Между прочим, его самого там тоже не встретят букеты роз и звуки оркестра.
То, как он обошелся с Молером, запомнят надолго. И счет предъявят к оплате
незамедлительно, как только он появится в пределах досягаемости.
они по молчаливому уговору не пытались прослушивать друг друга, и потому
могли лишь догадываться о мыслях спутника. Она решила, что попала в
десятку, и невесело пошутила:
И неожиданно для себя рассказал ей все о своих приключениях.
отвлекли его.
Сцепившись клубком и остервенело терзая друг друга, Херринг и Абгемахт
катались по рубке. Мягкая коричневая и жесткая бело-рыжая шерсть клочьями
летала в воздухе. Рамрод вскочил было, совершенно забыв о привязных
ремнях, но его швырнуло обратно с такой силой, что дух захватило. Герта,
как всегда более осмотрительная, отстегнулась и, подойдя к дерущейся
парочке, вырвала из метавшегося по полу бело-коричневого смерча Херринга.
Пес, вися у нее на руке, бешено брыкался и продолжал хрипло рычать.
Абгемахт в запале, скрипуче мяукая и шипя, бегал внизу, размахивая лапами,
но подпрыгнуть не решался.
Самое время.
для порядка и тоже стих. Герта опустила фокса на пол, и он, отвернувшись
от кота, подошел к Рамроду и влез к нему на колени.
решительной, как прежде. - Надо сматываться, а то мы потеряли
непозволительно много времени.
пока Герта займет свое место в кресле и Абгемахт устроится у нее на
коленях, Рамрод сказал:
самое верное - ничего не решать.
маршевых двигателей и гиперпространственных генераторов... Вспомнить, что
стало после этого твориться, ему удалось позже с большим трудом.
Внезапно на экран выскочил зелено-голубой диск Симаррона Эх и начал
распухать - яхта пошла назад, навстречу планете. Рамрод вскрикнул и в
растерянности ударил кулаком наугад по кнопкам. Яхту затрясло, как в
приступе малярии, раздались скрежет и хруст. Мелькнула дикая мысль, что
"Тинтажель" разваливается.
Треск усилился. Тогда он, отчаявшись понять что-либо, ударил по рычагу
общего отключения. Повертевшись еще немного по инерции, яхта замерла.
невидимую вату.
замечательного он не увидел. Пространство было совершенно чистым, корпус
яхты был цел и по-прежнему матово поблескивал под яростными лучами звезды
Симаррон. Но лишь теперь Рамрод обратил внимание на шесть необычных
больших овальных люков в носовой части, крышки которых, расположенные
попарно с обоих бортов, три пары друг за другом, слегка выступали на манер
блистеров.
Абгемахта под подбородком и что-то шептала ему на ухо.
предаваться идиллическим сожалениям. - Либо ты разберешься, что к чему, и
быстро, пока не появились космолеты Патруля, либо нам придется садиться
обратно, в распростертые объятия того же Патруля.
отказывалась ему повиноваться, он нашел клавишу пуска, на сей раз
предусмотрительно взявшись левой рукой за рычаг отключения.
шесть черных провалов в корпусе. Из них показались шесть неясных желтых
силуэтов, их очертания дрожали и переливались, оставляя впечатление
цветного дыма, бессильно бьющегося изнутри о стенки широких колб. Потом
дымы начали стремительно вращаться, вытягиваясь в заостренные эллипсоиды.
Яхту затрясло. Рамрод рассмотрел светящиеся белые тросы, уходящие из дымов
в люки.
прозрачной голубизной.
никаких денег, чтобы купить яхту...
потянул на себя рычаг отключения. Желтые облака втянулись в люки, и
взбесившийся "Тинтажель" снова стал покорным и ручным.
откровенно. Герта грустно усмехнулась.
сравнительно удачно, но должно же и везение однажды кончиться... Мы уже
улетели достаточно далеко от Симаррона Эх, теперь, чтобы вернуться на
планету с помощью Ключа, нам не хватит энергии. Идти же вперед просто
невозможно, юмивадами ты управлять не умеешь.
Галактики. Странствуют от звезды к звезде, питаясь межзвездной пылью и
газом. Охотники как-то ухитряются их отлавливать и обучать перевозке
космических яхт. Даже один юмивад стоит... Страшно сказать. А здесь целая
шестерка.
гиперпространственные генераторы, но зато безумно дорого и шикарно. Всю
жизнь мечтала прокатиться на такой яхте - и вот пришлось. Но я бы охотно
согласилась подождать еще.
слезы, но самообладание вернулось к нему.
твоя помощь.
висках. Обнял покрепче прижавшегося к нему Херринга и начал погружаться в
светящиеся розовые глубины. Откуда-то возникли непрозрачные черные шнуры,
впитывавшие, всасывавшие розовое свечение так интенсивно, что оно
концентрировалось бледно-фиолетовыми сгустками. Шнуры извивались в
прихотливом медленном танце, напоминая поднявшихся на хвосты кобр. Они
раскачивались, сплетались клубками и снова распрямлялись. И, подчиняясь их
завораживающему ритму, Рамрод, не сознавая, что делает, сомнамбулически,
как лунатик, защелкал переключателями. Сначала медленно, а потом быстрее и
быстрее... Он полностью отдался во власть интуиции.
Рамрод управлял животными твердой рукой. Они рванулись было по привычке,
но, укрощенные, покорно остановились. Рамрод усмехнулся. Со стороны это
выглядело страшно - слепые незрячие глаза пылают красным огнем, руки
мечутся по пульту со скоростью, недоступной нормальному человеку... И
кривая саркастическая улыбка.
двинулись туда, куда направлял их торжествующий Рамрод. Яхта дернулась и,
влекомая юмивадами, стала набирать ход.






Корнев Павел
Круз Андрей
Володихин Дмитрий
Орловский Гай Юлий
Шилова Юлия
Шилова Юлия