read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Прочитать сможешь?
- Не, куда мне! - отмахнулся Васька. - Очень сложное. И ожог у него на груди от сгоревшего амулета. Думаю, что в этом амулете и было заклятие прошито. Как клиент помер, так его и почистило.
- Ты об этом говорила? - спросил я Машу.
- Об этом, - подтвердила она. - Этот амулет - телепорт, но для нематериальной составляющей.
- А ты откуда все это знаешь? - решил я уточнить.
- Оттуда, что это не Пантелея работа изначально. Он его модифицировал. Такие амулеты для перемещения духа делал еще мой учитель.
- А Пантелей… - начал я догадываться.
- Пантелей тоже его ученик, - сказала Маша. - Только разошлись они раньше, лет сколько-то там назад.
- Отсюда ты его и знаешь?
- Отсюда и знаю, - кивнула колдунья. - Я его раньше только на фотографиях видела, до того как он опять в Царицыне объявился.
- А учитель твой где? - спросил я с надеждой.
- Умер недавно. Год назад примерно. Старый он был.
В общем, посидели мы у Васьки еще с полчаса, но уже совсем ничего полезного не выудили. Что он знал, то нам и сказал. Пусть не много, но и не мало. Самое главное, для меня самого все уже ясно стало - волшба Пантелея зла и незаконна, а потому, если дело правильно повернуть, можно добиться того, что за него награду предложат. Можно. Но не сейчас. Пока доказательств маловато.
Васька со своей демонической Лари, по-прежнему таинственно улыбающейся, вышли проводить нас на крыльцо. Мой взгляд опять упал на поросенка, привязанного к ноге эльфийской статуи.
- Вась, а это что? Пополнение коллекции искусства?
- Да нет! - отмахнулся тот. - Оказал тут услугу малую Петру-мяснику, забесплатно вроде как, а он возьми да и притащи кабанчика. Ума не приложу, что с ним теперь делать. И отказаться неловко было.
- А ты его умертви, затем подыми и двор охранять заставь, - подначил я Ваську. - Будет такой свинский охранный зомби. На страх врагам.
Тот, судя по всему, пропустил мое заявление мимо ушей, и мы распрощались.
ГЛАВА 5,
в которой герой со спутницей сначала отказываются от чая со становым приставом, а потом вынуждены отказаться от кофе в гостях у недоброй волшебницы
Следующим пунктом нашего путешествия вновь стал околоток. Намерен я был пообщаться не с кем-нибудь, а с самим господином становым приставом Степаном Битюговым. Маше посещать повторно околоток очень не хотелось, это было заметно сразу, но я на ее присутствии настоял. Мало ли что подтвердить придется? А Маша, как ни крути, свидетельница.
Когда мы подошли к большому подворью, огороженному частоколом с колючкой поверху, в котором находились и сам околоток, и маленький острог на десяток камер, и пресловутая «банька», Маша поморщилась, но ничего не сказала. Было тихо, на крыльце болтали и курили двое урядников в форме. Вдоль забора выстроились пять уряднических «виллисов». Лошадей вообще не было видно - видать, всех в конюшню загнали. Вообще утро воскресенья - самое тихое время в городе. Кто кутил с пятницы на субботу и с субботы на воскресенье, как раз сейчас отсыпаются. А кто кутит каждый день, все равно по утрам спит.
Мы прошли мимо дежурного урядника, сидящего за столом и читающего «Тверской курьер», поприветствовавшего нас кивком, затем по коридору дошли до кабинета Степана. Я постучал в дверь, оттуда донеслось: «Войдите». Мы и вошли.
Степан сидел за столом, перед ним стояла огромная чайная кружка, возле нее на тарелочке два бутерброда - с сыром и колбасой.
- Да вот, все пожрать некогда, - сказал Степан, перехватив мой взгляд. - Хотите чаю?
- Нет, спасибо, только что напились, - отказался я.
- А девушка? - уточнил Степан.
- Нет, спасибо, - пискнула Маша, подавленная размерами человека, сидящего перед нами.
Непривычного посетителя Степан поражал. Росту в нем было больше двух метров, а весу больше ста пятидесяти килограммов. Ладони как лопаты, пальцы как обрубки черенка от нее же. Кожаную форменную куртку он снял, сидел в серой рубашке с расстегнутым воротом, рукава которой очень выразительно обтягивали бицепсы толщиной с бедро нормального человека. Плечи были ровно в два раза шире моих, хоть я на узкоплечесть не жалуюсь.
Голос у Степана соответствовал внешности. Казалось, будто какое-то чудовище научили говорить, а потом заперли в металлической бочке. Вот оно оттуда и вещало. Лицо же нашего станового пристава производило обманчивое впечатление. Эдакое сонно-туповатое, круглое, маленькие глазки близко к носу, а эмоции на нем вообще не отражались. Тот, кто принимал его за дурака, потом обычно в этом раскаивался - Степан был еще и умен как змий, - именно благодаря ему в городе, несмотря на всю местную вольницу, было относительно тихо.
- Тогда говори, с чем пришел, - сказал он.
- Да я, собственно говоря, по поводу позавчерашней драки в «Дальней пристани»… - начал я издалека.
- Колдуна хочешь в розыск объявить? - сразу сократил мою речь до необходимого минимума Степан.
- Хочу. Откуда знаете?
- У меня вот телефон есть, - похлопал он огромной ладонью по такому крошечному под ней телефону в деревянном корпусе. - И у Васьки-некроманта такой же есть. Техника называется.
- Ага, понял, - с уважением кивнул я. - Так что?
- Доказательств маловато, вот что. Ты же десять тысяч княжеских срубить хочешь, верно?
- Ну да, - кивнул я.
- Тогда надо, чтобы Тверь его в розыск подала, а не мы, - покачал он головой. - Нету нас таких полномочий - на княжескую премию розыск объявлять, ты же знаешь. А как они такие бумаги издают, лучше даже не вспоминать. Вроде как ежика рожают против шерсти.
- Есть способ… - сказал я, сложив ладони перед грудью и глядя в потолок.
- Есть, - согласился Степан. - Я могу его в розыск объявить как свидетеля. Нашлись люди, подтвердили, что видели его в сопровождении обоих убитых. Значит, пускай объясняется перед законом.
- Именно, - кивнул я. - Вот и объявите. Я и начну помаленьку, хоть полномочия заимею. А дальше видно будет, подаст его Тверь на княжеский приз или нет.
Задумка моя проста, проще даже некуда. Охотники, как я уже говорил, обязаны на закон работать. Но если я приеду в ту же Тверь, например, и начну расспрашивать людей, что Им известно о некоем Пантелее, то они имеют право послать меня подальше. Особенно официальные лица. А вот если будет у меня сыскное поручение, что такового Пантелея велено пред власти Великореченска представить, пусть хоть и как свидетеля, то могу рассчитывать на помощь. Потому как в таком поручении точно написано, что полагается оказывать помощь подателю сего, сиречь Александру Волкову.
И такой закон действует в большинстве людских земель - все равно кем населенных, пришлыми или аборигенами, лишь бы там вообще какая-то власть была. Тем более что любая из властей в прилегающих к Великоречью землях свои действия с законами пришлых по меньшей мере согласует.[17]
- А если все же Тверь на призовой розыск не согласится? - напомнил Степан. - В пролете будешь.
- Тогда на свой страх и риск его поищу. Зато перед другими будет фора. А в пролете… Будем считать риск благородным делом, - ответил я.
В этом я тоже выигрываю. Свидетеля ищут без награды, широко это не объявляется. Если я с таким ордером отправлюсь Пантелея искать, то друзья-конкуренты мои, скорее всего, ни сном ни духом об этом ведать не будут. А если его все же в розыск как преступника подадут, я уже далеко ускачу.
- Ладно, твой риск - твои проблемы, - прогудел Степан, скрестив могучие руки на груди. - Часа через два заходи, будет тебе сыскное поручение на Пантелея как на свидетеля.
Я удовлетворенно кивнул, затем спросил:
- Раз будет, то тогда сразу уточню: портал отслеживали?
Некроманты отслеживать порталов не умеют, не их это епархия. Именно поэтому я Ваське такого вопроса не задавал. А вот Степан должен был пригласить Велиссу вер-Бран,молодую колдунью из аборигенов, прижившуюся в нашем Великореченске по той банальной причине, что местные жители больше привержены личной гигиене, нежели жители коренных земель. Или пристав должен был вызвать Самуила Бредянского - въедливого старикашку с ядовитым языком и немалыми способностями в магии. Они порталы отслеживать умеют.
- Велисса приходила, - кивнул становой пристав. - Ушел колдун в Дурное болото, в самую середину. В то, что нас с Вирацким баронством делит, на берегу Улара. Где острова с протоками.
- Куда? - обалдел я.
- Куда слышал.
- Может, ошиблась магичка? - все же переспросил я, пораженный.
- Велисса-то? - удивился вопросу Степан. - Смеешься? Она колдунья в десятом поколении, по слухам, среди пришлых такой нет.
- Тоже верно. Только все равно не верю.
- И я не верю, - вздохнул Степан. - Но ты с ней поговори, она в выводах уверена. Скажи, что я послал.
- Поговорю, будьте спокойны.
Дурное болото - это одна из тех низменностей, что появились после Пересечения миров. Сдвинулось все, как будто этот мир разломили на кусочки, а затем заново склеили, причем склеивали на тяп-ляп. И получилось, что там, где кусочки мозаики наползали друг на друга, выросли горы, подчас вовсе непроходимые, а в иных же местах, где края кусочков мозаики друг с другом не соприкоснулись, возникли низины с так называемыми Дурными болотами. Именно эти болота, настоящие свищи, или червоточины в живой ткани нашего плана, порождали большую часть всевозможных чудовищ, расползавшихся по земле. Именно благодаря им я не сидел без работы. И всем было известно, что в Дурных болотах не живут ни люди, ни нелюди. Никто. Не выжить там, потому что сожрут на хрен.
- Ты мне вот что скажи, - поднял глаза от бумаг на столе Степан. - Ты за девушку свою штраф принес?
Маша втянула голову в плечи, представив, наверное, что я о своем обещании забыл и теперь ее заберут обратно и вновь отдадут ужасной Анфисе Зверевой для болезненного и унизительного наказания.
- А как же, обижаете, господин становой пристав, - солидно произнес я и достал из-за пазухи продолговатый кожаный футляр.
За спиной послышался вздох облегчения. Я усмехнулся, вскрыл крошечный тубус, извлек оттуда и передал Степану вексель городского банка, выданный мне не далее как позавчера в городской управе.
- Вот как… - хмыкнул Степан. - Даже деньги тебе выдавать не понадобилось. Как пришли, так и ушли. Ладно, отметь передачу.
Я взял со стола ручку, подмахнул графу с передачей векселя, а затем прижал палец к блестящему кружочку. Все, деньги ушли, можно сказать.
- Ладно, Сашка, вали отсюда, дел полно, - сказал Степан. - Поручение заберешь у дежурного через пару часов, если какие вопросы - обращайтесь к Анфисе, дело у нее. Вопросы есть?
- Никак нет.
- Вали тогда.
Мы покинули кабинет станового пристава с разными чувствами. Маша - с облегчением, что я все же не обманул ее, а я - с ощущением того, что о чем-то я Степана Битюговаспросить забыл. О чем-то важном.
- Куда теперь? - спросила Маша на улице вполне уже бодрым голосом.
- Пошли Велиссу навестим. Расспросим ее, что за порталы в Дурное болото открываться могут.
- Ты знаешь… - сказала Маша. - Я в свое время слышала, что в середине болот есть острова. Причем такие, что на них тебе ничто не грозит. То, что рождается в болотах,всегда направлено своей агрессией наружу, от центра.
- Это кто тебе такое сказал? - заинтересовался я.
- Учитель.
- Из пришлых?
- Нет, он из аборигенов, - улыбнулась она. - Он говорил, что это как глаз урагана - все вокруг трещит и шатается, кругом беда, а в середине - полный штиль. Вот и Дурные болота - это нечто вроде перманентной магической бури. От центра к краям которая развивается. И тот, кто сумеет обосноваться там, будет жить безопасней, чем в любой крепости. Но без сильного маяка туда портал не наведешь. Там все время завихрения, унесет не пойми куда.
- А как туда маяк доставить?
- Не знаю, - пожала плечами колдунья. - Я вообще пока порталы открывать не умею. У меня в рюкзаке учебник по порталам - как раз учить собиралась.
Велисса вер-Бран жила на противоположной от меня стороне Холма, так что дорога пешком заняла минут пятнадцать. Жила она на первый и неискушенный взгляд, скромно, в одноэтажном деревянном домике вроде моего, но побольше. С двумя спальнями, как здесь принято говорить. Ворота с какими-то выкованными из меди колдовскими символами были заперты, но калитка открыта. На воротах сидели два здоровенных черных котяры, мрачно поглядывающих на нас желтыми глазами. Точно ведь - не просто так. Каждый из котов размером с небольшую рысь, кинется сверху - мало не покажется. Вдвоем вообще в клочки порвут. Но не кинулись, пропустили.
Мы прошли через ухоженный двор, в котором с кустами каких-то цветов возилась смуглая девушка-аборигенка в мокрой от мелкого дождя накидке. Девушка была откуда-то с юга, судя по внешности. На нас она не обратила ни малейшего внимания, будто нас и не было.
Двор вообще зарос цветами, какими-то причудливыми деревьями. Домик тоже был на диво неплох - я только поначалу решил, что он похож на мою простецкую избу. И вовсе не похож. Этот был светлым, из покрытого каким-то прозрачным лаком идеально обработанного бревна, со вставками из дикого камня, крытый самой настоящей листовой медью. Хороший домик, в общем, красивый. В дальнем углу двора - еще один, маленький, для прислуги. Под навесом стоит небольшой, но дорогой вездеход «стриж».[18]Велисса не только перебралась к нам сюда, поближе к прогрессу, но и сама сидит за рулем, что для аристократки-аборигенки, каковой она и является, невероятная степень эмансипированности. По всем правилам, ее кучер, читай - шофер, возить должен.
Мы поднялись на выстланное серым гранитом крыльцо я постучал в дверь, взявшись за ручку молотка в виде павлиньего хвоста. Дверь распахнулась почти сразу же, но не магией. Ее открыла сестра-близнец девушки, копающейся в саду.
- Я от станового пристава, - сказал я ей, показав свою серебряную бляху. - Могу я поговорить с госпожой вер-Бран?
Девушка ничего не сказала, лишь отступила в сторону и сделала приглашающий жест. Мы вошли в прихожую, она приняла наши дождевики. Затем провела нас в гостиную, где перед включенным радио, по которому передавали музыку, сидела Велисса вер-Бран, покуривая длинную сигару с марихуаной. У местной аристократии, кстати, это вполне допустимая в обществе привычка.
Велисса вер-Бран была типичной представительницей народов, живущих в среднем и нижнем течении Великой реки. Приятно смугловатая кожа, черные, прямые, блестящие волосы. У местных аристократок они длинные, чуть не до пят в этом возрасте, убираемые в сложные прически, но Велисса свои остригла, соорудив на голове эдакий художественный беспорядок, отнюдь не лишенный изящества, впрочем.
Лицо ее было вполне европейским по нашим меркам, но как бы с небольшой примесью азиатских черт. Немного глаза узковаты, немного что-то еще. Все неуловимо, незаметно,скорее она была похожа на европейку, которую кто-то решил было загримировать под азиатку, да в последний момент передумал. Красивое лицо, с изящными чертами, разве что в изгибе карминово-красных, аккуратно подкрашенных губ скрылось нечто злое. Почему-то появилась ассоциация с красивым и ядовитым существом вроде того же василиска, с которого содрали шкуру, дабы изготовить госпоже вер-Бран брюки.
На ней была белая шелковая рубашка, расстегнутая чуть не до пупка, в вырезе которой можно было разглядеть ее красивую смуглую грудь почти целиком, ноги обтянуты черными брюками из кожи василиска, что было очень, очень дорого. К тому же эта чешуйчатая кожа тянулась как резина, поэтому каждый изгиб тела Велиссы ниже пояса был открыт к обозрению.
О ней ходили разные слухи - об ее жестокости, злости и нетрадиционных сексуальных предпочтениях, но чему из них стоило верить - неизвестно. Еще говорили, что все темные стороны ее натуры и вынудили Велиссу сменить родовой замок на домик в Великореченске. Очень уж она тамошним стандартам поведения не соответствовала. Если жестокость еще простительна, она вроде допустимого в обществе чудачества, ею грешат почти все аборигены - здесь все же Средневековье, - то нетрадиционность в сексе - это предосудительно. Мужчину за это и вовсе могут казнить посредством оскопления, с дальнейшей посадкой на кол, а женщине путь - в монастырь, посвященный одной из местных богинь. Пожизненно. Хотя, по слухам, как раз в монастырях для таких настоящий рай.
Да какая, собственно говоря, разница, с кем она спит и злая ли она? Мне с ней вместе не жить и хлеб не ломать. Еще было известно то, что она берет за свои услуги дорого: колдунья она очень сильная, и если за что берется, то всегда это делает. А вот это как раз свидетельствует о деловой репутации.
Она подняла на нас глаза, пригласила садиться на широкий диван по другую сторону низкого столика. Затем предложила кофе. Я решил не отказываться - кофе в наших краях редкость и ценность немалая. Велисса сделала легкое движение пальцами, и провожавшая нас девушка вышла из комнаты. Вскоре зажужжала кофемолка.
- Здравствуйте. Чем могу? - спросила меня Велисса.
Голос у нее был негромкий, мелодичный, тонкий, какой-то полудетский, она чуть-чуть картавила, что было местным акцентом. Но вообще по-русски говорила очень чисто. Присутствие Маши она пока подчеркнуто игнорировала, что для девушки с нетрадиционной сексуальной ориентацией было, на мой взгляд, странно.
- Я охотник, - начал представляться я. - Зовут меня…
- Я вас знаю. Вы Александр Волков, - перебила она, разглядывая при этом, как лежит лак на ногтях на правой ступне: она была босиком. - Переходите прямо к делу.
- Степан Битюгов сказал, что убежавший позавчера колдун ушел в Дурное болото. Это так?
- Да, так, - подтвердила она, продолжая разглядывать свою ногу.
- В какое именно болото?
- В то, что на границе с баронством Вирац.
Она подняла глаза, на удивление черные, радужка со зрачком совсем не отделялись друг от друга. Впечатление от такого взгляда было странным и даже немного жутковатым.
- Что-то еще?
Вошла девушка с подносом, на котором стояли две чашечки с кофе. Велисса поставила одну передо мной, вторую взяла себе. Маше кофе не предложили, и я услышал, как та зло засопела. Я свою чашечку из солидарности брать со стола не стал, хоть запах от кофе исходил божественный.
- Я слышал, что в середине болот может быть безопасная область. Может ли быть такое, что кто-то там обосновался?
- Почему бы и нет? - пожала она плечами. - Если наладить постоянный портал, то все очень просто.
- А как можно навести портал в место магических возмущений? - спросила Маша, не удержавшись.
Велисса словно не услышала ее вопроса и продолжала выжидательно смотреть на меня. Я попросил ее ответить на Машин вопрос. Она с не совсем естественным удивлением приподняла одну бровь и спросила:
- Вы разрешаете вашей девочке участвовать в разговоре?
Маша аж поперхнулась, подскочила на диване, а затем, когда вновь обрела дыхание, спросила:
- А кто это, интересно, будет мне запрещать?
- Я отвечу, не возражаете? - спросила Велисса меня с ехидной улыбкой, после чего обернулась к Маше: - Девочка, вы можете вступать в разговор тогда, когда вам разрешит ваш хозяин. Раньше у вас его не было, но с тех пор как ваш спутник вас выкупил у правосудия и вы ему должны, вы проданы за долги. В землях, откуда я родом, такие правила.
- А в наших землях на ваши правила… как бы повежливей сказать… - начала в шипящей тональности Маша, но Велисса отвернулась, словно забыв о ее существовании, и обратилась ко мне:
- Вы зря за нее заплатили, тем более так много. Отведите ее обратно и заберите деньги. - Она сделала решительный жест изящной ладонью с алыми ногтями, словно отрубила что-то. - Сколько там, сто пятьдесят? За половину этой суммы я обещаю зайти к девушке в больницу сразу же после экзекуции и залечить весь ущерб всего за час, если,конечно, не сама Анфиса ее сечь будет. Если она, то немного дольше. Вы сэкономите семьдесят пять рублей, я на столько же стану богаче, а девушка… Маша, верно? Маша научится самостоятельно отвечать за свои поступки.
Бедная Маша… сложно описать ее эмоции. Потеря речи, прилив даже не бешенства, а не знаю чего. Я приготовился схватить ее, буде она бросится душить черноволосую колдунью. Но обошлось. Маша все же взяла себя в руки, лишь фыркнула и отвернулась с гордым видом, уставившись в окно. Велисса хихикнула, откровенно наслаждаясь сценой. Думаю, все было разыграно именно для этого. Хотя как знать… Пришлые с аборигенами не всегда понимали друг друга.
Однако на вопрос Велисса все же ответила. С ее слов выходило, что маяк, на который наводится портал, можно сбросить сверху. Например, с самолета. Главное - не прогадать со временем. У магических возмущений тоже приливы чередуются с отливами: есть бури и есть штили. Сумеешь предсказать штиль - и лети, бросай шар портального маяка. А что это значит? Это значит, что мы вполне можем найти пилота, который такой маяк сбрасывал. Не так-то много аэродромов в зоне досягаемости из Дурного болота, что перед Вирацким баронством[19]вытянулось. Если память мне не изменяет - ровно один.
ГЛАВА 6,
в которой герой собирается в поход и дает своей подружке всякие полезные наставления, а заодно и пистолет «маузер»
Остаток дня прошел в хлопотах. Мы с Машей опять зашли в околоток, забрали выписанное на мое имя сыскное поручение с требованием найти и доставить в Великореченск свидетеля двойного убийства Пантелея, за чем следовал список примет. После этого я отвел Машу домой, где она сразу взялась делать себе бутерброды, а сам направился к Бороде. И стряс с него после недолгого торга все пятьдесят рублей золотом вперед. А заодно договорился, что завтра с рассветом он пришлет приказчика к своему лабазу у пристаней, и тот отгрузит мне кой-какой товар для гномов. За который я из этих пятидесяти и расплачусь.
Так, по моим прикидкам, пятьдесят должны были превратиться в большую сумму. Деньги мне были нужны теперь как воздух, потому как поиски человека всегда сопряжены с расходами. Охотникам такие поиски поручают, а вот финансируют они себя сами, в счет будущей награды, случись таковая в конце пути.
Затем я вернулся домой, полез в подвал и вытащил оттуда шесть ящиков динамита в цилиндрических двухсотграммовых шашках - по двадцать килограммов в ящике. Это гномы всегда покупают с охотой. Динамит им для горных работ очень нужен. Тротил пришлые не продают никуда иначе как в снарядах, в чистом виде он только саперам в людскиевойска поступает, а динамит, как рисковый для снаряжения боеприпасов, продаем. Он от низких температур нестабилен: это значит, что снаряд, снаряженный динамитом, может прямо в стволе разорваться, на жаре он нитроглицерин выделяет, - так что можно торговать. Тем более что его состав тоже магически защищен, как и все остальное. Начни анализировать, и рванет - костей не соберешь.
Затем очередь дошла до маленького тубуса с чертежами. Он улегся в рюкзак. Это мои задумки - хочу у гномов заказать кое-что. Есть у меня одна идея по поводу пуль к дробовикам, надо проверить. Если все получится, как я думаю, то мы с гномами неплохо заработать сможем.
Затем подготовил оружие к поездке. Короткий пятизарядный помповик «таран»[20]со складным прикладом. Без него я никуда. Еще взял СВД[21]с двукратной оптикой, хотя у меня еще и шестикратка для этой винтовки имеется. Если дойдет до боя, это будет оптимальным оружием. И меткость на уровне, и дальность, иточность достаточны. На пояс повесил свой вечный «сорок четвертый», а в подмышку поместил короткий «кольт-компакт» калибра десять миллиметров. На всякий случай. И к нему два запасных магазина прихватил. Затем призвал на инструктаж Машу. Отдал ей десять рублей золотом на пропитание. На эти деньги можно взвод пропитать в течение недели, так что, надеюсь, и ей хватит. Она вдруг изъявила желание ехать со мной, но я это отмел сразу. По своим соображениям, но ей сказал, что с Анфисиной меткой она ворота не проедет. Поверила. Затем спросил у нее, как она владеет оружием. Узнав, что «более или менее», достал из шкафа коробку из лакированного дерева, раскрыл. Там, вгнездах в красном бархате, лежал «маузер»[22]в комплекте с двумя стволами, отстегивающимся прикладом-кобурой и маленьким оптическим прицелом.
- Видела такой? - спросил я.
- Не-а… - покачала головой Маша. - Сложный какой-то.
Действительно, дорогая игрушка - с виду сложная, но чертовски эффективная. Подарили мне его в свое время, сам бы не купил. Постоянно носить - не ношу, плоховат он для быстрого выхватывания, проигрывает и «кольту», и револьверу. Но для иных целей лучше оружия и не придумаешь.
А у нас никого без оружия оставлять нельзя. Городские стены - это хорошо, но та же нечисть или просто какие-то твари, рожденные Дурными болотами, все равно регулярно в города забираются. В нашем Великореченске месяца не проходит, чтобы кого-то прямо в городе не разорвали. И кто только за стену не проникает. И из-под земли выкапываются, и из реки лезут, и средь людей теряются. Поэтому без оружия - никуда. Ружья в домах у всех под рукой, а после наступления темноты с ними даже на двор ходят.
- Оставляю тебе его. Больше нечего, - сказал я.
- А там ведь что-то есть… - показала она на оружейный шкаф.
- Есть, да не про вашу честь, - ответил я. - Есть мой служебный карабин, который я передавать безнадзорно никому не имею права - оштрафуют. Да и нельзя с ним по городу ходить. Еще винтовка там есть такого калибра, что тебя отдачей расплющит. Двустволка специальная, для вампиров, десятого калибра, с таким же эффектом. Еще винтовка - духовая, для других дел, парализующей иглой стреляет. И остался вот этот самый «маузер», будем его осваивать.
Я сразу пристегнул к пистолету приклад, установил длинный ствол и запретил все это снимать. Затем поучил Машу целиться, взводить, снимать с предохранителя, через полчасика принял экзамен. Вроде нормально - справится, случись чего.
Ну а затем спать завалился: вставать завтра еще затемно.
ГЛАВА 7,
в которой герой встречает старого сослуживца и непонятную болотную тварь
Часы показывали без четверти девять, когда я уже стоял в небольшой очереди на досмотр перед погрузкой на паром. Передо мной были всего два купеческих грузовика, идущих куда-то с ящиками товара, и «виллис» урядников с ПКБ[23]на турели и тремя служивыми внутри, направлявшимися на тот берег по какой-то служебной надобности.
Досмотр провели быстро, потому что купеческие грузовики, в каждом из которых было по водителю и один приказчик на все, шли пустыми - за продуктами к кметам-арендаторам на городской земле, - и досматривать у них было нечего. Урядники тоже интереса не вызвали, да и я просто предъявил бляху. Если быть честным до конца, то ящики динамита у меня в кузове были нарушением закона, однако не было и конкретных ограничений на то, что мог с собой возить охотник. И даже если бы меня прихватили со взрывчаткой, я всегда мог сказать, что намерен, мол, ловить и бить тварей диких в горных пещерах. Или глушить водяного, например. В общем, официальный статус охотника частенько помогает.
Зевающий на ходу так, что я начал опасаться за его челюсть, помощник капитана парома распределил наши машины по плоской деревянной палубе, велел заглушить моторы, после чего ушел в рубку. Я выбрался из-за руля, потянулся, огляделся.
Такая необычная бухта, как та, вокруг которой построен купеческий город Великореченск, образовалась после Пересечения миров, когда столкнулись Волга из нашего мира и река Итиль из этого. Здорово тогда досталось всему окружающему, а в тех местах, где русла наложились друг на друга таким образом, как здесь, получились большие бухты, затоны и заводи. А еще у новой, большой реки, впоследствии названной Великой, появился приток, который и впадал в великореченскую бухту. Именно по этому притокуоказалось удобным сплавлять в плотах строевой лес, и этот лес, а точнее - торговля им, положил начало нашему городку. Это потом уже до другого товара дело дошло.
И сейчас бухта сплошь была заставлена самоходными и несамоходными баржами, рыбацкими баркасами. Стоял, пришвартовавшись, танкер, доставивший мазут из Самары, стояла баржа-автовоз из Нижнего, притащившая десяток грузовиков торговому дому «Беляков и Сын», которые торговали машинами на всю округу.
Чуть дальше, за пассажирскими пирсами, стояли на швартовах два пассажирских парохода. Скоростная «Ласточка», билет на которую стоил вдвое против иных, и пузатый грузопассажирский «Лещ», куда можно устроиться не только с багажом, а даже и с машиной. Если денег хватит место в трюме оплатить.
Военная пристань была отделена от гражданских высоким забором. Сейчас за ней стояли целых три корабля, что случалось редко. Сторожевики[24]«Быстрый» и «Бравый», сопровождавшие караван барж из Царицына с Нижним, и речной монитор[25]«Сом», непонятно зачем заявившийся в наши края. Что военные тут задумали? У нас для таких кораблей ни ремонта нет, ни задач. Сторожевики с караванами ходят, с этим все понятно, а вот монитор… Он только для нападения, а нападать здесь вроде как и не на кого.
Выход из бухты прикрывался каменным молом, возле которого разместились два дота с крепостными пулеметами. На склоне бухточки, на закрытых позициях, виднелась батарея гаубиц - тех самых, что составляли основу обороны городка. Сейчас там было тихо, лишь за колючей проволокой, ограждающей позиции, прохаживался часовой.
А за молом открывалась вся ширь Великой реки. Мне приходилось видеть фотографии реки Волги в своем течении выше Твери. Не такая уж она была тогда и широкая, вовсе некак сейчас, метров двести, не больше. Ну триста, по фотографии сложно судить. Теперь же, соединившись с Итилем и превратившись в Великую, река разлилась шире чем на километр, хотя мы находились в верхнем ее течении. А уж ниже, после Ярославля, ближе к тому же Царицыну и Нижнему Новгороду, и противоположный берег было не разглядеть. Прямо настоящее море.
Палуба дрогнула, под ней приглушенно забормотал большой дизель. По пирсу пробежали двое аборигенов, работающих в порту, отцепляя от кнехтов канаты, удерживавшие паром на месте, и забрасывая их на борт, увешанный старыми автомобильными покрышками. Паром медленно отдалился от причала, подрабатывая подруливающими винтами в тупом носу. Неторопливо развернувшись в сторону выхода из бухты, набрал доступную ему черепашью скорость и пополз к выходу, давя плоским носом мелкую речную волну.
На реке было тихо, лишь кое-где можно было заметить рыбацкие баркасы. Скоро они уйдут к причалам на разгрузку, время лучшего улова уже вышло, и рыбаки на бортах в последний раз выбирают сети, выбрасывая за борт затесавшуюся в улов мелочь. За этим у нас надзор строгий - поймают на том, что ячея слишком мелкая в сети или мелочи в улове больше допустимого, и оштрафуют на первый раз так, что хоть баркас продавай.
Чуть дальше, за баркасами, резал поверхность воды форштевнем небольшой патрульный катер. Он принадлежал околотку, на борту были урядники - четверо. Посреди катера стояла турель со все той же неизменной спаркой крепостных пулеметов. Самое популярное оружие - куда их только не ставят. Их у нас «металлорезками» зовут.
Урядники на реке не бездельничали. Случались нападения даже на рыбаков как со стороны мелких группок бандитов, пытающихся захватить их баркасы, так и со стороны подводной нечисти или чудовищ. На вооружении катерка были даже глубинные бомбы - маленькие железные бочонки, бросаемые за борт руками.
Путь парома лежал не совсем поперек течения, а чуть выше, где в единственном пологом месте обрывистого берега пристроилось небольшое укрепление за частоколом, в котором тоже несли службу городские ополченцы. Эта пристань для городка нашего важна, потому как она - единственный путь, по которому можно с машинами на противоположный берег сгрузиться. Не будет ее - и переправляться придется аж через Тверь. А от Твери берегом до этого места тоже не слишком дойдешь: надо пересекать реку Тверцу, в ширине своей немалую.
Наш городской совет уже не раз обращался к командованию тверского войска, чтобы поставили на той стороне нормальный форт и разместили в нем гарнизон. Не ровен час, отрежут весь угол между Великой и Твердой от снабжения - что тогда делать? Но все письма пока терялись в тверских канцеляриях, и слабенькое укрепление оборонялось ополченцами.
Дальше от берега, верстах в тридцати, будет форт, в котором несет службу туземный гарнизон, но берег он не прикрывает - лишь перекресток дорог. Неразумно это. Захватит кто берег, и тот гарнизон в окружении окажется. Но у нас все как всегда - пока не обгадишься, и порток менять не треба.
Паром потихоньку допыхтел до противоположного берега, началась швартовка. Я снова забрался в кабину, ожидая сигнала к выгрузке. Вскоре помощник капитана махнул красным флажком, и наша небольшая колонна полезла на пирс, а оттуда по мощенному речным камнем откосу - на высокий берег. Часть берега была ограждена частоколом, в середине которого разместился бетонный колпак пулеметного дота. Все. Маловато для серьезной обороны. На смотровой вышке, возвышавшейся над частоколом, стояли двое ополченцев с биноклями. Невелика сила, серьезное нападение им в жизни не отбить - одна надежда, что сумеют сигнал подать да добежать до катера.
А опасностей в этом мире хватает. Это поначалу, когда мы, пришлые, появились здесь, от нас все разбегались. Огнестрельное оружие, машины, броня, пароходы. А что теперь? Винтовка у любого дикаря имеется, добыть ее дело нехитрое. Винтовки с револьверами, простите, на базарах и в лавках продаются. Да, взрывчатку с порохом только пришлые производят, но те же патроны продаются, и купить их может кто угодно. А динамит, что в кузове лежит у меня, так и вовсе товар - пришлые им торгуют. Нарушение мое нев том, что я его гномам на продажу везу, а в том, что нет у меня для этого лицензии, и налог я потом платить не буду.



Страницы: 1 2 3 4 [ 5 ] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.