read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


И было на что. Из гардеробной эффектно появилась Валентина.
Она была в черном костюме японских ниндзя. На голове плотно облегающий капюшон с прорезью для глаз. За плечами рюкзачок, тоже черный. На ногах мягкие, бесшумные тапочки.
— Ну, как я смотрюсь?
Пока были в квартире, смотрелась она, прямо скажем, по-дурацки. Но когда вышли в темный двор, Валю в ее черном японском наряде стало почти не видно.
В связи с этим в дороге даже произошел небольшой казус.
Едва отъехали от дома, у Фандорина зазвонил, или вернее, заиграл телефон («Хоральный прелюд»). Определился номер Сивухи, поэтому отвечать Николас не стал. Минуту спустя Валин мобильник врубил зажигательный «Рок-эраунд-зэ-клок». Высветился тот же номер. Помучив не расположенных к веселью слушателей лихими ритмами, телефон умолк, и почти сразу же из Сашиного кармана запиликала песенка крокодила Гены. Опять Сивуха.
— Со всех сторон обложил, сволочь. — Валентина забарабанила пальцами по рулю (ехали на «альфа-ромео»). — Шеф, хрен их знает, какие у них технические возможности. Как бы не засекли. Давайте лучше выкинем мобильники к черту.
Она кинула в окошко и свой дорогой телефон, и фандоринский дешевый. Хотела отобрать аппарат и у Саши, но та не отдала.
— Я лучше просто выключу.
— Не жмоться. Я читала, теперь и по выключенному пеленгуют.
— Ну пожалуйста! Он совсем новый! Мне его папа купил!
В разгар дискуссии и приключился вышеупомянутый казус.
Сзади, рыкнув сиреной, вынырнул автомобиль автоинспекции. Голос из репродуктора, назвав номер Валиной машины, велел водителю остановиться.
Выругавшись, Валентина затормозила у тротуара.
Но милиционер почему-то подошел не к ней, а к Николасу.
Представился, спросил:
— Что это у вас из машины телефоны летают? Документы попрошу.
— Почему у меня? — удивился Ника.
— Оригинально. — Гаишник наклонился. — Ну-ка, дыхнем… Хм, не пахнет. На игле, что ли?
Фандорин начал злиться:
— Что вы ко мне пристали? Почему я должен на вас дышать и давать вам документы?
— Оригинально, — повторил милиционер. — Пятнадцать лет работаю, чего только не слышал, но такого… Оригинально. — Всем видом изображая безграничность своего терпения, он начал. — Объясняю: гражданин, находящийся за рулем, является участником автодорожного движения и обязан выполнять все требования работника дорожно-патрульной службы согласно статье…
— За каким еще рулем?!
— Судя по тому, что вы сидите справа, за правым, — со вздохом ответил странный гаишник. — У вас японская машина?
Тут он наконец удосужился взглянуть в салон, увидел, что никакого руля перед Фандориным нет. Челюсть у него отвисла.
Только теперь стало ясно: инспектор Валю не заметил и был уверен, что Николас сидит впереди один.
— Спокойно, мужчина. Я тут, — подала голос Валентина, очень довольная эффектом. — Ненавижу мобильники, вот и выкинула. Еще вопросы есть?
С полминуты милиционер остолбенело разглядывал диковинную фигуру в черном. Собственно, видна была только полоска белой кожи возле глаз, один из которых нагло подмигнул.
— Мы в клинику едем. Физиологии мозга, — тоненьким голосом сказала сзади Саша.
— …Понятно. Можете продолжать движение. Инспектор выпрямился, потер рукой глаза, затряс головой.
И движение было продолжено.
— Значит, так, — с фальшивой бодростью сказал Фандорин девочке, когда машина остановилась на темной улице, метрах в ста от медицинского центра. — Сидите тут и ничего не бойтесь. Думаю, мы скоро вернемся. Лучше, если вы пригнетесь. Человек, сидящий в машине с выключенными огнями, смотрится подозрительно.
Саша молча его перекрестила. Он мысленно сделал то же самое — не помешает.
— Ну хватит уже, пора! — поторопила изнывавшая от жажды действия Валентина. — Шеф, за мной!
Как и во время «флангового маневра» на Рублевке, сейчас ассистентка была в своей стихии.
Она выскочила из машины и стала почти невидимой.
— Через забор перелезть сможете?
Ловко вскарабкалась, бесшумно спрыгнула с той стороны и просунула сквозь железные прутья сложенные ковшом руки, чтобы Фандорину было на что опереться.
Тот тоже перелез через изгородь, хоть и менее грациозно. Оглянулся назад.
В машине было темно. Молодец девочка. Спряталась.
— Со двора, — шепнула Валя.
Стремительной тенью прошмыгнула через аллею, прижалась к стене главного корпуса. Ника старался делать всё в точности так же.
Обзавестись костюмом ниндзя он как-то не удосужился. Был в обычной одежде: пиджак, брюки, мокасины. Только белую рубашку, чтоб не выделялась в темноте, сменил на одну из Валиных маек — черную, с пессимистической надписью «Life sucks».
Свернули за угол.
В глубине территории, освещенный лунным светом, серел ангар, в котором находилась «палата» Олега. «Один, без присмотра», вспомнил Николас. Может быть, всё же следовало предупредить Сивуху? Что, если мальчику угрожает опасность?
Ничего, сейчас всё выяснится.
— Раз, два, три, четыре…. — Валя вычисляла по окнам кабинет главврача. — Вон там. И свет горит.
— Но как мы попадем на третий этаж?
— Спокойно, шеф. Для воинов ночи преград не существует.
Остановившись под пожарной лестницей, начинавшейся на уровне второго этажа, помощница достала из рюкзака моток бечевки с крюком на конце. Раскрутила, кинула — и зацепила с первой же попытки. Подтянулась, села на перекладине. Спустила вниз металлическую раздвижную секцию.
Николасу вроде бы осталось только перебирать руками-ногами, но оказалось, что лазить по пожарной лестнице — дело непростое. Она скрипела, качалась, а расстояние в метр от края лестницы до балкона на третьем этаже без Валиной помощи магистр вообще не преодолел бы.
Наконец он кое-как перевалился через перила и перевел дыхание. Надо же, а считал, что находится в неплохой физической форме.
Валя тем временем ощупывала раму темного, запертого окна.
— Шайзе! Стеклопакет. Придется пожужжать…
Из рюкзачка был извлечен маленький ящичек с инструментами; из ящичка — миниатюрная дрель. Валя просверлила отверстие в углу рамы. Вставила какой-то штырь, повернула — и окно с легким скрипом отворилось.
— Где ты только этому научилась? — прошептал Николас — не с осуждением, а с восхищением.
— Кабинет Зица справа, через три окна, — прикинула помощница, идя через комнату (кажется, это была процедурная) к двери. — Теперь очень-очень тихо.
Они выскользнули в неярко освещенный, совершенно пустой коридор.
Валя не ошиблась: чтоб добраться до кабинета со знакомой табличкой, нужно было миновать три двери.
Теперь, когда до цели оставалось всего ничего, сердце Николаса стало вести себя несолидно: заныло, заметалось.
Прыганье через забор и лазанье по пожарной лестнице было похоже на игру, но сейчас придется вступить в контакт с живым человеком. Очень возможно, опасным. А еще хуже, если ни в чем не повинном. Вдруг вся пресловутая дедукция гроша ломаного не стоила? Что, если Марк Донатович не хитроумный злодей, а тот, кем он кажется: уважаемый ученый, врач от Бога, исцелитель больных душ.
— Валя, подожди, — слабым голосом позвал Ника ассистентку, прижавшуюся ухом к двери, но та уже повернула ручку.
В секретарской было светло, но пусто. Грозной Карины, которую Николас опасался еще больше, чем Коровина, слава Богу, на месте не оказалось.
Валентина перебежала по мягкому паласу к следующей двери, ведущей непосредственно в кабинет. Прислушалась. Попробовала повернуть рукоятку — нет, дверь была заперта.
«Здесь он, здесь», показала ассистентка жестом.
Что это за звуки?
Из кабинета доносилась тихая, ритмичная музыка. Опять, что ли, йогой занимаются?
— А что если секретарша тоже там? — шепнул Николас в самое ухо Валентине. — Жалко, теперь не делают замочных скважин, в которые можно заглянуть.
Помощница почесала нос сквозь черную маску.
— Не проблема.
Из чудесного рюкзачка появился необычного вида шнур: на одном конце пластиковая трубочка, на другом плоская металлическая заклепка с крошечным стеклянным кружочком посередине.
— Что это?
— Оптоволоконный объектив. Полгода назад купила, за конкретные бабки. Я вам показывала, не помните?
Нет, Николас не помнил. Валя была помешана на технических новинках и вечно покупала всякую шпионскую дребедень, которая «могла пригодиться в деле», но до сих пор как-то ни разу не пригождалась.
— Вещь! — похвасталась она. — Глядите, просовываем плоским концом в щель под дверью, чуть-чуть… Смотрим в видоискатель.
Она подвигала пластиковую трубочку туда-сюда и вдруг присвистнула, причем довольно громко, так что Николас пихнул ее в бок.
— Ты что! — зашипел он. — Услышит!
Губы ассистентки расползлись в плотоядной улыбке.
— Ага. Услышит он… Вот, шеф, полюбуйтесь. Она сунула Нике видоискатель.
Сначала Фандорин увидел — резко, в отличном фокусе — стену с многочисленными фотографиями. Ага, это справа от письменного стола.
Нашел стол.
Доктора за ним не было. Порыскал объективом туда-сюда.
— Левее и ниже, — подсказала Валя.
Левее и ниже, насколько помнил Николас, должен был находиться кожаный диван.
Именно там главный врач и обнаружился. Его секретарша тоже — сидящей сверху.
— Это уже не йога, а камасутра. — Валентина хихикнула. — Доклад он пишет, как же. Повезло нам. Момент идеальный, возьмем врасплох.
Она вернулась к выходу, выключила свет в приемной. Это потому что в кабинете горит одна настольная лампа, сообразил Ника. Врываться из ярко освещенного помещения в полумрак неправильно. О, Господи, что сейчас будет!
— Может быть, все-таки как-нибудь по-другому… — нервно начал он.
Поздно.
Валентина разбежалась, подпрыгнула и мощным ударом ноги вышибла дверь кабинета — что-что, а это она умела. Сгруппировалась, приземлилась на корточки, снова оттолкнулась и с размаху ударила коровинскую секретаршу ребром ладони по затылку, каратистка даже не успела обернуться. Будто сорвавшаяся с ниток марионетка, она опрокинулась с дивана на пол и осталась лежать.
— Шеф, ваш выход, — обернулась к двери Валентина, и Николас переступил порог кабинета. Даже блистательному Эрасту Петровичу вряд ли когда-нибудь удавалось войти в помещение столь же эффектно.
Голый Марк Донатович съежился на диване, в ужасе глядя на привидение в черном. Увидев Фандорина, закричал с явным облегчением:
— Ой, это вы! А я подумал кто-нибудь из пациентов. У меня тут буйных хватает. Кто это с вами?
— Моя ассистентка, — сурово произнес Николас. — Моему появлению вы, кажется, не очень удивились?
Зиц-Коровин потянулся за одеждой.
— Вы же частный детектив или что-то в этом роде? Я понимаю, вас наняла моя жена. Вы выполнили свою работу, застали меня, так сказать, на месте преступления. Но только зачем бить Кариночку? Это, знаете, уже бандитизм.
— Я ее вырубила, чтоб не набросилась, — сказала Валя. — Или стрелой отравленной не пальнула.
Марк Донатович застыл с носком в руке.
— Какой еще стрелой? Вы бредите? Она умеет стоять на голове и заниматься любовью в позе лотоса, она чемпион Москвы по бесконтактному карате, но, уверяю вас, Кариночка — милейшее существо, мухи не обидит. Как вам не стыдно! Вы не имели права применять насилие! У вас отберут лицензию!
— Хватит дурака валять! — рявкнул выведенный из себя Николас. — Вы нам лучше про фри-масонского бога расскажите. И про любищинский коллектор. Не изображайте удивление, вы должны были знать, куда девались трупы. Ведь этой девчонки, — он кивнул на неподвижное тело, лежавшее на полу, — десять лет назад у вас не было. Были какие-нибудь другие. Мальчики, или девочки, или мужчины с хорошими навыками убийства. У нас в стране со времен Афганистана полным-полно отлично подготовленных убийц с расстроенной психикой и отличной внушаемостью. Вы использовали их, чтобы подчинить своей воле Сивуху. Крутили этим «вольным каменщиком», как хотели. Опутали по рукам и ногам: тут и фри-масонские «чудеса», и больной сын. Что вы здесь делаете с Олегом? Он, действительно, так болен или это всё ваши фокусы? Молчите?
Главный врач, действительно, молчал. С одной стороны, это было неудивительно — ошарашен, растерян, раздавлен. Но почему тогда взгляд доктора делался всё спокойнее, а движения всё уверенней? Застегнув последнюю пуговицу на рубашке, Коровин присел на корточки возле голой секретарши, как ни в чем не бывало пощупал ей пульс.
Это была уже наглость.
— Ничего, сейчас я выведу вас из равновесия, — пригрозил Фандорин. — Позвоню Аркадию Сергеевичу, объясню ему, что он был при вас дрессированным медведем. И с удовольствием понаблюдаю, как зверь растерзает своего укротителя. Не знаю, как насчет всего остального, но колодца с трупами он вам точно не простит. Попробовали свалить всё на Игоря, да? А когда не вышло, убрали беднягу. Но вы просчитались. Игорь перед смертью успел сообщить мне, что виновника нужно искать в клинике. Вам конец, понятно?
Марк Донатович прикрыл Карину халатом. Надел очки.
— Вы не от жены. Это уже неплохо. Еще из ваших слов я понял, что Игорь погиб, что в каком-то коллекторе найдены какие-то трупы. И вы почему-то решили, будто к ним имею отношение я. Могу я узнать подробности?
С язвительной улыбкой Николас сказал:
— Извольте. В заброшенном коллекторе, про который вам, конечно, ничего неизвестно, найдены тела людей, в разное время оказавшихся на пути вашего спонсора. Аркадий Сергеевич — человек увлекающийся, но весьма неглупый. Представляю, как вы потешались над ним, когда он хвастался своей «чудесной силой». Про «вольного каменщика» он вам рассказывал? Наверняка. Надо думать, это и натолкнуло вас на продуктивную идейку — взять функции фри-масонского бога на себя.
— Нехорошо, — вздохнул Зиц-Коровин. — Господин Сивуха, в самом деле, человек увлекающийся. Вполне может поверить в вашу версию. Тем более, что и про каменщика, и про чудеса он мне действительно рассказывал. Мы же с ним знакомы больше десяти лет… Но погодите ему звонить, сначала выслушайте меня. По двум причинам. Во-первых, представьте себе, ну просто предположите, что ваша стройная гипотеза ошибочна. Ну, конечно, я умею манипулировать волей и поступками людей, это часть моей профессии. Иначе я не смогу помочь моим пациентам. Не скрою, это приносит мне большое удовлетворение, что тоже в своем роде патология. Да, иногда я использую психологические методики в личных целях — особенно когда имею дело с хорошенькими женщинами. — Доктор показал на бесчувственную секретаршу. — Но я не монстр и тем более не убийца. Вы врываетесь в интимный момент, бьете ни в чем не повинную девушку, пугаете меня до полусмерти. Так можно импотентом остаться. А мне, знаете ли, и без того уже 58. Мало того, — всё больше раздражаясь, повысил голос врач, — вы собираетесь натравить на меня акцентуированного невропата Сивуху, который, находясь в состоянии аффекта, вполне может меня избить, покалечить…
— Убить и труп на куски разодрать, — подхватила Валя. — Еще мало тебе будет, крыса. Оборотень в халате!
— Мерси на добром слове, — поклонился Марк Донатович. — А если, повторяю, вы ошибаетесь?
— Маловероятно, — угрюмо сказал Фандорин. — Кто еще столько лет был связан с Сивухой? К кому кроме вас Игорь мог везти меня в клинику?
Есть у меня одно предположение… — Коровин развел руками. — Довольно дикое, но не более дикое, чем то, что вы тут наговорили… — Он задумчиво добавил. — Странно, но меня бы это не удивило. Я всяких патологий насмотрелся, но от этого пациента у меня иногда, знаете, мороз по коже.
— От какого пациента? Про кого вы?
Доктор ответил невпопад — вопросом на вопрос:
— Вы когда-нибудь слышали про гипопитуитаризм?
— Что-что?
Объяснить Коровин не успел — из приемной донесся голос:
— Марк Донатыч, это Котелков из охраны. У вас всё в порядке? Тут звонок был…
Фандорин испугался, что главврач, воспользовавшись ситуацией, позовет на помощь, но Коровин нервно оглянулся на секретаршу и крикнул:
— У меня все нормально. Что за звонок?
— От пациента одного, — в голосе охранника звучало явное смущение. — Будто в окно на вашем этаже влезли две, то есть два… ну короче, две ниндзи… Мы на всякий случай проверили. Во второй процедурной, правда, окно открыто. Вот и осматриваем.
Главврач подал Николасу успокаивающий знак.
— Нет-нет, это я забыл закрыть. А пациентов наших вы знаете. Ну какие ниндзя, подумайте сами? Вы-то ведь нормальный.
Из приемной донесся сконфуженный смех.
— Погодите-ка, Котелков, я с вами. Коровин быстро вышел из кабинета — не хватать же его было при охраннике.
— Подождите меня здесь, — обернулся Марк Донатович к Фандорину, оказавшись в безопасности. — Я скоро вернусь. И, может быть, сообщу вам нечто интересное.
Сделал ручкой, наглец, и был таков.
— Что вы стоите? — схватила Нику за руку помощница. — Сейчас они с Котелковым этим еще мордоворотов приведут! Бежим через балкон!
— Никого он не приведет. — Николас с нарочитой неторопливостью отошел к книжным полкам. — Скандал не в его интересах. Думаю, просто смоется, и всё.
— И вы так спокойно про это говорите? Он же гад, убийца!
Странно, но Фандорин уже не был в этом уверен на сто процентов.
— Подожду 15 минут. Не вернется — позвоню Сивухе.
— А что сразу-то не позвонить? Николас укоризненно покачал головой:
— Чтобы «акцентуированный невропат» в самом деле убил Коровина и на куски разорвал? Хочет бежать — пусть бежит. Это будет равносильно признанию. Хватит трупов. Ихв этой истории и так слишком много.
Миниатюрная брюнетка простонала, зашевелилась. Как некстати! Сейчас еще с ней объясняться!
Но прежде чем Ника придумал, что скажет коровинской секретарше, Валя быстро шагнула вперед и стукнула несчастную Карину по затылку еще раз. Та затихла.
Фандорин поморщился:
— А вдруг она, действительно, не при чем?
Валя (тоже еще моралистка) отрезала:
— Не будет на рабочем месте бардак устраивать. Я, например, себе такого не позволяю! Ничего, полежит с полчасика и оклемается… Шеф, ну вы даете! Нашли время книжки читать!
Гипо… Гипо-питу… Николас листал медицинскую энциклопедию.
Вот оно.
«Гипопитуитаризм (синдром Симмондса, синдром Шиена). Заболевание, характеризующееся снижением и выпадением функции передней доли гипофиза или аденогипофиза. Гипофиз или питуитарная железа состоит из двух долей — передней и задней. В передней доле гипофиза происходит продукция шести гормонов (адренокортикотропин, пролактин, соматотропин, фоллитропин, лютропин и тиротропин). При гипопитуитаризме продукция всех гормонов гипофиза резко снижается или исчезает. В результате резко снижается функция периферических эндокринных желез, работу которых контролируют гормоны гипофиза», — читал Фандорин, мало что понимая.
Валентина коротала время, разглядывая фотографии на стене. Кажется, среди пациентов Зиц-Коровина попадались люди известные.
— Ух ты, и Наволочкина у него лечится! — восхитилась Валя. — То-то она на куклу похожа.
— Кто? — рассеянно спросил Фандорин.
— Балерина. Вы чего, телевизор не смотрите?
«К недостаточности функции гипофиза могут привести аномалии развития гипофиза. В послеродовом периоде при патологических родах может произойти некроз передней доли гипофиза. При полном некрозе передней доли это состояние называется синдромом Симмондса, при частичном — синдромом Шиена. При гипопитуитарном синдроме происходит разрушение гормонопродуцирующих клеток передней доли гипофиза».
Ну и что, пожал плечами Николас. Какое всё это имеет отношение к трупам в коллекторе?
— И у Грызунова тоже фаршированная башка? — обнаружила на стене Валя известного парламентского деятеля. — Класс!



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 [ 8 ] 9 10 11 12 13 14 15 16
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.