read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Я опять застыл с открытым ртом в позе истукана на своём месте. Общающиеся между собой на неизвестном языке старик и орк явно были давно знакомы.
— Так, стоп, — я остановил орка движением руки. — Если я правильно понял, мы сейчас гладиаторы, которые сражаются между собой. Как вы можете нормально разговаривать, если завтра будете убивать друг друга?
— Наивный лягушонок, — забулькал орк. Видимо это бульканье обозначало у него смех.
— Юноша, — усмехнулся старик, и показал на стоящие рядом с нами десяток клеток, — вот они — мясо, а мы с Ур'такалом знакомы уже шесть лет и договорились в совместных битвах проигрывать друг другу по очереди, не нанося существенных ран. Наши «хозяева» делают ставки на то, кто из нас победит, только не догадываются о нашей договорённости.
— А вы не боитесь, что я вас сдам? — усмехнулся я, ошеломлённо выслушивая старика. Новости были, мягко говоря, охренительные.
Тут уже забулькали они оба.
— Лягушонок, ты забываешь, что тебе никто не поверит, а драться с нами на арене тебе всё равно придется, если, конечно, доживёшь до этого, — между бульканьем прорыкал орк.
— А почему только вы между собой общаетесь? — спросил я. — Все остальные почему не договорятся между собой не убивать?
— Вот такая ирония, — сказал старик, — от всех остальных можешь не ждать такого, они дерутся за еду и самок, а животные здесь просто на убой.
— По тому, что я слышал, вы здесь вроде чемпионов, — продолжил я. — Почему тогда вы не убежите отсюда?
— А куда? — рявкнул орк. — Я, например, изгнанник племени, а вот старикашка убил какого-то гуру, и теперь тоже вне закона. Или ты думаешь, нас с ним где-то встретят с распростёртыми объятиями? А тут хорошо, кормят в срок и не лезут всё время.
В моей голове по нужному руслу сразу же заструились мысли, и я решил осторожно проверить своё предположение.
— Вы хотите сказать, что в любой момент можете убежать, но не делаете этого потому, что вам некуда идти?
— Догадливый лягушонок, — орк смачно рыгнул. — Лучше ответь, откуда Первородный язык знаешь?
— Тут всё просто, я не знаю, — честно ответил я. Орк попытался прорычать, но его остановила лёгонькая ладошка старика.
— Не шуми Ур'такал, парень честно ответил.
Я прикусил язык, старикашка, скорее всего был тем загадочным шаманом, на которого ставила половина кочевников, хотя, глядя на него, трудно было поверить в то, что он может отбиться от меня, не говоря уже об орке. Но если он читает мои мысли, нужно быть с ним осторожнее.
— И мысли ничьи я не читаю, — старикашка противно захихикал, а я застонал от отчаянья. Угораздило же меня угодить в клетку между чудищем и телепатом!
— Слушайте, а если я предложу вам хорошее место с нормальным питанием, и драться ни с кем не надо? — осторожно поинтересовался я у них.
— Какой быстрый, — криво усмехнулся старик. — Чего ради нам менять тёплое местечко на нечто неизвестное?. Конечно, твоё желание сбежать нам понятно, но неинтересно.
— Но… — я попытался было продолжить, однако орк повернулся ко мне спиной, а старик снова уселся в позе лотоса и закрыл глаза.
«Мда, — грустно подумал я, — всё несколько сложнее, чем мне казалось». Как уговаривать пленников, которых всё устраивает, я даже не знал. Нужно сообразить, как можно их уговорить.
Обдумывая варианты привлечения этих двух странных существ на свою сторону, я скосил глаз на старикашку и замер от увиденного: тело старика, опровергая все законы гравитации, в той позе, в которой он сидел до того, легко парило в метре от пола клетки. Я протёр глаза, но зрение меня не обмануло, всё то, что нам так долго вдалбливали на уроках физики, рушилось у меня прямо на глазах.
Я окликнул орка, всё так же сидевшего ко мне спиной.
— Эй, Ур'такал, чего это со стариком?
Орк, не оборачиваясь, лениво проговорил.
— Он же шаман, чему ты удивляешься? Плавает сейчас где-то там, — орк показал огромной ручищей в небо, — не мешай мне, я сплю.
Я замолчал и стал рассматривать остальные клетки и находящихся в них людей и животных. Животные, в основном, лежали спокойно, кроме нескольких, видимо, особо агрессивных, которые ещё пытались грызть толстое и неподатливое дерево клеток. Люди кто лежал, кто ругался между собой, или угрожал расправой особо надоедливым ссорившимся. Я решил, что, пожалуй, буду держаться этих двоих, уже знакомых, не общаясь со всеми остальными, поскольку орк явно дал понять, что большая часть, сидящих в остальных клетках рабов дерутся не по принуждению. Я сидел, думал и изредка косился на тело старика, которое по-прежнему висело в воздухе.
«Похоже, ему просто наплевать на то, что люди открыли законы гравитации, — из головы ни как не выходил тот факт, что у меня на глазах рушились все мои представления о физических законах. Я усмехнулся. — Может, он просто не знает о них, поэтому ему всё равно?»
Всю неделю до начала игр мы просидели в клетках. Уже на следующий день я понял, зачем нас в них посадили. Усла оказался распорядителем тотализатора, и мы были нужны, как живые витрины, на которые, прежде чем ставить деньги, приходили посмотреть вожди племён. Кормили нас просто отлично, три раза в день, а ночью по одному выпускали прогуляться и размять мышцы. Все мои попытки уговорить двух упрямцев сбежать ни к чему не приводили, они упёрлись в своё нежелание покидать тёплое местечко и чихатьхотели на все мои предложения.
Вскоре наши клетки принялись растаскивать в разные углы арены, освобождая центральную её часть, а затем и трибуны разделили пополам, выставив их полукругом, так что получилось две арены. На одной из них, рабы вырыли большой котлован и укрепили его стены брёвнами, туда отвезли клетки с животными, а нас оставили на первой арене. Стало ясно, что бои с животными будут происходить на второй.
Начало Игр ознаменовало выступление вождей трёх самых влиятельных племён, а также принесение им даров от других, не столь авторитетных. Как я понял со слов шамана, они и являлись организаторами Игр, а остальные племена, таким образом, благодарили их за приглашение поучаствовать в них.
— Загиял, сначала будут драки со зверями или людьми? — спросил я шамана.
— Сначала состязания самих кочевников, потом пир и вручение призов победителям, затем звери со зверями или люди со зверями, затем пытки, ну и, напоследок, когда уже толпа по-настоящему заведется, мы, — невозмутимо ответил бушмен.
Всё что мне удалось из него вытащить, так только то, что он родом из страны Буш, которая находится, кстати, рядом с Нубией, и вынужден был уйти оттуда из-за того, что в поединке то ли убил, то ли отправил дух верховного шамана своего племени, как он сказал, «скитаться к душам мёртвых». На мои вопросы, как он левитирует, шаман только загадочно улыбался и говорил, что у меня этого никогда не получится, совершенно не объясняя своё заявление.
За некоторыми состязаниями я наблюдал из своей клетки. Они проходили на первой арене, на которой позже нам предстояло сражаться. Сначала были метатели арканов, которые сначала на конях, а потом пешим ходом, демонстрировали умение накидывать аркан как на неподвижные тонкие столбики, так и на бегущих рабов. Затем настала очередь лучников, за ними — состязания в бою на саблях. Зрелища вскоре настолько мне наскучили, что я последовал примеру орка и завалился спать.
Состязания длились весь день, а вечером была грандиозная попойка. Утром следующего дня рабы начали готовить обе арены. Когда туда принялись таскать различные колюще-режущие предметы, я насторожился.
— Ну что, лягушонок, готов умереть? — прорычал Ур'такал, почёсывая свой живот, который, казалось, был вырублен из камня.
— Знаешь, такого желания у меня нет, — рыкнул я в ответ. Первородный язык с практикой давался мне всё легче и легче. — Я бы даже сказал, что совсем нет такого желания.
— Не переживай малыш, — отозвался старик со своего места, — тебя никто об этом не спросит, для особо строптивых рабов есть увлекательная возможность побывать Почётным гостем, вон видишь уже и стол вкапывают для счастливцев.
Я посмотрел туда, куда он указывал и действительно увидел, как рабы вкапывают в землю пять столбов. Я сглотнул, зрелище пыток меня никак не прельщало.
— Они что, прямо тут будут их пытать? — удивился я.
— А где ещё? — сказл орк, булькая своим вариантом смеха, — в степи, что ли?
— И долго они будут развлекаться? — поинтересовался я.
— Весь день. Воинов и зверей меньше чем в прошлый раз, поэтому птички будут петь весь день и мешать мне спать, — безразлично протянул орк.
Поняв, что весь день буду слышать чужие крики, я покрылся испариной. Когда трезвеющие кочевники выползать из своих юрт и наполнять трибуны, появились рабы, которые тащили упирающихся и извивающихся людей, двумя из которых были девушки.
— Сейчас придёт распорядитель, и первые птички запоют, — зевнул орк, глядя, как пленных привязывают к столбам. — На их крики выползут остальные степняки.
— Как думаешь, меня могут переселить на время к другой арене? — поинтересовался я, с трудом представляя, как можно выдержать, когда прямо на моих глазах будут пытать людей.
— Лучше тебе этого не делать, — заметил шаман. — Ещё подумают, что ты трус, и мы лишимся удовольствия помериться с тобой силой.
— Толку с вами меряться, — угрюмо заметил я. — Не знаю, как насчёт тебя, Загиял, но выходить против орка явное самоубийство.
Ур'такал довольно выпятил грудь, но тут же кинул взгляд на шамана и сдулся.
— Загивая ты точно не одолеешь, — признал он, — не стоит даже и пытаться.
— Сами сказали, меня спрашивать об этом не будут, — язвил я уже просто автоматически, так как всё моё внимание было привлечено к худому кочевнику, который установил стол рядом с жертвами и что-то на нём раскладывал.
— Опять кожу будут сдирать, — поморщился шаман. — Ну никакой фантазии у бедных кочевников.
Я сглотнул, тошнота подступила к горлу. Через недолгое время, когда палач приступил к работе, которую я смог выдержать всего пару минут, я улёгся на пол и заткнул себе уши, выдержать такое было невозможно.
Он начал с девушки. Как я ни затыкал уши, крики всё равно пробивались сквозь ладони, слёзы подступили к глазам, а мне сделалось ещё хуже, чем когда меня самого пыталив колодках. Чужие пытки оказались для меня ужасным испытанием, а день только начался.
Я вылез головой из-под шкуры, и размотал тряпки, которыми замотал уши, чтобы не слышать криков. Взгляд мой невольно упал на стоящие недалеко столбы, нервная дрожь сотрясла меня всего и я отвернулся. Именно в тот момент, когда я смотрел на место пыток, рабы стаскивали со столбов куски мяса, потому что назвать людьми, то что там висело я не осмеливался. Кляпы мои сильно помогли мне, хотя иногда среди шума в голове я ощущал пробивающиеся снаружи звуки, в эти моменты я ещё сильнее затыкал уши руками и забивался в свой угол. Даже собственные пытки не были для меня столь мучительные, оказалось, что смотреть как мучают других, для меня намного тяжелее.
— Странный он какой-то, — услышал я сбоку задумчивый голос шамана, — слышишь Ур'такал?
— Спина самого едва зажила от милых развлечений наших кочевников, — продолжил шаман, услышав утверждающий рык орка, — а смотреть на чужие пытки, которые самому ничем не угрожают, он не может.
— Если бы не видел, как он сражается, — ответил ему орк, косясь на меня одним глазом, — даже разговаривать с ним бы не стал.
— О?! А это кто интересно? — внезапно оживился старик, кивая направо, — гости на празднике у кочевников, редкое зрелище.
Я повернулся туда, куда показывал шаман и едва не открыл рот от удивления, в компании одного из устроителей торжеств, к нашим клеткам подходил разодетый в дворянские одежды Костел, в сопровождении Рона, Дарина и гномов из правления колхоза. Хозяин орка угодливо улыбаясь, показывал рукой на клетки и что-то рассказывал. Когда они подошли ближе я расслышал ответ Костела.
— Хочу заключить с вами пари уважаемый Радир, — произнёс он настолько надменным и уверенным тоном, что я от удивления едва не стукнулся лбом об прутья клетки.
— Какое же, господин барон? — заинтересовался кочевник, льстиво склонив голову.
— Даю тысячу на то, что третьим будет вон тот заморыш, — Костел так небрежно махнул рукой в сторону моей клетки, как-будто отмахнулся от мухи, — и две на то, что победит вон тот старик.
Кочевник перестал улыбаться и сначала недоумённо посмотрел в нашу сторону, а потом на управляющего.
— Если бы я не уважал гостя, я бы ничего не сказал, — осторожно подбирая слова начал он, — но хотел бы заметить, что даже мы не знаем кто из них сильнее, орк или шаман. А уж тем более я бы вам не советовал ставить такие деньги на слабого раба, которого притащило не самое наше лучшее племя, и то только чтобы не пропустить очередные Игры.
Костел надменно усмехнулся и ответил.
— Ценю ваше внимание, господин Радир, но я всё сказал.
— Всё же три тысячи серебра — это очень большие деньги, — улыбчивость кочевника как ветром сдуло. Он выпрямился, расправил плечи и снова стал властным и опытным вождём племени, каким я его увидел в первый день Игр.
— Золота, — голос управляющего был тих и спокоен, но после его слов, шаман справа меня закашлялся, а орк недоуменно хмыкнул.
— Золота? Три тысячи золотых? — ошарашено произнёс кочевник, его взгляд перебегал то на лицо Костела, то на наши клетки.
— Именно, господин Радир, — управляющий пожал плечами, — или вы думали мои грамоты, подписанные самим королём, просто гора мусора?
— Нет конечно господин барон, — торопливо заверил его вождь, видимо приняв решение, — к сожалению у меня нет в наличии такой суммы, вы не против, если мы обсудим условия пари совместно с другими вождями?
— Как вам будет угодно, — за всё время разговора управляющий даже мельком на меня не взглянул, хотя гномы, и Рон нет нет, да и кидали на меня быстрые взгляды. Я был просто поражён его актёрским искусством. «Нужно будет поинтересоваться, где он набрался таких манер, — с завистью подумал я, наблюдая за ним со стороны, — ведь к своему стыду, на приёме у короля я выглядел полной деревенщиной, по сравнению с остальными придворными».
— Думаю пора лягушонку поделиться с нами, кто это и зачем они сюда прибыли, — неожиданно заметил орк, — и ещё мне интересно, откуда у них такое количество золота, икак они ездят по степи с таким его количеством.
Я сначала хотел отнекиваться, от знакомства с друзьями, но всё испортил шаман.
— Что-то мне подсказывает, что барон был не настоящим, — ехидно сказал он, — а настоящий барон протирает свою блестящую дворянскую задницу сидя между нами Ур'такал.
— Ого!!! — орк даже подскочил от его слов и внимательно посмотрел на меня, — а что же тогда его люди просто так его не выкупили, а устроили представление?
— Выскажи незнакомые люди они заинтересованность в конкретном рабе, — старикашка противно захихикал, тыкая в меня пальцем, — цена взлетела бы до небес и не факт, что им дали бы уехать отсюда с таким количеством золота и рабом.
— Я и сейчас не понимаю, чего ради кочевникам выпускать их отсюда с золотом, — пожал плечами орк, снова присаживаясь на карачки, — дубиной по голове и никто не узнает о судьбе приезжих.
— Слышал же, толковали о каких-то бумагах балбес, — хмыкнул шаман, — видимо у нашей дворянской заднице есть подвязки в высшем свете какого-то королевства?
Я наконец не выдержал и вмешался в разговор, который они вели, как-будто меня не было рядом.
— Ничего, что я к вам спиной сижу? — язвительно поинтересовался я у них.
— Чего это мы стали бы возражать? — удивился орк. Пришлось мне рассказать им анекдот из своей старой жизни, учитывая его под местные реалии. Таксист превратился в конюха, женщины в благородных дам, но видимо анекдот не потерял и здесь своей актуальности, поскольку оба сразу въехали в его смысл.
— Ты с темы не уходи лягушонок, — посмеиваясь ответил орк, — расскажешь нам о посетителях? Они вообще-то деньги немалые поставили и на тебя и на нас.
— Не вижу смысла, — отрезал я, — если только вы не поможете нам, и Загиял не победит в битвах.
— Не понятно, что мы с этого будем иметь? — шаман впервые посмотрел прямо на меня и я почувствовал, как внезапно у меня каменеют все мышцы, и я не могу пошевелить ни пальцем. Под взглядом его стального цвета глаз, я почувствовал себя полностью беззащитным, и понял, что в таком состоянии он может просто подойти и сделать со мной всё что захочет, если такое же произойдёт на арене.
— Ты допустим получишь свободу, кочевники лишаться денег и будут злы, а мы то что с этого поимеем? — переспросил шаман, не отпуская меня из-под своей власти.
— Снова предлагаю вам нормальное место работы с достойной оплатой, а также проживанием и едой, — прохрипел я, чувствуя как сжимаются на моём горле невидимые пальцы. Шаман видимо решил показать мне своё искусство.
— Вы же отказались в прошлый раз, — прохрипел я через минуту, чувствуя что теряю сознание от нехватки кислорода.
— В нынешнем свете, всё выглядит несколько иначе, — задумчиво ответил вместо шамана орк. — Эй, Загиял, он сейчас грохнется же!
Я почувствовал, как воздух снова врывается ко мне в лёгкие и я закашлялся, растирая горло руками. «Проклятый шаман, — мелькнула в голове мысль, — и как с ним на арене-то бороться, если нельзя даже пошевелиться?».
— Ему ещё нужно стать третьим, Ур'такал, — задумчиво ответил шаман, отворачиваясь и смотря на другую арену, откуда практически беспрерывно доносились крики и рёв животных, которых готовили к сражениям.
Кровь сочилась с раны на голове, закрывая мне обзор левым глазом, но времени утереться, у меня не было, орк осторожно подкрадывался с той стороны, с которой я не видел. Он осторожничал, две колотые раны заставили его воспринимать меня всерьёз и он уже не стремился закончить бой одним ударов, как поступал до этого с другими противниками.
Стараясь повернуться к нему тем глазом, который не был залит кровью, я слегка опёрся на пятку копья, чтобы дать раненой ноге отдых. Прошедшие за день бои оставили намне множество следов, самыми серьёзными из которых были открывшиеся едва зажившие раны с прошлой битвы, а также рассеченная саблей пирата нога, третьего моего за сегодня соперника.
С начала боёв я хоть и нервничал перед каждым боем, но небольшое дрожание рук и ног сразу прекращалось, как только начинался бой. Из всех бойцов до орка самым серьёзным оказался тот злополучный пират. Он так быстро вращал свою саблю, и её движения порой для меня сливались в одно, от поражения в том бою меня спасла только чрезмерная его самоуверенность в собственных силах, и моя небольшая хитрость. Подыгрывая ему, я всё время делал вид, что боюсь его верхних атак, отступая перед ними и блокируя все остальные.
Когда он сделал ставку на последний завершающий верхний удар, после череды хитрых связок, я был готов к этому и пират видимо очень удивился, когда вместо обычного ухода назад, я упал на землю и проткнул его грудь снизу вверх.
Самое странное, что со мной происходило сегодня, так это реакция организма после боя, когда восторженные зрители орали с трибун моё имя, прежде чем на поле выходиласледующая пара. Неожиданно для самого себя, я понял, что мне нравиться всё происходящее, а то, что на кон поставлена моя жизнь, придавало моим ощущениям ещё большую остроту. Ещё раньше на хоккейных баталиях я замечал за собой подобные вещи, но не придавал им значения, только тут, испытывая страх умереть, я понял, что оказывается мне, нравится тут.
«Часть денег Костел уже выиграл, — подумал я, — я уже стал третьим, правда с такими ранами Ур'такала мне точно не победить. Значит, остаётся надеяться, что орк с шаманом решат принять моё предложение».
Отвлёкшись на доли секунды, я сразу же поплатился за это. Орк быстро исчез из видимого мной поля зрения, и я потерял несколько секунд пытаясь найти его. Расплата за невнимание наступила сразу, я успел увидеть только тень, и удар палицей отправил сначала меня в полёт, а затем и в небытие. Последнее что я успел понять, это дикую боль в левой стороне груди.
— Мы договорились! — резкий голос вывел меня из забытья, раздавшись гигантским колоколом в моей голове. Я попытался открыть глаза, было такое чувство, что на веки мне повесили гири. Едва я попробовал повернуть головув сторону голосов, как понял, что напрасно это сделал, звучавший ранее в висках один гигантский колокол рассыпался на множество мелких, ударивших так, что у меня перед глазами замелькали мошки, а рвота так быстро подступила ко рту, что я даже не успел повернуться набок. Чертыхаясь, я повернулся набок, чтобы скинуть всё.
— Я начинаю думать, что поездка сюда была зря, — раздался голос недалеко от меня, я узнал интонации управляющего, — также уверен, что доложу его величеству и об этом происшествии.
— Господин барон, не могли же мы знать, что этот юноша ваш слуга, — раздался раздраженный незнакомый мне голос, — и тем более нечестно было с вашей стороны споритьна его третье место, зная какой он отличный боец.
— Вы меня назвали бесчестным? — холоду голоса Костела мог бы позавидовать любой дворянин высокого полёта.
— Нет, конечно, — голос перешёл к льстивым нотам, — просто вождь племени не хочет отдавать его назад, а поскольку это его законная добыча, то тут мы бессильны.
— А та тысяча золотых, что я проиграл, ничего вам не говорит? — поинтересовался Костел, — или вы думаете, что зная своего слугу, я не мог бы сделать наоборот, поставив на него две тысячи, а на ваших бойцов тысячу?
— Этот поступок доказывает вашу дальновидность, господин барон, — голос стал ещё услужливее, — я понимаю, что вы могли неплохо заработать на нас.
— Господин Радир, может хватит ходить вокруг да около? — услышал я раздраженные нотки в голосе Костела, — или вы отдаёте мне моего слугу, который находиться едва ли не при смерти, или я отменяю сделку.
— Я поговорю с остальными вождями, — после секундного размышления ответил его собеседник, — ждите здесь.
Лёжа с закрытыми глазами, я услышал, как шелохнулись шкуры, закрывающие вход в юрту, а также приближающие ко мне шаги. Я открыл глаза и увидел подошедшего Костела, я хотел открыть рот, но он приложил палец к губам. Я понятливо кивнул и снова закрыл глаза, так лежать было значительно легче, всё тело я ощущал как один большой сплошной синяк, а уж о том, сколько у меня было переломано костей, я старался не думать.
По качнувшимся шкурам, я понял, что Костел вышел из юрты. Не пролежав и несколько минут, меня начало лихорадить, и я снова забылся. В твёрдое сознание я больше не приходил, только чувствуя, как меня сначала подняли, потом положили на что-то твёрдое, а потом я долго трясся, лёжа на спине. Несколько раз в день, кто-то приподнимал мне голову, и насильно вливал в горло горячий мясной бульон.
Глава 4 Снова в путь
Лучик солнца проник мне под едва сомкнутые веки и раздражающе ярко несколько раз сверкнул. Я сощурился и попытался перевернуться на другой бок, чтобы солнце мне несветило в глаза. От движения, меня ударила в бок тупая боль, и я прошипел сквозь зубы проклятье. Открыв глаза, я сразу прищурился, проклятое солнце просто слепило.
«Никого нет что ли, — раздражённо подумал я, попытавшись перевернуться на другой бок, и остановившись, как только боль начала возвращаться».
Я осмотрелся, лежал я в небольшой комнате с единственной кроватью и угловым столиком с несколькими стульями, стоящим рядом с окном, в котором резвилось солнце, пуская лучи, которые преломляясь через кусочки слюды, раздражали меня всё сильнее. Зашипев и стиснув зубы, я стал сползать с низкой кровати, стараясь делать минимум движений. Ругаясь и злясь, я доковылял до окна, и дотянувшись до внутренних ставней закрыл их. Отперевшись телом на стол, я сделал небольшую передышку перед возвращением на кровать, и стискивая зубы от боли, повернулся к кровати и замер.
На проходе стояла маленькая девчушка лет семи, рыжая как то солнце, что я только что успешно погасил и с испугом на меня смотрела.
— Брысь, — скомандовал я хриплым голосом, от пересохшего горла, и с улыбкой увидев, как резко она сорвалась с места, скрываясь в проёме комнаты.
Добравшись до кровати, я с облегчением улёгся назад, блаженно сожмурив глаза, собрался поспать. К сожалению этого сделать мне не дали, громко хлопнула дверь, а затем раздался топот ног и когда я открыл глаза, чтобы прекратить это безобразие, в комнате было не продохнуть. Дарин, Рон и полный состав правления — все были в комнате и смотрели на меня. «Странно, но в их взглядах только одно чувство — облегчения, — с удивлением заметил я». Дарин подошёл к кровати и положил протез мне на руку.
— Как ты Макс? — в его голосе я услышал тревогу.
— Пока вы не ввалились как стадо коров, вроде всё было отлично, — хрипло ответил я, и закашлялся, — и мне воды кто-нибудь подаст?
Половина людей, вперемежку с гномами попытались броситься за водой, но поняв смехотворность ситуации, остановились и ушёл один из них. Дождавшись, когда мне принесли воды, я промочил горло и удовлетворённо откинулся на подушки.
— Рассказывайте, — сказал я с закрытыми глазами, — с того момента, как я пропал.
— Позже, — услышал я голос Дарина, — мы едва вытащили тебя с того света, чтобы вываливать на тебя ещё кучу информации.
Я открыл глаза и удивлённо посмотрел на всех, новость, что я был при смерти меня потрясла.
— В смысле при смерти?
— В прямом, — вмешался в разговор Рон, подходя к кровати, — раны воспалились и пошло заражение, если бы не человеческие старейшины, которые нашли бабку-повитуху у себя, мы бы тебя потеряли. И это всё на фоне сотрясение головы и всего остального, что с тобой наделала дубинка орка.
Смутные воспоминания о старом сморщенном лице, склонённым надо мной возникли у меня в голове. «Похоже всё так и было, — подумал я, — странно что я так мало помню с того момента. Последнее моё чёткое воспоминание было, это тень от дубинки орка и сильная боль в груди».
— Я себя отлично чувствую, — вслух произнёс я, — думаю можно устроить небольшое совещание. Располагайтесь кто где, быстро выслушаем тогда результаты работы всех старейшин.
Не смотря на ворчание Дарина и Рона, все стали располагаться в комнате. Когда все распределились, я увидел в углу Дорна.
— О! Дорн, — я радостно его поприветствовал, — рад что ты выбрался, кого ещё тогда пленили?
— Ваш прорыв отвлёк кочевников от нас, выбрались все моё тан, — глухо ответил Дорн.
— А чего тогда такой грустный, если все живы? — удивился я, — или что-то серьёзное случилось за моё отсутствие?
— Он не может себе простить, что тогда оставил вас, — хмуро ответил за него Дарин, — в прочем так считают многие другие.
Я оглядел всех и понял, что действительно рядом с Дорном сидели только люди, никто из гномов не пожелал сидеть рядом с ним.
— Так, — я резко повысил голос, — говорю один раз, он же последний. Тан Дорн выполнял мой приказ и если бы он его не выполнил, я собственными руками убил бы его. И если когда-нибудь кто-то из вас не выполнит того, что я ему приказал, его участь будет решена.
В комнате после моих слов настала тишина, все отводили взгляд, когда я останавливался на нём.
— Тан Дорн сядьте рядом со мной, — приказал я гному и показал место рядом с собой, — вы всё сделали верно. Все живы, и это главное.
— А теперь, когда мы разобрались с непониманием в системе подчинения, — продолжил я, пододвигаясь на кровати, — начните по одному, и докладывайте о результатах. Первый Дарин, затем слева направо.
— Вернулась часть гномов, ушедшая с бунтовщиками, — хмуро начал он, — Эстер и Ватан вернулись вниз, забрав с собой только своих, все гномы не принадлежащие к их кланам остались снаружи. Идти им было больше некуда и они вернулись с повинной. Поскольку тебя не было, на общем собрании было решено отдать их на поруки к Старейшинам кланов и привлечь пока на черновую работу.
Гном посмотрел на меня ожидая моей реакции, я не был сильно удивлён данным фактом, а также был согласен с решением правления, поэтому кивнул головой, показывая продолжать ему дальше.
— Запущено три кузницы, — поблагодарил он меня чуть наклонив голову, — две наших, одна человеческая. Среди людей нашлось несколько кузнецов, отобрали всех, закончили практику у наших мастеров, теперь трудятся самостоятельно.
— Теперь проблемы, — гном нахмурился, — остро встала нехватка сырья. Денег закупать внизу у нас больше нет, местного не хватает. Нужно заняться серьёзной разработкой местных руд, как понимаешь для этого нужны руки, которых нет. И самое главное, у нас появились случаи саботажа на некоторых участках, то животные начинают дохнуть, то пожар, то болеть начинают все одной болезнью.
— Случаи появились до или после прибытия блудных сыновей? — поинтересовался я.
— Самое противное, что до, — ответил за Дарина Дорн. — С каждой неделей количество инцидентов и ущерб от них растёт. Сегодня уже нельзя махнуть на это рукой, на лицо явное и целенаправленное вредительство. Вчера кто-то поджёг дом одного из старост правления. Рядом с домом нашли гномий башмак.
Я посмотрел на людей и один из них кивнул головой в подтверждение слов гнома.
— Что рассказали вернувшиеся? Что им говорили или обещали? — поинтересовался я у гномов.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 [ 7 ] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.