его, Феликса Боярчика, в тульском
эвакогоспитале. Там же, в Туле, направили на пересыльный пункт, оттудова
недавних ранбольных, допризывников и разный приблудный народ, которого здесь



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 [ 96 ] 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.