read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Ветер начал стихать, дождь прекратился, сквозь тучи проглянула луна.

Пора было возвращаться. Перегруженные ладьи тихо поплыли вдоль берега к Доростолу.

За прибрежными кустами раздавались громкие, веселые голоса. Гребцы подняли весла, замерли. К воде выходили греческие воины без боевых доспехов. Они привели коней, принялись тереть их волосяными щетками. За плеском воды и громким разговором греки так и не услышали осторожного журчанья воды под носами ладей. Ладьи благополучно миновали опасное место.

Открылась большая поляна, освещенная дрожащими отблесками костров. И там греческие воины сидели без доспехов и оружия. Разве можно упускать такой случай?

Воевода судовой рати отослал вперед ладьи, нагруженные продовольствием, а с остальными причалил к берегу за лесом. Не слышно, как охотники за бобрами, дружинники прошли через ночной лес и напали на греков. Много погибло здесь воинов императора Цимисхия. Запомнилась та ночь грекам…

Император в гневе топал ногами и кричал на друнгария флота как на нерадивого раба. Жалко было обоза и погибших воинов, но еще больше сожалел Цимисхий, что князь Святослав захватил много продовольствия и осада могла затянуться. А сколькими лишними жизнями придется заплатить за это?

А то, что осада неизбежна, не вызывало сомнений ни у императора Иоанна Цимисхия, ни у его военачальников. Непобежденное войско руссов засело за каменными стенами Доростола и досаждало частыми вылазками.

Единственное, что мог противопоставить император дерзости руссов, – это многочисленные сторожевые заставы, бодрствовавшие теперь днем и ночью.

Недели тянулись, незаметно складываясь в месяцы… Прошел июнь, на вторую половину своей быстротекущей жизни покатился июль, а над воротными башнями Доростола по-прежнему развевались стяги князя Святослава…


ГЛАВА 10

Чтобы найти правильный путь, нужно остановиться и оглядеться.

Князь Святослав мысленно перебирал события последнего года, искал ошибочный поворот, который завел его в каменную ловушку Доростола, и не находил.

Все сделанное представлялось правильным и единственно возможным.

Необходимо было воевать Фракию и Македонию, чтобы показать императору Иоанну Цимисхию, избалованному победами над восточными народами, силу Руси. И мирный договор был необходим, потому что не штурмовать стены Царьграда шли русские рати, но лишь отвадить византийцев от Болгарии. И воеводу Сфенкела нельзя было не поставить в Преславе, ибо лишь под надежным присмотром царь Борис сохранял вассальную верность: глаза у царя, как у стрекозы, смотрели во все стороны.

Пожалуй, единственное, что надо было сделать, – еще зимой, не дожидаясь установления водного пути, позвать из Руси новые рати. Князь Святослав собирался это сделать. Но воеводы отговорили. Принялись доказывать, что подобного никогда не бывало, что зимой ратники не привыкли выходить в походы, и у Святослава не хватило тогда твердости, чтобы отмести их возражения. Может, успокоился прошлыми славными победами, уверовал в свой неизменно счастливый жребий?

Но кто мог знать, что Цимисхий вероломно нарушит свои клятвы?!

Князь Святослав понимал, что здесь, под Доростолом, император сильнее. У него больше воинов, и в кольце окружения не видно слабых мест.

Если бы Святослав был только полководцем, он бы давно завязал с греками мирные переговоры, чтобы не подвергать войско тяготам дальнейшей осады.

Но князь Святослав был не только полководцем, но и правителем огромной державы, вверившей ему свою судьбу и свое войско. Поля его сражений простирались далеко за пределы окрестностей Доростола и даже за пределы Болгарии, и общая картина войны представлялась Святославу несколько по-иному, чем можно было ее увидеть с крепостной стены.

У императора Иоанна Цимисхия был ненадежный тыл. Осаждая Доростол, император то и дело вынужден был оглядываться назад, тревожиться о том, что делается в покинутой им Византии. В ненадежном тыле – слабость Цимисхия, которая могла свести на нет все его военные успехи. Каждый лишний день осады увеличивал опасность мятежа внутренних врагов императора, а счет уже идет не на дни и даже не на недели, а на месяцы!

Вот почему князь Святослав отклонял советы воевод и упрямо повторял:

"Ждать! Ждать!"

А советов было много, и все они с военной точки зрения были разумными. Одни предлагали тайно, под покровом ночи или в непогоду, сесть на ладьи и уплыть к устью Дуная. Другие считали возможным силой прорвать кольцо блокады и уйти в леса и горы Болгарии, жители которой благожелательны к руссам и ненавидят греков. Третьи настаивали на немедленном мире с императором, чтобы потом, собрав новое войско, возобновить войну. Четвертые, самые отважные и безрассудные, призывали выйти в поле и погибнуть с оружием в руках, чтобы поддержать славу руссов, никогда не склонявших головы перед врагами. Но никто не говорил о продолжении обороны Доростола, потому что дружинники сварили в котлах последних коней и голодали…

Князь Святослав терпеливо выслушивал советы, но отвечал всем одинаково: "Ждать! Будем ждать!" Воеводы недоумевали. На что надеется князь?

Князь Святослав дождался своего часа. Верный человек, пробравшийся ночью через византийские заставы, принес в Доростол вести о новом мятеже Льва Куропалата, брата убитого Цимисхием императора Никифора Фоки. Пришло время действовать. Пришло время доказать Цимисхию, что войско руссов еще достаточно сильно и может при желании оборонять Доростол бесконечно долго, а потому лишь заключение необременительного для руссов мира освободит императора от связавшей его по рукам и ногам осады. А чтобы императору легче было расстаться с честолюбивыми надеждами, нужно еще раз ударить его, и ударить покрепче…

Князь Святослав догадывался, что император Цимисхий по-прежнему возлагает большие надежды на метательные орудия, которые постепенно подтягивались все ближе к Доростолу и вот-вот должны были начать свою разрушительную работу. Нужно выбить из рук Цимисхия это опасное оружие!

В полдень 19 июля, когда византийская стража, отягощенная выпитым за обедом вином и разморенная зноем, утратила бдительность, руссы неожиданно выбежали из ворот. Метательные орудия оказались в их руках. Начальник стражи Иоанн Куркуас, родственник императора, успел вскочить на коня и кинулся со своими воинами на выручку. Но конь его споткнулся в рытвине, сбросил всадника. Руссы, привлеченные позолоченными доспехами Иоанна Куркуаса, приняли его за самого императора, яростно набросились на упавшего и изрубили на части вместе с доспехами. Жарким пламенем вспыхивали деревянные рамы катапульт и баллист. Рассеченные топорами, ремни и веревки из воловьих жил шевелились в огне, как паучьи ноги.

Подоспевшие катафракты сумели отбить раненых, которых руссы волоком подтащили к городу, но останки императорского родственника руссы унесли с собой. На позор византийцам они водрузили отрубленную голову Иоанна Куркуаса над воротной башней и с торжествующими криками указывали на нее подъехавшим к стенам катафрактам. Стратиоты шептались, что магистр Иоанн Куркуас понес наказание за безумные преступления против христианских храмов: он ограбил в Мизии многие церкви, а святые сосуды переплавил в слитки. Среди военачальников Цимисхия было немало людей, совершивших подобные подвиги, и страх небесного возмездия охватил грешников…

20 июля руссы под предводительством Икмора, знаменитого воина, занявшего место убитого Сфенкела, снова вышли из города. Густая фаланга руссов долго сражалась с катафрактами и нанесла им тяжелые потери. Все меньше в войске Цимисхия находилось храбрецов, желавших очертя голову бросаться на копья руссов. Только гибель Икмора от меча одного из телохранителей императора, Анемаса, сына предводителя критян, смутила руссов. Они неторопливо отошли.

Византийцы, осматривая убитых руссов, обнаружили среди воинов женщин, которые в доспехах и с копьями сражались так же храбро, как мужчины. И снова в страхе зашептались стратиоты: "Можно ли вообще победить народ, у которого мужчины и женщины одинаково мужественны?" Император Цимисхий велел объяснять, что женщин князь Святослав послал в поле только потому, что у него осталось совсем мало воинов. Но этим объяснениям мало кто поверил, потому что все видели своими глазами, как много руссов благополучно возвратилось в Доростол.

Ночью, когда взошла луна, руссы вышли на равнину, неторопливые и угрожающе безмолвные. Они собрали тела своих убитых товарищей и сожгли на кострах, разложенных у стены. Византийцы издали смотрели на это ужасное зрелище, не осмеливаясь помешать тризне. Волхвы резали черных петухов и бросали их в воды Дуная, чтобы боги проявили благосклонность к душам погибших воинов…

Князь Святослав готовился к новому сражению. Чтобы воодушевить войско, он собрал воевод и выборных от каждой сотни и произнес речь:

– Погибнет слава, спутница русского оружия, без труда побеждающего соседние народы и без пролития крови покоряющего целые страны, если мы теперь постыдно уступим грекам! С храбростью предков наших и с верой, что русская сила непобедима, сразимся мужественно за жизнь нашу! У нас один обычай – жить победителями или умереть со славой!

– Слава не погибнет! – сурово заверили воеводы и поклялись сложить головы, но не посрамить земли Русской. Следом за ними принесли клятву все воины, а волхвы скрепили клятвы новыми жертвоприношениями…

Наступило 22 июля, день последнего сражения под стенами Доростола. На этот раз войско вывел в поле сам князь Святослав. Он велел накрепко запереть городские ворота, чтобы ни у кого не возникло соблазна искать спасения за стенами, но думать только о победе. Или о смерти, если боги не признают руссов достойными победы.

Руссы не стали ждать, пока катафракты начнут свои атаки, сами устремились вперед. Зашатался византийский пехотный строй, привыкший заслоняться атакующей конницей, стал подаваться назад. Попятились катафракты, которые из-за стремительного наступления руссов не успевали разогнать коней для копейного удара. Только прибытие императора Цимисхия с "бессмертными" остановило отступление. Но попытки отбросить руссов оказались тщетными. Воины князя Святослава сражались с невиданным мужеством.

Император Цимисхий чувствовал, что в прямом рукопашном бою руссы одолевают, и, оставив против русской фаланги пехоту полководца Петра и патриция Романа, послал отборную конницу Варды Склира в обход. Остальные катафракты спешились, чтобы укрепить пехотный строй.

Неожиданное появление в тылу вражеской конницы заставило руссов приостановить свое победное шествие. Натиск на пехотные таксиархии полководца Петра и патриция Романа ослабел. Но сражение продолжалось с прежним упорством. Всадники Варды Склира тщетно атаковали задние ряды руссов, повернувшихся к ним лицом. Сам император с "бессмертными" вынужден был вступить в бой.

Из византийских рядов специально выделенные люди кричали на языке руссов, что князь Святослав тяжело ранен, но руссы не поверили и не поддались панике. Они видели, что князь в блестящей кольчуге появляется в самых опасных местах, воодушевляя воинов.

Святослав почувствовал, что наступает критический момент боя, когда полководец должен бросать на весы победы последнее, что у него осталось, – личное мужество…

Но, наверное, боги и стихийные силы природы были в тот день против руссов. С юга надвинулись черные зловещие тучи. Шквальный ветер ударил в лицо русским воинам, пыль ослепила глаза, а потом хлынули потоки косого стегающего ливня. Едва слышны были в свисте ветра сигналы трубачей, но руссы уловили их тревожный зов, разом повернулись, закинули щиты за плечи и двинулись к Доростолу.

Всадники Варды Склира поспешно расступались, освобождая им дорогу.

Препятствовать отступлению руссов было так же бессмысленно, как пытаться хрупким плетнем остановить горную лавину – масса тяжеловооруженных пехотинцев задавила бы катафрактов…

Снова в зале доростольского дворца собрался совет военачальников.

Воеводы подсчитывали потери. Погибло пятнадцать тысяч воинов. Потеряно двадцать тысяч щитов. Многие дружинники получили раны и теперь способны сражаться в половину прежней силы. Почему же так спокоен князь Святослав?

Бодрится, чтобы поддержать веру в победу? Или действительно считает сегодняшнее кровопролитие победой?

Святослав мог бы объяснить воеводам, что иного исхода сражения он и не ожидал. Победить многочисленное, сытое и отдохнувшее войско императора Цимисхия было почти невозможно. Но то, что задумал Святослав, было достигнуто. Византийцам нанесены такие тяжкие потери, что последние надежды императора Цимисхия на скорое завершение войны должны рассеяться как дым. Еще немного продержаться, и Цимисхий сам будет умолять о мире.

– Передайте воинам – жертвы не напрасны! – заключил Святослав речи воевод. – Цимисхий не забудет нынешней бойни! Укрепитесь духом и ждите!

Воеводы кланялись и, придерживая левой рукой ножны мечей, выходили из зала. А вслед им неслись многократно повторенные слова князя Святослава:

"Ждите! Ждите! Ждите!"

А сколько еще ждать? И чего?

Этого они так и не услышали от князя Святослава, и только глубокая вера в счастливую звезду предводителя войска удерживала их в повиновении.

Князь бодр и деятелен, а потому, наверное, еще не все потеряно…


ГЛАВА 11

Ночью к воротам Доростола подошел человек в плаще патриция, с горящим факелом в руке. Десятнику воротной стражи, высунувшемуся в бойницу, он крикнул:

– От императора Иоанна Цимисхия – к князю руссов!

Тяжелые створки ворот приоткрылись, пропуская посланца императора.

Сам Святослав не пожелал разговаривать с византийцем. Князю прилично принимать посольства от соседних государей, а не тайных вестников, которые неизвестно с чем пришли. Святослав приказал проводить византийца в парадный зал, поручил Свенельду выслушать предложения Цимисхия, если посол действительно пришел от императора, а сам остался в небольшой комнате, отделенной от зала пологом из полупрозрачной ткани: он видел в ярко освещенном зале все, сам оставаясь невидимым.

Переговоры длились недолго. Свенельд вошел в комнатку к Святославу, радостно воскликнул:

– Княже! Греки просят мира!

– На чем хочет замириться Цимисхий?

Свенельд, медленно загибая пальцы, принялся перечислять:

– Мы должны отдать грекам Доростол… Отпустить пленников… Покинуть Болгарию и возвратиться в Русь… Император, со своей стороны, обещает безопасно пропустить наши ладьи, не нападая своими огненосными кораблями, дать хлеб для всего войска, а наших людей, которые будут приезжать в Царьград для торговли, считать по-прежнему друзьями…

– Пишите хартию! – кивнул Святослав.

Нельзя сказать, чтобы согласие было дано Святославом с легким сердцем. Договор перечеркивал почти все, что было достигнуто в дунайских походах. Но выбора не было. Мир был тяжелым, но необидным. А что касается будущего, то лишь от него, Святослава, зависит, сохранятся ли в силе невыгодные для Руси условия. Спор с Византией из-за Болгарии будет продолжаться. Пока же граница между двумя государствами пройдет по Дунаю…

За полог снова заглянул Свенельд:

– Грек спрашивает, на сколько воинов давать хлеб?

– Скажи: на двадцать две тысячи!

Потом Свенельд вошел с пергаментным свитком в руках. Князь Святослав закоптил над свечой перстень с печаткой и скрепил черным оттиском начертанные на пергаменте строки…

Грек отбыл из Доростола так же тихо и незаметно, как пришел.

Пергамент с хартией мира остался у Свенельда, потому что император Цимисхий настаивал, чтобы руссы сами обратились с мирными предложениями.

Цимисхий считал умаленьем чести Византийской империи самому искать мира.

Кто ищет мира, тот не является победителем. А Цимисхию по многим соображениям нужно было, чтобы люди считали, что его поход на Дунай был победоносным…

Князь Святослав вынужден был согласиться. Тщеславие не должно затмевать разума. Не время спорить, кто поклонится первым. Пусть утешенная гордость будет Цимисхию вознаграждением за кровь тысяч и тысяч катафрактов и стратиотов. Славы князя Святослава это не убавит!



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [ 13 ] 14
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.