read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



обязанными и, пользуясь этим, подвергает их такому обращению.
Когда я возвратилась в залу, там звучала приятная музыка объявили
ужин, и я вместе со всеми вошла в роскошный обеденный зал. Он был украшен
таким образом, что обедающие чувствовали себя как в лесу среди деревьев
были устроены полянки, и на каждой был накрыт стол на двенадцать персон. С
деревьев свисали гирлянды нежных ароматных цветов, а тысячи свечей,
расставленных с не меньшим искусством, чем в зале для ассамблей, создавали
мягкое неназойливое освещение каждый стол обслуживали две девушки-служанки
и делали свое дело быстро, изящно и без суеты. На ужине присутствовали не
более двухсот человек - все остальные находились в сералях. Стол можно было
выбирать по своему желанию и в кругу близких по духу людей наслаждаться
негромкой камерной музыкой, которая вдохновляла присутствующих на
невоздержанность Комуса {Бог радости, веселых танцев и застолий у древних
греков.} и на всевозможные бесчинства Киприды.
Вернувшаяся из сераля Клервиль села рядом со мной ее возбуждение
красноречиво свидетельствовало о недавних излишествах: металлический блеск в
прекрасных глазах, пунцовые щеки, растрепанные волосы, ниспадающие на грудь
и спину, грубые непристойные речи - весь ее облик и ее поведение носили на
себе следы нерастраченного еще вдохновения и делали ее во сто крат
обольстительнее я наклонилась к ней, и мы поцеловались.
- Мерзавка, - улыбнулась я, - в каком океане ужасов ты искупалась?
- Не завидуй, - отвечала блудница, - в следующий раз я своей
собственной рукой брошу тебя в этот океан и поверь, это будет очень скоро.
За нашим столом сидели: две сестрицы, с которыми я наслаждалась в
туалетной комнате, две сорокалетние дамы с необыкновенно умными и
одухотворенными лицами, еще две исключительно привлекательные девушки
двадцати и двадцати пяти лет, а также шестеро мужчин.
Благодаря продуманному расположению полянок из-за каждого стола хорошо
были видны все остальные. В зале витал явственный дух цинизма, который
заключался в том, что любой поступок, продиктованный похотью, не мог
оставаться незамеченным.
Я стала свидетельницей необычного зрелища, зрелища невероятной похоти,
рожденной в поистине порочном и извращенном мозгу. А я-то, наивная, думала
что с головой окунулась в либертинаж, что мне больше нечему учиться! Я
поняла в тот вечер, что в глазах этого блистательного общества я была всего
лишь неоперившимся птенцом. Ах, друзья мои, какие мерзости, какие ужасы,
какие жуткие эпизоды я увидела здесь! Некоторые обедающие то и дело вставали
из-за стола и удалялись в отхожее место - о, простите! - в туалетную
комнату, где исполнялись любые их желания, которые были законом для
челядинцев. Кроме того, я заметила, что присутствующие каким-то естественным
образом разделились на господ и рабов, причем последние, зная, что в скором
времени их роли поменяются, с готовностью исполняли все приказы первых.
Сидя на своем троне, точно таком ж, как в общей зале, президентша
внимательно следила за порядком. Разговоры велись негромким голосом, словно
в храме Венеры, чья статуя, кстати, стояла в беседке, увитой миртом и
розами казалось, будто собравшиеся здесь идолопоклонники не смеют нарушить
торжественную службу грубыми выкриками, неуместными в этой изысканной
обстановке.
Вслед за яствами появились легкие тончайшие вина и сытные мясные блюда,
еще более обильные, чем те, что подавались во время самой трапезы. Наступил
момент, когда все члены Братства слились в одну грандиозную группу ни один
человек не оставался пассивным зрителем, и из этой шевелящейся массы
слышались лишь сладострастные вздохи и стоны, изредка прерываемые
пронзительными вскриками, которые венчали оргазм. И вновь я оказалась
объектом натиска, еще более бурного, чем прежде через мои руки прошли
многочисленные представители обоего пола, ни один кусочек моего тела не
остался неоскверненным я вышла из этой свалки с изрядно потрепанными
ягодицами, утешаясь тем, что и сама потрепала немалое их количество. Солнце
клонилось к закату, когда я ушла домой, измученная и выжатая, как губка,
всем, что со мной происходило, и проспала больше суток беспробудным сном.
Месячный испытательный срок показался мне вечностью, но вот, наконец,
он остался позади, и я получила вожделенное право войти в сераль. Моей
проводницей, разумеется, стала Клервиль, сгоравшая от желания показать мне
то, о чем я мечтала весь этот месяц.
Мне кажется, я не видела ничего более восхитительного, чем эти серали,
а поскольку помещения с мальчиками и помещения с девочками как две капли
воды походили друг на друга, я ограничусь описанием только одного из них.
Каждый из сералей, расположенных в противоположных концах здания,
состоял из четырех комнат, соседствующих со спальнями персонала и камерами
для пыток большие комнаты предназначались для тех, кто предпочитал
развлекаться в обществе, а отдельные камеры - для любителей уединенных утех
в спальнях размещались обитатели сераля. Обстановка была выдержана в
безупречном вкусе, особой элегантностью отличались камеры, напоминавшие
уютные домашние церкви, посвященные распутству, где имелись все необходимые
орудия и инструменты, чтобы вдохновлять идолопоклонников. За порядком
надзирали четыре дуэньи, они забирали у посетителей билеты, интересовались
их желаниями и подбирали нужный персонал кроме них к нашим услугам всегда
были хирург, акушерка, два кнутобоя, палач и тюремщик, все они отличались
меланхолическим выражением лица.
- Если ты думаешь, - заметила мне Клервиль, - что эти служители наняты
случайным образом из соответствующей среды, ты ошибаешься: они - такие же
либертены, как и мы, только не столь богатые, они не имеют возможности
заплатить вступительный взнос и исполняют свои функции без жалованья, ради
собственного удовольствия. Некоторые получают стипендии, другие
довольствуются тем, что им предоставляют кое-какие привилегии.
Во время службы все эти люди были одеты в устрашающие костюмы: тюремщик
был перепоясан ремнями, на которых болтались связки тяжелых ключей,
кнутобой, носил на себе целый арсенал хлыстов и многохвостых плеток, а на
боку палача, смуглого мрачного субъекта с закатанными рукавами и страшными
усами, висели сабля и стилет. Увидев Клервиль, палач поднялся со своего
стула и приветствовал мою подругу почтительным поцелуем.
- Я вам понадоблюсь сегодня, досточтимая содомитка?
- Я привела новенькую, - ответила она. - Проследи, чтобы она получила
не меньше удовольствия, чем я.
Извращенец поцеловал меня с той же почтительностью и заверил, что он
всегда к моим услугам. Я тепло поблагодарила его, и мы пошли осматривать
сераль.
Каждая из четырех главных комнат предназначалась для определенной
категории страстей. В первой можно было предаваться самым простым, скажем,
мастурбации и совокуплению в разных формах. Вторая представляла собой арену
для телесных наказаний и прочих жестоких утех. Третья служила для более
утонченных жестокостей, четвертая - для убийств. Но поскольку любой
обитатель мог заслужить заточение, порку или даже смерть, были предусмотрены
должности тюремщиков, кнутобоев и палачей. Члены Братства обоего пола
допускались в оба сераля: * мужской и женский. Когда мы вошли, многие
обитатели были свободны и ожидали мучителей в своих комнатах. Клервиль
открыла несколько дверей и показала мне по-настоящему очаровательные
экземпляры они были одеты в газовые платьица, волосы их были украшены
цветами, л все приветствовали нас, склонившись в глубоком реверансе. Я без
промедления набросилась на одно прелестное создание лет шестнадцати и уже
занялась ее грудью и влагалищем, как вдруг Клервиль выговорила мне за
чересчур деликатное обращение с девочкой.
- Что ты церемонишься с этой шлюхой? - недовольно сказала она. - Она не
заслуживает даже такой чести, что ты к ней прикасаешься. Приказывай, и она
будет повиноваться.
Я сразу переменила тон и тут же почувствовала слепое повиновение. Мы
прошли в другие комнаты и всюду встречали одно и то же: очарование, красоту
и слепое подчинение.
- Знаете, - сказала я своей подруге, - мне кажется, мы должны оставить
о себе память.
Эта мысль пришла мне в тот момент, когда мы находились в комнате, где
тринадцатилетняя девочка, прекрасная, как сама Любовь, в продолжение
четверти часа своим трепетным язычком старательно обрабатывала мне вагину и
анус. Ее я и выбрала в жертву мы позвали кнутобоя, дуэнья отвела девочку в
специальную комнату для пыток, где ее крепко привязали, и кнутобой со
знанием дела принялся истязать изящное тело, а мы с Клервиль ласкали друг
друга и любовались, как с него ручьями стекала кровь. Скоро моя подруга
заметила, что орган нашего помощника достаточно отвердел, вставила его в
свой раскрывшийся бутон и велела мне пороть самого кнутобоя до крови он
возбуждался все сильнее с каждым моим ударом, потом оставил Клервиль, чтобы
овладеть мною. После короткого отдыха мы вновь, теперь все вместе,
продолжили экзекуцию и превратили всю заднюю часть нашей потерявшей сознание
жертвы в нечто невероятное, так что на следующий же день ее отправили в
госпиталь. Затем мы перешли в мужской сераль.
- А что ты здесь собираешься делать? - поинтересовалась моя подруга.
- Буду развлекаться до изнеможения. - отвечала я, - Больше всего мне
нравится сжимать в руке мужской орган и сдаивать сперму, собирать ее в
ладонь... Особенно люблю смотреть, как она вырывается из крохотного
отверстия, люблю ощущать ее на своем теле, купаться в ней...
- Ну что ж, - сказала Клервиль, - поступай как хочешь что до меня, я
предпочитаю более острые блюда. Давай сделаем так: ты знаешь, что я терпеть
не могу, когда член извергается у меня внутри, но тем не менее могу
допустить его в свою куночку погреться, поэтому, когда он хорошенько
распалится, я передам его тебе, кстати, ты избавишься тем самым от
утомительных предварительных упражнений.
- Отличная мысль!
Мы расположились в первой из четырех комнат и вызвали пятнадцать
молодцов в возрасте от восемнадцати до двадцати лет, выстроили их в шеренгу
перед собой и начали принимать, лежа на кушетке, соблазнительные и
вызывающие позы. Самый неоснащенный из мальчиков имел орган сантиметров



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 [ 97 ] 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.